Earned It

Он проводит большим пальцем по её фарфоровой щеке. В темноте ему кажется, что она светится. А вместе с ней, светится и он. В его душе покой уже две с половиной недели. В её – умиротворение уже вечность. С каждым днём он узнаёт её с новой стороны, словно каждый день знакомится с её новой личностью. Каждый день он влюбляется в неё заново. Каждый день он находит в ней свой смысл. А вместе с тем и себя. Она больше не кричит по ночам, её тело больше не ломает. Она чертовски спокойна. Снаружи. Внутри ей страшно. Она боится этой любви. Она в первый раз боится кого-то потерять. Подвешенное состояние на грани спокойствия и безумия. Сквозь сон она чувствует его горячие прикосновения, которые согревают её. Вытаскивают её из ледяной воды. Нура слегка улыбается и утыкается лбом в его грудь. Вильям не может уснуть рядом с ней. Смотрит на неё, как на самое дорогое, что есть в его жизни. Ещё крепче прижимает к себе. Касается губами её макушки. - Да ты издеваешься! – вскрикивает Вильде так громко, что все в школьном коридоре оборачиваются на неё. - Вильде, - многозначительно смотрит на неё Сана. - Что «Вильде»?! Это же самая крутая новость! Вы только представьте, мы же можем обойти Pepsi Max! Ты и Крис, Нура и Вильям, а нам вся популярность, - Хэллеруд Линн прыгала вокруг подруг, как пасхальный кролик. - Можем, но не обойдём, - поджимает губы Нура. С тех пор как Линн узнала про них, ей жутко не комфортно находится в обществе девушек. - Ну может, всё же… - начинает Эва. - Чёрт, серьезно? Тогда и рассказывай про вас с Крисом, - разводит руками Нура. - Кстати! Девчонки, слышали, что у Пенетраторов скоро новая вечеринка? – пытается разрядить напряжение Крис. Сатре устало закатывает глаза. - По этому поводу, предлагаю завтра сходить в Торговый Центр! – хлопает в ладоши Вильде, снова прыгая на месте. - Вильде, - хором говорят девушки. По коридору прокатывается задорный переливчатый смех, который перебивается другим сумасшедшим хохотом. Последний уже принадлежит ввалившемся, в буквальном смысле, Пенетраторам. - Нет, вы представляете! – доносится до слуха девушек, а парни ещё больше заходятся смехом. Шистад в истеричном хохоте садится на корточки и зажимает голову руками. - Она, главное подходит ко мне и говорит: «Малыш, закурить не найдётся?». А я смотрю на её рожу и думаю, ептить мать, - новая волна смеха содрагает стены. Магнуссон закидывает голову назад. – Ну я ей отвечаю: «Не курю, золотце». А она тянет руки к ширинке такая: «Так я тоже», - кто-то из ребят уже начинает кашлять от продолжительного смеха. – А самое главное я понимаю, что у меня на неё не встаёт и единственная моя мысль в тот момент: «Слава Богу!» – Истеричный гогот тянется по коридорам, как показалось Сане, всей школы. - Больные, - жмёт плечами Бакуш, не замечая, как Берг всеми возможными знаками даёт ей понять, что эти больные уже стоят за её спиной и сдерживают смех. - Мы, - начинает Вильям, прожигая взглядом Нуру и пытаясь не заржать, - хотим, - Нура слегка улыбается и Магнуссона накрывает новая волна смеха. Шистад даже не пытается что-то говорить, так как единственное на что он способен сейчас – это плотно сжимать губы. - Ты выдохни, может, поможет, - задиристо обращается к Вильяму Нура. Вся школа начинает следить за этой стычкой, как за самым интересным сериалом. - Ты уверенна? – усмехаясь, склоняет голову на бок Магнуссон, принимая условия её игры. - Не совсем. Но для пущей уверенности я могу тебе врезать, - посылает она ему самую милейшую улыбку. - Тебе кто-нибудь говорил, что ты чертовски красива, когда улыбаешься? – он облизывает губы, борясь с желание поцеловать ей при всей школе. - А тебе кто-нибудь говорил, что ты похож на ламантина в конвульсиях, когда ржёшь? – она с особой дерзостью посмотрела в его глаза, закусив губу. - Короче, мы приглашаем вас на нашу вечеринку в пятницу, - говорит он, не сводя взгляда с блондинки. - Это всё? – ведёт правой бровью она. - Ну да, - усмехается Магнуссон, ведя скулами. Напряжение вокруг этих двоих электризует всё в округе. - Тогда вы свободны, - девушка слегка закидывает голову, выставляя слегка заостренный подбородок. Магнуссон едва заметно подмигивает ей и, усмехнувшись, удаляется от компании. Вильям проводит ладонью по бедру Нуры, девушка притягивает его ещё ближе к себе. Ищет его губы, попутно целуя его скулу. Наконец их губы сплетаются в поцелуй. Он проводит языком по её нижней губе тем самым углубляя его. Нежность пропитывает каждое его движение, каждый её взмах ресниц. Он, целуя, медленно спускается на её грудь и припадает ухом к области, где бьётся её сердце. Наслаждаясь этим волшебным звуком, он закрывает глаза. Рука Нуры опускается на голову Вильяма, аккуратно творя из его волос что-то больше похожее на муравейник. - Сатре, а ты знаешь, - весело влетает в комнату Исаак, - видимо и не узнаешь, - весело хохочет он, застывая на месте. - Исаак! – мгновенно встаёт девушка, отчего Вильям падает на пол. – Когда ты научишься стучаться?! - А ты когда научишься не реагировать так резко? – откуда-то снизу бурчит Магнуссон, потирая локоть. - Закройся, - угрожающе склонив голову, смотрит она на Вильяма. - Мда, Нура, - усмехается Исаак. – Всегда думал, почему ты такая злая. А тебе просто нужен член, Сатре, член, - Сатре-младший содрогается от хохота и вылетает из комнаты. Но смех не покидает комнату Нуры, развернувшись лицом к Вильяму, она понимает, что источником истеричного гогота является Магнуссон. - Прекрати, - садится на него Нура. - Мне нравится, когда ты так делаешь, - успокоившись, ухмыляется он. Блондинка нависает над ним, заводя его руки над его головой. - Решила всё-таки прислушаться к Исааку, - подмигивает он ей. – Нет, Нура, я не такой. До свадьбы ни-ни, - передразнивая девушку, серьёзно говорит Магнуссон. - Ты серьёзно? – усмехается Сатре. - Нет, - Магнуссон с ловкостью высвобождается из-под цепкой хватки Сатре, и она уже находится под ним. Она сначала облизывает, а потом закусывает губу. - Чёрт, - улыбается Магнуссон. Он дико стаскивает с неё эту ненужную футболку, оставляя девушку в чёрном кружевном лифе. Она, следуя его примеру, но в тысячу раз медленнее, чем он, будто бы издеваясь над ним, снимает с него толстовку. Оторвав её от пола, словно маленькую лёгкую куклу, он кладёт её на кровать, покрывая её фарфоровое тело горячими поцелуями. Она со страстью притягивает его к себе, заставляя его тело до боли вжиматься в её костяшки. Девушка проводит рукой по его волосам и начинает целовать его шею, Магнуссон шипит от наслаждения, закусывая нижнюю губу. Его руки ещё сильнее вжимают её в себя. Секунда и её шорты вместе с его штанами летят на пол. Он проводит языком по телу, останавливаясь у резинки чёрных кружевных трусиков. Подцепляя их зубами, он стаскивает эту ненужную, но такую красивую ткань. Он возвращается к её губам, с вопросом: - Ты уверенна? - С тобой – всегда, - шепчет она, и в ту же секунду выгибается от наслаждения, чувствуя, как их тела становятся единым целым. Её поцелуи для него, словно токсичный яд, проникающий под кожу, заставляя его звереть, но при этом оставаться нежным. Он медленно двигается в ней, то ли наслаждаясь этими секундами, то ли дразня её, как она всегда дразнит его. С наслаждением наблюдает за её лицом, застывшем в немом вопрошании, чтобы он ускорился. - Я, наверное, должен хотеть бы быть нежным с тобой, но если честно, - шепчет он, - я не хочу. - Мне не нужно твоей нежности, - чертовски сексуально кусает его за мочку уха Сатре. Он ускоряется, начиная доводить и себя и её до экстаза… - Давай никуда не пойдём завтра? Пролежим так всю ночь, весь день, - зарываясь в её блондинистые волосы, шепчет он. - Я не могу, Вильям, - улыбается она. – Нам завтра в школу, а ко всему прочему, мне ещё и по магазинам с Вильде, - его бархатный смех звенит в её ушах. - С каких пор ты ходишь по магазинам? – удивлённо вздёргивает брови Магнуссон. - С тех самых, как Вильде стала моей подругой, - проводя пальчиком по его груди, говорит Нура. - Может, хотя бы в школу вместе поедем? – зарываясь носом в ямочку между её ключицами, спрашивает он. - Зачем? - Я хочу, чтобы все знали, что ты моя. Чтобы все боялись подойти к тебе, зная чья ты девушка. Чтобы все боялись даже смотреть в твою сторону, чтобы… - Ты не гангстер, чтобы все тебя боялись, - смеётся Нура. - Я – Хан Соло, а это почти одно и то же, - смеётся он в ответ ей. Он нащупывает свободной рукой свой телефон. Ей тут же приходи уведомление об отметке на фотографии. - Эй, - Сатре бьёт его в плечо. – Ну зачем ты этого сделал? - Потому что ты моя любимая девушка и это должны знать все, - улыбается он, пока Нура разглядывает фотографию, на которой он обнимает её. - Спасибо Шистаду за фото? – смеётся девушка, читая подпись фотографии. - Ну, а что такого? – руки Вильяма возвращаются на талию к Нуре и притягивают её к себе. – Я люблю тебя. - Я знаю, - девушка тянется к Вильяму за поцелуем. - Девочки, на меня за последний день подписалось около 100 человек, представляете? А это всё только из-за того, что Нура прислушалась ко мне! – щебетала Вильде, идя уже с несколькими пакетами. - Господи, Вильде, посмотри какое платье, - меняя тему, вскричала Эва, указывая на причину её восторга. - Ну и будешь ты в нём как рыба в пайетках, - усмехнулась Бакуш, разглядывая тёмное длинное платье. - Нура! А ты как думаешь? – повернулась к подруге Эва. - Я думаю, что магазины-это не моё, - держа пакеты подруг, устало выдохнула Нура. Девушки дружно рассмеялись. - Мне кажется, пора и малышке-Нуре что-нибудь подобрать, - заблестела глазами Крис Берг. Подруги скрылись в разных точках магазина, предварительно решив, кто, что будет искать. Вскоре Вильде появилась с милыми чёрными гетрами и кедами, Бакуш где-то откапала чёрные кожаные шорты с завышенной талией, Эва несла чёрный короткий топ, а Крис золотистый бомбер и перчатки без пальцев. - Девчонки, я увлекаюсь мотоциклами, а не ловлю их в таком виде на дороге, - усмехнулась Сатре. - Ты даже не мерила! – рыкнула на неё, Вильде уже таща в примерочную. Нура Амалие Сатре, как обычно опаздывая, летела со скоростью света по улицам Осло в место, где сегодня должна быть вечеринка. Подруги всё же заставили купить вчера все эти шмотки. Сказать честно, Нуре даже пришёлся по вкусу этот образ. Вильям в это время кружил по квартире в поисках Немо. Но белых волос он по прежнему не находил. - Вильям, помнишь меня? – на шею ему повисла какая-то брюнетка. - Понятия не имею, кто ты, - оттолкнул её брюнет. - А я помню ту ночь с тобой, - она противно растянула губы в улыбке, но её улыбка тут же спала, когда за Вильямом появилась миниатюрная блондинка. – Так вот на кого ты меня променял, - заплетающимся языком, прошипела та. Ничего не ответив этой надоедливой особе, Вильям повернулся на 180 градусов и врезался в Сатре. - Боже, какая ты красивая, - заворожённо исследуя её тело, проговорил Магнуссон. Все девушки вокруг этой парочки завистливо смотрели на них. - Боже, ты трезвый, - дерзко усмехнулась девушка, на что Магнуссон только улыбнулся и, обняв Сатре, двинулся к друзьям. Всем бесконечно влюблённым в Вильяма дамам хотелось верить, что она лишь его увлечение. Их сердца кричали, что он не мог полюбить такую хамку и с ней просто крутой секс. Разум же возвращал их, объясняя, что он и влюбился в нее только потому, что она не такая как они. Но давайте подумаем, что же слушали эти дамы в первую очередь? Вильям Магнуссон и Нура Амалие Сатре, словно король и королева, сидели у всех на виду. Ею восхищались, её боялись, ей завидовали. Любая хотела оказаться на её месте. Но это место было не для любой. В первый раз, Магнуссон не пил на вечеринке алкоголь. Он вместе с ней поглощал до жути противный, но в тот же момент и приятный, остывший чай каркаде. Это было жутко странно. Но ему это нравилось. - Может, уйдём, - едва слышно проговаривает Магнуссон, когда убеждается, что всё пьяны до чёртиков и не заметят его отсутствия. - Да, - слишком быстро отвечает девушка. – То есть, - улыбается она, - если ты хочешь. Магнуссон смеясь, встаёт и тащит её за руку на улицу. Она молча следует за ним, наслаждаясь ночным Осло. Огни мелькают, куда бы девушка ни посмотрела. Нура и не замечает, как Вильям сажает её к себе на колени и перед ней открывается ещё красивейший вид. - Где мы? – удивляется она. - В парке в нескольких шага от моего дома, - улыбается он и упирается подбородком в её плечо. - Может, я лучше на лавочку сяду? - Нет, ты в шортах. Лавочка холодная. Я не хочу, чтобы ты замёрзла. - Но… - Молчи, - шепчет он. Ему больше всего на свете нравится говорить с ней на любые темы. Но ещё больше ему нравится молчать с ней. В такие моменты воздух приятно электризуется, по телу растекается невероятное волшебство. К слову, в которое он поверил только рядом с ней. - Вильям! - восхищенно говорит она, видя как постепенно утро сменяет ночь. Он молча улыбается, целуя её в шею. Первые утренние лучи озаряют их, заставляя их глаза светится счастьем и покоем. Новый восход солнца – становится их восходом. Показывает ей, насколько хороша жизнь. С ним. Он продолжает улыбаться, смотря на её завороженное лицо. Сейчас солнце восходит только для них, только им даря своё холодно-норвежское тепло. Магнуссон ещё крепче прижимает Нуру к себе. Так они и сидят, вдвоём в пустом парке, освещенным первыми лучами солнца и тусклым светом ещё не отключившихся фонарей. Им не нужно ни о чём говорить, потому что они всё знают и без слов. Им не нужно ничего друг другу доказывать, потому что всё уже давно доказано. Любовь прочно связывает и наполняет их сердца.