Беда не приходит одна

- Как хорошо, что именно ты оказалась моей женой, - улыбаясь, говорил Мэтт. Вообще он выглядел даже чересчур дружелюбным и внимательным. Мы сидели у него дома на диване и не утруждали себя ничем кроме занимательной беседы. - Я тоже рада. - У нас будет отличная семья. Мы станем дарить родителям поездки в жаркие страны на все значимые даты. Они будут возить с собой своих внуков, чтобы давать нам побыть наедине… - Но у нас пока нет детей, - неуверенно заявила я, сдаваясь под таким напором. - У нас их будет четверо… - Сколько? – я опешила. - Считаешь, слишком мало? – задумался парень. – Тогда, может, шестеро? - Нет-нет, четыре – отличное число. Мне нравится! – сразу воскликнула я, не собираясь дожидаться, пока красавчик чего доброго предложит двузначное число. - Все будут мальчиками. Назовем их… м-м-м… Мэтт старший, Мэтт младший, Мэтт средний и… Мэтт средний номер два… да, пожалуй, три ребенка в самый раз! - Слушай, это, конечно, здорово, мне нравится твоя фантазия и вообще ты сам… - я замялась. - Какое твое любимое блюдо? – внезапно спросил красавчик. - Ну, если учитывать, что я шеф-повар в Макдональдсе, то… какая-нибудь гадость. - Хорошо, я пойду, приготовлю нам романтический ужин из… какой-нибудь гадости. С немного удивленным видом Мэтт исчез на кухне. Я осталась одна, гадая, что же все это может значить. Или Мэтт ещё больший идиот, чем Рой, или он действительно не дорожит отношениями с Салли. Оставшись наедине с самой собой, я включила телик и начала листать каналы. Услышав знакомый мотив, резко остановилась, поняв, что попала на нашу любимую с Мартином передачу. Из колонок послышалась мелодичная «Лестница в небо». Расслабившись, я даже не заметила, как начала подпевать, с нежностью проговаривая каждое слово. - Ты замечательно поешь, - из кухни высунулся Мэтт. - Ой, прости! – я зарделась, и отвернулась. - Честно, с таким талантом тебе нельзя работать в Макдональдсе… как ты до такого опустилась? - Сама не знаю, - я дружелюбно расхохоталась. Приятно все же слышать такие слова. Но в глубине проскользнула мысль: слава Богу, пронесло. - Только вот мне не очень нравится эта песня. Её часто горланит мой дядя, когда заваливается к нам в гости, предварительно надравшись. А собутыльники исполняют роль бэк-вокалистов. Я замерла. - Но ты в любом случае поешь лучше, - тут же исправился футболист. - А мы с Роем обожаем эту песню, - я задумчиво улыбнулась. - Понятно, - футболист внезапно помрачнел. – Я пойду, а то ещё сожгу нашу романтическую гадость! - Хорошо... то есть не очень хорошо... но если это гадость, то, пожалуй, очень хорошо... э-э-э, Мэтт? Спустя некоторое время появился муженек с домашней пиццей в руках. Редко такое встретишь где-то за пределами снов… - Увы, мы не сможем устроить прием пищи при свечах… ещё светло, - словно прося прощения, проговорил парень. - А мы с Роем больше не ужинаем при свечах с того момента, когда он в темноте запнулся за своего спящего пса и улетел лицом прямо в десерт. А на бедную собаку пролил «Фанту». Животное не отмывалось и целый месяц ходило рыжим… кстати, «Фанту» после этого мы тоже пить перестали. - Вы устраивали романтический ужин? – нахмурился парень. - Нет-нет, - я замахала руками. – Просто Рой настолько хороший игрок в баскетбол, что однажды из-за пары удачных бросков вырубили свет у всего нашего района… не спрашивай, как это произошло. - Да, это тоже своеобразная романтика… - пробормотал Мэтт. Я откусила от великолепной пиццы и тут же продолжила разговор: - Креветки! Ох, помню, когда мы с Роем ездили к крестнице племянницы дочери сестры его троюродной бабушки, обосновавшейся на Гавайях, мы просто объелись ими. А ещё я все боялась встать на доску для сёрфинга. Мартин меня успокаивал, утверждая, что, упав в воду, я все равно не сломаю себе шею. Максимум – меня съедят акулы. В общем, серфингу так и не научилась. Но на следующий день у меня сильно обгорели плечи, и пришлось остаться дома. Рой тоже не пошел купаться и целый день меня развлекал. Он намазал мне плечи сметаной, а потом мы бегали от десяти Гавайских кошек. В итоге спрятались в сарае, укрывшись какой-то соломой… а откуда там была солома?.. Нет, это сено... Тут я остановила свой рассказ: слушатель, кажется, уснул…