Зомби 2. К истокам

      С момента моего заключения прошло уже три дня. Моя стая даже ещё не начнёт переживать из-за моего отсутствия. Они привыкли, что я мог уйти никому ничего не сказав, и даже не предупредив сколько времени буду скитаться.       За прошедшее в заключении время, я совершенно ничего не узнал о моих тюремщиках. Почти ничего. Кроме того, что они были законченными садистами. Когда меня первый раз выволокли из подвала, исполняющего роль склада для мяса, вроде меня, то первым, чем они занялись, было банальное избиение. Меня просто повалили на землю и пару минут пинали ногами, при чём весьма неумело и не прицельно, поэтому единственным результатом стала разбитая бровь и отбитые руки, которыми я прикрывался.       После этого меня приволокли к главе этого поселения, который представился Фёдором. Этот похотливый боров только то и делал, что задавал вопросы, если не дожидался ответа, то с удовольствием давал приказ и меня били, ну и лапал каждую проходящую мимо бабу. Насколько я понял, среди них были даже его дочери. Да, уж... Вот, что с человеком сделали два года отсутствия цивилизации. Всего два года, а они уже стали другими, практически дикарями.       Промучившись со мной пару часов, Фёдор приказал вернуть меня обратно, где мне снова стянули руки верёвкой и подвесили к крюку. Осматриваясь, я наткнулся на оценивающий взгляд одного из заключённых. Мужчина средних лет с едва заметной сединой в волосах, которая редкими серебристыми паутинками украсила его тёмно-каштановую шевелюру, смотрел на меня изучающе, будто что-то прикидывая для себя.       Мы пару минут задумчиво друг друга рассматривали, после чего он, что-то промычал, заклеенным скотчем ртом. Ещё раз осмотревшись, я слегка качнулся и подтянувшись на руках, ногами дотянулся до его лица, где пальцами подцепил край скотча, который он смог отлепить своим плечом. Под широкой полоской клейкой ленты ничего особенного не было. Шрам искрививший верхнюю губу в извечной саркастичной усмешке и пара кривоватых зубов, продемонстрированных им в улыбке.       - А ты крепкий, новичок, - сказал он.       - А ты не намного дольше меня здесь, - заметил я.       - Угу, - кивнул собеседник. - Меня Славой зовут. Здесь на два дня дольше тебя. С того момента, как тебя сюда повесили сушиться, прошло пол дня. Ты пропустил завтрак. Ничего, за ужином поднаверстаешь. Ты мне лучше скажи, что ты такого отчебучил, что тебя отсюда вывели, а вернули избитым?       - Испортил приличный семейный обед. Кажется они стали не рады тому, что я убил несколько их человек. Но лопать они их скорее всего будут так же, - ухмыльнулся я.       - Красава. - широко улыбнулся Слава. - А я вот лопухнулся конкретно. Мы с двумя товарищами сюда забежали. Несколько дней от мертвяков бегали, поэтому когда наткнулись на это место были рады до... Короче сильно рады. Ну, а устали как собаки, пока бегали, недосыпы, нервотрёпка... В общем нас взяли практически голыми руками. Один из моих друзей в последний момент почуял неладное, но сделать ничего так и не смог. Меня скрутили, одного друга убили, а второй через несколько часов умер от ран.       - Хочешь поквитаться? - прямо спросил я.       - Хотя бы парочку этих уродов прибить бы. Смерть на смерть. - кивнул мужчина.       - Меня, кстати, Ал зовут. Если хочешь поквитаться, лучше расскажи всё, что знаешь и всё, что поможет нам отсюда свалить.       - Тут я тебе ничем особо помочь не смогу. Мы у них как свиньи на убой. Кормят, не дают сдохнуть и на этом всё. Иногда приходят и пилят кого-то на куски. По идее, пилят по удалению от двери, так что время у нас ещё есть. Как видишь расчленяют по одному, да и то аккуратно. Оно и понятно, им ведь не хочется тратить сильно много медикаментов на то, чтобы у них еда не передохла. Поэтому не зверствуют особо, когда кого-то шматуют. - сказал Слава. - Насколько часто заходят без понятия. За время, которое я здесь, зашли всего два раза. Один отрезали ногу у того бедолаги у двери, а второй, это когда тебя наружу вытянули. Когда тебя приволокли не считаю.       - Ясно. Время есть, но лучше в гостях не засиживаться. - кивнул я.       - Согласен. С такими соседями спокойно не поживёшь, - кивнул мужчина. ***       И вот прошло три дня. За это время мы поняли, что наш подвал всё же кто-то охраняет. Один охранник всё время болтался на верху лестница из подвала и он же кормил нас два раза в день, принося кастрюлю и тарелку, из которой кормил какой-то баландой, весьма отвратительного вида.       Так же все три дня мы со славой усиленно раскачивали крючья. Сперва у меня не было никаких особых надежд на это дело, впрочем, как и у Славы, но к нашему немалому удивлению уже к концу первого дня они начали понемногу шататься, поэтому мы с повысившимся энтузиазмом продолжали своё занятие ещё и часть ночи.       - И что ты теперь думаешь делать? Похоже вываливаться они не собираются, - сказал слегка запыхавшийся Слава, прекращая дёргаться на крюке.       - Ты ногой пнуть сможешь? Ну в голову, чтобы сразу вырубить? - спросил я, тоже прекратив раскачиваться и не обращая внимания на мычания остальных заключённых, которые не хотели, чтобы сюда спустился охранник и начал всех избивать.       - Да заткнитесь вы, - привычно шикнул на них мужчина и ответил, поняв мой вопрос. - Ну, если будет рядом, чтобы достать смог, то конечно приложусь от души.       - Тогда готовься. Без шума вряд ли получиться, - сказал я и подняв ноги, напрягая изо всех сил пресс и спину, смог упереться ими в потолок, перевернувшись вверх ногами.       Верёвка была качественно намотана на крюк, поэтому легко выскользнуть из неё не получиться, но мой крюк был очень сильно раскачан, потому что последние три дня я только этим и занимался, отводя на сон всего по два-три часа в сутки.       От напряжения в глазах потемнело, а мышцы, казалось, готовы были порваться в любой момент, вместе с сухожилиями. Верёвка на запястьях трещала, впиваясь в кожу и так уже стёртую до мяса, но крюк трещал и с тихим скрипом доставался из дыры, в которой был. Резко выдохнув, я сделал яростный рывок, выдёргивая крюк из потолка, будто поднимал какую-то тяжесть и заслышав скрип и треск, едва успел в последний момент оттолкнуться от стены, которая была рядом. И только это спасло меня от того, что я не приземлился на шею. Но всё равно из-за того, что из-за всех сил толкал себя к полу, моё тело кометой пролетело вниз и с глухим ударом приземлилось на утоптанный земляной пол. Лопатки на которые пришёлся удар враз заныли, превратившись в сплошное болящее пятно, а выбитый из лёгких воздух никак не желал втягиваться обратно, поэтому минута у меня ушла только на то, чтобы сквозь мои сдавленные сипы прорвался такой сладкий воздух, который тут же царапнул лёгкие будто наждак.       Вверху лестницы скрипнула дверь и по ступенькам забухали тяжёлые шаги. Откатившись за подвешенных на крюках людях, я видел, как в комнату вошёл грузный мужчина, держа в руках кукри и начал напряжённо осматриваться, уверенно двигаясь среди мяса. Когда он приблизился к Славе, тот, как и обещал, резко подбросил ноги и ударил охранника по затылку, но тот в последний момент дёрнулся и удар получился смазанным. Мужчину бросило в мою сторону и тут же удерживаемый мной крюк со всего маху врезался ему в висок, дробя кости и вонзаясь в голову. Подхватив кукри, я перерезал верёвку и тут же освободил Славу, который с удовольствием, но морщась от боли принялся растирать запястья.       - Круто ты. Не думал, что ты его так легко убьёшь, - сказал он, протягивая руку к ножу.       - Я убийца, поэтому вырежу этих каннибалов без сожалений, - спокойно сказал я, и всё же вручил мужчине нож, тут же направившись к лестнице.       За дверью оказался ещё один охранник, но он даже ничего не успел сделать, сосредоточенно играясь моими ножами. Свернув ему шею и утащив тело на лестницу, я забрал своё оружие, а Слава сбросил труп с лестницы.       Мы с мужчиной крадучись передвигались по посёлку, направляясь в сторону жилища Фёдора. Одиночные встречные погибали от моих ножей или кукри Славы, а группы проходили мимо, даже не подозревая о сбежавших заключённых. ***       - Стой. Нужно осмотреться, - тихо сказал Ал, прячась за бочкой с водой и пристально осматривая площадку перед жильём главы поселения, по которой сновали женщины и вооружённые мужчины.       - "Да, уж... Повезло с временным союзничком. Таких отмороженных я нигде не встречал. Убивает без сомнения, даже с дикой усмешкой. Кажется, он не соврал, когда сказал, что убийца. Интересно, он убивал ещё до того, как всё вокруг заполонили мертвяки?" - размышлял Слава, глядя на пристально рассматривающего площадь Ала, чьи руки были уже по локоть в крови. - "Только я не пойму, чего он ждёт? Несколько человек с оружием, это проблема, но если мы быстро ворвёмся в толпу, то они не будут стрелять по своим, а бабы бесполезны, поэтому мы сможем быстро вырезать охранников".       - Обойди площадь слева и тихо подзачисти. Я устрою здесь шумиху. У тебя как раз будет время, чтобы спокойно разобраться с охранной слева и разжиться огнестрелом. - неожиданно сказал Ал и не дожидаясь моего согласия, каким-то стелящимся шагом направился к жителям поселения.       - "Он кретин? Решил побычить на толпу? Но слева только два охранника и у одного из них ружьё. Он что, всё учёл? Всё подметил и ждал когда сможет убить как можно больше людей?" - поражённо подумал Слава и помотав головой, короткими перебежками начал передвигаться на левый фланг.       - Эй, ты что здесь делаешь, мясо? - спросил один их мужчин, приблизившись к Алу и расслабленно толкнув его.       - Я убью вас. Убью всех, - спокойно сказал парень, будто констатируя факт, глядя в глаза каннибалу.       - Да? И как же ты это сделаешь? - насмешливо спросил охранник и ткнул собеседника стволом ружья в грудь.       В это время Слава оббежал несколько домов и столкнувшись с двумя поселенцами, быстро убил их, задержавшись с выходом на свою позицию. Выглянув в просвет между домами, он увидел, как толкнули Ала и принялся напряжённо размышлять, как сбежать, ведь бежать с голыми руками глупо, а значит нужно бежать после того, как они ограбят арсенал и разживутся припасами.       - "Что он будет делать? Стоит прямо перед трёмя вооружёнными ружьями мужиками и ещё двое с битами с гвоздями. Бабы вцепились в ножи. Стоит стоящему перед ним сделать шаг назад, открыв обстрел дружкам, он и сам сможет по нему выстрелить. Но почему-то глядя на спокойно стоящего перед толпой Ала, эта идея не кажется такой удачной". - размышлял Слава.       В тот же момент стоящий перед Алом мужчина до дрожи в пальцах сжимал цевье ружья, боясь до дрожи в коленях отвести от худой фигуры взгляд и ужасаясь даже моргнуть.       - "Он же безоружен. У меня ружьё. Ребята подстрахуют, да и бабы в ножи вцепились, они будут драться за поселение. Так почему же я его так боюсь? Такое ощущение, что стоит мне шевельнуться, как я тут же умру". - беспорядочно метались мысли в его голове.       - Стой на месте и не смей шевелиться, - собрав все силы сказал мужчина, перехватывая ружьё.       Парень будто не услышал его, начал медленно идти вперёд.       - Стоять, сволочь, я кому сказал!!! - заорал охранник, расширившимися глазами глядя на приближающегося заключённого, которого, казалось, не смущал направленный на него ствол.       Сделав ещё один небольшой шаг, он упёрся грудью в дуло ружья и не успел мужчина перевести дух, как всё стремительно изменилось.       Парень начал двигаться так быстро, что за его движениями не поспевали. Будто по волшебству оказавшийся в руках нож закончил свой короткий путь в шее мужчины, а залп дуплетом двух его друзей не задел молодого убийцу, а только превратил спину их уже мёртвого товарища в окровавленные лохмотья. Метнувшаяся к нему женщина замахивающаяся ножом отлетела назад, когда грохнул выстрел и заряд дроби попал ей в грудь. Следующий выстрел ружья погибшего охранника снёс половину головы ещё одного мужчины, а мелькнувший нож, закончив в воздухе оборот вонзился в глазницу третьего.       Мужчины с битами уже замахивались для удара, когда с опоздавшим удивлением заметили, что парня перед ними уже нет. Один из них даже не успел среагировать, когда кинжал впился ему в пах, а второй удар вонзился в подмышку. Последний оставшийся охранник так же оказался не в силах противостоять противнику: тело его агонизирующего товарища врезалось в него, а в следующее мгновение седой парень уже был рядом. Короткий всплеск ослепляющей боли и внутренности выпали на утоптанную землю, не сдерживаемые распоротым животом.       Парень же не задерживался на месте дольше чем на секунду. Только нанеся удар, он даже не глядя на результат прыгнул к трупам охранников с огнестрельным оружием и после кувырка развернулся к бегущим на него женщинам уже сжимая в руках ружьё. Перелом ствола, патронташ на груди трупа лишается двух патронов, щелчок закрывшегося ствола и взвод курков...       Первый выстрел роем дроби зацепил трёх женщин, вырвав у них куски плоти и заставив упасть на землю, заливая её кровью. Второй выстрел скосил двух выскочивших из-за ближайшего дома вооружённых мужчин.       Парень устремился к ним, пройдя через толпу женщин, как нож сквозь масло. Стоило ему глянуть на труп одного из них, как на его окровавленном лице появилась ужасающая улыбка.       Выхватив из болтавшихся за спиной трупа ножен меч, седой пошёл в атаку. Странная, широкая катана в его руках с лёгким свистом и гудением вспарывала воздух, легко косила нападающих и оставляла за своим хозяином только трупы.       Слава тем временем добрался до своей позиции, слыша как на площади начался бой, но мужчина ничего не мог поделать, потому что сталкивался с торопящимися к месту событий охранниками посёлка. Для себя бывший обед каннибалов решил, что не бросил Ала, потому что если бы не этот упёртый и ужасающий в своих смертоносных навыках парень, то он бы так и приближался к моменту, когда часть его тела подадут на стол.       Когда же мужчина всё же разжившись оружием выскочил на площадь, то невольно замер, поражаясь увиденному и через секунду его скрутил рвотный рефлекс. Площадь была завалена телами. Обезображенные, искорёженные трупы валялись везде, куда падал взгляд и пропитывали свежей кровью утоптанную землю, которая стала тёмно-бардовой.       Конечности, головы, внутренности, всё это валялось промеж трупов, перемешиваясь с ними и образуя ужасающую кровавую картину боя кровожадного убийцы. Вся площадь была гротескной кашей из трупов, созданная безумцем.       Собрав силы в кулак, мужчина направился к дому Фёдора, поквитаться с главой поселения и найти Ала, который, судя по всему буянил уже в доме, потому что, то тут, то там раздавались крики и звуки выстрелов.       В доме было ещё ужаснее, чем на улице. Наваленные вповалку трупы и брызги крови, которые были даже на потолке, устилающие пол, словно ковёр отрубленные конечности и внутренности, в закрытом пространстве узкого коридора не просто вызывало ужас, а давило, одним своим видом отнимая силы.       Слава медленно шёл по дому и наблюдал картину прошедшей... бойни. Боем это было даже невозможно назвать. Изувеченные тела устилали коридоры, звуки выстрелов уже давно прекратились и наступившая гробовая тишины давила на уши так же сильно как и предстающее перед глазами зрелище.       Мужчина вышел в последний коридор и не удержался от вздоха облегчения, по сравнению с тем, что было раньше, лежащие возле распахнутой двери два трупа можно было даже не брать в расчёт и считать коридор пустым.       - Да он дьявол. Что же с ним было, что он так легко убивает? - буркнул под нос Слава и заглянул в комнату.       Возле разбитого окна стоял покрытый кровью Ал, сжимая в руках странную катану с широким лезвием и металлический кнут с лезвиями. Перед ним, оставив кровавый след на стене лежал обезглавленный труп Фёдора, а его голова лежала на полу и с гримасой ужаса пялилась широкого распахнутыми остекленевшими глазами на заглядывающего мужчину.       Ал, услышав за спиной звук стремительно обернулся, но увидев второго заключённого расслабился и выдохнув, как-то сник, будто и- него вышел весь воздух, и вытащили какой-то внутренний стержень: голова поникла, плечи опустились, руки плетьми повисли вдоль тела, и сам он стал казаться меньше, будто и не было того ужасающего чувства, которое не давало мужчинам на площади сразу атаковать его.       - Ал, ты... - пробормотал Слава, но не смог закончить фразу.       - Пойдём домой. - устало выдохнул парень. - Припасы и арсенал здесь в подвале. Фёдор вежливо согласился ими поделиться перед тем, как покинул нас.       - Давай, - тупо кивнул мужчина.       - Приглашаю тебя к нам в город, - с лёгкой, кривоватой улыбкой сказал Ал и волоча за собой ноги, направился к выходу.