Город оборотней

Я лежала, глядя в потолок, и одно за другим придумывала объяснения, почему я их слышу. Иногда. Приступами. Сегодня опять слышала. И запахи время от времени становятся такими сильными, что сводят с ума. Логичная сладкая ложь упрямо не желала лезть в голову, а ту единственную вероятность, что затаилась на краю сознания, я гнала. Не позволяла себе даже думать о ней. В итоге настроение с утра было отвратительное. Я снова не стала заниматься, нагрубила Кураме, который позвонил проверить, как тут его беспокойная подопечная, а в довершение всего поймала себя на очередном витке мук совести. В груди занозой застряло беспокойство за Томоэ. Может, позвонить ему? Сомнения прервало жужжание телефона. Томоэ! От волнения я чуть не выронила из рук мобильный. А, нет, Ами… И что подруге понадобилось в восемь утра в субботу? —Нанами! — почти кричала она. Это, я так понимаю, вместо приветствия. — Прости, что разбудила. Но у меня тут такое! Такое!.. Невероятно познавательно. — Ничего, я уже встала. Ты там хоть цела? — Нет! — истерично всхлипнула розововласка. Сердце екнуло, подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле. — Мамочки… Что? Что случилось?! — Волк… Он меня укусил. Пометил. Это значит, что он будет охотиться. Ноги подкосились, и прямо там, где стояла, я плюхнулась на ковер. И как реагировать? Дома, если какая-нибудь из подруг хвасталась проявленным к ней интересом парня, полагалось поздравительно визжать. А тут? Волка можно считать парнем? Он же в двуногом облике кусался или как? Я вчера внимательно просмотрела несколько местных сайтов, начиталась всякого об оборотнях. Так вот, легкий укус — это приглашение на свидание в полнолуние. Более глубокий — к физическому контакту. И вроде бы если один пометил, то другие будут обходить стороной. Неписаное правило. — Что думаешь делать? — спросила осторожно. Лично я бы на ее месте заперлась в бункере повышенной безопасности и пересидела там. Надеюсь, у них тут есть что-то похожее на случай интереса волка к приличной девушке? — Ждать, — ответили на том конце решительно. — Что-о?! Я в очередной раз заподозрила себя в слуховых галлюцинациях. — Кажется, я влюбилась… — смущенно призналась подруга. Еще полчаса мы обсуждали дела сердечные. Зато любопытство было удовлетворено. Итак! Его зовут Игерн, ему двадцать один, он русый с нереальными зелеными глазами, принадлежит к стае черных, нахален, напорист и просто невыносим. И самое главное, Ами от него без ума! Сам волк раньше даже не смотрел в сторону ничем не примечательной девушки, а вчера, когда она ушла от нас с Курамой, поджидал возле дома. Флиртовал. Потом укусил. Сильно. Подруга была на седьмом небе от счастья и заливалась соловьем. А мне почему-то стало не по себе. Захотелось посоветоваться, но с кем? Мама, если расскажу, разнервничается и попытается запретить общаться с Ами, Курама сам не все знает, да и настроен к волкам резко негативно. Остается у нас кто? Об этом надо хорошенько подумать. А еще было немножко завидно. Я-то голову от любви не теряла никогда, а так хотелось! В итоге взяла с подруги клятвенное обещание рассказать завтра, как оно все будет, и начала обдумывать планы на день. Их было немного. Попробовать поговорить с мамой — вряд ли много узнаю, но хоть почву прощупаю. Пора уже. Разговорить кого-нибудь о брачных (или как это называется?) повадках оборотней. В голове мелькали целых три варианта «языка», хотелось бы точно знать, что с Ами ничего плохого не случится. И последнее: связаться с Томоэ, если он сам не объявится. Он мне никто, мы чужие и такими же должны остаться. Напоминала себе об этом ежеминутно — а толку ноль. Еще неплохо бы позаниматься, разобрать электронную почту и так, по мелочи. Пока обдумывала, чем стану заниматься днем, успела посмотреть в интернете погоду и влезть в красный сарафан и босоножки на невысокой платформе. Я послала своему отражению в зеркале воздушный поцелуй и отправилась варить традиционный утренний кофе, раз уж завтрак благополучно проболтала с подругой. — Нанами, какая же ты хорошенькая! И когда только успела так повзрослеть?! — умиленно вздохнула мама. Ее появление в кухне я проворонила, но оборачиваться не стала, продолжая возиться с кофеваркой, только улыбнулась. В кои-то веки меня не распекают! Впрочем, мама тут же исправилась: — Не пей эту гадость, лучше съешь хлопья. Что за привычка пропускать завтрак? — Ну, мам!.. — Будешь ходить бледная, как вампир, и с кругами под глазами! О да, угроза страшная! Я впечатлилась, честно. Но от любимого напитка с молоком и ложечкой сахара отказаться не смогла. А когда устроилась на высоком стуле, обхватив ладонями горячие бока кружки, решилась наконец заговорить о сокровенном. Вернее, о том, чего не знала, но имела полное право узнать. — Можно спросить тебя кое о чем? И выжидательно посмотрела на маму. Уходить она не собиралась, устроилась напротив. — Конечно, дорогая. — Где мы жили до того, как ты вышла за Арэта и он забрал нас к себе? На секунду воцарилась напряженная тишина, потом мама нервно побарабанила пальцами по столу. Обручальное кольцо сверкнуло в свете солнечных лучей. — Ты помнишь переезд? — Ее голос звучал взволнованно. — А еще что? — Ничего, — призналась честно и отпила немного из кружки, блаженно зажмурилась. — Только свои ощущения. Появился папа, и стало… спокойнее, что ли. Потом место поменялось. Полный облегчения вздох мне не почудился? — Так и было. — По губам мамы растеклась нежная улыбка. — Он изменил нашу жизнь. И не знаю, где бы мы теперь были, если бы не Ар. — Так откуда он нас забрал? — Из Вайдаллы. Это предместье. Полтора часа от столицы, но дыра редкостная! Хорошо, что ты была слишком маленькой, чтобы запомнить. Ответ прозвучал искренне, и я зафиксировала в мыслях название. Без определенной цели, просто так, маленький кусочек от мозаики моей небогатой на события жизни. Ну да, мне тогда было чуть больше двух, я не могла ничего запомнить. Странно, что отголоски эмоций сидели где-то внутри. — А папа? — Раз уж удача сегодня где-то рядом, я решила задать следующий вопрос. — Арэт уже тогда работал на правительство, правда, должность занимал помельче. Его послали в наши места уладить один юридический вопрос всего на два дня. Мы случайно встретились, а потом… — Слова текли медленно, темно-карии глаза подернулись дымкой воспоминаний. — Вообще-то я спрашивала про родного отца. — Жестоко было обрывать ее на полуслове, но я впервые в жизни решилась. Нельзя упускать момент, потом может просто не представиться случая! — Где он был тогда? Бросил нас? Или… Мама запнулась, прикусила губу. Ее глаза расширились, но самообладание не подвело. — Я была вдовой. — Что с ним случилось? Хотелось поддержать, взять ее за руку, но мама встала и принялась расхаживать по кухне. Долго. Минут десять. Кофе закончился, осталась одна гуща на дне кружки. Надежда на ответ почти растаяла, можно было вставать и идти к себе… Но я медлила, за что и была вознаграждена. — То, что и должно было случиться однажды, — с горечью выдохнула мама больше себе, чем мне. — Знаю, что нельзя так говорить, тем более при тебе, но нам обеим было плохо с ним. И в конце концов я рада, что так произошло. Больно мне не было, неприятно тоже, странно — да. В мыслях любимым папочкой был Арэт, а тот, другой… Я никогда не думала о нем. До последних дней. — Зачем тогда ты связалась с ним? Я искренне не понимала. А мама вдруг снова улыбнулась, живо и задорно, как девчонка. Такой я ее не видела никогда! — Мне было семнадцать, и я потеряла голову от любви. — А… В голове стайкой замельтешили вопросы, и я запнулась, выбирая самый важный из них. Но сеанс откровений уже подошел к концу. — Нанами, хватит. — Тон был мягкий, но пространства для возражений не оставлял. — Смотреть надо в будущее, а не в прошлое. Иди к себе, скоро придет очередная домработница, мне нужно подготовиться. То есть придумать симпатичную причину для отказа? Я внутренне фыркнула, но настаивать не стала и действительно поднялась наверх. Первым делом бросилась к мобильному… Ничего. Совесть маленькими острыми зубками грызла душу. Он чужой. Чужой! Черт, вчера самоуговоры работали лучше! Но звонить первой все еще не хотелось. Это будет означать… что-то. А мне это не нужно. Нельзя здесь ни к кому привязываться, если через год я собираюсь безболезненно вернуться домой. Так и не договорившись с собой, я решила сосредоточиться на Ами. Не мое дело, конечно, но вдруг она тоже потеряла голову от любви? Или не от чувства, а от укуса? Я же не знаю, каким он обладает эффектом. Зато уже придумала, у кого можно спросить… Вот только как добраться до этого сведущего? Кураму ставить в известность нельзя, а идти одной по городу… Нет уж, моя шкурка хоть и не пушистая, но она мне дорога! Поступила в итоге как среднестатистическое дитя большого города. А именно залезла в интернет и нашла сайт «Шока». Мне повезло, он оказался единственным магазином одежды в Токио, хозяйка которого озаботилась рекламой в сети. Время работы, адрес и телефоны, как и положено, были указаны на самом видном месте. Я улыбнулась, ощущая почти уважение к Кей, и снова взялась за мобильный. Ответа пришлось ждать достаточно долго, и голос владелицы магазина звучал сонно. — Привет, Кей, — позитивно мурлыкнула я. — Это Нанами. Озадаченное молчание. Что ж, придется взять процесс наведения мостов в свои руки… — Мне нужна помощь, кое-какая информация о ваших повадках в полнолуние. — Детка, ты там головой случайно не ударилась? — прервали меня недовольно. — Я тебе не подружка. Да меня Каяко загрызет за такие дела! Вот мне и стало понятно, кто тут главный. Осталось выяснить, на каком основании. Брюнеточка — дочка какой-нибудь шишки у волков? Насколько знаю, нет. Что тогда? — Она что, следит за тобой? — уточнила насмешливо. — Нет, конечно. — Вот и славно. Тогда мы ей не расскажем! — Ну и зачем мне все это надо? На меня больше не злились. Так, отмахивались. Ай, какая непонятливая! — Затем, что полнолуние скоро начтется, и Курама снова будет моим хвостом, — пояснила я снисходительно. Молчание стало заинтересованным. — И я смогу привести его к тебе. Все-таки получать желаемое я научилась от отца. Общая кровь — не главное, главное — воспитание. — Нет, — немного нервно и почти рычаще оборвала меня волчица. — Я хочу свидание. Можно двойное. Или общую вечеринку. Я мысленно присвистнула. Как видно, получать желаемое тут умею не я одна. — Попробую устроить. — Пока, правда, слабо представляю, как именно, но об этом можно подумать дня через два-три, не раньше. А информация мне нужна сейчас! — Тогда приходи, мои знания к твоим услугам. Вот с этим возникла проблема: с удовольствием бы, но как пройти несколько улиц без сопровождения Курамы. И понимаю вроде, что вероятность нападения не так уж и велика, все же на мне свет клином не сошелся, но страх преодолеть не могу. А Кей не смогла бросить магазин, у нее, видите ли, покупатели и все такое, да и о маме моей в Токио уже шушукались… струсила, короче! В итоге полчаса спорили, пока волчица не нашла идеальный выход: — Минут через двадцать за тобой зайдет мой брат. — А сестры у тебя случайно нет? Идти, пусть и недалеко, с незнакомым волком было опасно. — Не трясись, Мизуки еще нет шестнадцати, — хихикнула Кей. — И что? — Он пока не сходит сума. На этом разговор закончился, а я решила, что юный оборотень — это все-таки лучше, чем совсем ничего. Видела я местных подростков! Высокие и мускулистые. Плюс у меня есть необходимые опознавательные знаки, заступничество Томоэ и телефон. Послала отражению в зеркале ободряющий взгляд и побежала встречать провожатого. Мама терзала какую-то тетку средних лет, выискивая, к чему бы придраться. Меня даже не заметила. Мизуки, этакий фей с серебряными волосами спортивного телосложения, появился ровно к назначенному времени, запыхавшийся и слегка растрепанный. Мальчишка обаятельно улыбнулся, любопытно сверкнул глазами и пожал мне руку. Чувство безопасности легкой шалью опустилось на плечи. — Ты симпатичная. Он не пытался заигрывать, просто признал. — Спасибо. — Понятно теперь, почему Кирихито не пригласил Каяко на полнолуние. В первый раз за три года. Видимо, не проговорился, а донес информацию. До магазина дошли быстро и без приключений. Мизуки тут же скрылся в подсобке, а я присоединилась к Кей за прилавком. — У тебя замечательный брат! — признала искренне. На что волчица согласно улыбнулась: — Да, Мизуки — чудо. И она неловко пожала плечами. Если до этого момента во мне еще жила какая-то антипатия к молодой женщине, то сейчас она вся вышла. Кей тоже чудо! Почему Курама не видит? Но разговаривали не о ней. Я рассказала, что один из серых заинтересовался моей подругой, даже покусал ее. И теперь она счастлива, а я беспокоюсь. На что Кей прыснула, потом выяснила имя волка, ну а после заверила меня, что причин для волнения нет. Игерн — очень приличный волк, двоюродный брат Кирихито. По матери. Лично меня это не убедило, но слова звучали уверенно, к тому же, как утверждала Кей, постоянной подружки у него уже несколько месяцев нет. А значит, мести оскорбленной волчицы можно не опасаться. Здесь, оказывается, это главное. — Кей, возможно, уже поздно спрашивать, но кто такой этот Кирихито? — Девочка, ты серьезно? Сколько ты здесь уже живешь? — Около месяца. Я закатила глаза, уже зная зачем она меня спрашивает. — Кирихито - черный волк с серьгой-когтем в ухе, сын вожака Мори и единственный наследник. Он постоянно ездит на своем байке, вот хоть убей он никуда без него. У него черные растрепанные волосы и кроваво-красные глаза, узнаешь ты его сразу, так как у него единственного такие глаза стае. И запомни Мори - парень Каяко, она тебя за него загрызет. Час, может, чуть больше, я провела в магазине. Кей честно отрабатывала обещанную мной услугу и подробнейше рассказала об укусах, полнолунии и сложных взаимоотношениях волков с людьми в романтическом плане. Таковые, как выяснилось, возникали с завидным постоянством. А вот до смешанной пары дело не доходило практически никогда. В лучшем случае недавние влюбленные просто разбегались, одинаково довольные друг другом. В среднем — появлялся ребенок, одинаково чужой в обоих мирах. Ну а в самом худшем — обманутые волчица или волк приходили разбираться с наглым человечишкой. Обычно с помощью когтей и зубов. — А я читала, что волки моногамны… — протянула разочарованно. Думала, в них хоть что-то хорошее есть! — Ну… у нас не бывает разводов, — подтвердила Кей. Вот только прозвучало это почему-то как приговор. Беспокойство за Ами не улеглось совсем, но заметно утихло. Голова пухла от избытка новой информации, и я засобиралась домой. — Мизуки, проводи Нанами! — крикнула Кей. — Сейчас иду. — Он часто тебе помогает в магазине? — спросила, чтобы скоротать время ожидания. — Бывает. Но сегодня в стае праздник, малолеткам нельзя там быть, а мне пойти не с кем. Волчица выглядела пристыженной. И действительно, как же так: молодая, красивая, обеспеченная, репутация здесь у нее хорошая, как я понимаю, — и без пары?! — А одной прийти нельзя? На меня посмотрели несколько снисходительно: — Прийти-то можно, а вот уйти будет проблематично. — Я готов, идем. Мизуки вынырнул из подсобки и указал на дверь. Махнула на прощание Кей и с энтузиазмом шагнула к выходу. И именно в этот момент звякнул колокольчик, отмечая появление на пороге улыбающегося того самого Кирихито. Вот сразу мне его улыбка не понравилась! — Нанами… — Меня медленно и с видимым удовольствием ощупали взглядом, особенно долго задержавшись на груди и в том месте, где заканчивался сарафан, — чуть выше колен. — Какая приятная встреча… Ну вот, нас заочно еще и познакомили. — Не могу сказать того же, — огрызнулась в ответ, испытывая смутное желание спрятаться за манекен. Чувство самосохранения отчаянно вопило о необходимости спасаться бегством, на что гордость ответила отрезвляющим подзатыльником. И я осталась стоять на месте. — Какая грубая девочка, — проворковал Кирихито, приближаясь. — Оставь ее в покое! — немного напряженно потребовала Кей, и Мизуки встал рядом с ней плечом к плечу. Рисковали оба. Кирихито считался сильнейшим из молодых волков черной стаи, ему редко кто перечил. А Кей вообще старалась сильно не высовываться, чтобы ее не возненавидели за успех в бизнесе и интерес к полукровке вместо одного из себе подобных. На секунду красноглазый повернулся в их сторону и насмешливо выгнул бровь. Словно бросил вызов. А в следующий миг повернулся ко мне. — И очень смелая, — произнес почти ласково, почти с восхищением. — Я слышал, всем приезжим выдали специальные браслеты. Зачем его надо было снимать, когда скоро полнолуние? Я похолодела. Взгляд метнулся к запястью — нету! Браслет испарился. Но как?! Я же всегда… Вот, даже полоска менее загорелой кожи осталась, а нужной вещицы нет. Неужели потеряла? Когда умудрилась? Мама меня убьет. Если раньше не постарается один из волков. Ой, влипла! Когда организм немного свыкся со страхом, я поняла, где именно «потеряла» браслет. В сумке, с которой ходила на свидание! Наверняка он до сих пор там. Ночь была сумасшедшая, а потом… я настолько привыкла, что эта штука постоянно на мне, и просто не заметила ее отсутствия. — Что тебе нужно? — спросила осторожно, понимая, что, кроме сомнительного заступничества Кей и Мизуки, мне нечего противопоставить оборотню. Подставлять приятелей не хотелось. Кирихито понял мои мысли и самодовольно улыбнулся самыми уголками губ. Странным образом ему это шло. — Пришел доказать, что я не хожу на поводке. — Ага, все-таки взыграло самолюбие! — Считай, поверила. — Не так просто. Улыбка сделалась шире и стала напоминать оскал. Еще шаг, и я уловила его запах. От парня пахло хвойным лесом. — Я провожу тебя домой. Присмотрелась к перспективе, оценила, насколько она мне не нравится, и испытала смутное желание забиться под прилавок. Гордость была категорически против, но… а, все равно! Вроде Кирихито не угрожал, и сомневаюсь, что в его планы входило тащить меня в ближайшую подворотню, но в воздухе явственно запахло проблемами. Попой чувствую, это будет очень долгий год… — Спасибо, как-нибудь обойдусь, — пробурчала в ответ. — Я настаиваю, — непреклонно возразил волк и изобразил улыбку под маркировкой «галантная». Смазливый, зараза! И, что хуже, прекрасно осведомлен о своих достоинствах, нагло пользуется, временами даже преувеличивает. — Пойдешь с нами третьим? — фыркнул Мизуки. Вот теперь он добился внимания! На него смотрели с недоумением и зарождающимся недовольством. — Что значит — третьим? Мальчишка отделался пожатием плеч. Умный же волк, вот и соображай! — Ты остаешься здесь. Приказ будущего вожака! Ой, кажется, Кирихито сообразил… — Брось, — мотнул головой Мизуки. — Мы оба знаем, что моим вожаком ты не будешь. И они сцепились… взглядами. Но это было реально страшно. Впились друг в друга, не моргая, зрачки увеличились, поглощая радужку, черты стали еще более хищными, раздалось рычание. Несмотря на юный возраст, Мизуки не выглядел слабее и совершенно не боялся. Напротив, от него исходил такой мощный поток силы и уверенности… Я бы обязательно оценила, если бы не испугалась до смерти. — Ну, вы тут разбирайтесь, а я, пожалуй, пойду… — пискнула тоненько и попыталась прошмыгнуть к двери.