If I Lose You

Прошло уже три дня. С тех пор, как он столкнулся с госпожой Си в больнице, Сехун очень беспокоился. Бекхен мог причинить вред Лухану. Бекхен может навредить Лухану. Он может потерять Лухана, и тогда он не сможет сделать с этим что-нибудь, потому что ему нельзя видеться с младшим. Сехун, ты слабак. Сехун, ты трус. Ты глупый. Он заперся в своей комнате. Он только открывал дверь каждый раз, когда госпожа О приходила рассказать ему новости о Лухане, потому что она обещала парню, что будет постоянно звонить госпоже Си и спрашивать о самочувствии друга. Она бы стояла у его слегка открытой двери, сказала бы Сехуну, что она уже позвонила госпоже Си и узнала, что состояние Лухана улучшается. Сехун бы только вздохнул с облегчением, несмотря на отсутствие доказательств того, что Лухану действительно лучше. Во всяком случае, что еще он может сделать? Мама Лухана дала ясно понять, чтобы он держался подальше от ее сына. Даже если оставить в покое Лухана пугало его до смерти, у него не было другого выбора. Так сказала мама Лухана, и это неизбежно. Между тем, полицейские не смогли найти тело Муена, бедный парень был объявлен пропавшим без вести вместе со своими одноклассниками. Призрак Бекхена после этого не появлялся. Сехун никогда так долго не слышал его голос. Это не заставляет Сехуна чувствовать себя лучше. Каждый день пустой дом через дорогу напоминает ему о дне, когда Лухан чуть не умер прямо на его глазах. Он не выходил из своей комнаты. Если только госпожи О не было рядом. Он хватал некоторые остатки из холодильника и заполнял пустой желудок. После еды он возвращался в свою комнату и сидел у окна, где мог ясно видеть дом напротив. Будто маленький ребенок ждет чуда. Сехун не просто сидел и смотрел на дом своего соседа. Его грязная комната с мятыми бумагами по всему полу и небольшим переполненным мусорным ведром был знаком того, что он был занят чем-то другим, чем злиться во время выходных. Он не спал, пытаясь закончить свою попытку нарисовать мангу-комикс или версию Лухана, но это было не так легко, как он когда-то думал. Это было необычно. Рисование не было его хобби или его мечтой. Это была не его чашка чая, и все же он выглядел решительно, рисуя. Сумасшедший - лучшее слово, чтобы описать его в тот момент. Сехун сжал карандаш в руке, посмотрел на чистый лист бумаги, аккуратно расположенный на столе. Через несколько минут раздумья он снова начал делать наброски. Сехун сосредоточился на рисунке, пока дверной звонок не прервал его. На мгновение он подумал, что за дверью Лухан. Он, возможно, думал, что младший вернулся из больницы и пришел к нему, поэтому парень быстро спустился вниз по лестнице. Он потянул дверь, не смотря в глазок. К сожалению, надежды на то, что Лухан ждет снаружи утихли сразу же, когда он увидел лицо гостя. - Сехун, - нерешительно улыбнулся Кенсу. Брюнет заметил, что выражение лица Сехуна меняется с возбужденного на крайне разочарованное. - Ты выглядишь разочарованным, - ляпнул Кенсу. - Прости, - извинился Сехун. - Давай сходим в школу, Сехун, - сказал брюнет. - З-зачем? - спросил Сехун, избегая взгляда последнего, тот медленно покачал головой. Не было смысла возвращаться в школу; по крайней мере, пока Лухан не вернется, подумал он. Кенсу тихо и смущенно рассмеялся. - Зачем? Давай. Мы должны приготовить что-нибудь для Лухана, прежде чем он вернется. Мы его друзья, не так ли? - Сехун встретил его отчаянный взгляд. - Я просто подумал, ты можешь присоединиться к нам... - Нет, - сказал Сехун. Неловкая улыбка Кенсу испарилась мгновенно, его лицо выглядело так, как будто кто-то только что умер. - Мне жаль, - Сехун виновато опустил голову. - П-пожалуйста. Я хочу побыть один. Оставь меня в покое, пожалуйста. Я не могу сделать это без Лухана. Я могу просто закрыться от остальных, если Лухана нет рядом. Я хочу побыть один сейчас. Сказал Сехун про себя, прежде чем закрыть дверь, оставив Кенсу с раскрытым ртом. Весь день Сехуна мучила совесть из-за отказа Кенсу. Он лег на кровать, крутясь из стороны в сторону. Он перестал двигаться, когда увидел незаконченный рисунок на полу. Его сердце трепетало, когда он вспомнил сцену из своего рисунка. Момент в поезде, где он впервые встретился с Луханом. Красивый блондин, красивая фарфоровая кожа, красивые карие глаза, красивый ангельский голос и красивые блестящие губы. Весь Лухан был слишком красивым. Просто воспоминания о тех днях заставили его улыбнуться. Теперь, когда он думал об этом, он собирался передумать и вернуться в школу с Кенсу. Лухан дал ему повод улыбаться. Лухан дал ему повод рисовать. Лухан дал ему повод открыться. Лухан обещал ему красивую жизнь с друзьями. Лухан пообещал ему, что он заставит его смеяться. Лухан верил в него. Лухан заставил его поверить в себя. Сехун не хотел разочаровывать последнего, когда он вернется. Сехун обещал себе всего несколько вещей. Он заставит Лухана улыбаться. Он заставит его сердце трепетать от счастья. Он показал бы ему то, что он не сумел показать и сказать, может быть, через его рисунок или что-то еще. Просто дать ему знать, что он особенный. Каждый захватывающий момент, который он провел с ним, драгоценен, и те моменты, он был бы рад, перематывать их снова и снова, и это не надоест. Вот и все. Вот почему. Он нашел повод улыбаться. Лухан. Он, должно быть, сумасшедший, если так безумно влюблен. На следующий день Сехун неожиданно вернулся в школу. Госпожа О чуть не упала со стула, когда увидела племянника в двери класса. Входя, Сехун не сказал ни слова. Он просто, как обычно, сел сзади. Госпожа О продолжала свою лекцию, улыбаясь каждый раз, когда называла фамилии учеников отвечать на вопросы. Она была явно в хорошем настроении, потому что Сехун пришел в школу, но это не меняет тот факт, что все еще есть ученики, которые не прекращали говорить за спиной племянника. Когда прозвенел звонок на перемену, госпожа О заставила всех сидеть, хлопнув книгами по столу... Она посмотрела на каждого из них и заговорила. - Я не хочу повторяться снова. Это мое последнее предупреждение для всех. Я не хочу слышать разговоры о Сехуне и обвинения за то, что случилось с вашими одноклассниками. То, что мы не знаем, где Муен, или то, что Лухан находится в больнице. Все было чисто случайно. Если я услышу, что кто-нибудь из вас говорит за спиной, я не буду больше этого терпеть. Живите своими жизнями и занимайтесь своими делами. Надеюсь, мы поняли друг друга. Виновные ученики закивали головами. - Да, госпожа. - Теперь вы можете быть свободны, - сказала госпожа О, взяла все свои вещи и покинула класс. Удивительно, но Сехун повесил свою сумку на плечо и поспешил к другой двери, чтобы догнать госпожу О. К сожалению, он наткнулся на парня, которого он никогда не видел в классе раньше. Сехун собирался проигнорировать его, но странный парень не дал ему пройти. Парень с кудрявой челкой игриво не давал пройти Сехуну. - Что ты хочешь? - спросил Сехун, закатив глаза. Парень с кудряшками победно улыбнулся. - У тебя есть удивительный талант, - он поднял руку, в которой был листок бумаги. Сехун округлил глаза, когда он увидел свои попытки рисования в руке незнакомца. - Лухан выглядит очень мило здесь, господин О Сехун. - Отдай! - Сехун яростно выдернул свою принадлежность. - Не трогай мои вещи. - Я подобрал это на улице, - объяснил парень. - Я не имел в виду... - Чанель! - крикнул Кенсу и схватил за руку своего друга. - Кенсу, он злится на меня, - надулся Чанель. Сехун легко рассердился из-за того, как Чанель ударил его своей кучерявой челкой. - Не ссорьтесь, вы, двое! - Кенсу посмотрел на Сехуна. - С-Сехун, ты хочешь пойти с нами? - с сомнением спросил он. - Нет, - Сехун быстро повернулся к нему спиной, но остановился, когда приступ вины внезапно ударил его. - На самом деле, - развернулся он. - Куда вы, парни? - ну, можно попробовать. Кенсу выглядел более счастливым, когда он вел всех к старой клубной комнате. Уже были включены фонари, когда они туда добрались. Старые члены клуба манги собрались внутри с книгами и сумками. Сехун и Чанель последовали за Кенсу. Челюсть Сехуна отвисла, когда он посмотрел вокруг. Старые деревянные стены, которые, казалось, плохо сделаны (но не до такой степени, чтобы разрушиться), немного отвлекали, но тем не менее липкие заметки, фотографии и рисунки, приклеенные на стену, привлекли его внимание. Был только один человек, которые мог обклеить стены. Единственный человек, которого он знал, кто любит делать снимки и его даже не волнует, если кто-то выглядит некрасиво на фото. Это был Лухан. - Лухан сделал это до того, как клуб распался, - сказал Кенсу. Сехун водил пальцами по фотографиям на стене. Он не мог не рассмеяться от мелочей, которые сфотографировал Лухан. Были сделаны снимки, как некоторые придурковатые лица членов его клуба ели во время занятия, Чанель весело демонстрирует свой шедевр, расстроенный Кенсу, смотрящий на свой собственный рисунок и некоторые групповые фотографии с людьми, которых Сехун не знал. Он остановился, когда его пальцы достигли последней фотографии на самом краю. Лухан и Инджу на фотографии вместе. Улыбка Сехуна испарилась. - Инджу, на самом деле, не была членом клуба, - объяснил Кенсу. - Но она приходила и навещала. Лухан боготворил ее, поэтому он прикрепил их фотографию вместе. - На самом деле, Лухан любил ее, очень. Он был вдохновлен из-за нее создать свою собственную мангу, - отметил один из членов клуба. - Я не думаю, что это так, Крис, - мальчик с прямыми до плеч волосами стоял рядом с Крисом. - Лухан даже не плакал на ее похоронах! - Ну, кто знает? Что, если он просто сдерживал слезы, нарик? - спросил с сарказмом Крис, поправляя красочные очки, он посмотрел на опухшие глаза парня. - Не называй меня нариком! У меня есть имя - и это Тао, ты, идиот! - сказал осуждающе Тао. - Ты только что назвал меня идиотом?! - заорал Крис. Остальные члены клуба оттянули их на расстоянии друг от друга, чтобы те не подрались. - Ладно, ребята, успокойтесь. Не ссорьтесь! - Чанель скрестил руки как босс, став между Крисом и Тао. - Не важно, плакал Лухан на похоронах или нет. Это все в прошлом, и теперь, если Лухан услышит, что вы говорите о нем, вы будете мертвым мясом до рассвета, - предупредил он, изменяя нормальный тон голоса в жуткий гортанный звук. - Или же вы можете однажды проснуться в гробе. Пропавшими без вести в глазах следователей, когда на самом ваши тела просто похоронены под землей, никто не узнает, - кончил он внезапным щелчком пальцев. Другой парень с торчащими волосами и, казалось бы, сварливым лицом, присоединился к разговору. - Это же была шутка? - спросил он. - Ну, - начал неловко Чанель. - Поскольку никто не смеялся, то это не шутка! - рассмеялся он про себя, но смех быстро прекратился, и превратился в приглушенные звуки. Косоглазый парень вздохнул, отведя взгляд от Чанеля, и повернулся лицом к высокому парню с угольными волосами. - Говоря о Инджу, я слышал, что она солгала тебе о брате. Не мог бы ты объяснить, о чем шла речь? - дерзко спросил он. - Эй, эй, Сюмин, не сейчас... - Чанель поспешно закрыл Сехуна собой. - Какого черта ты делаешь? - Сюмин тяжело дышал, его брови подергивались. - Я просто защищаю нашего друга. Если Лухан верит ему, то я верю ему тоже. Он друг Лухана, это означает , что он мой друг... - Чанель был остановлен возмущением Сюмина. Сюмин всегда был сварливым человеком, так считал Чанель. Он не был таким человеком, который сделал бы первый шаг, чтобы подружиться с кем-то, основываясь на наблюдении членов клуба. Но ситуация изменила впечатление каждого о нем. Он на самом деле пытается подружиться, только странным образом. - Я могу говорить грубо, но это мой акцент. Во всяком случае, я хочу с ним подружиться тоже, поэтому я спрашиваю его. Я даже не пытаюсь запугать его, если это то, о чем ты беспокоишься, - сказал Сюмин и толкнул Чанеля в сторону. Постепенно он перевел взгляд на Сехуна. - Почему бы тебе не заговорить и защищать себя? Ты действительно не хочешь, чтобы они продолжали обвинять тебя, не так ли? Тебе не нравится, когда издеваются, да? Или ты просто любишь смотреть, как Лухан получает травмы и принимает все обвинения за тебя, потому что ты не говоришь за себя? Ты знаешь, Лухан однажды сказал мне, что если я чувствую, что мне нужно что-то сказать или хочу что-то сказать, то я должен столкнуться со своими страхами и быть смелым. Он сказал мне верить в себя больше, чем кто-либо другой. Говори за себя. Защищай себя. Я не знаю говорил ли Лухан тебе то же самое, но иногда ты должен стоять за себя, потому что это то, что делает тебя. Не позволяй никому уйти от тебя. Если не ради себя, то, по крайней мере, сделай это ради Лухана, - пробормотал Сюмин. А потом наступила тишина. Сехун не мог найти нужных слов, чтобы ответить, но, когда он представлял себе, что это сказал ему Лухан, он спросил себя: "Я действительно собираюсь держать рот на замке снова?". Его ответ был отрицательным. - Ты даже не слушаешь, да? - вздохнул Сюмин. Он предположил, что последний не слушал его, поэтому решил прекратить бессмысленный разговор. - Инджу лгала мне, - прохрипел Сехун. Все просто смотрели на него, ожидая продолжения. - Сначала я игнорировал ее, но потом она упомянула моего брата-близнеца, который умер полгода назад. Она знала, что я до сих пор страдаю. Все ахнули. - Ты имел ввиду б-брата двойника? - трещал Тао. - Она сказала мне, что у нее тоже был брат, который скончался. Я не знал, что она сделала это, чтобы стать моим другом, пока... - Сехун прикусил нижнюю губу. - Пока она не у-умерла. Я-я просто услышал это от своих друзей. Честно говоря, я до сих пор в шоке, что она лгала мне. Но я знаю, что мой гнев теперь не имеет значения. Она ушла. Я клянусь, что я не знал... Я не знал, что Бекхен убьет ее из-за меня, подумал он с сожалением. Сехун опустил голову, пытаясь скрыть глаза, наполненные раскаянием. - Мне жаль, - были единственными словами, которые ему удалось сказать после признания. - У тебя на самом деле был брат-близнец полгода назад? - снова спросил Тао, но получил по голове огромной ладонью Криса. - Ой! - Мы верим тебе, Сехун, - сказал Кенсу, стоящий рядом с ним. - Спасибо за честность, - сказал с улыбкой Сюмин. Чанель ахнул от удивления при внезапном изменении голоса Сюмина, как будто признание Сехуна не было таким удивительным, как изменение Сюмина. - Сю! Ты говоришь, как нормальный человек сейчас! - воскликнул радостно Чанель. - Заткнись, кудрявая беконная голова, - зашипел Сюмин, и Чанель закатил глаза. Внезапно вошел парень и хлопнул в ладоши. Они даже не заметили бы его, если бы он не похлопал, это звучало, как будто гигантская горилла хлопала в ладоши. - Так... Что у нас здесь? - Сухо, низкий парень с безупречной белоснежной кожей, спросил вопросительными глазами. - Клуб снова активен или я получил неверную информацию? Чанель покачал головой и схватил за руку Сехуна. - Только на время, Сухо! Потому что я хотел бы представить всем нового участника, О Сехуна! - заявил он, широко улыбаясь. Кенсу надулся и ущипнул за талию парня. Чанель взвизгнул и уставился на Кенсу, который, казалось, был немного обескуражен. Чанель не мог понять, что он пытался этим сказать. - Я-я-я хочу... - пробормотал Кенсу, но, к сожалению, он решил, что его невысказанные слова непонятны, так что решил промолчать. Если бы Чанель мог читать его мысли, он бы знал, что его беспокоит. Кенсу просто хотел сам представить всем Сехуна, но Чанель занял его место. - Ну, теперь давайте забудем о прошлом и сосредоточимся на настоящем и будущем. Наша цель на этой неделе: удивить Лухана и возобновить активность нашего клуба, - продолжил Чанель. - Во всяком случае, все мы знаем, что Лухан покончил с Инджу, верно? А это значит, что у нас новое правило. Правило номер 11 - никто не имеет права говорить о Инджу. Мы будем говорить о чем-то более интересном, чем это, - сказал Чанель и посмотрел на всех, а затем внезапно показал всем рисунок Сехуна. - Вот! Лухан и Сехун в поезде. - Вау, удивительно! Подождите, почему парень выглядит таким знакомым? Кто нарисовал это? - изумленно спросил Сухо после того, как внимательно посмотрел на рисунок. Все остальные были в восторге. - Великий О Сехун нарисовал это. Это Лухан и он на рисунке, - объявил Чанель и похлопал по плечу Сехуна. - О, правда? А? - Сухо посмотрел с недоверием. Сехун дулся из-за унижения Чанелем. Он даже не мог посмотреть на него обвиняющим взглядом. Что может быть хуже? Они могли увидеть в нем одержимого наркомана или сумасшедшего. Ну, Сехун не мог быть более удивлен, когда Чанель добавил заявление, которое, как он предполагал, успокоит его, но вместо этого все было с точностью наоборот. - Это хорошо, Сехун. Это нормально влюбиться в кого-то, подобного себе. По крайней мере, ты не единственный, кто сокрушил нашего лидера Лухана! Я слышал от лучшего друга Лухана, Мей, что Кай тоже влюблен в Лухана! Больше, чем ты думаешь! - сказал громко Чанель, когда скрипнула дверь. Все обернулись, чтобы увидеть стройную фигуру темнокожего парня, о котором только что говорил Чанель. Кай. - Упс, - пробормотал Чанель себе под нос. Все были удивлены. Сехун все еще не мог выбросить из головы то, что сказал Чанель. Правда о том, что Кай любит Лухана тоже. Если Сехун думал, что Кай был там, чтобы найти того, с кем подраться, то он был не прав. Кай пришел, потому что его пригласил Кенсу (который так пытался вырваться из своей оболочки), и все это было ради Лухана. Темнокожий парень, вероятно, хотел помочь, а может даже узнать, что любил Лухан. Рисование, фотографии и клуб. Между тем, Чанель старался не смотреть в глаза Каю. О, как он надеялся, что Кай не слышал, как он раскрыл его тайну. Чанелю просто нужно было делать вид, что он никогда этого не говорил. Все начали делать свою работу. Тао схватил пустой плакат, а Крис подготовил свои яркие маркеры, чтобы написать слова приветствия на плакате с блестками. Чанель и Кенсу пытались починить некоторые из разбитых ламп, что казалось бессмысленным, если честно. Сюмин медленно чистил пыльную комнату, Чен решил присоединиться к парню вместо того, чтобы идти с Сухо в универмаг. Сухо самозабвенно стоял посреди комнаты. Ему потребовалось некоторое время, прежде чем он, наконец, понял, что остался один. - Где мой партнер? - спросил он. Все посмотрели на него, а затем пожали плечами. Он посмотрел на Сехуна, который был занят рисунком. Затем он повернулся к Каю, который тут же отвел взгляд. - Кай, да? - Сухо указал на последнего. - Идем со мной. - Где Мей? - спросил Кай и завертел головой. - Я не знаю, - Сухо пожал плечами. - Она, наверное, не знала, что нужно придти или не захотела. Теперь ты должен пойти со мной, все равно ты не делаешь ничего. Мы просто купим воздушные шары и вернемся сюда. - Почему бы не купить их в следующий раз? - Нет, надуть их займет много времени. - Что? Ты же не имеешь ввиду... - Кай дернул голову. - Почему бы не заказать надутые шары? - Нет, - Сухо покачал головой. - Мы надуем их сами. Кай зашипел. - Как бы там ни было, я не надуваю воздушные шары и не трачу воздух на них, - Кай прошел мимо него. - Ну, Лухан любит усилия, как ты знаешь, - Сухо последовал за Каем. Он продолжал болтать все время, что они шли в магазин, но Кай молчал. Темнокожий парень был раздражен, слушая бред парня. Сухо не возражал на молчание последнего, хотя он предпочел бы разговаривать. Через неделю, Лухан еще не вернулся. Члены клуба все еще хотят, чтобы сюрприз удался, хотя им иногда казалось, что они стоят на одном месте. Кенсу и Чанель продолжали драться за пределами кабинета директора. Они продолжали спорить и толкать друг друга, чтобы пройти первым. В конце концов, они просто ждали еще один день, а затем делали это снова. Хотя все обсуждали это как самую большую проблему, участники заметили напряженность между Каем и Сехуном. То, как они сидели рядом друг с другом, бросая взглядом кинжалы в пол, казалось странным. У членов клуба была мысль, что причиной этому послужило то, что сказал Чанель ранее. Парень с кудрявой челкой даже дал каждому свое «я-сказал-тебе-так», кивая головой и соглашаясь с самим собой. Это было очевидно. Сехун и Кай, как тот же самый парень, думал он, как гений. После короткой встречи все пошли домой, а Сехун все еще собирал вещи в рюкзак, которые разбросал Чанель, когда он попросил последнего принести карандаш, но тот не мог найти его. Внезапно, Кай подошел к нему. Сехун подумал, что Кай собирается что-то сказать ему, но последний лишь вздохнул. - Что? - спросил Сехун, стараясь изо всех сил говорить спокойно. - Я хотел бы поговорить с тобой насчет этого, - сказал Кай, избегая взгляда Сехуна. - Честно говоря, я не знаю, почему я делаю эти вещи с вами, парни. Вы все еще верите, что Лухан скоро вернется. Я знаю, Лухан не умирает. Он просто под наблюдением врачей. Они хотят сделать ему специальный сюрприз, и я веду себя так, как будто все будет хорошо, и Лухан скоро вернется в то время, как я знаю, что этого не будет. В-в общем, господин Чжан сказал, что Лухан больше не вернется в школу. Он сказал, что так решила мама Лухана, - сказал Кай хриплым голосом и грустно усмехнулся. - Это звучит смешно, правда? Мы скоро заканчиваем школу, а они хотят, чтобы Лухан перестал ходить в школу? Я думал, господин Чжан сказал, что он поправляется. Они даже никому не позволяют навещать его. Разве это не глупо? Я даже не знаю, стоит ли продолжать это все, если Лухан не вернется... - Ч-что ты говоришь? - спросил Сехун. - Лухан... - Лухан вернется, - резко оборвал его Сехун. - Я пойду домой первым, - пробормотал он и схватил свой рюкзак. Сехун хотел уйти. Сехун просто хотел бы узнать правду сам. Если господин Чжан сказал, что Лухан действительно не вернется, то госпожа О должна была знать и сказать ему об этом. Но она этого не сделала. Сехун не видел Лухана так долго. Он просто хотел увидеть его снова. Через несколько минут Сехун стоял перед домом Лухана. Когда он подошел к двери и постучал, то ему стало трудно дышать. Он подождал несколько секунд, а затем постучал снова и снова. Нет. Они не откроют ему дверь. Он знал, что кто-то был внутри. В окнах горел свет. Так почему они не открыли ему? Все, что он хотел - извиниться и увидеть Лухана. - Пожалуйста, откройте дверь, - пробормотал он, прислоняясь головой к двери. Как будто по сигналу, ручка опустилась и Сехун отошел, дверь открылась перед ним. Хани открыла ему дверь. Она выглядела заплаканной. Она все еще была в школьной форме. Ее косички были потрепанными. Ее маленькая белая доска измазана грязью. Сехун вздрогнул, когда маленькая девочка посмотрела на него с откровенной ненавистью. - Ха-Хани, ты в порядке? - удалось спросить Сехуну. Он попытался прикоснуться к ней, но маленькая девочка только ударил его по руке. Сехун был крайне удивлен ее поведением. Хани сделал шаг назад. Она торопливо написала что-то на доске. Она дрожала от страха, Сехун заметил это. Слезы начали течь по ее розовым щекам, когда она писала дрожащей рукой. Сехун хотел вытереть слезы, но Хани бросила доску на землю и захлопнула дверь, оставив Сехуна с широко открытым ртом. Затем Сехун прочитал то, что было написано на белой доске: Монстры! Держитесь подальше от нас! Его глаза расширились от шока. Хани назвал его монстром. Нет, не только его. Она написала монстры, значит она имела ввиду не только Сехуна. Хани называет их монстрами. Бекхена и Сехуна. Может быть, она узнала о Бекхене? Бекхен снова сделал больно Лухану или же он навредил ей? Сехун думал, что они были друзьями... Хани выглядела страшной и злой. Что Бекхен сделал в этот раз? Слова долго крутились в голове. Этой ночью он не уснул. Капельки пота катилась по лбу Лухана, когда он тихо на цыпочках вошел в класс. Он слышал оглушительный шум, создаваемый учениками из разных классов. Лухан был осторожным, старался не попасться кому-либо, особенно господину Чжану, который кого-то ругал в кабинете. Он сполз на землю, это был единственный вариант в данный момент. Он не хотел попасться другу матери и отправиться домой. Он пропускал школу неделю, и ему сказали остаться дома. На месяц? На год? Навсегда? Другой вариант матери - позволить ему учиться дома, но Лухан не согласен с предложением, домашнее обучение было бы слишком дорогим для них. Он все еще был полон решимости вернуться в школу. В больнице скучно. Дома было скучно тоже. Школа была не лучшим спасением, но он слишком скучал по друзьям, так что в итоге он убежал из дома с сумкой с одеждой и нижним бельем. Он думал , что его друзья будут ждать его (он надеялся). А может быть, он был не совсем прав. Вскоре, Лухан вошел в зал старой клубной комнаты. Он заметил, что окно было настежь открыто, поэтому он воспользовался возможностью залезть через него. Он ожидал увидеть грязную старую комнату, а не огни и кучу украшений, висящих на стенах. Безмолвный и совершенно удивленный изменениями, произошедшим в комнате, он спрыгнул из окна и приземлился на кого-то, кого он даже не заметил, спящим на полу. - Ой-ой, - пробормотал Лухан и посмотрел на человека, который стонал от боли и заорал на него. - Тьфу! Что с тобой?! Слезь с меня! - человек бездумно лупил ногой Лухана. К счастью, он узнал младшего в течение нескольких секунд и притянул его к себе. Парень умолк, он слышал стук пульсирующий выпуклости, на которую случайно приземлился младший и его сердце часто забилось в груди. - Л-Лухан? - запнулся он, смотря на Лухана. - Сехун, - Лухан часто дышал, на его лицо можно было увидеть беспокойство. - Мне так жаль, что я наступил на тебя. Я не хотел. Я не знал, что ты здесь! Прости, что я сделал тебе больно! Тебе все еще больно? - спросил парень, кладя руку на выпуклость Сехуна. Время, казалось, остановилось для них. Примерно десять секунд. Это длилось бы дольше, если бы в комнату, смеясь, не вошли парни. У Кенсу, который надувал воздушный шар, вдруг округлились глаза, когда он стал свидетелем неловкой сцены. Слишком шокированный, он выпустил воздушный шар со свистом. Смех прекратился, а мороженное Чанеля упало на пол. Они должны были удивить Лухана, а не наоборот. Сюрприз Лухана был чем-то сверх их ожидания.