Театр кривых зеркал

Уйдя из палаты Кэролайн и возвращаясь в свой кабинет, я наткнулся на Кэтрин. Я не был уверен в правдивости истории Кэролайн, но был уверен в том, что Кэтрин не простая штучка. В больнице существовал дресс-код. Все врачи должны носить белые халаты, а под ними практичную одежду. Но сегодня Кэтрин пренебрегла этим правилом на сто процентов. На ней было обтягивающее вязанное платье, которое безупречно подчёркивало фигуру, красивые, но не практичные туфли на шпильке и бросающийся в глаза макияж. Она выглядела так, словно пыталась произвести на кого-то впечатление. Похоже Кэролайн была права. Увидев меня, она расплылась в милейшей улыбке, используя всё своё обаяние. — Здравствуйте Клаус. Вы сегодня чудесно выглядите. - Она, как бы невзначай, поправила мой галстук. — Мисс Пирс. Вы забыли, что у нас строгий дресс-код? - Холодно поинтересовался я, игнорируя её ласковый голосок. На самом деле Кэтрин была совершенно не в моём вкусе. И, в принципе, не могла вызвать у меня романтический интерес. Она стушевалась. Видимо рассчитывала на другую реакцию. — Сегодня пятница, по правилам, в этот день можно надевать любую одежду. — Это правило работает в офисах, но не в больнице. Идите и наденьте халат. - Ответил я жёстко. Вообще-то, я был против служебных романов. Особенно в таком месте. Моя реакция убедила меня в том, что я верил словам Кэролайн. Кэтрин скривилась, словно я нанёс ей смертельное оскорбление и гордо удалилась, постукивая каблучками по кафельному полу. Оскорблённая Кэтрин больше в тот день мне не встречалась, но вечером меня срочно вызвали в лазарет. К одной из коек была приковала Кэролайн. Правая рука была перебинтована, а сама она была без сознания. — Что произошло? — Она разбила окно в душевой. Пыталась сбежать, но Кэтрин её вовремя остановила. - Пояснила мне медсестра. Значит Кэтрин? А не она ли её и покалечила?! Сама же Кэтрин уже ушла домой, оставив отчёт, она со спокойной душой отправилась домой. А вот я не мог уйти и всю ночь просидел рядом с Кэролайн, осторожно прикасаясь к её холодной руке. Она вздрагивала и стонала всю ночь, а я просто держал её за руку и это казалось так старомодно — касаться её руки.