Жить для... (Часть 2)

Первое, что я от Хозяина услышал, когда очухался: - Ты не победил. Стало обидно. - Простите, Хозяин. Я готов.... - О Господи! – Андрей ухватился за мою руку. Нехило ухватился, сжал крепко так, что мне показалось - сейчас раздавит. И потом сделал что-то непонятное - уткнулся в эту мою руку лбом и замер. И сидел так долго. Я не пытался, конечно, вырваться, но и не очень-то понимал, что с ним, что он так вцепился? Хлопнула дверь, но Андрей даже не пошевелился. А я, из своей позиции спиной к двери, не мог видеть кто вошел. - Как ты? К кому этот вопрос я не понял, но задала его Маргоша. Тогда Андрей поднял голову: - Я тебя убью, Марго. Вот честно..., - угрозы в голосе не было вообще. Одна усталость, - Думаешь, я не понимаю что ты делала? А ты понимаешь как рисковала? - Я не рисковала. Я точно знала, что все будет хорошо. И я тебе об этом говорила. - А если бы он.... - Нет. Он не стал бы этого делать. Это только ты - слепой и не понимаешь своего раба совершенно. А я.... - Я его, между прочим, знаю гораздо дольше тебя и вряд ли не понимаю. - Если бы это было так, я бы не выиграла. Выиграла? О чем это она? Честно говоря, ничего не понял. - Хорошо. Я допускаю, что возможно зря переживал. Влад, ты как? - Все хорошо, Хозяин. Я устал, но я могу следовать за вами. - Тогда поднимайся и пошли к остальным. Сейчас уже 10 часов, скоро гости начнут разъезжаться. Надо быть там, с ними. - Я остаюсь, - подала голос Марго, - И не ври, что тебе не понравилось. - Врать не буду. Понравилось. И не представляю, как с тобой расплачиваться. Но я свое слово сдержу. - Главное, что я представляю. Андрей встал, закрыл глаза - что-то напрягало меня в его движениях, в его позе. - Не бойся, - сказал он мне, будто почувствовав мою неуверенность, пристегнул к моему ошейнику поводок, - идем. И будто нырнул в дверь, утягивая меня за собой. За последний год я много чего видел, ужас, который меня окружал как правило касался меня лично, я был его центром и никогда не задумывался, а что видно с другой стороны? Мне казалось диким испытывать восхищение от такого. И тем не менее... На улице, на площадке перед домом установлены навесы. Гости сидят, стоят, бродят. В темноте, освещенной редкими светильниками, не сразу стало понятно что происходит, но стоны, скулеж, подвывания заставили меня напрячься, и если бы я не полз на коленях меня бы наверное смел бы... нет не ужас, неправильное слово. Скорее смела бы оторопь. Это не выглядело развратом - изломанные фигуры рабов, уверенные тени - их Хозяева и Хозяйки. Бледные обнаженные тела, скорченные в разных позах. Это казалось фантасмагорией. Наказывали проигравших рабов. Свист плетей, болезненные крики, замершие покорные фигуры - не видно кто мучается, но так даже лучше. Я предпочел бы и не видеть и не слышать, но мой Хозяин был другого мнения и повел меня прямо к группе развлекающихся гостей. Оставалось надеяться, что нижних это тоже развлекало. - Андрей! Тут такое представление, а ты где-то ходишь! Хочешь присоединиться? Мы же знаем, что тебе нужно! Мы знаем, что ты любишь.... - Ты уже двоих пропустил! - Вы их что, по очереди? - Ну да. Вон, Василий, он после третьего этапа выбыл. У меня начала кружится голова. На единственном освещенном пятаке, заложив руки за голову и расставив ноги стоял тот пожилой раб, а перед ним - относительно молодой парень аккуратно прицеплял к его обнаженному телу прищепки, пропуская через них веревку. Периодически он отвлекался от этого занятия и будто невзначай проводил рукой по уже прикрепленным прищепкам отчего пожилой закусывал губу и постанывал. Почему мне казалось, что у этого раба должна быть Хозяйка, а не Хозяин? - Это Василий Петрович и его сын, Кирилл, - негромко пояснил мне Андрей, - отец и сын и да, отец является рабом своего сына. Сыну соответственно около 30-32 лет, а отцу почти 55. Они потеряли мать 20 лет назад. И потом случилось это - отец возжелал сына, изнасиловал. Это было только один раз, а потом Василия скрутило раскаяние. Совесть у него проснулась. Он отдал парня на воспитание теткам, сам ушел в работу. Преуспел. А когда сыну стукнуло 18, он сам предложил Кириллу этот вариант. Я уверен, ничего не было бы, если бы для Кирилла то изнасилование прошло без особых последствий. Но видимо это было не так. Подробностей, как ты понимаешь, я не знаю, но в результате, Василий с Кириллом стали тематиками. Давно уже. Шумно, но шум какой-то странный, глухой, я от него глохну, будто уши заложило. Четко слышу только тихий голос Хозяина. Каждое слово отдается в голове. В глазах мелькают тени, колышутся от качающихся фонарей. Крик. Я вздрагиваю. Обычно кричу я - тут я наблюдатель. Смотрю на залитое слезами лицо Василия. И мне его почти совсем не жалко - в его крике нет муки. Только боль, которую он выпустил наружу. Андрей повел меня дальше. Иногда останавливался, с кем-то разговаривал, а я думал. Почему-то сейчас внутри было такое тихое умиротворение, такая гармония. Как объяснить? Я вдруг понял, что не хотел бы быть где-то в другом месте, что мне вот так, на коленях, около ног Хозяина очень комфортно. Когда Андрей присел к одному из столиков я свернулся рядом. Через минуту почувствовал как его рука треплет по волосам: - Поесть хочешь? Иди сюда. Давай. Как любимого пса. Я и был псом сейчас. Принял кусок колбасы, лизнул пальцы. Интересно, могу ли я делать то, что мне хочется? Потерся щекой о его ногу. А он опять погладил. - Я дурак, Влад. Я действительно боялся, что ты воспользуешься возможностью. Марго говорила - ты так просто не отступишь, ты слишком мой. Я недооценил.... Недооценил мою зависимость, мою преданность и свое влияние на меня. Недооценил мое желание стать твоим. И мое желание получить тебя. Я перевел взгляд на разворачивающееся действо. К двум перекрещенным доскам прибивали "Иванушку". Аккуратно, почти бескровно, но явно болезненно. Парень выдавливал стон-вой при каждом ударе молотка по очередному гвоздю. Но я знал - это выглядит страшнее, чем есть на самом деле. Но очень зрелищно. Следующий взгляд - и я почувствовал как покалывает руки будто кровь перестала циркулировать и тело онемело: в углу связан в невозможную позу мой последний противник, и Женька... Женька!... стоит на коленях и вылизывает перетянутые яйца парня и его задницу. А тот жмурится, скорее от удовольствия чем от боли. А рядом стоит Марго и дрочит парню, гладит его стояк, мучает и доставляет наслаждение и непонятно - это его наказывают или наоборот, награждают. Что ж, он вполне заслужил, дошел почти до конца.... Но, этот парень? Он и есть замена Женьке? Как можно заменить этого красавца, преданного, шикарного на это черное не пойми что? Ошпарило как кипятком - худой, черный, невысокий, копия моего Андрея по описанию. На самом деле конечно нет, не похож, но что-то, возможно кривоватая улыбочка и умение держать себя с достоинством безусловно напоминало Андрея. - Смотри-ка, у нее новый раб. Я вообще-то всегда думал, что одного Женьки Маргоше будет мало. - Хозяин, Евгений подходил ко мне, когда вы гуляли у пруда. Сказал, что Госпожа Марго собирается его заменить. - С чего ты взял? - Он сказал, что Госпожа собирается поменять ему пол. Это ж он превратится в черт знает что. - Сменить пол? Я не знал. Мне она не говорила. Может припугнула просто? - Нет, не думаю, уж больно он в отчаянии был. Да и сердится она на него за что-то. Андрей не ответил, но задумался. А я втайне понадеялся, что может получится остановить Маргошину блажь. Гости с не участвовавшими в соревнованиях рабами прогуливались вдоль мучающихся тел, останавливались, общались. Они все между собой знакомы, все свои, все единомышленники. И если так подумать - я тоже теперь свой. Если бы я проиграл, я бы тоже был среди них и терпел бы боль, и рыдал бы, молясь всем богам об избавлении или о продолжении наказания так, будто я рожден для этих страданий. Но это было не так. Я инстинктивно вжал голову в плечи, чувствуя себя чуждым всему этому, неправильным, не на своем месте. Я чувствовал стыд за то, что избежал пытки, и в то же время чувствовал облегчение, что меня нет среди тех рабов. - Что? – спросил Андрей, - Тебя это шокирует? - Прости, Хозяин. Изнутри все выглядит иначе. - И как же? - Не так… дико. Когда сам мучаешься, мысли только о собственных проблемах, не думается о том, как все это смотрится со стороны. Не видна красота. - А сейчас ты увидел? - Меня ужасает эта красота, Хозяин. Гости стали разъезжаться, а у меня оставалось четкое ощущение, что вечер не закончен. Марго же открытым текстом сказала, что останется ночевать. Когда последний гость откланялся, Андрей медленно и как мне показалось немного неохотно отправился к дому. По дороге встретил Маргошу верхом на Женьке и чернявого парня: - Надеюсь, ты не против, что Гарик тоже остался? - Конечно нет! Какая разница? Пойдем внутрь. Я хочу знать, что ты задумала. Мы спустились в подвал, в комнату с камином. Марго не спрашивая уселась в кресло, а Андрей меня удивил, не сел, остался стоять перед ней, будто требуя незамедлительного ответа. Я замер у камина. Почему-то захотелось спрятаться и не присутствовать сейчас здесь. Марго закинула ногу на ногу и требовательно указала Андрею, не Женьке, даже не Гарику, а именно Андрею на бар: - Поухаживай за гостьей. И Андрей молча налил ей в фужер какого-то вина. - Марго, не тяни. Я проиграл спор и готов выполнить твое условие. Но не надо играть мне на нервах, они не железные, - заявил он ей, протягивая фужер. - Не тянуть? И в мыслях не было. Я всего-то хочу, чтобы ты выполнил пожелание Влада. И все. Влад, ты же придумал желание на случай выигрыша? Я замер. Пожелание? Ну да, я придумал. Только... я ж не выиграл, зачем об этом теперь? И Андрей, он явно не слишком счастлив от такого поворота. Но будто опровергая мою мысль Хозяин вдруг запрокинул голову и расхохотался: - Вилла на Лазурном Берегу? Какая вилла? Нафиг она мне? - Скажи мне, Андрей, ты хоть раз спросил своего раба, что он хочет? Ведь вопрос-то не смертельный. Никто не мог заставить тебя выполнять его желание, но ты бы лучше понимал чем живет твой раб. Тебе никто не говорил, что беря на себя ответственность за раба, ты вообще-то должен хорошо его изучить? - Кто бы говорил, Марго? Ты, кажется, тоже не слишком хорошо понимаешь своего раба и по совместительству мужа. Ты-то вообще его ни в грош не ставишь! Это было похоже на истерику, но Марго не поддалась: - Сейчас не обо мне речь и позже я готова буду выслушать твое мнение и дать пояснения. А сейчас ты должен спросить Влада, что он предполагал у тебя попросить. Это дело чести, на самом деле. Ты не должен выглядеть жалким и неуверенным, а не задав этот вопрос ты именно так и выглядишь. И если ребята не будучи в курсе, не заметят этой твоей слабости, то я замечу и.... - Не надо мне угрожать. Если бы ты не поставила это условие..., ладно, чего это я? Зачем оправдываюсь? Андрей повернулся ко мне, и я замер под его почти бешеным, но открытым и требовательным взглядом. Он не давал мне спрятаться, отказаться от ответа, но и сам не прятался. - Влад. Эта лиса права. Я действительно собирался у тебя спросить позже, потом, наедине, но тогда не было бы контроля, ты понимаешь. А ты, хоть и не выполнил последнее ее условие, все равно выиграл. Не знаю почему нужно было все так хитроумно обставлять, но, скажи мне, о чем ты хотел меня попросить? Я собираюсь выполнить твою просьбу. Я знал, конечно же я знал о чем. И тут со всей ясностью осознал, что никогда, ни при каких условиях не стал бы озвучивать это свое желание при всех гостях. Я просто не имел права так подставлять Андрея, хотя вроде бы мое желание и не было таким уж невыполнимым, но оно касалось только нас двоих, оно не было предназначено для "контроля" практически посторонних людей. И Марго! Как же хорошо она меня изучила! Если бы не ее хитрая комбинация я бы потерял свое желание. Попросил бы "особняк". Никому не нужное и глупое желание! А сейчас у меня были все шансы получить то, чего я на самом деле желаю. Поэтому я-то как раз прекрасно понял, почему все так хитроумно обставлено. А через секунду понял и Андрей: - Я хочу, чтобы ты провел со мной время как с равным, Андрей. Недолго, может пару-тройку часов, может день, но на равных. Не меняясь местами, а просто в тех же условиях, что и я. Хочешь - позволь мне одеться и посидеть с тобой за одним столом. Хочешь - куда-то сходить, съездить. Хочешь - оставь меня раздетым и связанным, но тогда разденься сам и пусть мы будем связаны вместе. Подыши со мной одним воздухом. Побудь рядом - не выше и не ниже. Поговори со мной не приказами, а как с другом. Я сейчас не о сексе говорю, там на равных сложнее, но о жизни. Я хочу, чтобы ты увидел - это не так страшно. Я хочу, чтобы ты понял - это возможно. Забудь ненадолго, кем я являюсь. И кем являешься ты. И... прости меня за эту просьбу, но мне больше ничего не надо. В звенящей тишине я услышал только выдох Маргоши и, чуть погодя, вопрос Андрея: - Вы сговорились? Да?