Хитрый лис и волчица шоубизнеса

       В гостиной повисла гробовая тишина. Я смотрела на директора академии, не представляя, что говорить или делать дальше. Ситуация была весьма неловкая. С Саотоме пришёл ещё один человек. Высокий, рыжеволосый мужчина. Я тут же его узнала.        Рюя Хьюга является японским актёром и снимается в различных боевиках и приключенческих фильмах.       Аяко очень любила смотреть фильмы с его участием и вечно злилась, когда я говорила, что не очень увлекаюсь кино и музыкальной индустрией родной страны. Сейчас, будь она здесь, наверное бы, визжала от восторга.        Вспомнив про Аяко, я меняюсь в лице и во мне появляется уверенность. Хватит с меня контрактов, концертов и всего прочего. Я буду продолжать играть музыку лишь для себя. Это — моё решение и я не устану повторять об этом.Чтобы он сейчас не предложил, я буду твёрдо стоять на своём.        Уверенная в своей правоте, я демонстративно прошагиваю в гостиную и присаживаюсь на пуфик напротив Блистательного.        — Амор молода и великолепна, вот только свет погас, как не прискорбно.        — Амор осталась во Франции, здесь я лишь Каэде. Послушайте, я не знаю, что у вас на уме, но…        Когда Саотоме назвал меня Амор на глаза навернулись слёзы и всё, что я хотела сказать, произносилось с большим трудом. «Амор» — мой сценический псевдоним, который я придумала ещё будучи обычной абитуриенткой и всё, что с ним связано, все те прошлые и драгоценные события, это есть нечто моё, личное и сокровенное.        К моему удивлению, Руи неожиданно вскочил с кресла, закрыв меня собой.        — Уходите! Прошу, просто уходите!        — Руи, прекрати, всё хорошо.        — Ты говоришь так только от того, что считаешь это лишь своими проблемами! — он повышает на меня голос и я вздрагиваю, мне впервые доводится видеть брата в таком состоянии.        — Господин Саотоме, вы уважаемый человек, но вы не представляете, как тяжело ей забыть то, что произошло там, в чужой стране, где она жила столько лет. Когда моя сестра вернулась домой, я не посмел и подшутить над ней, 0 как это было в детстве. Не посмел спросить о том, что случилось. Каэде была мертва. Морально мертва. Она страдала и я никак не мог помочь ей, ведь из-за детских стычек она до сих пор не воспринимает меня всерьёз. Я сам виноват в этом, но суть в другом. Только её состояние нормализуется, как вы засыпаете наш дом письмами и, в конце концов, заявляетесь сами. Впустив вас, я сделал ошибку. Прошу уйдите. Каждое ваше слово для неё — как нож, вонзающийся в сердце. Я прошу вас, не делайте ей больно.        Я смотрю на брата с широко распахнутыми глазами и не могу поверить своим ушам. Неужели, он настолько сильно переживает? Меня больно кусает укол вины, ведь я столько кричала на него и вечно запиралась в своей комнате.        — Делать больно? Похоже, единственная здесь, кто морально уничтожает себя, это твоя сестра. Бежать от прошлого глупо и так по-детски с её стороны.        Резко, прямолинейно, но в самую точку. Меня цепляют слова Хьюги, который, стоя позади директора, тоже решил заговорить. Брат сжимает руки в кулаки и я тяну его за рубашку, стараясь его успокоить. Кажется, он сейчас накинется на мужчину, но Саотоме начинает заливисто смеяться и через мгновение оказывается рядом со мной, осыпая вокруг конфетти.        — Не обижайтесь на мои слова, Каэде, возможно, я ляпнул немного не подумав, но к чему драки? Давайте мы просто расскажем вам, что мы собственно так до вас допытываемся, а принимать моё предложение или нет — ваше личное решение.~        — Послушайте… — Я согласна.        — Что? Каэде, почему?        Теперь очередь брата удивляться моему решению, но произошедшие сегодня события и этот чудаковатый директор… Я всё же решила послушать его. Частично, Рюя прав, всё, что я делаю морально уничтожает меня последние несколько месяцев.        Когда все немного успокоились, Руи вышел из гостиной и меня начали вводить в курс дела последних событий.        — Как вы, возможно, помните из письма, академия на грани закрытия. Молодые студенты либо уезжают за границу, либо теряют всякий интерес и уходят уже под конец первого курса. Как я не пытался изменить ситуацию, всё тщетно. На днях, ко мне заехал старый приятель. Вы очень хорошо с ним знакомы, Накамура. Его имя Филипп Бенуа. Директор академии имени Бенуа во Франции. Он заявил, что в Японской академии одни дилетанты и, отправь мы на всемирный конкурс знаменитостей от нашей академии, точно уступили бы им во всём. Мы заключили пари. Решив устроить масштабную битву двух академий. Это будет великолепное зрелище! Но главное, в случае победы, мы вернём себе былую славу. У меня есть прекрасные группы и замечательный композитор, но есть одно «но»…        — Не совсем понимаю, что в таком случае требуется от меня? Не в обиду вам, но вы сейчас были точная копия господина Бенуа. Он жил тем, что заключал пари и учил нас идти только к победе, и стоило оступиться, как ты для него становился пустым местом. — накручивая выбившийся локон на палец, я задумалась о господине Бенуа. Если этот человек настроен решительно, этим знаменитостям от Саотоме придётся ой как не сладко.        — Так вот, никогда не знаешь чего можно ожидать от соперника, поэтому, как и мой приятель, я немного схитрю и попрошу его ученика стать тренером моих звёзд.~        — Что?! Нет! Вы точно с ума сошли!        — Блистательный говорит на полном серьёзе, задумайся над этим. — в разговор снова влез Хьюга, но я была в смятении. Чему я могу кого-то научить и ради чего? Нет, не дождутся.        — Я не смогу идти против собственной академии, к тому же всё это бессмысленно. Поэтому, как ранее сказал мой брат, просто уходите.        — Да что ты за эгоистка такая? Возомнила из себя бедную овечку и жалеешь себя. Сколько ещё собралась так жить?!        — Хьюга, идём, мы то, что хотели сказали. Жаль конечно, Аяко была права, эта девушка струсит и никогда не посмеет соревноваться с ней.        Когда до меня дошло, о ком шла речь, они уже вышли на улицу и я, ринувшись за ними, буквально крикнула им вдогонку.        — При чём здесь Аяко?!        Неожиданно, я услышала звук вертолёта, который подлетел к нашей улице и, скинув лестницу, стал ждать двух моих сегодняшних гостей.        — Аяко — тренер звёзд Франции и первый заявленный конкурсант в битве. Жду не дождусь этого события!        Так они и улетели, а я, босиком, усталая, присела на крыльце и, закрыв глаза, томно выдохнула.        — И что же мне всё-таки делать?