Outlast. Dark history

Дни сменяли друг друга, превращаясь в веретено, состоящее из неприятных событий. Его уволили с работы на фабрике за многочисленные прогулы, лишив пенсии и пособия по безработице. Именно тогда Эдди почувствовал, что как никогда близок к полнейшему краху, но не спешил предпринимать поспешные решения. -К поиску нового заработка нужно подойти ответственно.-бубнил он, разглядывая объявления с вакансиями в газете.-Я уже не молод. Мне требуется стабильность. Внутренний демон согласно закивал, незаметно таясь в укромном уголке. Вмешиваться в этот тяжёлый период ему не представляло смысла. *** Переживая невзгоды, Эдвард всё чаще примечал счастливые парочки или просто весёлые компании, беззаботно разгуливающие по улицам. В такие моменты, его переполняли безграничная зависть и ненависть ко всему. Горечь оседала, отравляя сердце и разум. Так мало-помалу, он сходил с ума. Одиночество вскоре перестало волновать и ему оставалось только лишь безразлично наблюдать за другими, без каких-либо эмоций. Ни презрения, ни грусти, ни страха. Он плюнул на весь мир, окончательно замыкаясь в себе. *** Глускин озирался по сторонам. Его вели на допрос по заведённому месяц назад делу об убийстве Аманды Тэччер. Длинный коридор не спешил заканчиваться, а тянулся ровной сплошной линией, напоминая безлюдную дорожную трассу. Свернув за угол, двое полицейских грубо толкнули Эдди в кабинет следователя и незаметно удалились. Поёжившись, он присел напротив низкорослого блюстителя закона. Тот не сразу обратил на него внимание, возясь с бумажками. Разобрав ворох мукулатуры на рабочем столе, сотрудник упёрся суровым взглядом ему в лицо. -Итак, мистер Глускин. Расскажите мне что связывало вас и мисс Тэччер до её скоропостижной кончины.-скупо выдавил мужчина, сложив пальцы в замок. Напряжённо помолчав, Эдвард с неохотой пересказывал происходящее, стараясь не вдаваться лишний раз в излишние подробности. Для него допрос становился настоящей пыткой, ворошащей память с наполовину стёртыми воспоминаниями. О том, что врезалось в больное сознание, ежеминутно напоминая о себе. *** Помешательство росло, превращаясь сперва в манию, затем в зависимость и наконец в одержимость. Эдди преследовал своих жертв, изощрённо избавляясь от них, без капли сочувствия и вины. Подобно голодному зверю, второе "я" растерзало все те жалкие остатки человечности что хранились в его бессмертной душе. "Оно" душило, выжимая силы из своего хозяина, окупаясь одной лишь местью. Претерпевая жуткие метаморфозы, он преобразился в новый для себя образ, позже ставший своеобразной "визитной карточкой" горной лечебницы Маунт Мэссив.