bad «girl»

От: suga24 Прости, но мы не можем больше общаться. Намджун выглядит довольным, когда видит отправленное сообщение. Он ещё советует удалить страницу, на что Юнги отрешенно кивает. Он действительно это сделал. Написал Хосоку. Теперь что? Они не будут больше переписываться? Не обсудят новинки музыки? Не сыграют вместе? Вообще? Грудь сковывает непонятным чувством. Намджун остается ещё на час, рассказывает что-то о новой работе, которую он хочет получить, смотрит фильм, а после отчаливает, обещая, что зайдет на следующий день. Юнги кивает и широко зевает, показывая другу, как он устал и хочет спать. На самом же деле, едва за Намджуном закрывается дверь, Юнги хватает свой телефон и открывает чат. Он всё решил. Он продолжит общение с Хосоком, но признается в своей лжи. Главное, чтобы Хосок простил его. От: Jhope Что? Почему? Я что-то сделал не так? От: Jhope Юнджи-я, ответь. От: Jhope Хэй? Юнги кусает губу и глубоко вздыхает. Он не собирается этого делать, он не потеряет такого друга. От: suga24 Прости, я не так выразилась. Мы не можем пока что видеться, потому что я простыла. Простии ~ Юнги замечает, что снова пишет о себе, как о девушке, только когда отправляет сообщение. Но плюет на это — он признается Хосоку, только не сейчас. Вот хорошенько подумает эти несколько дней, как все подать так, чтобы его на месте не размазали, и тогда точно скажет правду. Господи, он боится студента. Дожили. От: Jhope Чёрт, ты напугала меня. Тебе нездоровится? Привезти лекарств? Чёрт, это я виноват. На улице к вечеру похолодало, а ведь ты была так легко одета. Нам не стоило так долго гулять. Так мне приехать? Юнги давится чаем, едва ли не выплевывая его на экран телефона. Он хочет приехать? Господи, конечно же, нет. Юнги выглядит так, как обычно, и у него совершенно нет никакого желания снова переодеваться Юнджи. От: suga24 Что ты, не нужно, мой брат уже обо всём позаботился. Не стоит себя утруждать. Ага, позаботился, думает про себя Юнги, скашивая глаза на стоящие у стола банки пива. Хороша забота, лучшая, сказал бы Мин. От: Jhope Да мне не сложно, но если ты не хочешь, я не стану настаивать. И кстати о твоем брате… Кажется, я ему не понравился. От: suga24 Не хочу тебе лгать, кажется, это действительно так. Он весь вечер расспрашивал меня о тебе. Ему совершенно не нравится тот факт, что незнакомый ему парень ошивается рядом с его младшей сестрой. На этих словах Юнги кривится и еле подавляет в себе желание стереть строчку и написать «младшим братом». Хотя, по сути, Юнги тот, кто старший. И они с Намджуном никакие не братья, просто очень близкие друзья. Но это так, мелочи, которые Хосок узнает позже. От: Jhope Ох уж эти старшие братья >-< В любом случае, я не собираюсь от тебя отказываться только потому, что не нравлюсь твоему брату. Пока ты не против нашего общения, от меня не избавиться) От: Jhope Оу, уже довольно поздно, а ты ещё и простужена. Выпей лекарства и ложись отдыхать. И тепло одевайся. И не смей никуда завтра выходить, иначе простынешь ещё сильнее. Спокойной ночи) Юнги утыкается лицом в подушку, проклиная себя за то, что краснеет, как девчонка, которой впервые сделали комплимент. Просто о Юнги давно никто не заботился и ему неловко. Настолько, что он вымученно стонет, старательно скрывает улыбку и желает Хосоку так же хороших снов. А потом откидывает телефон куда подальше, чтобы не было соблазна снова написать студенту, и устраивается на кровати, устремляя взгляд в потолок. — Я обязательно расскажу тебе правду, Хосок, — шепчет Юнги и закрывает глаза. Что-то он действительно чувствует себя неважно. *** Он не признается на следующий день, когда они созваниваются с утра и перекидываются всего парочкой фраз, потому что у Юнги болит горло, так как он в самом деле простудился. Он не признается и через неделю, полностью выздоровев, звонит Хосоку по скайпу, чтобы сыграть вместе в онлайн игрушку. И в этот раз, кстати, он использует камеру, предварительно надев парик. С макияжем он решил не заморачиваться — всё-таки он дома, незачем тут строить из себя слишком «девушку». А если Хосок заметит в нём что-то мальчишеское, то всегда можно списать на хреновое освещение и плохую камеру. Хосок не замечает. Или замечает? Юнги не признается и через месяц, когда после постоянных отказов встретиться под любым предлогом (завал на учебе, бабушка заболела, что, кстати, правда, черепаха рожает), Хосок таки добивается согласия на встречу. И вот он — Юнги. Стоит перед зеркалом, глядя на свое отражение и не может понять, что с ним не так. Почему он не может просто напечатать что-то типа «Хосок, тут такая проблемка нарисовалась, совсем мелкая, ты только не волнуйся, но я тебя обманывал эти месяцы. Я парень, в общем». Ладно, так он бы не написал, и не написал бы вообще, потому что такое стоит говорить в лицо. Но он всё ещё этого не сделал. Что привело его к тому, что он стоит посреди своей комнаты снова в девчачьих вещах и парике. — Нет, ты не пойдешь в этом, — Юнги тычет пальцем своему отражению и кривит губы. — Ты сейчас же переоденешься в свою постоянную одежду, придешь на встречу, и скажешь Хосоку правду. Святые угодники, Юнги, правда, сколько можно? Отражение не отвечает, и Юнги устало вздыхает. Он уже не раз проигрывал в своей голове эту сцену — вот он стоит напротив Хосока, будучи собой, и говорит роковые слова. Вот Хосок презрительно кривится, бьет его и шипит слова, полные яда. Что-то о том, что Юнги ему противен, и он больше не хочет его видеть. И что самое удивительное — больше всего Юнги боится как раз того, что он больше никогда не увидит Хосока, не услышит его голос в трубке, желающий доброго утра или спокойной ночи, не прочтет больше смешных историй. И Юнги понимает, что это ненормально. Ведь по Намджуну он так не тащится. Если тот не будет заваливаться к нему хотя бы дня два, то Юнги только рад будет тишине, покою и отсутствию чипсовых крошек на своей кровати. Да он ни по одному своему другу так не тащится, как тащится по Хосоку. Юнги понимает, что это ненормально и это его чертовски пугает. Был бы тут Джин, он бы напустил на себя важный вид и задумчиво протянул, что тут кое-чем попахивает. Но Юнги же нормальный парень, он подобного никогда не допустит. Он не… Он не засматривается на парней, совсем нет. Быстрым движением руки Юнги поправляет парик и бросает короткий взгляд на часы. До встречи с Хосоком есть ещё полтора часа — девяносто минут, чтобы передумать и выбрать правильный путь. — Расскажи ему, — снова обращается парень к своему отражению. Но то лишь отрицательно качает головой. Не расскажет. Ещё один денёк он насладится обществом студента, кое-что проверит, а потом расскажет. И будь что будет. Или лучше плюнуть на всё и поступить правильно? Чёрт, от этих мыслей голова разрывается. С тихим вздохом парень тянет руку к голове, чтобы сдернуть с себя чертов парик, но внезапная трель телефона останавливает его на полпути. От: Jhope Выйди, пожалуйста, я у твоего дома. Округлив глаза, Юнги со всех ног несется ко входной двери и еле успевает затормозить в самый последний момент. Выровняв дыхание, он прикрывает глаза на секунду и медленно открывает дверь. Хосок действительно здесь. Стоит перед дверью необычайно красивый (господи, да, Юнги признает это) и с очень серьезным выражением лица. Мин тяжело сглатывает. Чёрт, что он тут делает? Они же договаривались… — … встретиться у кафе? Юнги дергается от собственного голоса. Он спросил это вслух или только в своей голове? Но судя по Хосоку — вслух. — Да, я знаю. И прости, что пришел раньше. Просто я переживал, что ты снова внезапно поменяешь своё решение и откажешься от встречи. Поэтому я решил прийти сразу к твоему дому, чтобы наверняка. — Я всё ещё могу отказаться, — Юнги немного бесит такое поведение, поэтому он из вредности ворчит. Скрещивая руки на груди, он опирается о косяк и якобы зло смотрит на притихшего студента. — Что ты из себя возомнил, Чон Хосок? Я могу сейчас сказать, что никуда не пойду. — И ты это сделаешь? — как-то слишком серьезно смотрит Хосок. И от этого взгляда у Юнги все замирает внутри. Он разом сдувается, опускает руки, отводит лицо в сторону и бурчит еле внятно: — Не сделаю. — Я скучал, Юнджи. Юнги бросает в дрожь от этих слов. Какой скучал, мы с тобой только утром созванивались, хочется сказать ему, но он лишь смотрит на Хосока и глубоко дышит. То, с какой интонацией это было произнесено, ясно говорило о том, что Чон не имеет ввиду что-то дружеское. И от этого становилось тяжело дышать. Пару секунд игры в гляделки и Юнги сдается. — Я тоже.