Зомби 2. К истокам

      Я спокойно шёл по территории фермеров, неся Кристину и ожидая возвращения из рейда группы наших.       И вот, наконец-то, раздался крик часовых от ворот, куда сразу устремились все, кто находился рядом. Я тоже аккуратно придерживая крестницу, направился туда. Но то, что я увидел повергло меня в шок.       Через ворота прошло всего несколько человек. Из десяти отправленных валькирий не вернулся никто. Из пяти наёмников вернулся только один. Весь покрытый ранами и грязью.       За ним шёл как в воду опущенный Окс, зажимая рану на боку.       - Ал... Мы... - прерываясь и не глядя мне в глаза сказал парень, подойдя ближе. - Мы попали в засаду на старой ЖД кассе. Возле завода. Наёмники... Они прикрывали валькирий, но их убили, а девчонок взяли в плен. Я и Вольт ушли с большим трудом. Там серьёзная группа окопалась...       - Я понял. - мрачно сказал я, закрывая Кристине глаза, чтобы она не видела ран. - Идите в лазарет. Пусть вас подлатают. Успокойся. Ты не виноват. Вы молодцы, что вернулись. Так мы хотя бы знаем, что случилось.       Сказав это и похлопав стоящих передо мной с виноватым видом ребят, я развернулся и направился домой.       Окс ранен. Вольт ранен. Кок и Хард с семьями. Валькири захвачены. Часть наёмников убиты. Остальные на заданиях. Я. Всё исправить могу только я.       Такие мысли крутились у меня в голове, пока я отдал Кристину домой, добрался к себе и разложив снаряжение, начал собираться.       ***       Общаясь с Рай и Лисой, Анж узнала о том, что произошло и тут же заспешила домой, догадываясь, что там увидит. Добравшись туда так быстро, насколько позволяло её состояние, девушка увидела то, чего боялась.       Ал стоял над столом, где обычно лежало его снаряжение. На парне были штаны и куртка маскировочного цвета, в котором были собраны все цвета. От чёрного и серого, до коричневого и зелённого. Одежда была разработана так, что силуэт парня расплывался в глазах. Широкий нож из железнодорожного костыля устроился на пояснице Ала, парные керамбиты были на бёдрах. На поясе был туго скрученный кнут. За спиной устроилась его личная катана, а на столе лежал лук.       - Ал, - тихо сказала девушка, пристально глядя на парня.       Молодой человек перевёл взгляд на неё и она увидела в его янтарных глазах холод и равнодушие, которые появлялись у него тогда, когда он собирался драться на смерть.       - Ал, - снова сказал Анж чуть ли не плача, понимая, что её... муж, собирался отправится на поле боя. - Пожалуйста. Не надо. Найди других людей. Я ведь скоро рожу. Хватит рисковать собой.       Парень лишь легко улыбнулся краем губ, но эта улыбка была такой же ледяной, как и его взгляд. Приблизившись к девушке, он нежно поцеловал её в лоб.       - Я должен это сделать. Я их лидер. У меня есть ответственность, которую не переложишь на чужие плечи... Не волнуйся. Я вернусь. Слово, - тихо сказал Ал и вышел из комнаты. ***       Комната собраний глав групп была заполнена народом. Здесь собрались и главы, и сопровождающие их приближённые, и даже группа психологов, которых наёмники спасли чуть больше года назад.       - Итак. Наёмники столкнулись с группой, которая их вынесла. Забавно, - прервал молчание Форт, задумчиво рассматривая потолок.       - Это были в основном люди ранга Б. И только Окс А-ранга. - ледяным тоном сказал Кок, сохраняя лицо бесстрастным, но больше всего желая сейчас быть не на собрании, а с другом, который ушёл спасать пленников.       - Да, уж... Ваша система рангов. И зачем вы тогда отправляете слабых на вылазки, если от них нет толку? - спросил вояка.       - За тем, чтобы они набирались опыта и становились сильнее. Это было обычной вылазкой. Такого риска быть не должно было, ведь это наша территория и одного А-рангового должно было хватить с головой, - чуть ли не прорычал Кок.       - А можете посвятить тех, кто не в курсе? Что за система рангов? - спросил Хлыст.       - Система рангов наёмников придумана Алом. Ранги А, Б и В. В-ранг, это только прошедшие жесткий отбор новички. Выше по рангу те, кто уже довольно долго в группе. А-ранг состоит из... создателей группы. Из его костяка. Это те, кто отточил свои персональные навыки. - ответил парень, посвятив всех во внутреннюю табель о рангах.       - Ал так же в группе А? - спросил Алексеевич, который не лез в дела наёмников.       - Нет. Он признан всеми сильнейшим. Кто-то из В-ранга назвал его Основателем. Так и прицепилось к нему. Хотя по рангу мы называемым его нулевым. Ну, а прозвище у него среди молодняка - Волшебник. - дёрнул плечом Кок.       - Ал, сильнейший? И что же он может противопоставить например Харду, который в последнее время прилично набрал в мышцах? Что-то конкретное, кроме своей психованости, - фыркнула лидер амазонок.       - Действительно, что он может противопоставить? - язвительно спросил парень. - Он превосходно контролирует собственные эмоции, убивая без колебаний. Вы не внимательно слушали. Даже все А-ранга признали его сильнейшим. Да, может в чистой физической силе он и проигрывает кому-то или уступает ещё по каким-то параметрам, но он более опасный и хищный. Считайте, что он хищник более высокого ранга в пищевой цепи. Я уже молчу про курсы его тренировок, которые развили у него просто потрясающие боевые навыки. А научиться драться, как он - не получится. Это приходит само. Ему эти навыки достались дорого. Вы его тело видели? На нём полно шрамов. - неприязненно глядя на женщину сказал Кок.       - Ага. А ещё этот ребёнок ломает людей, как игрушки. Идеальный убийца, - ухмыльнулся Форт.       - Да. В нём сидит зверь. Когда он теряет хладнокровие и дерётся на инстинктах - он становится только сильнее. А уж его состояние кровожадного монстра, когда он хладнокровно вырезает врагов и вовсе впечатляет. Когда мы это увидели, мы, те, кто были с ним с самого начала, наёмники А-ранга, чуть в штаны не наложили от страха, - хмыкнул парень.       - Такое поведение не нормально, - встрял кто-то из психологов.       - И что в этом ненормального? - вскинул бровь Хлыст. - Как по мне, так в нынешней ситуации очень даже подходит.       - Да это же псих. Человек не может спокойно убивать. Это заложено в психологии. Организм просто отказывается. Паралич тела, недержание мочи, всё это нормально, но у него этого не было, - уверенно сказал Игорь, один из психологов.       - Ага. Только ты не знаешь, как его колбасило. Ещё в начале, во время боя, когда мы остановились на одной поляне, он сражался, как сумасшедший. Только вот после этого впал в прострацию. Я уже молчу о том, что это очень утомляет. Все наёмники А-ранга как-то легко прошли через это. Зомби - это не люди. Каждый воспринял это по-разному, но результат один. Убивали зомби мы легко. С людьми у каждого свой подход. Кто-то просто рационально понимал, что по другому не выжить, а кто-то после первого убийства, которое его спасло от смерти, сбросил... эту блокировку и начал спокойно убивать, осознавая необходимость. - сказал Кок.       - Но это всё равно не правильно. У него не лады с психикой. Он же бесчеловечный психопат. - сказал психолог. - Если бы вы знали исследования в этой сфере, то были бы в курсе, что во время боевых действий только один из пятидесяти бойцов реально приносит пользу и наносит урон противнику. Но в мирной жизни они бы должны сидеть в тюрьме или психушке. А ещё лучше им бы сделать лоботомию. Инстинкты запрещают человеку убивать себе подобных. Это не естественно и ненормально. Даже в животном мире представители одного вида не убивают друг друга. Таким психам, как он бить бы в тюрьме. Но здесь он чувствует себя, как рыба в воде.       - Таким, как он, не нужны тюрьмы. Он сам заключает себя в клетку. Именно из-за этого он сильнее... Главное, чтобы он вернулся прежним, - тихо сказал Кок. ***       Следы от места нападения на наёмников, привели меня к логову наших врагов. Я залез на стоящие неподалёку деревья и принялся изучать место, где мне предстоит драться.       Передо мной раскинулась узкая, грязная и разрушенная улица. Среди остатков асфальта чернела жирная грязь, оставшаяся после вчерашнего дождя. Стены домов потрескались, в них было множество следов от пуль и осколков, которые, казалось, складываются в некий рисунок. Почти все стёкла либо потрескались, либо разбились, лишь в нескольких, они были целыми, хоть и очень грязными. Там, где улица заканчивалась перекрёстком, она была заблокирована автобусом, который поставили поперёк, а на его крыше было видно следы наблюдательного пункта: пустые бутылки, гильзы, складные стулья, закреплённые стальные листы, служащие щитами. Автобус днищем практически лежал на земле. Весь его бок со стороны улицы, был завален мешками то ли с песком, то ли с цементом. В нескольких метрах от остова транспорта, стояла металлическая бочка, в которой весело трещал огонь, а вокруг столпились люди, что-то весело обсуждающие и иногда протягивая к огню руки. Кажется, эти ребята чувствовали себя здесь полноправными хозяевами, не зная, что кроме зомби, здесь есть кое-кто намного опаснее.       Один из домов отличался от остальных. Стены здания, на уровне первого этажа, топорщились кольями, словно спина ежа, некоторые окна были наглухо закрыты металлическими листами или шифером, в других же, то же чем-то закрытых, можно было увидеть проблески света. На верху здания, из окна пятого этажа, торчал огромный фонарь, направленный на площадку перед домом, окруженную колючей проволокой.       Я ещё раз пристально всё осмотрел и ухмыльнулся: на крыше, было видно заграждения из колючки, крышу чего-то, что мне было не видно, всё таки тополь быль чуть ниже крыши, но самым главным было то, что к посмурневшему, готовому разразиться дождём, затянутому чёрными тучами небу, поднимались сизые струйки сигаретного дыма.       - Идиоты, - осклабился я, ещё раз оббежав взгляд улицу и прикинув свой маршрут, начал спускаться. - Ничего. Чем они расслабленнее, тем легче мне. Никто не встанет у наёмников на пути. Кто бы это ни был.       Последние тихие слова подхватил ветер тогда, когда мои ноги коснулись земли, и тут же понесли меня следом за потоком воздуха, словно мы играли в салочки.       За первый охранный периметр, я просочился без особых проблем. Люди у бочки даже не обратили внимания на шмыгнувшую в паре десятков метров тень. Фонарь не загорелся, когда моя тень пронеслась по площадке перед домом. Караульный у входа даже ничего не успел сделать, лезвие ножа стремительной бабочкой порхнуло по его горлу оставив за собой красный след и глубокая тень козырька над подъездом поглотила его тело. Неожиданно тяжёлая железная дверь открылась и на улицу выглянул ещё один человек, подслеповато щурясь, пытаясь высмотреть что-то в сгустившемся сумраке непогоды, после ярко освещённого подъезда, где в металлической бочке горел огонь.       Тычковый нож вонзился ему в глаз, мгновенно убив, а я, стремительно войдя в приоткрытую дверь, тут же перерезал горло ещё одному караульному, быстро моргая, чтобы глаза привыкли к яркому освещению. Тела были убраны мной за открытую дверь подвала, скрывая следы произошедшего.       Я остановился у начала лестницы и посмотрев на нож в руке, успокоил всколыхнувшееся волнения от боя.       Оружие. Почему оно так манит человека? Чем оно так прекрасно? Управлять смертью, в этом его чарующая красота? Или в убийстве людей, переполненном чувством праведности, которое несёт в себе такая кара? Управление судьбой, разве для этого ритуала нужна это кровавая красота?       В памяти сразу всплыли слова Анж, которые она как-то сказала мне: "Ал, хватит. Успокойся. Ты вернулся. Когда ты уходишь, ты меняешься. Становишься таким, каким вернулся из города. Твои глаза ледяные, как клинок, которые требует крови". Да уж... В мирное время это может быть и плохо, но сейчас, мне стоило пробудить в себе ту дикую, первобытную, жестокую сторону, которую я запер внутри после возвращения из города. Сейчас, мой боевой инстинкт начинает медленно пробуждаться, потому что впереди меня ожидают сложности. Резко выдохнув, словно перед погружением, я начал подниматься по ступенькам. ***       Андрей потянулся, всем телом впитывая тепло, которое исходило из костра горящего в бочке. Сивый махнул ему рукой и пять мужчин подхватив оружие, начали спускаться на первый этаж, где должны были сменить караульных за входом в подъезд.       Андрей зевая шёл следом за Гоблином и не успел отреагировать, когда тот неожиданно встал и сдёрнув с плеча двустволку, направил куда-то перед собой. Мужчина выглянул из-за плеча этого верзилы и с удивлением уставился на чужого, который стоял на несколько ступенек ниже группы.       - Ты кто такой? - спросил Гоблин, видя, что остальные тоже направили на незнакомца оружие.       Чужак был в облегающей его мускулистую фигуру маскировочной одежде и его фигура в полумраке, казалось, расплывалась.       - Где захваченные вами девушки? - ледяным тоном спросил странный седоватый парень, держа руку на торчащей из-за плеча рукояти меча.       - Бросай оружие, - с лёгкой улыбкой сказал Гоблин, слегка поведя стволом двустволки. - Бросай. Руки за голову и на колени.       Парень всё таким же ледяным взглядом обвёл мужчин, покосился на лестницу ведущую наверх и вздохнув, сказал:       - Позвольте кое-чему вас научить. Когда наводите на меня оружие, то стоит нажимать на курок без раздумий, а не размахивать стволом из стороны в сторону.       - А ну молчать. Думаешь герой? Руки, - разозлился стоящий первым Гоблин, вскинув ствол ружья, показывая движение, которое должен сделать парень.       И уже в этот момент всё изменилось. Ружьё вскинутое стволом вверх, зависло в верхней точке и на мгновение замерев, начала падать вниз, вместе отрубленными с руками Гоблина. Мелькнувшую серебристо-серую полоску почти не заметили. С грохотом ружьё упало на ступеньки, а Андрей заворожено смотрел, как следом падает голова Гоблина. Его палец на курке только перестал быть каменным, как обрез метнуло в сторону и мощный удар в пах согнул его пополам. Сивый захрипев начал падать на ступеньки, пытаясь зажать перерезанное горло. Сергей и Троль, брат Гоблина, ничего не успев сделать, начали заваливаться, один вспоротый от паха до горла, а второй с разрубленной на две половины головой.       Андрей трясущимися руками навёл в спину незнакомца обрез, но его руки после удара ходили ходуном и он никак не мог нормально прицелиться. Чужак обернулся и ослабившись, резко взмахнул рукой. Мужчина увидел мелькнувшую тень и мир померк. Никто из пятёрки уже не видел, как незнакомец достав из глазницы Андрея нож, убрал его и направился вверх по ступенькам. ***       Никто из живущих в доме не мог оказать достойного сопротивления. Люди выскакивали из занятых квартир едва ухватившись за оружие, а за дверью они сталкивались либо с лезвием моей катаны, либо натыкались на пули моей Beretta с глушителем. В голове крутились мысли, что людей и так осталось немного, что своими действиями обрываю множество жизней, но рядом с этими мыслями крутились другие, хладнокровные, расчётливые и яростные. Никто не смеет трогать моих людей и надеяться уйти безнаказанным. Тот же, кто посмеет такое совершить станет врагом всех наёмников, все ранги от мала до велика начнут на виновных охоту, если они не справятся, за ними отправится Волшебник, или Основатель, то есть я, и на мне эта цепочка не закончится, ведь есть ещё и Стая.        - Ты же не думал так просто уйти? - раздался за спиной голос, когда я вышел на крышу и осмотревшись, понял, что это почти ещё один этаж, весь занятый пристройками и навесами.       За спиной в окружении около двух десятков человек стоял мужчина средних лет с небольшой бородой, бритой на лысо головой, всё его мускулистое тело покрывали татуировки, а в руке он держал обрезок трубы. Контингент у него за спиной тоже был не элитой общества или буржуазией, мягко говоря морды всех присутствующих так и просились на фото, над которым будет висеть надпись: "Их разыскивает милиция".       - Я и не собирался уходить, пока не разберусь здесь, - спокойно сказал я, глядя на стоящую передо мной толпу с разнообразным холодным и дробящим оружием.       - Тогда отдавай оружие и может быть, мы будем с тобой нежными, - неожиданно сказал стоящий чуть позади и справа от лидера этой шайки здоровенный толстяк, бросая на меня весьма красноречивые взгляды.       - Спасибо, но нет. Не охота, чтобы мне перья в задницу вставляли, - ухмыльнулся я в ответ.       - Что? Да ты рамсы попутал, пидрила? - заревел какой-то стоящий справа от меня мужик и бросился на меня, замахиваясь ножом для разделки мяса.       Он даже не успел отреагировать, когда латиг со зловещим шелестом развернулся у моей ноги смертельной стальной змеёй и тут же стремительно метнувшись, обвил его шею, чтобы в следующее мгновение мощным рывком перерезать её, с хрустом молов шейные позвонки.       - Вы, кажется не поняли. - сказал я, переводя взгляд на замершую толпу. - Я собираюсь истребить вас до последнего, чтобы забрать своих людей.       Толпу прорвало и ко мне метнулось сразу несколько человек. По их первым движениям стало понятно, что подготовки у них почти нет и единственными их противниками были зомби. Несколько отточенных на тренировках движений и их уже мёртвые тела упали мне под ноги, заливая крышу пятиэтажки горячей кровью.       - Значит это и есть умение пользоваться кнутом? - раздался откуда-то сбоку бас.       Последовавший мощный удар, который я едва смог блокировать протянул меня по крыше с добрый метр и отсушил левую руку.       Передо мной стоял... стояла настоящая машина. Здоровенный верзила выше меня на две головы, под его жилеткой бугрились огромные мускулы, перекатываясь, как шары для боулинга. На плече он держал сделанную из подсобных материалов алебарду. Только прикинув вес это дуры, мне поплохело и стало понятно, что таким оружием может размахивать только очень сильный человек.       - Это мои люди и я не дам их тронуть, - сказал верзила.       - Ты защищаешь их, а значит ты мной враг, - осклабился я.       И мы устремились друг к другу. ***       Академик мрачно смотрел на вырвавшегося на крышу парня. Подтянутый, обвешанный оружием, которое даже не звенело при движении, похожий на виденных по телевизору тигров - дикий, хищный и смертельно опасный.       Под его руководством группа зеков выживала в этом чудном мире уже два года. Он всегда взвешивал каждый шаг, просчитывал каждую ситуацию, поэтому потерь у них почти не было. А сейчас... Они смогли напасть из засады на каких-то вооруженных шкетов и захватить в плен несколько баб. Как они тогда радовались. Сразу по возвращению на базу начали с ними развлекаться, хотя девки сопротивлялись. Одну особо бойкую пришлось даже хорошенько избить и потом трахать этот кусок мяса, но дуреющим без баб мужикам было на это плевать. Но сейчас... Если бы он только знал, что за ними придут, что у них есть кто-то за спиной, кто-то, кто не побоится напасть на их укреплённую базу и будет вырезать его людей, как овец, он бы трижды подумал, а стоит ли трогать этих цыпочек.       - Ты же не думал так просто уйти? - Сказал Академик, обращаясь к парню.       Он знал, что у него за спиной есть верные люди, которые понимали, что без него не выживут. Он не обнадёживался и понимал, что каждый из них может в любой момент воткнуть ему в спину заточку, но сейчас, против общего врага они были едины.       - Я и не собирался уходить, пока не разберусь здесь, - спокойно сказал парень, обежав толпу взглядом.       - Тогда отдавай оружие и может быть, мы будем с тобой нежными, - неожиданно сказал стоящий чуть позади и справа Бегемот, известный тем, что любил мальчиков, за что и сел в своё время.       - Спасибо, но нет. Не охота, чтобы мне перья в задницу вставляли, - нагло ухмыльнулся в ответ неизвестный, уверенно глядя на них.       - Что? Да ты рамсы попутал, пидрила? - заревел кто-то из людей Академика и бросился на парня.       Даже сам лидер зеков едва смог увидеть момент, когда с лёгким металлическим звуком распутался висевший на поясе чужака кнут и тут же взвившись стальной змеёй опутал шею нападавшего, а уже через секунду, мощным рывком оторвал голову бросившегося на него мужчины, при этом треск перемолотых шейных позвонков наступившей тишине, прерываемой только резкими порывами злого, колючего ветра, раздался настоящим громом.       - Вы, кажется не поняли. - сказал парень, бросив равнодушный взгляд на труп и переведя взгляд на стоящую перед ним толпу. - Я собираюсь истребить вас до последнего, чтобы забрать своих людей.       По едва заметной команде данной Академиком сразу четыре человека бросились на чужака, замахиваясь оружием. Так они быстро выносили группки зомби, нападая со всех сторон и отвлекая их шумом. Но сейчас... Стратегия, наступление, выживание. Будто в насмешку над всем этим, появившийся перед ними сверххищник, одетый в камуфляж, стремительно, отточенными движениями, в которых сквозила кровожадность, отправил в могилу четверых, легко и без сомнений оборвав их жизни.       - Значит это и есть умение пользоваться кнутом? - раздался с лестницы ведущей на крышу бас, от чего Академик облегчённо вздохнул.       Последовавший мощный удар трубой, который парень неизвестно как умудрился блокировать выставленными перед собой ножнами с мечом, протянул его по крыше с добрый метр.       На крышу выбрался Кинг-Конг, как его называли зеки. Никто не знал его настоящего имени, но прозвище полученное на зоне прицепилось к гиганту сразу и намертво.       - Это мои люди и я не дам их тронуть, - сказал верзила.       - Ты защищаешь их, а значит ты мной враг, - неожиданно осклабился парень и его вид стал будто у кровожадного психа.       И уже в следующее мгновение они метнулись друг к другу.       Академик смотрел на их бой с восторгом, изумлением и одновременно ужасом. Этот бой. Это был не бой двух людей, это было сражение настоящих монстров. Каждый вышедший перед Кинг-Конгом был бы в ужасе от габаритов своего противника и от предполагаемой силы, ведь было прекрасно видно его здоровенные мышцы, но парень с безумной, жестокой улыбкой сражался против него, при этом его немигающие глаза были такими же ледяными, как и лезвие катаны в его руке. Говорят, что раненные звери страшнее всего и то же самое можно было сказать про загнанную в угол крысу. Этот чужак, мальчишка, был олицетворением обоих этих выражений. Отчаянная, безбашенная жестокость, с которой он бросался на своего противника поражала и заставляла здоровяка выкладываться на пределе своих возможностей.       В их ожесточённой схватке за мгновение наметился перелом. Выведенный из равновесия парень явно не успевал и лезвие алебарды Конга уже опускалось сверху, готовое разрубить его на две половины, но каким-то немыслимым, змеиным движением он ускользнул. Извернулся, пропустив лезвие всего паре сантиметров от своей груди.       И они тут же бросились друг на друга. Мощный удар здоровяка, парень принял на лезвие катаны и тут же, будто текущая вода обогнул его, пропустив мимо себя. Конг по инерции пролетел мимо, но чужак успел ухватить его за волосы убранные в небольшой хвост и нанёс мощный рубящий удар, протянувшийся через всю спину верзилы. Но тут же пятка алебарды врезалась в грудь парня и отбросила его назад, уронив на крышу.       Конг зарычал, как настоящий зверь и яростно бросился на вёрткого и опасного парня, который по сравнению с ним выглядел субтильным подростком. Но чужак и не собирался сдаваться. Он лишь слегка поднялся на ноги, пристально и безотрывно глядя на приближающегося врага. Странная, необычно низкая стойка, словно дикий зверь, готовый наброситься на свою добычу, при этом чувствовалось что-то гораздо более зловещее, чем просто акт убийства ради пропитания.       Стремительным рывком кобры парень метнулся к нападавшему здоровяку и проскользнув под лезвием алебарды, торпедой вылетел сбоку от Конга, держа перед собой окровавленную катану. Академик пораженно уставился на Кинг-Конга и с ужасом увидел, как здоровяк обернувшись, упал на колени, убрав руку, которой зажимал живот. Тут же из длинного пореза на крышу вывалился кровавый ком его внутренностей, которые теперь ничто не держало внутри организма.       - Все в атаку!!! - заорал Академик, чувствуя перед неизвестным страх.       Все его люди бросились вперёд. ***       Я уходил с крыши узнав всё, что мне требовалось, оставляя за спиной обезображенные трупы зеков, с отрубленными конечностями, головами или выпотрошенных, как рыбы, главаря этой шайки, который теперь напоминал кусок свежего мяса и заляпанную кровью крышу, на которой остались следы устроенной здесь бойни. Катана с тихим щелчком устроилась в ножнах, а я спускался по лестнице, держа в руке пистолет, выравнивал дыхание, смахивал со лба текущий градом пот и старался унять дрожь в конечностях. Что ни говори, а за прошедшее время я размяк и смертельная опасность нависшая надо мной выбила меня из колеи. Хотя стоило признать, что верзила, с которым я столкнулся был намного опаснее своих товарищей вместе взятых.       Спустившись в подвал, где по словам главаря держали девчонок, я замер. Просторное помещение было заставлено бочками, где потом разведут огонь, поддонами с набросанными на них матрацами, какими-то ящиками, двигателями, генераторами и прочим хламом. Напротив входа на цепях вколоченных концами в стены, лежали девчонки. Возле одной из них сидел какой-то хмырь. Одетый в длинную куртку на голое тело, он проводил ножом по коже девушки, что-то ей нашептывая и через секунду лезвие нырнуло ей между ног к влагалищу. Жертва вскрикнула от боли, мгновенно сев и я увидел избитое, покрытое ссадинами и синяками лицо Риты. Её рот был распахнут в крике, а зубы были покрыты кровью из разбитых дёсен, губы напухли из-за побоев и покрылись коркой запёкшейся крови, левый глаз был сплошной раной и совершенно не открывался.       У меня из груди вырвался короткий взбешённый рык. Не замеченные мной две девушки, сидящие у стены, уставившись на меня, обратились к мужику.       - Эй, Паук, тут какой-то чмошник нарисовался, - заявила блондинка со стервозным выражением лица.       - Чё? - протянул этот выкидыш эволюции и повернувшись, уставился на меня, вертя в руках баллисонг.       Эта мерзка рожа сразу вызвала у меня желание разрядить в неё всю обойму. Тонкие, бледные губы рта были растянуты в садистской улыбке, демонстрирующей кривые и гнилые зубы. Тонкие нос был сломан, прищуренные бесцветные глазки бегло осмотрели меня и казалось, что они не могут замереть, потому что постоянно шныряли во все стороны. Через левый глаз тянулся узкий шрам, а на лысой башке была татуировка паука на паутине.       - Ты чейный? - спросил Паук, делая несколько шагов ко мне.       - Закрой рот, уродец. Быстро освободи моих девочек и мы уйдём, оставив тебе твою никчёмную жизнь, - в бешенстве сказал я, не сводя с него взгляда.       - Ого! Ты смотри, Паук, как он тебя, -весело рассмеялась шатенка, сидящая рядом с блондинкой.       - Заткнись, подстилка, - вызверился на неё мужчина, а когда перевёл взгляд на меня, то успел увидеть, как на него направляется дуло пистолета.       Чего у него не отнимешь, так это скорости. Мужчина стремительно бросился в сторону и забежав за одну из колон, что-то клацнул, от чего тусклый свет в подвале потух.       - Паук, блять, не видно ничего! - заорала блондинка.       Стрелять в то место, где мог быть мужчина я не собирался, боясь попасть по девочкам, поэтому выстрелил в сторону звука, правда всё же боясь рикошета. Но к моему удивлению раздался болезненный вскрик и судя по голосу это была не блондинка.       Неожиданно рядом раздался шелест, быстрый звук шагов и мою ногу ожгло. Ощупав её, я почувствовал, как по пальцам потекла кровь. Кажется Паук, довольно неплохо ориентировался в почти полной темноте, и использовал это в бою на всю катушку.       - "Так. Если я не вижу, значит мне нужно лишиться этого чувства, чтобы обострить остальные. В городе из-за постоянной опасности, я смог обострить свои чувства до предела, поэтому может получиться. Может так мне удастся обнаружить его".       Закрыв глаза и уняв дыхание, я стал прислушиваться, принюхиваться и будто стал больше осязать, настолько, что улавливал изменения потоков воздуха вокруг меня. Да. Это именно то, что требовалось. Отключить одно из чувств, обостри тем самым остальные и повысить концентрацию до предела. Именно это даёт возможность, пожалуй, создать... сферу, окружающую меня, которая помогает улавливать изменения, происходящие вокруг.       Быстро прозвучали шаги и слева направо протянулся шлейф запахов сигаретного дыма, пороха и пота. Быстрые шаги из-за спины и влево. Метнувшись в сторону, я отмахнулся мечом, но услышал лишь звук рассекаемого воздуха. Пришлось тут же успокаивать дыхание, чтобы сердце не колотилось набатом в ушах.       Лёгкие мазок воздуха возле щеки и если бы я не дёрнулся назад, то по моим глазам пришелся удар ножа. Быстрый звук шагов услышан слишком поздно и левое плечо обжигает порез, едва не угодивший в шею. Прислушиваюсь, принюхиваюсь... Резкий, будто вытолкнутый сиплый выдох справа. Тут же вскинув руку, я рубанул в том направлении, с лёгким удивлением почувствовав секундное сопротивление лезвия и после булькающий звук.       - "Неужели этот сморчок так прокурил лёгкие, что не может долго поддерживать такой темп и приблизился ко мне, когда перестало хватать дыхалки?" - подумал я, всё так же настороженно ожидая нападения.       В это мгновение раздался сухой щелчок и тусклый свет снова появился в подвале, давая возможность хоть немного осмотреться через прищуренные веки.       Я оказался прав. Паук действительно приблизился ко мне и сейчас мужчина лежал справа от меня и едва дыша, пытался зажать перерезанное горло, уставившись в потолок.       - Паук... - пробормотала блондинка, стоя возле колоны, где находился выключатель и держа в руке обрезок трубы, уставилась на меня       Желания сражаться больше не было, но оставлять за спиной врага я не собирался. Быстро вскинутый пистолет тихо чихнул три раза. Середина груди, ближе к сердцу и шея. Блондинка упала на грязный бетонный пол, как сломанная кукла, разметав свои волосы, которые концами упали в небольшую лужу возле колоны.       - Девочки, пойдёмте домой, - сказал я, приблизившись к похищенным и принялся их освобождать.       Мне предстоял долгий, полный опасностей путь домой с израненными, избитыми и изнасилованными девушками, где их осмотрят и об их состоянии мне отчитаются. Но это будет уже завтра. Спасательная операция сожрала у меня много сил.