Город оборотней

Откровенный разговор с мамой не состоялся. Утром у нее поднялась температура. Она у нас вообще хрупкая и раз в сезон обязательно болела, обычная простуда, ничего такого, но вся семья здорово волновалась. А в последние дни было столько нервотрепки! Закономерный итог, в общем. Папу с трудом отправили на работу, Юкиджи заперлась в комнате, а мы с Курамой честно мотались в аптеку, в магазин, еще раз в магазин… в общем, отрабатывали мое завтрашнее отсутствие. Этот день Кей еще отлеживалась, так что приступить к новым обязанностям мне предстояло только на следующий. Первое рабочее утро выдалось немного нервозным. Я трижды заглядывала к маме и даже сама приготовила ей завтрак. Старания оценили и дали вымученное разрешение идти в магазин. Но только потому, что в последние дни я вела себя безукоризненно, а Кей — все-таки подруга, которой сейчас несладко. Да, вести о нападении просочились. Папа косился на нас с подозрением, но ничего не говорил и вообще поторопился уйти по делам. Я вздохнула, проводила плотную фигуру тоскливым взглядом и решила вечером и для него сделать что-нибудь приятное. Я хорошая дочь! Дальше встал естественный вопрос: «Что надеть?» На работу я шла в первый раз и как-то слабо себе представляла, в чем будет уместно появиться в магазине. Ладно, зайдем с другой стороны! Что я собираюсь делать? Правильно, продавать модную одежду. А значит, выглядеть надо так, чтобы у каждого посмотревшего возникло желание что-нибудь прикупить. Я улыбнулась своим мыслям и извлекла из шкафа черные атласные шортики и терракотовую майку с открытой спиной. К ним подобрала удобные сандалии на плоской подошве. Соорудила на голове немного растрепанный пучок, закрепила его тонким обручем — все, я готова! Около девяти приехал Курама, постная мина которого лучше всяких слов говорила, что он обо всем этом думает. — Никак в толк не возьму, почему родители вообще тебе разрешили? — проворчал он. — Ну… — Я хитро прищурилась. — Наверное, они меня любят. — Будь на их месте я, еще в первую неделю выпорол бы. Сегодня он собрался быть букой. Только блеск для губ заставил меня подавить желание показать некоторым недовольным язык. — Это непедагогично, — сказала я назидательно и забралась в машину. — Поехали уже. По мне скользнул изучающий взгляд: — Я смотрю, ты подошла к делу серьезно… — Нравлюсь? Провокационный вопрос сопроводил вызывающий взгляд: — Будет неэтично, если я отвечу. Всю дорогу до дома Кей раздумывала, что бы значил этот его выпад. Только когда прямо по курсу замаячил нужный нам дом, вспомнила, о чем давно собиралась спросить: — Ты в нее ни капельки не влюблен? — Нанами, это вообще не твое дело! — рыкнул Курама, но вид у него при этом стал слегка затравленный. — Но почему? Да, я лезла в душу к другу и останавливаться не собиралась. — Что с ней не так? Кей красивая, милая, когда сама хочет, успешная… — Она волк, — оборвал меня Курама и зло зыркнул. Мы как раз подъехали к дому. — Пожалуйста, давай на этом закончим разговор. Предмет обсуждения со смущенной улыбкой топтался на крыльце. Ну не гад ли?! Я про Кураму, если что. Сам подтвердил, чувств он к бедной влюбленной Кей не испытывает, но это не мешает ему с ней спать… и делать вид, будто у них все может получиться. — А ты — парнокопытное, — тихо припечатала я. — То самое, которое с рогами, и, если верить сказкам для малышни, отличается редким упрямством, зато не блещет умом. Черная поправила симпатичное бежевое платье, чтобы оно смотрелось максимально выгодно, и впорхнула в машину. Те пять минут, что добирались до магазина, болтали исключительно мы с ней. Я рассказывала, как вырвалась на первую в жизни работу, Кей призналась, что чувствует себя гораздо лучше, только вздрагивает от каждой тени. А кто бы не боялся на ее месте? В «Шоке» Кураму отправили в подсобку. Нет, сначала в забегаловку неподалеку, чтобы купил кофе и пирожков с вишней к завтраку, а потом в подсобку. Местные его отлично знают, так что нечего отпугивать и без того немногочисленных клиентов. Хватило Кураму ненадолго. Распаковка коробок с новым товаром в категорию его любимых дел явно не входила, из подсобки то и дело прилетали горестные вздохи и ворчание. Потом в очередной коробке ему попалось женское белье, и… кое-кто позорно сбежал, пообещав заехать за мной к трем. Никогда не думала, что работать в магазине окажется так интересно! Кей меня сильно не грузила, мы в основном развешивали наряды, полученные недавно, и отмечали их в специальных ведомостях. Я даже себе кое-что отложила. После полудня устроились за прилавком-кассой и не спеша просматривали каталоги, намечая, что нужно заказать в следующем месяце. И вот тут началось самое интересное… Звякнул колокольчик над дверью, и в торговый зал влетела стайка белокурых девчонок. Я сразу распознала в них волчиц из стаи Томоэ. Кей тоже, отчего заметно напряглась. — Отойди ко мне за спину и не отсвечивай, — предупредила она сквозь зубы. Нехотя, но я подчинилась. Только склоки нам сейчас не хватало! Белокурые, мордочки холеные, породистые… наверняка элита. Я машинально принялась теребить брелок, подарок леди Митрианны, который все так же носила вместе с браслетом. Но девицы повели себя самым неожиданным образом. Нет, сначала они вошли как к себе домой с нагловатыми ухмылками, чеканя каждый шаг. Черная раздосадованно вздохнула. Пять цепких взглядов пробежались по залу и… замерли на мне. Ненадолго, всего на каких-то пару секунд, но этого хватило, чтобы почувствовать их. И всерьез испугаться, как бы не пришлось опробовать защиту… Однако кидаться на меня с когтями никто не собирался. Не в этот раз. — Смотрите, — зашептала самая смелая. — Это же та девчонка, которая была на церемонии! — Это о ней все в стае говорят?! — Для нее проснулся дар Томоэ… Белые пошушукались немного и дружно просияли. Так, что даже в зале светлее стало! Кей посмотрела на меня с недоумением, пришлось взять ее за руку, чтобы не нервничала понапрасну. У нее и без посторонних волчиц недавно хорошая встряска была. Не забывая улыбаться и бросать выразительные взгляды на меня, оборотни вихрями носились по магазину и сметали все на своем пути. Через полчаса я тяжело дышала из-за постоянной беготни между примерочными. У кассы высилась гора одежды, а глаза хозяйки магазина забавно округлились. Блондинки были предельно милы и больше не вызывали настороженности. К тому же накупили столько всего, что я вдруг почувствовала себя невероятно полезной… Это же все из-за меня, да? — Как тебя зовут? — спросила та, которую я в мыслях окрестила негласным лидером. Она была самой высокой среди подруг, с идеальной фигурой и держалась с достоинством королевы. Почти как "душа стаи", только в четыре раза моложе. — Нанами. — Мигела. Она протянула руку, и мне не осталось ничего иного, кроме как слегка пожать прохладную ладонь. — Ты придешь к нам еще? К ним — значит, в замок? И вот что я должна отвечать на подобное? — Н-наверное… — Приходи! — А это уже другая, в белом сарафане и с забавными ямочками на щеках. — Даже леди Митрианна как-то сказала, что была бы рада тебя видеть. На этом я потеряла дар речи. Волчицы прихватили покупки и удалились, жизнерадостно переговариваясь о чем-то своем. Наверняка пошли перемывать мне кости! Но неприязни к белым я не чувствовала. Как-то даже забавно, что поначалу они пытались корчить из себя стервочек… Извечная вражда между стаями? — С ума сойти! — первой отмерла Кей. — Что, все настолько запущено? Я оторвала взгляд от двери и потопала развешивать то, что они не купили. — Нанами, ты хоть знаешь, кто это приходил?! Черная была настолько возбуждена, что не смогла устоять на месте и принялась расхаживать среди манекенов и вешалок. — Эти девушки — дочери сильнейших белых волков, некоторые даже наследницы. А, ты все равно не понимаешь… Да они здесь сегодня мою обычную трехнедельную выручку оставили! Допытываться, с чего это во враждебно настроенных волчицах вдруг произошли такие разительные перемены, Кей не стала. Распахнулась дверь, испуганно звякнул колокольчик, и к кассе подлетела раскрасневшаяся Ами. — Нанами! Во мне так сердце и подпрыгнуло. — Что случилось? Игерн? Он обидел тебя? В ту минуту я не помнила, что всего лишь человек, и совершенно ничего не могу сделать здоровому волку. Я готова была его убить! — Нет. — Она активно затрясла головой, несколько раз глубоко вздохнула и, все так же дрожа, произнесла: — Беги скорее в парк! Кирихито сцепился с Томоэ. Черт! Ну почему с этими волками вечно так?! Особенно с моими двумя. Представила картину, прикинула возможные последствия и внутренне похолодела. — Из-за меня, что ли?! — Ага! Побежали мы втроем. Еще ни разу мне не приходилось перемещаться с такой скоростью! До парка было прилично, и я, несмотря на то, что держала себя в неплохой физической форме, сильно запыхалась. Оно и понятно, где мне успеть за волчицей, пусть даже в человеческом облике! А Ами отставала от нас обеих и к концу пути просто задыхалась. Желания спасти свихнувшихся самцов друг от друга не было. Как раз наоборот: собственными руками поубивала бы! Я им что, трофей уже завоеванный, что меня делят?! В общем, вбегала в парк с самыми кровожадными намерениями, хотя понятия не имела, как собираюсь их воплощать. Все-таки они волки, зубастые хищники, а я… недоразумение какое-то. Докатилась! Второй раз жалею, что всего лишь человек. Хотя человек ли? Так, об этом не думаем. Место схватки нашли быстро по характерному рычанию и небольшому столпотворению. Они еще и в виде волков? Ну, совсем отлично! Ами сразу же повисла на своем парне, потому что устоять на ногах уже не могла, Кей подошла к мощному мужчине и начала его о чем-то расспрашивать. Интуиция подсказывала, что это и есть тот самый Яварн. В голове гудело от напряжения, сосредоточиться и послушать, о чем они говорят, не получилось. Единственным знакомым лицом для меня оказался тот же Игерн, мимо него и стала протискиваться к центру круга. — Не советую лезть, — правильно понял мои намерения парень подруги. — Это был официальный вызов. Если он считал, что сказанное им должно меня остановить, то ошибся. Пара шагов, и происходящее перестало прятаться за широкими спинами. Черт… Они стояли друг против друга, скалились и глухо рычали. Белый и черный. Томоэ и Кирихито. Я закусила губу, чувствуя, как странно щемит внутри. Ну вот что мне с вами делать, паршивцы пушистые? Ободранный нос черного кровоточил, у белого был слегка порван бок. Они рявкнули одновременно и в одну и ту же секунду бросились друг на друга. А я — в гущу событий! — Немедленно прекратите!!! Страха не было, я действовала инстинктивно и совершенно при этом не соображала, что творю. Еще подумала про себя, что это не совсем нормально — не бояться, и прыжок вышел какой-то уж очень длинный, и приземлилась я на ноги, даже не пошатнулась… Успела вклиниться между волками. В стороне ахнули, кто-то закричал. Нахлынули припозднившиеся эмоции, и возникло острое желание хлопнуться в обморок, пока меня не отправили туда в принудительном порядке. Томоэ контролировал себя потрясающе и, заметив возникшую на пути преграду, мгновенно отпрянул в сторону, только чудом умудрился меня не задеть. У Кирихито с умением управлять своим телом оказалось похуже. Все, что он смог сделать, — убрать когти. Мощный удар лапой сбил с ног, и мы оба покатились по траве. Лично я прямо под ноги Томоэ, который уже успел принять человеческий вид. Но это было еще не все! Что-то взорвалось, оглушительно затрещали ветки, где-то рядом заскулил волк… Я не отключилась. Минуты три кашляла и отплевывалась от песка и листьев, но сознания не потеряла. Когда глаза перестали слезиться, первым, что удалось рассмотреть, оказались ботинки Томоэ. Эта сволочь стоял прямо надо мной, скрестив руки на груди и мерзко ухмыляясь. Но о том, чтобы протянуть руку валяющейся на земле девушке, и не помышлял. Ладно, сама справлюсь. Глотая тихие стоны, я начала подниматься. — Спасибо, дорогая, ты мне очень помогла, — мурлыкнул Томоэ, но голос его звучал неласково. Как пощечину влепил, честное слово! Усевшись, наконец огляделась. Картинка впечатляла… Зрители замерли и явно пребывали в шоке, повсюду валялись обломанные ветки, шишки и трава вперемешку с землей. Кирихито, пошатываясь, поднимался на лапы и смотрел на меня так, будто это я ударила под дых ничего не подозревающему волку. Кто-нибудь что-то понял? — Э-э… а что вообще произошло? Я вопросительно смотрела то вверх, то вправо. Томоэ сжалился через несколько бесконечных секунд, и то исключительно потому, что больше объяснять было некому. — Сработал твой защитный амулет. — Мой — что?.. После удара ребрами о землю соображать как-то не очень. Однако на этом его словоохотливость иссякла. Белый отошел на шаг в сторону и демонстративно сунул руки в карманы. У, предатель! А я еще скучала! Совестью мучилась опять же. Кирихито вообще возвращать себе человеческий облик не торопился. Он неподвижно стоял на четырех лапах и с полыхающей враждебностью во взгляде смотрел на противника. Надеюсь, они не собираются продолжить? Поднялась на ноги и мысленно поздравила себя с маленькой победой. Все тело ломило, и я сейчас напоминала одну из девиц, дерущихся в грязи, — почти такая же чумазая, и костюмчик сексуальный. — Продолжим как-нибудь в другой раз. — Томоэ холодно кивнул Кирихито и, круто развернувшись, зашагал прочь. — Нанами, за мной! Я не ослышалась? Он что, реально думает, что я побегу следом?! «Не дождется», — решила мрачно и в точности скопировала его недавнюю позу со сложенными на груди руками. Даже ухмылка удалась. Рядом коротко рыкнул Кирихито и опалил сквозь шорты горячим дыханием. Извращенец мохнатый! Я подпрыгнула от неожиданности, взвизгнула и хорошенько так схватила его за ухо. А чтоб неповадно было! И вообще, они у него так смешно торчали… не удержалась, короче, чем себя и выдала. Отошедший достаточно далеко Томоэ притормозил и оглянулся через плечо. Меня на положенном месте, естественно, не оказалось. Он скрипнул зубами, вернулся, схватил за локоть и потащил. Я упиралась, но он словно не замечал этого. — Эй! Пусти руку! Ты делаешь мне больно! Вопли вкупе с попытками лягнуться и тормозить ногами по земле не дали никакого результата. Кирихито попытался ощериться и преградить нам путь, но бессовестный похититель окутал вторую руку белесым туманом и молча продемонстрировал всем желающим. Больше нам не препятствовали. Нет, я совсем не хотела, чтобы черный приобрел несколько лишних дыр на шкуре, доказывая, что он круче. Но мог бы хоть на две ноги встать для приличия! Внутри разлилась горькая обида, правда, я пока не поняла, на что или кого. По щеке скатилась первая капелька. Ну зачем они так? Я ведь не хотела ничего плохого! Просто наделала глупостей, пошла на поводу у инстинкта, поддалась сиюминутному порыву — и вот результат… Расплакаться окончательно не успела, мы вышли из парка и уткнулись в серебристый внедорожник. Я судорожно всхлипнула и попыталась сообразить, что к чему, но у белого волка были несколько иные планы… Меня круто развернули спиной к машине. Жесткие губы поглотили возмущенный возглас. Это был поцелуй на грани. Дикий и жесткий, но в то же время достаточно осторожный, чтобы не причинить мне боль, не поранить. Неожиданный, но сопротивление быстро иссякло, и мои руки, которые секунду назад молотили оборотня по плечам, безвольно упали. Торопливый, яростный, жадный и в то же время бесконечно нежный. Долгожданный… Почувствовав, что я больше не вырываюсь, Томоэ чуть расслабил кольцо рук, мягко и успокаивающе погладил по спине, постепенно спустился ниже и сунул ладони в карманы шортиков, надавил, тесно прижав к себе. Его язык настойчиво поглаживал нижнюю губу, вынуждая чуть приоткрыть рот. Сама не понимаю, в какой момент я сдалась, обхватила его за шею и начала целовать в ответ. Вспышки страсти, как с Кирихито, не было. Меня медленно затягивало в омут… Его омут! Такой знакомый мне. Полный боли, кровоточащих царапин, разочарования и темных страстей. Словно кто-то неведомый взял и макнул носом в его чувства, как в лужу. Ревность, обида, непонимание, недоверие — и все было направлено на меня. Оно обжигало изнутри. Плохо соображая, что делаю, одной рукой я тепло погладила его щеку, а вторую запустила в волосы и сильно потянула. Хотелось его обогреть, зализать раны и… причинить боль в ответ. Хотя бы такую незначительную. Воздух закончился у обоих одновременно. Мы резко отпрянули друг от друга и какое-то время жадно дышали. Перед глазами все плыло, и я цеплялась за его плечи, чтобы не упасть. — Так это ты сделал… у озера? — Какого черта ты делала с ним в МОЕМ озере? — глухо рыкнул Томоэ. В ярко-синих глазах медленно расплывалось оранжевое, почти алое пламя. Запоздалый страх затопил меня, заставил скукожиться, втянуть голову в плечи в ожидании удара. Нелепо… Но Томоэ выглядел до того взбешенным, что невольно вспомнилось, чей он сын. Ударит! Точно ударит… Глаза снова стали влажными, и по правой щеке покатились сразу две слезы. Томоэ проводил их взглядом и как будто бы встрепенулся, его лицо разгладилось. — Дурочка! — пробормотал белый, потом вдруг приблизил свое лицо к моему и слизнул мокрую дорожку со щеки. — Никогда не бойся меня. Даже если я злюсь. Он лизнул меня в нос и выпрямился. В животе словно пружина расслабилась, и следующие несколько секунд я просто дышала, пытаясь выпихнуть из себя его эмоции… и воспоминания о поцелуе. — Нанами, садись в машину. Не успела отойти от шока, как Томоэ снова вернул меня в это состояние: — Твой черный друг уже наверняка обернулся и скоро будет здесь. Что значит — уже обернулся?! Мы же тут минут десять стоим… Я видела этот трюк в исполнении самого Томоэ, тогда все прошло за какую-то долю секунды. Но единственное, что смогла сказать, оказалась банальность: — Через два часа Курама должен забрать меня из магазина. — Отлично. Ты будешь там. И раньше, чем я успела хотя бы пискнуть, блондин подхватил меня на руки и бросил на сиденье. Это что еще за самоуправство такое! Умиляюсь я этим волкам. Пока Томоэ обходил машину и устраивался на водительском месте, я целую тираду заготовила, но и тут не получилось. На этот раз мобильный. — Да, мам? — Что у тебя там происходит? — Голос Азуми звучал больше устало, чем взволнованно. — Почему индикатор то гаснет, то мигает с зеленого на оранжевый? Однако, прогресс! Вместо того чтобы паниковать, она просто позвонила и спросила. — Все в порядке, — ответила с длинным вздохом. — Мы с Томоэ поссорились немного, но уже миримся. В положенное время я действительно была в магазине, к радостному облегчению взволнованных Кей и моего охранника. Примирение — громко сказано, но отношения с белым выяснили. В том числе и мои с Кирихито. Томоэ ревновал, а я ничего не могла с этим сделать. Потому совершенно некстати напомнила, что у него нет на меня прав. Во всяком случае я ему их не давала. На том и расстались. В груди щемило, я чувствовала себя виноватой и мечтала только об одном — чтобы жизнь вернулась в привычное унылое русло и в ней больше не было волков. Ни единого. Выдержала допрос с пристрастием от друзей — четверых, к Кей и Кураме присоединились Мизуки с Ами, — а дома меня поджидал новый сюрприз. Мори, отец Кирихито. Он, Яварн и двое белых вышли за ворота, расселись по машинам и уехали. Мы с Курамой переглянулись. — Что бы это значило? — Понятия не имею. Курама побледнел и неуловимо напрягся. Ситуация прояснилась, стоило нам войти в дом. — Нанами, ну наконец-то! Юкиджи вынырнула из-под лестницы. — Ты все пропустила. — Э… Я оглядела ее, потом холл — вроде порядок. Но чувство было странное: в груди словно металась маленькая молния. И тревожил непонятный инстинкт, как у зверя, который вдруг почуял, что на его территорию проник чужак. Возможно, соперник. Возможно, даже добыча… Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть и схватиться за Кураму, пока не растаяла перед глазами алая пелена. — Рассказывайте, что здесь было. В подробностях! — К нам приходили оборотни, — запинаясь, начала Юкиджи. — Жутко важные, какие-то местные шишки. Они долго сидели с папой в кабинете, а потом обошли весь дом… Расхаживали тут, как у себя в норе. Мама громко кричала, угрожала пристрелить грязных животных и постелить у камина четыре шкуры. Улыбка вылезла против воли. Моя мама умеет стрелять? Это что-то новенькое. — И как восприняли такое заявление волки? Курама с неожиданным интересом приподнял брови. — К тому времени они уже ушли, — с полуулыбкой сообщила чернушка, появляясь в дверях кухни. — Когда все происходило, Азуми спала под действием лекарств, утром ей еще нездоровилось. Гости вели себя тихо и предельно корректно. А когда она проснулась, силовики уже осматривали дома соседей. Ее вступление сменилось тишиной. Не знаю, какие мысли бродили в головах у остальных, но мои прекрасно уместились в один короткий вопрос: значит ли это, что мне снова запретят приближаться к оборотням? Речь даже не о парнях, просто работать у Кей оказалось неожиданно интересно. Не хотелось бы вылететь из «Шока» на второй день просто потому, что у родительницы вдруг поменялось настроение. — Но впредь я бы советовала от таких выпадов воздержаться, оборотни — народ горячий, — подытожила женщина и отступила в сторону, освобождая проход. — Мойте руки и за стол, сейчас накрою обед. Мидзутама оказалась просто незаменимой: под ногами не путалась, но весь дом содержала в порядке, даже маму в последнее время перестала раздражать. Совершенно незаметно для самих себя мы ровным строем протопали в гостевую ванную. Лично я осознала, что произошло, только когда обнаружила себя за столом. Но запахи в кухне витали такие, что задумываться на эту тему поленилась. — А что искали хоть? — Понятия не имею, — пожала плечами чернушка и придвинула ко мне тарелку с супом. По понятным причинам именно мне доставалось больше тихой и почти незаметной заботы. — Но в стае болтают, что вчера к вожаку Микагэ наведывался вожак Мори. Черные чрезвычайно обеспокоены нападениями на волчиц.