Earned It

- Вильям! - смеётся Нура. - Ну, Вильям! Прекрати! - блондинка пытается отбиться от щекочущего её парня. Но все её попытки остаются тщетными, как только его губы касаются её губ. Она увязает в мире, где её любят. В мире, который является реальностью. Она обретает себя. Она обретает силы на борьбу с собой. Девушка ловко спрыгивает с его дивана и, хватая подушку, встаёт в "оборонительную позу" - Серьёзно? - хитро улыбается Магнуссон, на что блондинка пожимает плечами. Сейчас он больше напоминает льва или пантеру перед решающим прыжком за своей целью. Взгляд сосредоточен только на ней. Будто бы она сейчас является центром его вселенной. И ничто не способно разрушить этот центр. Конечно, кроме подушки, которая нашла свой центр - его лицо. - Долго думаешь, - хохочет Нура уже где-то на первом этаже его квартиры. - Боже, - смеясь, закатывает глаза Вильям. Девушка тихо крадётся между стеклянных полок, в надежде что сольётся, как хамелеон, с обстановкой его квартиры. Вильяма нет и на горизонте. Неужели не пошёл за ней? Девушка судорожно оглядывается назад и смотрит в непонятную, неизвестно откуда взявшуюся ткань светло-фиолетового цвета. Проходит меньше секунды, как она успевает понять, что это футболка Вильяма. И перед ней не что-то, а сам Магнуссон. Его руки смыкаются в кольцо за её спиной, тем самым не давая ей никуда сбежать. Она задирает голову и, убирая чёлку с его глаз, смотрит в тёпло-шоколадное какао. Ловит себя на мысли, что это её любимый напиток. - Ты никогда не сбежишь от меня, Нура Амалие Сатре, - гипнотизирующе говорит он ей. Её мир переворачивается тысячу раз. Она чувствует, будто все её черти вылезают из головы и начинают танцевать. Она берет его руку и тянет за собой в центр гостиной, поддаваясь нахлынувшему желанию. Он понимает её без слов. И словно слыша ту же музыку, что и Нура, начинает двигаться в такт ей. Этих двоих окутывает тишина, нарушаемая лишь биением двух сердец. Вильям поднимает девушку на руки и кружит по квартире, смотря на то, как она улыбается и заставляет этой улыбкой, растянуться его губы в глупой улыбке.

Заметался пожар голубой, Позабылись родимые дали. В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить. Был я весь - как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки. Мне бы только смотреть на тебя, Видеть глаз злато-карий омут, И чтоб, прошлое не любя, Ты уйти не смогла к другому. Поступь нежная, легкий стан, Если б знала ты сердцем упорным, Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным.

- Это очень красивое стихотворение, - восхищенно хлопая глазами, говорит Магнуссон. Её голос отпечатывался в его ушах, будто бы это стихотворение было написано для него. Каждая строчка была неоспоримым доказательством. Пока она читала стихотворение - она смотрела в его душу. Он же - боготворил её. - Это Есенин. Русская лирика отличается особой чувственностью, - делая глоток какао, она смотрит на него. Вильям облизывает губы и пододвигаясь, обнимает её. - Не хватает только камина, - он кладёт голову ей на плечо и смотрит за окно. Сумерки. - Да ты романтик, - улыбается Нура. - Как там было про хулигана? - он пытается вспомнить строчки, но они ускользают из его головы. - Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным, - повторяет Нура. Девушка чувствует, как молодой человек отодвигается от неё. Происходит щелчок, который оповещает о сделанной фотографии. - Э-эй! - резко оборачивается Нура, а Магнуссон снова приникает к ней, протягивая телефон с фотографией. Девушка сидит спиной к нему в позе лотоса, голова устремлена в сторону окна во всю стену, вокруг приглушенно мигают светодиодные лампочки (которые не так давно купила Нура, чтобы "создать атмосферность" в квартире Магнуссона) Вильям аккуратно забирает свой телефон из её рук. Приходит оповещение об отметке на фотографии. - Вильям, меня в твоём Инстаграме больше, чем тебя, - смеётся Нура, читая строчки, которые она ему повторяла. - Мой Инстаграм - твой Инстаграм, - риторским голосом проговаривает Вильям. - Прочти ещё что-нибудь, - просит он. Единственное желание в нем сейчас - слушать её без конца. А раньше единственными деланиями парня были его потребности. Изменился. Изменился рядом с ней. Изменился для неё.

Я могу тебя очень ждать, Долго-долго и верно-верно, И ночами могу не спать Год, и два, и всю жизнь, наверно! Пусть листочки календаря Облетят, как листва у сада, Только знать бы, что все не зря, Что тебе это вправду надо! Я могу за тобой идти По чащобам и перелазам, По пескам, без дорог почти, По горам, по любому пути, Где и черт не бывал ни разу! Все пройду, никого не коря, Одолею любые тревоги, Только знать бы, что все не зря, Что потом не предашь в дороге. Я могу для тебя отдать Все, что есть у меня и будет. Я могу за тебя принять Горечь злейших на свете судеб. Буду счастьем считать, даря Целый мир тебе ежечасно. Только знать бы, что все не зря, Что люблю тебя не напрасно!

Слышатся отдаленные хлопки в ладоши. Вильям мгновенно поднимается на ноги и оборачивается на звук. Вслед за ним поднимается и Нура. Её взгляду предстаёт тот, кого она боится.

- Хм, значит это ты девушка Локи? - улыбается молодой человек, приковывая свои голубые глаза к девушке. - Я не его девушка, - выплёвывает ему в лицо Нура. - Только он так не считает, - усмехается он и делает несколько шагов навстречу девушке. Ей катастрофически не хватает воздуха. В голове будто что-то разбивается. Паника. - И кем же он меня считает? - дерзко поднимает она голову. Маленький комочек сжимается внутри неё. - Своей, - кривовато улыбается русоволосый. - Но проблема в том, что ты мне тоже нравишься. И я тоже тебя хочу. Апокалипсис рушит все внутри неё. - Хоти дальше. - Время придёт, Нура. - Не обольщайся, Нико.

- Нико, - стискивает зубы Магнуссон. - Вил, - улыбается ему брат, замечая девушку. Она сжимает руку Магнуссона. Он кидает на неё обеспокоенный взгляд. Время пришло. Лава извергается из устрашающего вулкана, затапливая её в горящей жидкости. Горячо. Жутко горячо. Адски горячо. Бежит. Пытается бежать. Хочет на сушу. Крик разрывает все живое. Время смерти 17.45. - А кто твоя милая спутница? - подходит ближе Нико. - Нура Амалие Сатре, - дерзко усмехается девушка, глядя в глаза Магнуссону-старшему. В голове только одна мысль: "Братья. Чертовы братья. Боже, нет!" - Моя Нура Амалие Сатре, - делая упор на "моя" и прожигая взглядом брата, спокойно говорит Вильям. - Рад, очень рад, что ты нашёл достойную пару, Вил, - раздевая взглядом Нуру, продолжает ухмыляется он. - Какими ветрами в Осло, Николай? - Николай? Так вот как его зовут. - Вот проведать тебя решил, а ты, смотрю, остепенился. - Ну ты не вовремя приехал, - улыбается Вильям. - Что ты задумал? - Завтра мы с Нурой улетаем в Лондон, - он прижимает её к себе, боясь, что если отпустит её, то она исчезнет. - В Лондон? Зачем? - вздергивает брови Нико. - Путешествия, - делает такой же жест Вильям. - Куда ты? - чувствуя, как Нура отодвигается от него, спрашивает он. - А в твоём доме можно передвигаться только с разрешения? - ухмыляется Сатре, заставляя уголки его губ дрогнуть в подобие на улыбку. - В твоем доме чувствуется любящая женская рука, - уходя, слышит Нура. Девушка возвращается на диван к разглядыванию природы в окне. "Крис, Нико в Осло. Он брат Вильяма? Почему ты молчал?" Жмёт на галочку, чтобы отправить. Ответ приходит незамедлительно. Тот, кто не любит мой кактус, 18:03 Я не думал, что он вернётся и тем более заявиться к Вильяму. Они в контрах. Расскажу при встрече. Тот,кто не любит мой кактус, 18.04 Вильям и я не дадим тебя в обиду. "Не рассказывай ему" - отправляет Нура. Тот, кто не любит мой кактус 18:05. Прости, малышка. Но придётся. Люблю тебя. - А ты не говорила, что встречаешься с моим братом, - по её коже проходит холод. - А ты не говорил, что у тебя есть брат. Нура оглядывается в поисках Вильяма, но его нет. - Не ищи его, он вышел позвонить. Здесь только мы, - он проводит большим пальцем по её шее. Нура резко поднимается и отходит на несколько шагов, сжимая в руках кружку с ещё тёплым какао. - Шистад, черт возьми, он здесь. Он приехал. Блять, приехал! - Магнуссон запускает руку в волосы. - Вильям, успокойся. Мы не дадим ему обидеть её. - Я увожу её в Лондон завтра. Забронируй нам билеты и номер. - Магнуссон судорожно меряет шагами комнату. - Хорошо, но перед этим нам нужно будет поговорить. – Напряжённый голос Шистада слышится ему в трубке. Волнуется за неё. - Вечером у тебя, устроит? - Да. Только Нуру отвези домой. - Почему ты вечно убегаешь от меня? - жутко ухмыляется Нико. - Потому что ты вечно преследуешь меня, - Сатре ещё крепче сжимает в руках кружку. Ей кажется, что кровь от осколка лопнувшей в руках кружки капает на кафель. Бум. Её зрачки сужаются. Ещё одна капля оказывается на полу. Это неправда. Вернись. В гребанную. Реальность. Слышатся шаги Вильяма. Нико делает шаг навстречу к ней. Секунда и его встречает не Нура, а её какао. - Сука, -шипит Нико. Вильям появляется в комнате с немым вопросом. - Ой, прости, пожалуйста, я не специально, - обеспокоенно подлетает к облитому Нура. – Ничего особенного, Вильям. Просто кружка из рук выскользнула, а я вовремя поймала, но облила Нико, - мило улыбается парням девушка. Актриса. - Можешь взять мои шмотки, - бросает ему Вильям, который в любой другой ситуации уже смеялся бы. - Короче, ты располагайся. А мы поехали. - Ты же пошутил про Англию? Да? - в надежде спрашивает его Нура, когда они доходят до двери её дома. Взгляд Вильяма серьёзен. Он напряжен. Он готов перегрызть горло любому. - Я похож на несерьезного человека? - взрывается он. - Вильям, - она встаёт на носочки, чтобы обнять его. - Ты похож на Хана Соло. Она чувствует его улыбку и то, как он одними объятиями спасает весь её мир. - Я давно хотел показать тебе Лондон, - шепчет он. - А школа? - К черту школу, Нура. Завтра воскресенье. Прогуляем дня три. Ничего страшного, - он заставляет её посмотреть на него. В её губах он находит своё спасение. Своё успокоение. Она с ним, рядом. А значит все хорошо. Он с ней, а значит её мир в безопасности. Шистад ходит из стороны в сторону, пытаясь начать хоть с чего-нибудь. Исаак пилит взглядом пол, моля о том, чтобы Магнуссон не убил его. Последний же готов разнести всех к чертовой матери. - Ну?! - раздраженно бросает он, коря себя за то, что его Нура одна, пока Нико в Осло. - Вильям, это не легкая веселая история, - зажав переносицу, говорит Крис. - Да что ты?! - разводя руки, Магнуссон поднимается с кресла. - Нура знакома с Нико, - слышится глухой голос Исаак. - Потому что он один из лучших друзей Локи Хансена. Глаза Магнуссона вспыхивают опасным огнём. - Он Якудза?- сдерживаете рык он. - Нет. Просто лучший друг Локи. Говоря короче, он доводил Нуру. Постоянно. Клялся за ней вернуться. И вернулся. Но по стечению обстоятельств, оказалось, что она твоя девушка. - И ему это не помеха, - вставил свои 3 копейки в монолог Шистада Исаак. - Я его самая крупная помеха в жизни, - недобро усмехается Магнуссон. Острый кухонный нож делает продольную кровавую полосу на фарфоровой руке. Затем так же легко появляется вторая. За ней третья. Красная жидкость умывает её левую руку, заставляя причинять ей то, чего она не чувствует. Боль. Ей нужна боль. Она хочет почувствовать боль. Она хочет хоть что-нибудь почувствовать. Кровь образует маленькую лужицу на кафеле. В ней Нура видит больший смысл, чем во всей своей жизни. Словно безумная, истекающая кровью девушка, она выводит указательным пальцем по этой лужице незамысловатые круги. Нож резко впивается в деревянную дощечку для разделывания. Он застревает в ней едва вибрируя. - Это не правда, все это не правда, - шепчет блондинка, смотря на абсолютно чистые руки. Она чувствует, как кровь продолжает капать. Кап. Кап. Кап. Кидает взгляд на источник звука. Не кровь. Просто подтекающий кран. Кран. Паника. Находит таблетки, судорожно запивает их. Медленно оседает на кафель. Постепенно приходит в чувства. Постепенно начинает чувствовать себя хорошо. Отлично. Отлично для суицида.