Лёд на конфорке газовой плиты

— А, Фубуки? Уже уходишь? Парень обернулся, стараясь скрыть едва заметное смущение. — Э-э, да. Он не прощался, не останавливался ни на секунду, он буквально убежал с тренировки. Аки немного по-детски надула щёки. Её распирало невероятное любопытство, которое опять не смогли утолить. Наконец, когда недовольство захлестнуло её, она решила высказать всё Харуне, стоящей рядом с ней, и, видимо, не менее заинтересованной: — Нет, ну… Агрх! Куда он постоянно уходит? Мне же интересно! — Знаешь, на самом деле, это интересует всех… — Это всё слишком подозрительно! Почему он ничего не рассказывает?! Уже больше месяца Широ постоянно рано уходит с тренировок. Говорит, что это что-то важное, но никогда не уточняет. Его товарищи были обеспокоены и заинтересованы одновременно: как-никак, а у них на носу ещё один матч, не будет же он вечно пропадать, нужно подготовится. Да и потом: что может быть так важно для Фубуки? Не то, чтобы это было плохо, просто это было отличным поводом для теорий и сплетен. И вроде бы без злого умысла, ему уже придумали кучу болезней, девушку и даже подработку, которых у него и в помине не было. Но на самом деле правда была совершенно в другом…

***

Сузуно стоял у главного входа и по старой привычке расчёсывал волосы пальцами. Обычно, ожидая, он теряет счёт времени и никогда не может понять, сколько уже прошло. Сейчас происходит тоже самое. Кто знает, сколько раз он хотел сделать замечание по поводу пунктуальности некоторым людям, но не мог… Наконец, он увидел приближающийся к нему силуэт, знакомый настолько, что уже по звуку шагов он мог определить, кто это. Они не так давно знакомы, просто у них было время хорошо друг друга изучить. — Привет! Ну вот, наконец-то встретились, — сказал Фубуки, мило улыбаясь и легонько касаясь его щеки. — Ага. Пошли. Держа его за руку, Фууске спешно вёл его к комнатам. По пути они сталкивались со многими знакомыми, с некоторыми Широ даже успел подружиться. Он здоровался с ними, но Сузуно игнорировал как мог. Нового «приятеля» Газэля здесь уже все знают, как родного. Когда он здесь, они словно забывают, кто он такой, для них он становится совершенно другим человеком. Сузуно открыл дверь в свою комнату. Она была пустой и до блеска чистой, там были лишь два шкафа, стол, зеркало и две кровати, словно ничего больше и не нужно было. Фубуки уже явно привык к этому, она вовсе не казалась ему пустой. На одной из кроватей расположился Нагумо, который, заметив их, вскрикнул: — Ха! А вот и наши голубки! Опять тут ворковать будете? Нагумо — сосед по комнате и близкий друг Сузуно. Эти двое — противоположности друг друга, причём именно те, которые, как говорят, притягиваются. Серьёзно, они прекрасно дополняют друг друга: Сузуно своей холодностью и своего рода строгостью не давал ему творить глупостей, а благодаря Нагумо и его бунтарству ему никогда не было скучно. Многие долго считали их идеальной парой, но, видимо, не судьба… Газэль с некой злобой смотрел на друга, словно говоря этим: «Просто уходи отсюда». Бёрн, конечно же, понял его. — Развлекайтесь, — сказал он и вышел из комнаты. Когда они убедились, что никто точно им не помешает, то закрыли все двери и присели на кровать другого хозяина комнаты. — Ну, расскажи мне, как твои дела? — спросил он, приобняв Фубуки, и мечтательно прикрыл глаза, добавил, — Я скучал… — Хех, а ты сегодня романтичней, чем обычно. Тебе есть, что мне сказать? В словах была едва скрываемая ехидность, но Широ произносил это характерным для себя мягким голосом без намёка на что-либо подобное. Игривость отнюдь не была его чертой, как бы ему не хотелось обратного. С одной стороны, такими поступками он хотел показать, что он не такой уж и «мягкий», но в то же время он понимал, что это выглядит глупо и нелепо. Все близкие ему люди знали одну истину: он просто не может принять свой характер, а потому пытается работать над собой так, как считает правильным, так что стоит просто принимать его таким, какой он есть, что бы это не значило. Сузуно давно оставил попытки доказывать ему, что все его мнимые минусы не являются таковыми на самом деле. Заметив себя за повторением «старых ошибок», Фубуки стыдливо отвёл взгляд. Поняв этот жест и его причины, Сузуно лишь растянул губы в полуулыбке, это показалось ему очень милым. И он решил это подметить. — Да. Есть. Чем больше ты стараешься не выглядеть мило, тем больший антиэффект это приобретает. Протянув тихое «у-у», парень в шарфике спрятал нижнюю часть лица за его рукой, показывая этим своё смущение. — Так что там насчёт моего вопроса? — А, да… Готовимся к мировым соревнованиям. Честно говоря, я нервничаю, ведь я так много пропустил… Сузуно хотел было извиниться, но передумал. Да, действительно, всё то время, которое Фубуки мог потратить на тренировки и тщательную подготовку, он проводил с ним. С другой стороны, он сам выбрал такой план действий, так что вина Фууске лишь в том, что, видимо, он так и не смог ему объяснить, насколько это важно. Он старался избегать этой темы. Было то, что не следует пока говорить… — Широ. Ты должен мне обещать, что ты наверстаешь упущенное. В смысле, действительно обещать и обязательно выполнить. — Да, конечно… Постой-ка. А сам? — Я вот как раз-таки готовлюсь. Если не веришь мне, спроси Бёрна. Ой-ёй. Зря он это сказал. Оставалось только молиться, чтобы Нагумо не разболтал всю правду. Он же не сделает это? Сузуно надеялся и доверял ему. — Серьёзно? И в какой же сборной играешь? А не собираешься ли ты к нам? Широ заинтересованно подался вперёд. Он очень хотел быть в одной команде с любимым. Уверен, его товарищи по команде тоже забыли бы старое и с удовольствием его приняли. И у них всё было бы замечательно. Почему же он медлит с ответом. — Это секрет, пока что, — ответил возлюбленный, не подавая виду. Фубуки сделал обиженное с ноткой наигранности лицо. Ему было ужасно любопытно, да и более того, ответ мог существенно повлиять на его планы. Но, так как сейчас этого не произошло и не планирует произойти в ближайшее время, он лишь попытался смириться. Что бы там ни было, он был уверен, что Сузуно не даст чему-либо встать между ними. Спустя столько времени они достаточно научились дорожить ими и доверять друг-другу. Какое-то время они молчали, хоть и знали, что им есть, что сказать. Проблема была в том, что они довольно часто виделись в последнее время, и для этого была причина, ведь им хотелось видеться, когда это только возможно, однако они уже и не знали, чем им заниматься, кроме разговоров и чего-то интимного. Впрочем, они считали это нормальным для всех пар. Если бы они делали это на выходных, было бы проще, но… Фубуки всегда был занят в это время. Он никогда не рассказывал об этом конкретно. Его партнёра это настораживало, но он терпеливо дожидался, пока он сам ему расскажет. Он считал, что так будет правильней. Он не знал правды, не знал того, что чем дальше всё это продолжается, тем больше ломается Широ. Атсуя хочет взять контроль над его телом. Сдерживать его становится всё труднее. Это отнимает много сил, но Широ держится до последнего. Он боится, что случится что-то непоправимое. Брат пугал его. Фразы вроде: «а ведь они нуждаются во МНЕ, куда больше, чем в ТЕБЕ», «думаю, я подхожу ему больше, чем ты», «я справился бы с этим лучше» и так далее он стал слышать в своей голове чаще, чем получать смс с пожеланием доброго утра от любимого. Это было невыносимо. Он знал, что однажды сломается. Знал, но старался всячески этого избежать. Но настораживало не только это. Атсуя всегда был впереди. В футболе он всегда был лучше, друзья намного больше ценили его, казалось, что даже родители намного больше любят своего «неугомонного» сына. На самом деле Широ всегда завидовал. Ему казалось, что родной брат забирает у него всё, что бы у него ни было. Но он искренне любил брата, так что негативные мысли не слишком-то поражали его. Теперь же всё иначе. Это переходит любые границы. Что, если он отнимет и Сузуно? Нет. Нельзя было этого допустить. Как раз-таки в этот момент, когда они и не знали, что сказать, Фууске поднял так нелюбимую возлюбленным тему: — Что же… Как провёл выходные? Фубуки замолчал, поджав губы. Его взгляд сделался мрачным. — Да… Не так уж и плохо. А ты? — Широ, — Сузуно продолжал обнимать его одной рукой, а второй он развернул его лицо к себе, дабы его мрачный взгляд встретился с его обеспокоенным, — У тебя плохо получается скрывать что-либо от меня. Я уже давно замечаю. Ты чем-то обеспокоен. Неужели ты потерял доверие ко мне? — Что ты! Вовсе нет. Как же я могу, любимый… — А что тогда? Я не буду ругать тебя, если там что-то НАСТОЛЬКО плохое. Я беспокоюсь. Пожалуйста, расскажи. «Ты не поймёшь, — думал он, — ведь всё дело в…». Не успел Фубуки закончить предложение, как, словно поняв, что речь идёт о нём, откликнулся Атсуя. — Как же ты мог! Заставил его волноваться из-за этого! — Широ слышал его голос в своей голове, — Ничего. Раз этого не сделаешь ты, это сделаю я. У него не было сил сдерживаться сейчас. Он схватился за голову, которая просто раскалывалась от боли. По телу бегала дрожь, на глазах выступили слёзы. Он вот-вот потеряет сознание. — Ох, господи, Широ, что с тобой?! Широ, ответь! Что мне сделать?! Сузуно тряс его за плечи. Он никогда не видел его таким, а потому был ужасно напуган. Если бы он только знал, что происходит. Всё. Больше Широ не сможет сдерживать. Он даже не успел извиниться. Теперь туман в его голове набирал свою силу, а после и вовсе затмил собой всё вокруг. Широ… Отключился. Вряд ли бы кто-то не слишком внимательный заметил изменения в этот момент. Но не Фууске. Он не мог игнорировать то, чего раньше никогда не замечал в своём возлюбленном. А ведь это было так важно… Лицо парня в шарфике исказилось в хитрой улыбке, глаза сменили цвет на ярко-оранжевый… — Ну, чего уставился? Не узнаешь? Это же я, твой любимый! — даже голос был другим. Что же это такое. — К-кто ты такой? Ты не Широ! — Ну, тут ты прав. Может, ты и не узнаешь меня, но вот я прекрасно тебя знаю. Ты всё это время так нагло игнорировал меня… Всё из-за него. Что же. Сейчас его тут нет, и я могу познакомить тебя со мной поближе… Стараясь сделать это как можно сильнее, Сузуно влепил «незнакомцу» звонкую пощёчину. Он думал, что так приведёт «Широ» в себя. Но это только разозлило Атсую. — А вот это было грубо. Ничего, сейчас мы тебя проучим. В последнем слове была какая-то нотка эмоциональной нестабильности, казалось, в этот момент он почти смеялся. Атсуя сел к Сузуно на колени лицом к нему, после чего повалил на кровать и схватил его руки. Но лишь одной рукой, другой он залез к нему под футболку. Прикосновение было холодным и явно не несло ничего хорошего. Парень брыкался: — Пусти, ублюдок! Но его не слушали. Прикосновения лишь продолжались. Фубуки примкнул губами к его шее, делая грубые поцелуи, больше походившие на укусы, и спускался всё ниже… Что происходит? Этот вопрос всё это время крутился в голове Фууске. От незнания становилось больно. Это парень… Кто бы то ни был, это явно не его любимый. Он не способен в это поверить. Он не мог ему сопротивляться. К глазам подступали слёзы, но он сдержал их. Мысленно, он молил только об одном: «Если только Он всё это видит и слышит… Пожалуйста, пусть он закончит это». И в этот момент Широ как будто бы услышал его мысли. Он остановил Атсую, но его тело оказалось очень вымотано. Парень потерял сознание.

***

— Слава богу, очнулся. Я так переживал… Как ты? Нигде не болит? Фубуки пришёл в себя на кровати любимого, накрытый одеялом, приятно пахнущим его любимым человеком. А сам этот человек сидел на полу, смотря на него отчаянным, но полным любви взглядом. — Голова немного кружится… Но всё хорошо. Я в порядке. — Отдохнёшь ещё немного? Уже вечереет, тебе надо бы возвращаться. Однако я просто не могу отпустить тебя в таком состоянии. — Всё в порядке. Я смогу дойти. Точно. Обещаю. — Хорошо. Но всё же. Скажи мне, что это было? Не отворачивайся от меня. Я должен знать. Фууске с трудно скрываемым страхом на лице коснулся своей шеи, на которой «красовались» новоприобретённые красные пятна. Неужели он сделал такое? Нет, это был Атсуя. Он дал слабину, и это произошло. Как он мог допустить такое? Он не мог в это поверить. Широ допустил ошибку. Он не может находиться здесь после такого. — Я… Прости меня. Я этого не хотел. Что я наделал… Прости. Он резко вскочил и подбежал к двери. — Мне нужно идти. Я больше не сделаю ничего подобного. Он бросился бежать отсюда. Он был подавлен и спешно утопал в самобичевании. Он не должен был видеть его таким. Надо дать ему время. Уж время-то точно избавит его от этой ситуации и разрешит проблему. Сузуно бежал за ним. Он готов был бежать сколько потребовалось, пока не остановится сердце, пока в лёгких не закончится воздух. Лишь бы догнать. Но стоило ему лишь на секунду оступится, и вот, любимый уже намного впереди его. На секунду они лишь столкнулись взглядом. У Широ были полные слёз глаза. Этот печальный взгляд он уже не забудет всю свою жизнь. От бессилия Сузуно упал на колени. Пустой взгляд был устремлён вперёд. Даже не моргал. Парень ещё никогда не был так подавлен. Удивлённый сценой Нагумо подошёл у нему и похлопал друга по плечу: — Хэй, что-то случилось? Он так резко убежал от тебя, все беспокоятся. Неужели вы поссорились? — Не знаю. Я уже ничего не знаю…