Грязные игры

Трис тоскливо разглядывает таблицу, на которой ее имя светится красным. После вечерней тренировки пот струится по спине, а искусственный материал футболки неприятно прилипает к коже, потому что влага не впитывается. Хочется в душ и спать пару дней подряд. Она засыпает и просыпается с мыслью о том, что ее ждет, если она не попадет во вторую половину таблицы, безопасную оранжевую зону. Эта мысль - ее лучший мотиватор и худший ночной кошмар. Поэтому Трис приходит на тренировки раньше всех и уходит самая последняя, сбивает костяшки в кровь, изматывает себя так, что едва стоит на ногах к концу дня. К ее несчастью, это замечают оба инструктора инициируемых. И если у Четыре это вызывает одобрение, пусть в самом его мизерном и незаметном проявлении, то в интересе Эрика нет ничего созидательного. День за днем Трис возвращается в спальню настолько выжатая, что не остается сил не то, что отвечать на дежурные колкости Питера, а вообще хоть на них как-то реагировать. Парень первое время пытается придумать шутки позлее и поострее, полагая, что у Стифф уже выработался иммунитет к его издевкам. Но Трис все так же игнорирует его слова, не удостаивая Питера даже взглядом. Он злится и кусает губы, напряжение растет, сбросить негде, разве что на ринге, но там он и так первый. Вымотанная, игнорирующая его Трис заставляет снова чувствовать себя ребенком, у которого сломалась любимая машинка, потому что именно с ней он играл чаще всего. Сначала слепо верится, что если не замечать поломок, то можно будет играть как раньше. Естественно, это не срабатывает, вызывая в конце концов лишь колючую злобу, отчаянье и желание доломать. Когда он зажимает ее в коридоре, пытаясь сорвать с губ поцелуй, Питером движут совершенно не романтические побуждения. Он словно ищет в ней отклик прежней Трис, шаря крупными ладонями по талии и бедрам. Трис мерзко и противно от этого, но она так обессилена, что сил едва хватает, чтобы оттолкнуть его. Ощущение чужих губ на своих немного встряхивает ее, но этого недостаточно (не зря он лидирует в турнирной таблице) - Питер держит крепко, всем телом вжимая в стену. Ну где же ты, где, где? Давай, дай мне по роже, посмотри, что я делаю, чертова альтруистка! Его губы спускаются к шее, давая Трис глоток воздуха: - Отпусти, придурок! – шипит она, начиная вырываться с гораздо большим усердием. Вдруг приходит осознание, что все ее тренировки – бессмысленны, если она не сможет дать отпор в такой ситуации. Питер больно кусает за шею, на что девушка отвечает сдавленным шипением. Коленом она так и норовит попасть ему в пах, извивается в его руках как змея, и Питер довольно улыбается: вот оно, наконец-то. Но насладиться триумфом долго не удается - чужая рука оттаскивает его за шкирку как котенка. Эрик резким движением откидывает Питера в соседнюю стену, переводя пристальный взгляд на Трис. Она хватает ртом воздух, не моргая, волосы растрепаны, по щекам разлился скупой румянец, левой рукой держится за место укуса на шее. Занятное зрелище, ничего не скажешь. - Исчезни. Быстро, - тихо и сквозь зубы произносит он, не отрывая взгляда от стоящей напротив девушки. Питер торопливо поднимается на ноги и, спотыкаясь, быстро теряется в темноте коридора. Становится тихо, слышно лишь скомканное дыхание Трис и спокойное, едва различимое, Эрика. У него тяжелый взгляд, тусклое освещение выхватывает лишь отдельные черты - глаза прищурены, пирсинг слегка поблескивает в темноте. Он делает шаг к ней, хватает за подбородок и резко отворачивает ее голову в сторону, другой рукой отнимая от шеи ее собственную ладонь, и открывает взгляду тонкую шею. Трис дергается, в попытке сбросить цепкие пальцы с лица, на что Эрик лишь недовольно хмыкает и кладет тяжелую ладонь ей на солнечное сплетение, толкая и придавливая к стене - чтоб не дергалась. У Трис выходит весь воздух из легких, и она мысленно чертыхается – да что ж это за стена такая заколдованная, что ее второй раз к ней прижимают. Глухое раздражение затапливает ей легкие, мешая вдохнуть, но сопротивляться Эрику – совершенно не то же самое, что дать по лицу Питеру, потому Трис терпит, сжимая зубы. Эрик тем временем внимательно рассматривает ее шею, отнимает руку от груди и проводит большим пальцем по болезненно пульсирующему месту. Его губы кривит ухмылка – мальчишка не промах, оставил ей повод для расспросов на ближайшие несколько дней. Трис дышит напряженно и даже немного возмущенно, на что он лишь довольно хмыкает. Она дергается в очередной раз, и Эрик наконец убирает руки, давая ей свободу. - Тебе здесь не место, Стифф, - его голос звучит равнодушно и скучающе, словно он просит передать ему соль за ужином. Не то, чтобы она когда-то слышала, как он это делает. - Это не тебе решать, - огрызается Трис, Питер разбудил в ней злость и раздражение, все еще клокочущие где-то горле и застилающие разум. Ее яростный взгляд очень нравится Эрику, он любит сопротивление и борьбу. Противник всегда должен быть достойным, иначе будет скучно. - Такую бы злость и на ринг, а, Трис? – в полумраке сверкает его острая улыбка. – Может, стоит тебя зажимать вот так перед каждой тренировкой? Того гляди, ко второй фазе доберешься, - Трис знает, что он нарочно провоцирует ее, но не может сдержаться. Слова инструктора сочатся неприкрытой насмешкой. Чертов Эрик. - Только так удается к девушке прикоснуться, да? Зажать в углу? – срывается с языка быстрее, чем она успевает осмыслить, что именно только что сказала. Трис испуганно замирает, прижав ладонь к губам, словно это как-то поможет стереть прозвучавшие слова. Ей стоило сказать ему «спасибо» и быстро убраться восвояси, но вместо этого она не придумала ничего лучше, чем огрызаться. Эрик опасно наклоняет голову вбок и протягивает руку к ее лицу. Большим пальцем обманчиво нежно проводит от уха до подбородка, сохраняя зрительный контакт. - Наказание, Трис. Завтра, после вечерней тренировки, - преувеличено ласково говорит он почти шепотом, так внимательно разглядывая ее лицо, словно заранее примеривается, какие синяки ей пойдут больше. Эрик немножко психопат. Трис немножко страшно. Он отстраняется и разворачивается, намереваясь уйти, когда ее голос догоняет его: - За что наказание, Эрик? – Трис кажется, она имеет право знать хотя бы причину, раз уж самого наказания избежать явно не выйдет. Ведь не из-за отсутствия у нее чувства такта он так поступил, верно? Эрик разворачивается вполоборота, окидывая ее раздраженным взглядом. - За плохую оценку ситуации и медленную реакцию. Трис поднимает брови, на что Эрик слегка закатывает глаза, недовольный тем, что приходится разжевывать: - У тебя было достаточно возможностей съездить ему по яйцам в самом начале. Но ты предпочла стоять и ждать помощи, как девица в беде*. Поэтому тебе здесь и не место, Стифф, члены фракции Бесстрашных спасают, а не ждут спасения, с тем же успехом ты могла бы оставаться в своем жалком Отречении. Никто здесь не собирается тебя спасать. - Но ты же спас, - от этих слов саднит горло, Эрик и «спас» в одном предложении – да что не так с сегодняшним днем? - Правда? – он переспрашивает так искренне, что у Трис кровь стынет в жилах. Взгляд у него нечитаемый, не обещающий ничего хорошего, и она чувствует, как внизу живота все стягивает в узел. Эрик молча разворачивается и уходит. Трис так и остается стоять спиной к стене и мысленно считает до пяти, пытаясь прийти в себя. Его «Правда?» эхом расходится в голове, и девушка понимает, что лучше бы она сама разобралась с Питером. Мысль о том, что за такое спасение от Эрика она еще дорого заплатит, и что это ей совсем не карману, приходит с опозданием. Похоже, Трис действительно влипла. **** Всю тренировку Эрика не видно. Трис искренне желает, чтобы он и не появлялся – растворился в темноте коридора в тот вечер, желательно - навсегда. Было бы гораздо легче. Наверное, первый раз за все время пребывания у Бесстрашных, она так отчаянно желает, чтобы тренировка не кончалась. И по закону подлости, все происходит наоборот. Когда последний инициируемый покидает зал, остаются лишь она и Четыре. Он уже привык к тому, что она остается после тренировки, обычно он кидает на прощанье одобряющий взгляд (а иногда – и застенчивую улыбку) и уходит, но не сегодня. Четыре смотрит обеспокоенно, но не говорит ни слова, как и она. Пока Трис гадает, знает ли Четыре о ее наказании, он хмуро кивает ей на прощанье и выходит. Трис остается одна и сглатывает от волнения, лелея надежду, что Эрик забыл о ней. Вплоть до того момента, пока в глубине коридора не раздаются шаги. Дверь резко распахивается, Эрик размашисто проходит через весь зал, даже не глядя на нее. Трис мечтает стать невидимой или хотя бы провалиться под землю. Эрик останавливается у ринга в ожидании. Проходит томительных пять секунд, и он, наконец, нарушает молчание: - Сколько мне еще ждать? В голосе звенит сталь, и Трис быстро подходит к рингу, стараясь не разозлить Эрика с самого начала. - Ну? – снова задает он вопрос и, встречая ее непонимающий взгляд, кивает на ринг. Трис медленно делает шаг вперед, потом второй, третий и оборачивается к Эрику: - Но с кем я буду драться? Вопрос повисает в гнетущей, гулкой тишине, и она мысленно чертыхается. Ну конечно, с кем же еще. Эрик улыбается ей ласково, и девушку бросает в дрожь от этого. Он сбрасывает сковывающую движения куртку, ступает вперед и делает нарочито вежливый приглашающий жест. Трис быстро встает в позицию, стараясь сконцентрироваться. Она быстрее его, вспоминает девушка слова Четыре, надо действовать первой. Эрик продолжает улыбаться и, кажется, даже не собирается вставать в боевую стойку. Да он разделается с ней одной левой. Ей хочется разрыдаться от бессилия. Мат ринга пружинит под ногами, когда Трис таки решает атаковать первая, но в ту же секунду оказывается на полу. - Ты быстрее, но я в разы опытнее. Эта стратегия здесь не сработает. Эрик не подает ей руку. Трис поднимается и снова встает в позицию. - Давай же, Стифф, - подзадоривает он ее, похоже, что Эрику весело, очень весело. – Ну же! Представь, что от этого сейчас зависит твоя жизнь. Что бы ты делала, если осталась один на один с таким противником как я? Вопрос ставит ее в тупик, и пока Трис думает, Эрик подбирается слишком близко, заламывает ей руку, прижимая спиной к своему телу. - Правило номер раз: не теряла бы бдительность, - шепот у него хриплый и шипящий, дыхание опаляет ей шею. Руку пронзает боль, но Трис мужественно молчит. От такой хватки точно останутся синяки, с грустью думается ей. Свободной рукой он прикасается к месту вчерашнего укуса и хмыкает: - Альтруизм заразен, Стифф? Может стоит направить Питера в медпункт? Не хотелось бы терять такого перспективного инициируемого. Трис вспыхивает от возмущения и вырывается из хватки (с его позволения, конечно). - Ты закончишь болтать или может мне принести по чашечке чая? - Трис не узнает себя – рядом с Эриком все слова выходят какими-то едкими и язвительными. Словно это заразно. Она усмехается ироничной аналогии и пропускает удар под дых. - Можем поговорить и на другом языке, - сквозь зубы выплевывает Эрик, пока она сгибается пополам, хватая ртом воздух. Следующие пару минут Трис стремительно и изо всех сил отражает его атаки – атаковать самой явно не вариант, поэтому стратегия уклонения кажется наиболее выигрышной. Вплоть до того момента, пока Эрик не хватает ее за хвост, когда Трис уклоняется от удара, уходя вбок. Он дергает ее на себя, Трис заваливается назад от неожиданности. Эрик отходит, ставя ей подножку, и девушка падает на спину. В тот же момент, Эрик хватает девушку за левую ногу, сгибает ее в колене и выворачивает ее стопой в правую сторону, а затем наваливается грудью на голень. Трис вскрикивает от резкой боли в области бедра, боясь пошевелиться. Свободной рукой Эрик перехватывает ее оба ее запястья, удерживая их над головой. Второй рукой он упирается в пол. Все это происходит буквально за пару секунд, Трис даже не успевает среагировать, а вот кому-кому, а Эрику точно не занимать реакции. Он нависает над ней, удерживая в таком странном положении. - Ну, Стифф, что дальше? У Эрика равнодушный и сосредоточенный взгляд, он немного надавливает всем корпусом, и Трис вскрикивает от сильной боли в бедре. Эрик явно наслаждается происходящим – его губы растягивает кривая ухмылка. - Думай быстрее, каким путем такой, как ты, - последних три слова он словно выплевывает, - выбраться из подобной ситуации. Даю пять секунд, или я сломаю тебе бедро. Трис распахивает глаза в удивлении, но недобрый блеск в глазах Эрика говорит о том, что он явно не шутит. - Пять, четыре.. Она пытается вырвать кисти, вызывая лишь смешок – Эрику даже не нужно напрягаться, чтоб удержать ее, он выигрывает у нее по всем параметрам. Пора включать голову, Трис! …три, два… - мужчина растягивает слова в предвкушении, отстраненно наблюдая за ее безуспешными попытками. Мозг Трис судорожно ищет решение, но это как выстрелы холостыми патронами – из этой ситуации она решительно не видит выхода. …Оди…, - не успевает закончить мужчина, как девушка перебивает его: - Пожалуйста, Эрик, не делай этого, - слова звучат скороговоркой. Он замирает и вдруг разражается смехом, так искренне, что ей аж блевать хочется. - Ты это серьезно? – переспрашивает Эрик, искорки веселья все еще горят в его глазах. Трис затравлено молчит – после изнурительной тренировки и его издевательств нет ни моральных, ни физических сил сопротивляться. - Это я и пытаюсь доказать тебе, глупая девчонка, - с улыбкой тянет он, наваливаясь на нее еще сильнее, - ты – слабая и беспомощная, абсолютная посредственность, и в это раз никто не придет к тебе на помощь. Его улыбка превращается оскал, и вдруг Трис резко подтягивает под себя вторую ногу, вскидывает ее и толкает его прямо в плечо. Ей удается немного отодвинуть Эрика, буквально на пару секунд, но этого достаточно, чтобы высвободить вторую ногу. Мужчина, не ожидавший такого от слабой девчонки, реагирует быстро – секунда, и он уже сидит сверху на ней, все так же удерживая запястья. - Неплохо, Стифф, бедро ты сохранила, - слова звучат почти как похвала, но Трис не доверяет никаким словам Эрика. – Но не жизнь. Его свободная рука сжимается на ее шее, и Трис внезапно осознает, что ему ничего не стоит задушить ее прямо сейчас, вот на этом самом мате, и дело с концом. Девушка начинает бешено вырываться, что вызывает у него лишь скучающий взгляд. В момент, когда ей кажется, что сейчас сознание покинет ее, Эрик разжимает пальцы. Она судорожно вдыхает, насколько позволяют сдавленные его весом легкие. - Как-то не впечатляет, Трис, - он впервые за сегодня зовет ее по имени, и это – плохой знак. Она глотает воздух, пока может, не представляя, что еще на уме у этого психопата. – Либо жизнь для тебя – не стимул, либо у тебя недостаточно воображения, чтобы смоделировать ситуацию, о которой я тебе говорю. Давай-ка, добавим немного реализма, что скажешь? О, нет, нет, нет. Черты его лица искажает довольная гримаса - Эрик вытаскивает из ботинка нож, лезвие сверкает в свете ламп, а Трис снова начинает дергаться. - Нетнетнетнет.. – шепчет она, но Эрику явно наплевать – он прикасается лезвием к лямкам ее тренировочной майки и перерезает их быстрым движением. Трис бьет дрожь, когда чужие теплые пальцы медленно оглаживают обнаженные ключицы. Только не это. Эрик все так же омерзительно улыбается, разрезая майку от груди вниз, до самого края. Он сдирает с нее ненужную тряпку, оставляя лишь черный спортивный лиф. Мужчина довольно хмыкает, откладывает в сторону нож и тянется к своему ремню. Трис закрывает глаза и считает до трех. Так страшно ей еще никогда не было. Он вытаскивает ремень из шлевок, и, перехватывая другой рукой, обвивает вокруг ее запястий. - Достаточно реалистично, а, Трис? – в голосе Эрика слышны незнакомые ей нотки, и это явно не предвещает ничего хорошего. - Слезь с меня и развяжи руки, Эрик! - требовательно отзывается девушка, собирая остатки гордости и храбрости в кулак. - Вряд ли существуют такие методики тренировок, это – против правил. Ее слова вызывают лишь смешок с его стороны, Эрик снова берет нож в руку и упирается кончиком ножа в стык спортивных штанов и обнаженной кожи живота. - С каких пор ты отдаешь приказы? – нож щекочет кожу, мышцы ее живота автоматически сокращаются, и да, это - чертовски сексуально. Уже не такая смелая и бравая – Эрику давно хотелось сбить с нее спесь, и если это – единственный способ, то он явно родился под счастливой звездой. Эрик проводит большим пальцем по выступающей тазобедренной косточке, удерживая нож остальными, а после повторяет движение уже лезвием. Кожа у нее мягкая и очень чувствительная – он уже видит, как начинают проступать синяки в некоторых местах. Эрик доволен – чем больше синяков, тем дольше шавка будет помнить, как он указал ей на ее место. Он уже не так разговорчив, и Трис начинает бросать в дрожь – мало того, что она находится в такой ужасной ситуации, ей еще и нужно не терять трезвость сознания, ведь все это легко может оказаться фарсом, разыгранным для доказательства ее непригодности для фракции. Эрик вновь сосредотачивает взгляд на ее животе, нож порхает в его руках от одной ее тазобедренной косточки к другой, не пересекая линии брюк, словно прицеливаясь. Кожа покрывается мурашками от такого легкого прикосновения, а Трис дальновидно не дергается – вредить себе вне ее намерений. Атмосфера вокруг тяжелая, напряжение между этими двумя разливается в воздухе густым сиропом. - Хотя, Стифф, я тут поразмыслил – ты тоже можешь пригодиться в Бесстрашии, - нарушает молчание Эрик, а его ухмылка не предвещает ничего хорошего. Трис вопросительно поднимает брови, ожидая продолжения. Эрик смотрит ей в глаза, не моргая, взгляд у него темный, без просветов – словно радужку затопило чернилами. - Шлюхи нужны в любой фракции, - он хмыкает, поведя бровями. Слова звучат хлестко, а у Трис ощущение, словно ей только что дали пощечину, постыдную и очень обидную. Но Эрику вроде как наплевать на ее чувства, он опускает глаза, оглядывая ее полуобнаженное тело. Даже если это и фарс, выглядит довольно натурально. От этого ей становится в разы противнее, Трис взбрыкивает всем телом, в очередной попытке скинуть с себя тяжелое тело. Вспышка боли отзывается где-то в районе низа живота – она совершенно забыла про нож, видимо царапнувший ее только что. Эрик зачаровано наблюдает, как небольшая царапина наливается крупными красными каплями, стекающими по тугому боку на пол. Ранка небольшая, но досадная – долго будет давать о себе знать. Трис замечает, как что-то неощутимо меняется - подсказывает интуиция, потому что внешне перемен не заметно. Словно напряжение в разы усиливается – все его движения становятся более резкими и несдержанными. Как будто Эрик резко изменил свои намерения на ее счёт. - Ты вполне сойдешь за подстилку, Стифф, но не больше, - не отрывая взгляда от царапины на ее боку, произносит Эрик. – Сегодняшний вечер это более, чем доказывает. Он поднимает взгляд, встречаясь глазами с ней: в ее глазах – гнев, в его – голод. Трис сглатывает, злость застилает ей глаза, в голове уже готова целая гневная тирада в ответ Эрику, но девушка понимает, что это ей явно не поможет. Становится наплевать, что он – один из ее инструкторов, чьим приказам Трис обязана подчиняться. Резким движением она выхватывает связанные руки из его хватки, и направляет их по единственно возможной траектории – по дуге вперед. Девушка понимает, что это действие ее положению вряд ли поможет, но поруганная гордость не дает шанса бездействовать – Эрику не сойдет это с рук вот так, пусть хоть по лицу получит. Удар застает его врасплох, а потому и приходится ему куда-то в линию челюсти, вызывая сжатое шипение. - Чертова девчонка, - сильная рука снова прижимает ее запястья назад к мату, Эрик раздраженно сплёвывает кровь куда-то в сторону и наклоняется к ней близко-близко. Он яростно дышит, на губах слегка заметные красные разводы. - Двойка, Стифф, провалила экзамен, - едко выдыхает мужчина, частое дыхание влажным теплом оседает на ее коже. Он в ярости, вдруг осознает она, а Эрик наваливается на нее всем телом. Но не будет же он действительно это делать? Мысль чайкой бьется в сознании. Левой рукой он все еще удерживает ей запястья, а правая уже скользит по обнаженному боку. Только в этот момент до Трис доходит, что все происходит всерьез, а не понарошку. - Нет, Эрик, - сдавленно выдыхает она, всем телом пытаясь оттолкнуть его. Эрик тяжелый и явно знает, что делает – откуда сбоку он снова слышится треск ткани, и Трис понимает, что это трещит по швам ее тренировочный топ. Осознание того, что он не разыгрывает фарс, а действительно хочет поставить ее на место таким унизительным способом, приходит мгновенно. - Я сказала «нет»! – уже кричит она, но Эрик затыкает рот поцелуем, грубым и совершенно неприятным, словно говорящим «Знай свое место, девчонка». Его руки повсюду, словно он больше не удерживает ее запястья, но стоит ей ими дернуть, как сильная рука припечатывает их на место – словно у него какой-то нюх на эти вещи. Трис пытается оттолкнуть его, попасть коленом между ног, адреналин кипит в крови, но даже этого недостаточно – она и правда не может противостоять такому профессиональному бойцу, как Эрик. Воздуха начинает не хватать, и мужчина отрывается от ее губ. - Я бы на твоем месте был потише, Стифф, - горячий шепот скользит по ушной раковине, отпечатываясь в сознании. Он тяжелый и горячий, это ощущение ново для Трис, но, обернутое в страх и панику, совершенно ей не нравится. Эрик сжимает ей бок так, словно хочет оторвать себе кусок на память, намеренно задевает царапину, вызывая у нее болезненный вскрик. Похоже, ему не просто нравится причинять боль – его это заводит, догадывается Трис. - Такая «ты» мне нравится гораздо больше, - лениво тянет он над ухом, сминая тяжелой ладонью ее левую грудь под спортивным топом. – В роли подстилки, я имею в виду, - добавляет Эрик с усмешкой. Его лицо прямо напротив ее лица, Трис замечает разноцветное безумие, мелькнувшее на секунду в его серых глазах. Пирсинги на лице поблескивают в слабом свете ламп, когда Эрик немного отстраняется, оглядывая ее и явно остается доволен увиденным. - Да пошел ты, урод, - она плюет ему прямо в лицо, понимая, что ходов больше не остается. Трис больше не стесняется в выражениях и действиях, если он действительно собирается сделать это, она точно не будет лежать безвольной куклой. Он бесстрастно вытирает щеку тыльной стороной ладони, смотрит на нее долгих пару секунд, а потом внезапно издает какой-то звук, очень похожий на рык и вжимает женское тело еще сильнее в пол. Она сводит его с ума, и Эрик мечется между двумя желаниями: задушить ее или хорошенько трахнуть. - Когда же ты наконец заткнешься, а? – голос звенит от злости, а руки сжимают талию так сильно, что Трис вновь не сдерживает вскрика. – Как же ты меня раздражаешь своей беспомощностью и показушностью, Трис, - шипит Эрик в перерывах между поцелуями-укусами – все, чтобы оставить ей побольше напоминаний. – Тебе здесь не место с твоими высокими идеалами и воздушными замками. Мы тут обжигаем горшки. Он больно кусает за шею, туда же, куда недавно укусил Питер. - Я была права, да, Эрик? Это – твой единственный способ, добровольно под тебя никто не ложится, а? – ее голос сочится ядом, слова – ее последнее оружие, иначе пиши пропало. Надо вывести его из себя, другого выхода она не видит. Эрик резко отвешивает ей болезненную пощечину, жестко хватая свободной рукой за подбородок. - Заткни. Пасть. – отчетливо выговаривает он, глядя ей прямо в глаза. Его лицо оказывается буквально в паре сантиметров от ее лица, оба напряженно замирают. Тишину нарушает лишь яростное дыхание, когда в коридоре раздаются звуки приближающихся шагов. Эрик меняется в лице, ярость и досада сменяют друг друга, когда он понимает, что неизвестный явно направляется сюда. Он грубо прижимается губами к ее губам, по-хозяйски сжимая грудь под топом. Его ведет от ее запаха, ее сопротивления, ее сдавленного шипения - Эрику кажется, словно немного пьян, призрачный контроль снова растворяется, оседая прахом на краешке сознания. Он много раз представлял, как заставит ее замолчать, но в жизни все выходит в разы лучше, только было бы побольше времени – они бы славно развлеклись. Трис дергается под ним, но Эрик лишь сильнее прижимает ее, прокусывая нижнюю губу до крови, словно в попытке показать, кто тут главный, хотя это и так понятно. - Знай свое место, - тихо шепчет он напоследок, словно подытоживая, и быстро отстраняется, оглядывая ее сверху: растрепанные волосы, опухшая губа и горящие ненавистью глаза. Просто прекрасно. Он тянется к ее рукам, освобождая их от кожаного ремня, поднимается на ноги, даже не подумывая предложить ей руку. Эрик вправляет ремень в шлевки бойцовских штанов так спокойно и методично, словно ничего необычного не произошло только что. Трис с трудом поднимается – тело болит, руки затекли, а эмоционально она еще далеко от своего нормального состояния, когда дверь распахивается. Для только что зашедшего Четыре все выглядит довольно безобидно: помятая Трис с кровоточащей губой и довольный собой Эрик, оба - на ринге. И если последний выглядит абсолютно спокойным, то девушка выглядит взвинченной и злой. С другой стороны, чего еще ждать от тренировки с Эриком. Четыре застывает на пороге, задерживаясь на них взглядом дольше положенного и лишь через пару секунд говорит: - Тебя вызывал Макс, Эрик, - голос у Четыре ровный и без лишних эмоций, - это – срочно, - добавляет он, на что Эрик лишь хмыкает. - Сегодня удача на твоей стороне Стифф, но мы не закончили, - его слова звучат как нельзя двусмысленно, - и тебе стоит лучше подготовиться к следующему разу – больше я не буду поддаваться. Эрик разворачивается, подходит к Четыре, и они вместе выходят из тренировочного зала. Трис дрожит всем телом, обхватывает себя руками и снова опускается на пол. Она ему не уступит, никогда, даже если Эрик решил играть так грязно. Слезы отчаянья собираются в уголках глаз, но она упрямо вытирает их. Теперь она знает, чего ждать от него, в следующий раз Трис будет готова.