С чистого листа

      Увидев лицо дочери, пришедшей со школы, миссис Уайт про тест тактично решила не спрашивать. Зашвырнув сумку куда-то по коридору и чудом не разбив окно, девушка, аки ниндзя, молнией взлетела наверх по лестнице и запрыгнула к себе на чердак. И судя по звукам, доносившимся оттуда, времени девушка зря не теряла. Действительно не теряла. Забравшись к себе на чердак, Мангл запрыгнула на кровать и начала обзванивать друзей. Параллельно пиная стену ногами, она набрала Чику, Ди-Ди, Бонни и Мари. Фокси Пайроту, она пообещала самой себе, когда у неё будут проблемы, больше никогда в жизни звонить не станет. Чика откликнулась мгновенно и на идею Мангл восторженно завизжала и понеслась одеваться. Бонни, как оказалось, зависал у Фокси и тоже согласился. Когда он спросил, звать ли Фокси, Мангл на высокой ноте запротестовала и аргументировала это тем, что «не-ну-а-тебе-то-что-да-и-вообще-слушай-не-спорь-я-ж-всё-равно-вас-побью-и-вообще-он-козёл.» Ди-Ди сказала, что не против, но сейчас уже едет в Блайденбур, помогать отцу на рыбалке, поэтому ждать её придётся долго. Мари идея вроде понравилась, хотя с её стороны так шумел ветер, что Уайт еле разобрала слова девушки. Суть этой идеи заключалась в том, чтобы собраться всем вместе и поехать на Кони-Айленд в парк аттракционов, как бы по детски это не звучало. Им всем надо было развеяться после теста, и Мангл решила, что нечто на подобии парка аттракционов будет наилучшим вариантом. С Чикой и Мари, правда, она встретилась раньше, но вот Бонни к тому моменту уже был почти у острова, ибо добросовестный паренёк никогда не опаздывал, а от графства Блайденбур, где рыбачила Ди-Ди с отцом, до Кони-Айленда почти час езды на машине. Поэтому в метро они двинулись разнокалиберной женской компанией, по пути купив кофе (а Чике ещё и холодный, но от того не менее вкусный кусок пиццы) и весело болтая. Собственно, из-за пиццы Чики они начали слегка опаздывать на поезд в метро, пришлось бежать. Сели на поезд. Добирались до нужной остановки смертельно долго, Чика даже вздремнула, несмотря на стакан крепкого кофе. Таким перепадам бодрости Паппет и Уайт, собственно, не удивлялись, Чика вообще была человеком, который сначала носится без устали, как вертолёт, а потом вдруг резко может уснуть или войти в задумчивое состояние. Но так или иначе, добрались. На Кони-Айленде было людно, многие посетители острова, как и девушки, были подростками. С севера поддувал холодный морской ветер, заставляя гнилую листву выделывать в воздухе кульбиты. Чуть ли не под каждым деревом стояли тачки с хот-догами и сладкой ватой. С востока, где находился Си-Гейт, шло много не по сезону легко одетых чернокожих людей, мирно беседовавших с друг другом о самых разных вещах. Над голыми, но от того не менее густыми ввиду ветвей деревьями виднелся разноцветный краешек колеса обозрения. Оттуда слегка доносились бодрые удары музыки. В самом парке аттракционов Мангл за шесть месяцев жизни в Нью-Йорке ещё не была, несмотря на то, что на метро сорок минут езды. Чика же, вновь войдя в состояние предвкушающего праздник восьмилетнего ребёнка, радостно потащила девушек за собой. Наверное, в этот хмурый позднеосенний день небольшая процессия, состоявшая из трёх шестнадцатилетних девушек с раскрасневшимися от холода носами и закутанными в шарф шеями, одна из которых, как маленький трактор, бодро тащила остальных двух, составляла довольно забавное зрелище. С другой стороны, в Нью-Йорке мало бы кто удивился такому даже если они не шли, а позли на четвереньках. Вопреки классике жанра, Мангл от самого парка в восторге не была, в Лос-Анджелесе, в который она дважды ездила до переезда в NYC, было ещё круче, однако возбуждённый шум толпы, яркие аттракционы и титанически огромное колесо обозрения на неё впечатление произвели. Оставалось только найти Бонни.       — Есть предложения? — осведомилась Уайт. — У меня аппарат сдох.       — И умеем же мы из всякой чепухи приключение раздуть… — задумчиво поправила шарф Мари.       — Чего есть — того не отнять, — хмыкнула Мангл, пожав плечами. — У вас что, тоже телефоны поумирали?       — Нет, но мы из-за этого шума всё равно друг друга не услышим, а у меня мобильный инет вчера кончился— объяснила Чика, смешно тряхнув своей торчащей прядью.       — Мари, а ты не можешь… Ну, типа "взломать его сознание" и мысли его прочесть? Параномальная удивлённо подняла бровь.       — Это немножко не так работает… — объяснила она. — Представь, что я— старенький компьютер, который не может справляться с кучей задач за раз. Тут слишком много людей, да и к тому же нужен близкий контакт. И в этой толпе, где куча мыслей, если я попытаюсь "выполнить задачу" и прочесть чьи-то эмоции, а тем более мысли, я, так скажем, выдам ошибку и от перенагрузки выключусь. То есть умру. Чика ойкнула и закрыла рот ладошками. Мангл ошарашенно посмотрела на Паппет. Но не похоже, чтобы та шутила. Сказано это было так буднично, словно Мари говорила об обыденных вещах, но всё равно по спине Уайт пробежал холодок. По спине Никен, он, судя по всему, пробежал сорока-километровый кросс, ибо девушка растерянно хлопала большущими глазами от страха и ничего не говорила.       — Ладно, — решила Мангл, — пошли Бонни искать. Найди его в Ватцапе и напиши, я его номер помню. Эннисон, впрочем, нашёлся быстро. Он стоял у одного из ларьков с кукурузой и яблоками в карамели.       — Будете? — кивнул он на карамельные яблоки. Чика радостно улыбнулась, продемонстрировав всем милейшие ямочки на щеках. Бонни улыбнулся, вручил ей блестящий в карамели фрукь на палочке. После обратился к Мангл и Мари:       — Ди-Ди приедет попозже? Мангл кивнула.       — Тогда пошли пока сами.       — Куда именно? — поинтересовалась Мангл.       — Может, сначала на колесо обозрения? Панораму Бруклина увидишь, ты ж вроде здесь не была ещё.       — Идёт.       — Здорово! — радостно согласилась Чика, аппетитно похрустывая сладкой карамелью. Но тут голос подал тот, от кого этого вообще не ожидали.       — Не идёт, — с фальшивым спокойствием сказала Мари.       — М-м? А что не так? — спросила Уайт.       — Я боюсь высоты…       — Чего?       — Шутишь?       — Да ладно, Мари, не выпендривайся-       — Я боюсь высоты, — тихо повторила Мари, её щёки покраснели, а лицо стало больше обычного походить на маску. — И я не пойду. Это было что-то, чего троица вообще не ожидала. Девушка, которая умеет летать, боится высоты. Гениально.       — Отстаньте от неё, дураки что ли?! — возмущённо загородила Мари собой Чика,— Она вам ничего не обязана! И она тоже имеет право бояться. Мангл с десять секунд постояла на месте, а после сказала:       — Окей. Мы не идём на колесо обозрения. Мы идём на 7D и едим карамельные яблоки. Все улыбнулись. На секунду накалившаяся атмосфера исчезла.       — Идём, — тихо улыбнулся Бонни. Они подошли к кассе перед мини-кинотеатром 7D, заплатили и вошли внутрь. Посмотрели что-то весёлое и мирное, типа «Путешествие по зефирному миру». Всё было замечательно, и каждый чувствовал себя счастливым, Чика визжала а потом сразу же смеялась на каждом фальшивом падении и грозилась выбросить специальные очки, Мари побледнела и вцепилась ногтями в ржущую Мангл, хотя та была, очевидно, в другом сиденьи. "Путешествие закончилось", казалось, очень быстро, хотя на деле шло несколько минут. Молодые люди вышли из комнаты и пошли сдавать очки.       — Эй, мисс! — весело крикнула Мангл. — Мисс? Извините, а где- … У прилавка с очками лежал труп. Женщина, раздававшая очки, лежала на холодном полу. Потерявшие цвет глаза, больше никогда ничего не увидящие, были открыты, и последняя эмоция, застывшая на них, был ужас. Рот был полуоткрыт, на нём было бордовое пятнышко крови. Краешек рубашки странно обуглился, руки раскинуты по полу. Сам прилавок разворочен. Разбитые по центру доски слабо дымятся. Словно из плохо настроенного радио до троицы донеслись крики. Первой опомнилась Мари. Она схватила всех за руки и потащила оттуда. В парке творился настоящий ад. Толпы кричащих, обезумевших от страха людей бежали изо всех сил, снося всё на своём пути. На асфальте лежало несколько тел. Колесо обозрения горело у основания. А вокруг него еле заметно метались нечёткие, шипящие рваные тени. И эти тени явно не были людьми. Дерево неподалёку троицы вдруг с грохотом повалилось, неестественно быстро упав наземь и оглушив всех на несколько секунд. И среди этого безумия, среди мёртвых тел и огня лежала Ди-Ди. Остекленевшие глаза с непониманием смотрят в пустоту. Привычная оранжевая в розовую полоску шапочка превратилась в обугленный ошмёток, обнажив персиковые волосы девушки. По лбу стекает змейка крови, череп чуть выше затылка раздроблен. Мир для Мангл кончился. Она упала на колени, ничего не видя вокруг, по идиотски раскрыв рот. Все звуки исчезли, и перед её глазами было только окровавленное лицо мёртвой подруги. Оно очень смешное, если подумать. Оно всегда очень хитрое. У него так губы смешно сложены и щёки слегка надуты, словно девушка сейчас ехидно захихикает и изо всех сил себя сдерживает. Оно немного детское, если подумать. Смешно. Оно такое. «МАНГЛ!» Горящее колесо обозрения накренилось. Ну и дурацкое у Ди-Ди лицо. «МАНГЛ, БЫСТРЕЕ!» Сиденья посыпались с него, словно песок. Люди закричали. Совершенное очаровательное. И смешное. Такое. «ВСТАВАЙ!»       — …Мангл! Быстрее! Нам надо бежать! — бледная Мари обеспокоенно кричала, схватив Мангл за руку и посекундно оглядываясь на колесо, кусая между криками губы. Звуки вернулись. После Мари пришёл в себя Бонни. Он схватил на руки неподвижную, словно вкопанную Чику, затуманенным взором глядящую в никуда, и помчался. Мангл вдруг почувствовала, как какая-то потусторонняя сила заставляет её встать и побежать на деревянных ногах. Она почувствовала себя ведомой кем-то марионеткой, словно действия, которые она совершает, выполняются не по её воле. Маринетт внимательно смотрела на Мангл, её фигура и черты лица стали словно искусственными и совсем не человеческими, а светящиеся зрачки приобрели зелёный оттенок. Краем глаза Мангл заметила, что безымянный палец Паппет проколот и сранно поблескивает чем-то серебристым.       — Нам надо уходить, — нетерпеливо произнёс голос у Мангл в голове.       — Куда. Я посижу с Ди-Ди... Я не хочу!-       —Ты ей уже ничем не поможешь. Идём. И вновь Мангл почувствовала эту невидимую силу, которая заставила её идти, словно куклу на нитках. Сила была совсем недостаточна, чтобы действительно повлиять на движения девушки. Мангл было вновь нетерпеливо отмахнулась от этой слабой ерунды, дабы присесть к телу Ди-Ди. И тут она осознала: это Мари. Это ведь она ей пытается управлять. Но… Но здесь же всё ещё куча людей, она не выдержит! И Мангл приняла решение. Ди-Ди она уже не поможет, а Мари нужно спасать.       — Мангл, БЕЖИМ! И с Мангл словно сняли предохранитель. Она схватила бледную Мари на руки и молнией побежала прочь. Словно в замедленной съёмке колесо обозрения заскрипело и медленно начало падать. Тени торжествующе зашипели и взвились в небо. Время снова как будто затормозило. Словно в слоу-моушн Мангл видела, как ломается надвое и рушится, падает огромное колесо, и осознавала, что они не успеют убежать, но всё равно рвала изо всех сил… Она, наверное, уже побила все рекорды школы и так далее, но она не чувствовала усталости. Она вообще ничего не чувствовала. И вот отвалившаяся от общего основания треть колеса обозрения со страшным грохотом упало. Мангл поняла, что она умерла. Она умерла и Мари убила.