Кристальное сердце. Вода.

После обеда предстояло долгое обсуждение наиболее насущного вопроса: вопроса безопасности королевской семьи. На столь важных мероприятиях, где собирались также представители других держав, на такой вещи никогда ранее не экономили. Было бы крайне опрометчиво жалеть на это золота. Были приглашены лучшие чародеи, чьё мастерство проверено в сотнях битв по всему миру, наняты лучники и мечники, чьи скорость реакции и боевая подготовка находятся на самом высоком уровне. Впрочем, если от угрозы явной спасут стражи и чары, то от угрозы тайной, незримой, могут спасти лишь артефакты, а это уже не только вещь для защиты, но и деталь гардероба, поэтому к мастерам предъявляли требования куда более строгие. Артефакторам следовало быть не только могущественными магами, но и творчески одарёнными людьми. В переговорной собрали четверых мастеров. София не зацикливалась на их лицах, лишь мельком изучила нашивки и цвета их гильдий: зелёный и золотой, белый и бордовый. Нетрудно догадаться, что перед ней стояли лучшие представители артефакторных союзов: Золотая Роза и Белые Паруса. Мастеров лучше них не сыщешь, к тому же сама королева знала, что они конкуренты, а значит будут вдвойне стараться, дабы не ударить в грязь лицом. София наконец оторвала взгляд от их незаурядных нашивок, оценивая уже одеяние прибывших. Все четверо мастеров выглядели опрятно: одежда выглажена, пахла приятно, даже пылинок или волосинок не наблюдалось — так трепетно подошли ко встрече с Её Величеством. Их одежда, впрочем, была довольно стандартной: шёлковая невзрачная молочного оттенка туника, на выглядывающих манжетах которой можно было заметить небольшие узоры, сверху самой туники расшитый узорами под цвет гильдии чёрный жилет, а завершающим был короткий, до колен, плащ, подол которого тоже не остался без узоров. Штаны, как и жилет, были чёрными, но без узоров. София бы и дальше рассматривала прибывших, однако её взгляд на себе заметил молодой артефактор из Золотой Розы и легко приветливо улыбнулся, из-за чего пришлось спешно сделать вид, будто она смотрит сквозь него. Тишину нарушила королева: - Для начала, уважаемые мастера, желаю, чтобы вы представились. Первыми были мужчины из гильдии Золотой Розы, они синхронно сделали шаг вперёд и поклонились. Говорить изволил старший из них: маг с яркими холодного малинового оттенка глазами и каштанового цвета волосами. Завораживающая внешность. - Мастер Франк и мастер Леон, полностью в вашем распоряжении, - представился мужчина за двоих. София вновь глянула на парня, чью одежду до этого она с таким интересом рассматривала. Леон выглядел довольно молодо — странно, что его назвали мастером, она думала, что он не более, чем подмастерье. Тем более, она его уже где-то видела. Вспомнить бы только, где именно. Гильдия Белых Парусов ждать себя не заставила. - Мастера Альберт и Вильгельм, Ваше Величество, к вашим услугам, - это произнёс седовласый маг, представив себя и своего напарника, которому на вид было лет сорок или около того. Королева одобрительно кивнула. - Уважаемые мастера, перейду сразу к делу. Вы уже осведомлены о предстоящем важном для короны мероприятии, так что задача для вас будет проста и сложна одновременно: вы должны создать мощный защитный артефакт, однако он также должен идеально подходить к наряду каждой из нас и не выделяться. - Мы можем заранее узнать во что представители королевской семьи будут одеты? – вклинился мастер, сидевший левее всех. Кажется, Вильгельм. - Разумеется. Наброски платьев я вам предоставлю, но сперва хочу знать кого вы выберете. Не торопитесь, ведь каждый из вас возьмёт лишь один заказ. Агнет выжидающе оглядела всех четверых, что на мгновение погрузились в свои мысли. Первым руку поднял артефактор Золотой Розы, Леон. Его голубые глаза пронизывали насквозь и во взгляде отчётливо была видна решимость и уверенность в своих силах. Маг рукой чуть пригладил светло-русые волосы, а затем спокойно, с лёгкой улыбкой произнёс: - Я бы хотел взяться за артефакты для Софии де Бьерг, - парень посмотрел в сторону девушки. - Думаю, это будет интересно. София недовольно выдохнула, считая, что его выбор был основан на том, что она позволила себе бесцеремонно на него пялиться. - Я считала, что амбиции вашей гильдии выше, - разочарованным тоном произнесла Агнет. - Или, правильнее сказать, ваши личные амбиции. Впрочем, работайте, если хотите, но знайте, что за заказ одной из моих дочерей, - королева легко раскинула руки, обводя ими принцесс. - Вы получили бы много больше. - Возможно, - склонил голову Леон, признавая правоту королевы. - Но Ваше Величество дала мне выбор, и я его сделал. Вдобавок, я уверен, что с её заказом я справлюсь лучше всего. Как бы вам не пришлось позавидовать, - он улыбнулся, в его взгляде россыпью маленьких звёздочек засияло некое озорство. - Смелые слова, - Агнет оценила дерзость молодого мастера, что прошёлся по самой грани этикета. - Что ж, принимаю ваш выбор, а результат нас рассудит. Что же скажут остальные? - В отличие от своего напарника я возьмусь за украшения прекрасной принцессы Каи, - ответил Франк, легко поклонившись высокородным особам. - Я предпочту уделить всё своё внимание заказу для принцессы Евы, - также поклонившись сделал выбор Вильгельм. Королева улыбнулась, заметив меткий недоброжелательный взгляд артефактора конкурирующей гильдии на Вильгельме. - Ну, раз уж все молодые уже определились, то я, пожалуй, буду рад сотрудничать с герцогиней Де Бьерг, - старик, кажется был рад такому исходу ибо зрелых дам он понимал куда лучше, чем молодых девчонок, от того был спокойнее океана в штиль. - Раз уж определились, то слушайте второе задание: я не могу отдать предпочтение в своём заказе кому-то одному из вас без веской на то причины. Поэтому сделаем проще. Для меня артефакт подготовит каждый из вас. Чья работа будет лучшей, тот получит из моих рук особую награду. Недоверие к словам королевы отразилось на лице одного только Леона. Вероятно, ему никогда не доводилось ранее работать с правителями королевств. Королева это увидела и, легко улыбнувшись и прищурив глаза, произнесла: - Поверьте, я умею быть щедрой. Далее она взяла несколько листов пергамента и двинула их ближе к мужчинам. - Вот более детальные эскизы нарядов, к ним приложены кусочки тканей, чтобы вам были понятны цвета и материалы и было удобнее с ними работать. Через сутки вам необходимо представить каждой вашей клиентке по три эскиза будущих изделий и в недельный срок изготовить выбранное изделие. Думаю, это никаких проблем не вызовет. Для меня же эскизы готовить отдельно не нужно, делайте артефакт сразу, какой сочтёте нужным. Ограничений нет, вам будут представлены все ресурсы, которые только попросите. Есть вопросы? - её Величество посмотрела на мастеров. Они стояли смирно, даже дышать не смели. - Славно. За работу. Кая включилась в работу сразу же. Из этого мастера девушка надеялась выжать все идеи, всё мастерство, всё его терпение. Он также понимал к чему готовиться, ибо был наслышан о капризах принцессы, так что поступил правильно, начав ещё в дороге готовить зарисовки будущих изделий, основываясь на той красоте, что видел в пути. Он также основывался на её лёгкости и нежности, на её стихии, беря во внимание те изделия, что он видел сейчас на ней, а также те, на которых учился когда-то сам. Франк рисовал быстро, чётко, в ответ получая лишь одно: "не то". Она не давала даже никак понять чего сама хочет, какие камни ей нужны, какое украшение ей подавай. Она будто бы не хотела ничего и хотела всего и сразу. Возвращалась к предыдущим вариантам, просила изменить, а после говорила, что раньше было лучше. Ничего. К этому Франк был готов. Это для него вызов, игра, и он принцессу обязательно переиграет. Ева отнеслась холодно к украшениям. Она всегда требовала одного: изумруды, гранаты, янтарь, и чтобы украшение напоминало веточки с листочками, возможно лозы, не вычурно, никаких крупных элементов, никаких браслетов, никаких колье — они болтаются и мешают. Только серьги и заколки, аккуратные, лёгкие, чтоб не тянули волосы и уши. Желания этой принцессы всегда были чёткими. От того с ней многие предпочитали работать, да и ей почти всегда всё нравилось. Что касалось Софи, так она была недовольна тем, что этот день обещает быть сложным и долгим. Девушка лишь искренне хотела, чтобы это скорее закончилось. Балы ей безусловно нравились, а вот рутинная подготовка к ним выматывала. Помнится, приходилось очень долго стоять словно манекен, без единого движения, пока портные снимали мерки, прикладывали различные ткани, заставляли мерить их изделия, и это была только малая часть из того, чем ей приходилось заниматься. Артефакторы, впрочем, от портных почти ничем не отличались. Леон сходу принялся обсуждать детали будущих артефактов. Эти расспросы так утомляли Софию, что она ограничивалась простыми "да" или "нет". В основном "нет". Она вообще не знала, чего хочет, и ей даже было сложно представить несуществующее изделие на себе. Было бы лучше, если бы за неё снова всё выбрала мама. Молодой мастер и к этому вопросу подходил трепетно, рисуя прекрасные портреты, пусть и в виде скетчей, изображая рядом изделие и как оно будет смотреться. Вот только так и не вышло определиться, что подойдёт лучше: заколка, браслет или серьги, ведь выбрать надо было только одно. И это было сложно. - Тогда, быть может, завтра продолжим? - осмелился предложить мастер. - Мои коллеги давно пошли отдыхать. - Ах... - София повернула голову к часам, маленькая стрелка на них указывала на восемь. - Точно. Прошу меня простить. Что-то я совсем увлеклась. Вы же с дороги и сразу в работу. - Не страшно. Предлагаю вам встретиться завтра в гостиной в полдень и снова всё обсудить, пойдёт? - спросил маг, попутно собирая со стола все принадлежности и бумаги. - Разумеется, - согласилась София. - В таком случае до завтра. Леон поклонился ей учтиво и оставался в таком положении до тех пор, пока девушка не покинула кабинет. Мастер медленно принялся собирать эскизы, разглядывая каждый из них. Госпоже не понравилось ни одно из десятка прекрасных украшений. Да и чародей сам был недоволен. Они не передавали её характера, все слишком выбивались из образа: чересчур усложняли, либо чрезмерно упрощали его. Не было той золотой середины. Леон недовольно покачал головой и вздохнул. Значит, нужно приложить куда больше усилий.

***

Солнце плавно опускалось за горизонт, показав первые звёзды. Столицу медленно окутывала тьма, стремясь влиться в каждый уголок, однако вскоре проиграла в схватке со светом. На башне прозвучал колокол, ударив ровно девять раз. Мелкие печати на фонарных столбах вдруг вспыхнули, разжигая внутри ламп послушный огонь, что озарил улочки тёплым светом. Наконец-то стало уютнее, и жители верхнего города не отказывали себе в удовольствии прогуляться в такую замечательную безоблачную ночь. Мимо людей безмолвной тенью проплывала фигура в плаще. Люди не замечали её, погрузившись в свои разговоры и мысли. Сев в повозку, человек в плаще кинул кучеру монетку. - В нижний город, пожалуйста. Мужичок молча щёлкнул поводьями. Ему не было никакого дела до того, зачем понадобилось этому человеку в такой поздний час мчаться в место, где обитают самые бесчестные люди. Кучер лишь гнал уставшую лошадь по брусчатой дороге, с некоторой периодичностью приговаривая ей "но". Человек сидел тихо, даже не шевелился, обдумывая что-то своё. Не хотелось вновь возвращаться в нижний город, заново рассматривая во всех подробностях бурно кипящую похабную жизнь во всех её мерзотных воплощениях. Люди там утратили свою человечность. Даже позолоченные купола церквей выглядели тускло, будто бы позолоту соскоблили и пустили на дешёвое пойло, а вместо неё всё перекрыли жёлтой краской. Чем дольше они ехали, тем темнее становилось. Фонари редели, на центральной улице почти никого не было — все попрятались по укромным уголкам словно вшивые крысы. Поблагодарив кучера ещё раз, человек вылез из повозки и, дождавшись когда мужичок тронется, юркнул в ближайший закоулок. Дома стояли очень плотно друг к другу для экономии места, так что пришлось пролезать боком, а затем идти извилистыми путями, минуя бесконечный мусор и отходы. Порой за углом можно было встретить редкие скопления людей, в основном беспамятно лежащих в пьяном или ином бреду, а порой и орущих что-то нечленораздельное. До тошноты жалкое зрелище ухудшали только распутные дамы, с ног до головы увешанные золотыми украшениями с крупными камнями, показывая тем самым свою цену. Их никто здесь не трогал — они "святое". Ускорившись, человек чуть не споткнулся о корни кустарника, благо до места оставалось пройти всего пару десятков метров. Многие бы не стали так рисковать, ведь был высок шанс наткнуться на неприятности, но, кажется, человек в плаще намеренно эти неприятности искал. Он чётко знал самое главное правило: здесь всё решали деньги и связи, либо сила. Именно последним странник отличался от остальных. Находясь под плотным покровом собственных чар, человек ловко прошмыгнул во тьме мимо мутных личностей, оставшись совсем незамеченным. Магия слушалась легко и непринуждённо. Это ощущение давало невообразимую эйфорию. За всё то ощутимо долгое время, что этот странник провёл в этом мире, он так и не привык к нему полностью, и каждый раз его охватывало ощущение всемогущества и лёгкости, которое приходилось постоянно сдерживать. Одарённых среди жителей этого района было не очень много, но те, кто всё же замечал странника спешили убраться подальше, так как могущество стихии воздуха человек не мог скрыть полностью. Отыскав таверну с изображённым на вывеске жареным куском мяса с веточкой розмарина, он поспешил во двор, где принялся ждать своего информатора. Он ценил пунктуальность и мысленно уже накидывал торговцу информацией штрафов. Шпионить предстояло за высшей аристократией, и цену тот неодарённый заломил непомерную, по семь изумрудов за каждого человека. Даже в других концах света отдавать приходилось меньше, но в столице дешевле попросту не было. Лишь бы информация того стоила и снова не подвела. Информатор пришёл через пятнадцать минут, когда человек уже начал терять терпение и собирался уходить. Небольшой мужичок, неумело маскировавшийся от посторонних взоров, поймав знакомый взгляд, подошёл и сходу завёл разговор про оплату. - Камни у тебя? – поинтересовался он без приветствия, облизнув сухие губы, а затем плюхнувшись на скамью с другой стороны стола. - Да, оплата с собой, но прежде я желаю увидеть нужную информацию, – человек не собирался покупать, как у них говорят, "кота в мешке". Он не доверял этому человеку, точно так же, как и тот не доверял ему. Мужик злобно засмеялся, показав свои гнилые пожелтевшие зубы. - Я не дам себя обмануть и всё отдам только после оплаты, – мужчина вынул из внутреннего кармана уголок конверта. – Видишь? Я своё слово держу. Всё у меня. - Ладно, - парень не имел желания долго препираться с этим человеком и вытащил из кармана мешочек с изумрудами и протянул его информатору. – Надеюсь ты собрал нужную информацию, а то расплачиваться придётся тебе. - Я делаю работу хорошо, – обиженно произнёс человек. Угроза, казалось, не произвела на него впечатления. – Никто не жаловался. Все были довольны. Пока шпик спешно пересчитывал свою плату, странник рывком вскрыл каждый из конвертов и принялся по очереди их читать. Сведения оказались действительно полезными. Уже только за них, можно было рассчитывать на награду от Его Величества, но самое важное содержалось в третьем конверте. Именно он подтвердил, что та герцогская дочка и есть потенциальная хранительница. По крайней мере кристалл на её шее принадлежал стихии воды. Девчонка была слегка замкнутой, предпочитала более общество книг, нежели людей, а весь её круг общения — это мать да двоюродные сестры принцессы. Впрочем, самое главное, что девчонка не обладала ни силой, ни иммунитетом к ней. Что было вопиющим исключением из общепринятых правил, которые соблюдались природой даже в зеркальном мире. Над этим стоило хорошо подумать, но поток мыслей прервал информатор, который почему-то не уходил. - Чего тебе? – грубо поинтересовался парень. – Там ровно двадцать один изумруд, я не обманул тебя. Можешь идти. - Ты заплатил за товар, но не заплатил за молчание, – шпик почувствовал наживу и не собирался её упускать. – Если ты не заплатишь мне ещё шесть изумрудов или попытаешься убить, то вскоре гвардия королевы будет знать, что ты шпионил за королевскими дочерьми, анмаровская крыса, а там, как знать какой компромат найдётся. Церемониться с тобой точно не будут. Раскошеливайся, богатей, и ты больше не увидишь меня. - Подавись и убирайся, – процедил сквозь зубы странник, кинув ему ещё небольшой мешочек, затем убрав бумаги во внутренний карман. Он для себя уже всё решил. Едва информатор убежал, скрывшись за поворотом, парень одним прыжком забрался на крышу и бросился за мужиком. Выследить его не составляло труда. В темноте, под действием печати ночного зрения, парень прекрасно видел всё вокруг. Чары надёжно скрывали его, но мужчина почуял могущественную ауру, и поспешил запутать следы. Человек в плаще быстро сменил тип своей ауры на огненную и это на пару мгновений сбило его цель с толку. Информатор не мог понять, как могла произойти смена элемента, ведь это было невозможно. Эта заминка стоила ему жизни в одной из подворотен. Из тени призрак подошёл в упор и кинжалом пробил сердце жадному торговцу. Уходя за грань мира живых, умирающий информатор услышал лишь одно: - Тебя убила твоя жадность, учти это в следующей жизни. Безвольное тело мешком упало на землю. Маг прижёг рану и очистил от крови лезвие кинжала. В нижнем городе убийство — это вещь обыденная, а этого человека ещё долго не хватятся, у него хватало и тех, кого боялся он и тех, кто боялся его. К чести убиенного стоило сказать, что о своих заказах и клиентах он не распространялся никогда и именно поэтому парень его и выбрал. Забрав свои мешочки с драгоценностями и кое-какие другие ценные вещи, чародей поспешил удалиться с места преступления, укутавшись в плащ.

***

София сидела на кровати, медленно листая толстую книгу с картинками, нарисованными карандашами. Там были пейзажи, эскизы, иногда портреты простых людей, а также герцогов, министров и графинь со всего мира. Позади девушки устроилась Кая и плела ей косы, закалывая их серебряными шпильками и заколками, а на кресле неподалёку тихо сидела Ева и ела пирожные с чаем. - Вот этот очень красивый, - София показала сестре небольшую картину со змееподобным драконом, выныривающим из воды. - Да... - Кая взяла новую заколку из шкатулки. - Эту картину нарисовал странствующий художник. Говорят, ему удалось в памяти запечатлеть этот момент и точь в точь изобразить карандашом на пергаменте. После он продал рисунок торговцу, а там из рук в руки он уже попал ко мне. София неоднократно восхищалась любовью королевы и Каи к изобразительному искусству. Каждая картина в их замке имела свою историю, путешествовала по разным местам, жила в разных домах. Некоторые картины даже реставрировали после затоплений или огня, и как же прекрасно было осознавать, что искусство — это то, что навеки останется в этом мире, храня память былых лет. - Ну вот! Причёска готова. Хорошо для бала? - Кая резко повернула Софию затылком к Еве. Ева подняла голову и с лёгким отвращением посмотрела на причёску двоюродной сестры. Взгляда было бы достаточно, но этого принцессе показалось мало. - Если на балу на её голове птицы будут яйца высиживать, то да, хорошо. А так можно было бы и без гнезда обойтись. Кая показательно надула щёки. Она не обижалась, наоборот знала, что от Евы ничего другого ожидать не стоит. - А можно хоть мне глянуть? - подала голос София. - Нет-нет! - воскликнула Кая. - У меня ещё ничего не готово. Подожди минут десять, я соображу что-нибудь интереснее. София не стала перечить, только вздохнула с досадой и вновь уставилась в альбом с маленькими картинами. Кая всегда забывала о том, что сестрица не её кукла, но неодарённой только и оставалось что мириться с этим. Не хотелось расстраивать Каю. Вообще никого не хотелось расстраивать. Никогда. Молчание наскучило. - Так какое вы украшение всё-таки выбрали? - вдруг поинтересовалась София, отложив альбом в сторону. Первой, как и ожидалось, решила ответить Кая. - Ой, там было так много вариантов. Но ты же меня знаешь. Мне ни один не понравился. Завтра мы продолжим, и мне предстоит точно определиться, чего я хочу. И знаешь, тиара, как по мне, самый лучший вариант. Хочется какую-нибудь красивую, как из коллекции Её Величества. Может, с большим бриллиантом. Или... С ярко-красными, сочными рубинами? Под стать моей магии. - воодушевлённо вздохнула она, продолжая плести косы. Кая была магом огня, потомком первой хранительницы этого элемента. Но, несмотря на это, девушка сама хранительницей не являлась, да и судя по всему ей это было не нужно, ведь тогда на неё упадёт лишняя ответственность. Кроме того, боевой магией принцесса никогда не увлекалась — это удел защитников, так что каких-то выдающихся способностей Кая не имела, либо не желала их раскрывать. - У тебя этих тиар больше, чем у любой другой принцессы в мире. Под каждый случай какая-нибудь тиара, - заворчала Ева. - Я считаю расточительством постоянно заказывать тебе новые украшения, а ведь, между прочим, коллекция нашей бабушки и прабабушки ничуть не хуже, и их украшения... - Стары и не актуальны, - нагло перебила Кая. - Все эти громоздкие булыжники в кольцах и серьгах, тяжёлые подвески и кулоны, десятикилограммовые короны носить даже на балу уже испытание. Я готова выдержать корсеты, сотню слоёв на юбке, но если ещё и украшения мои будут увесистыми, то я долго не протяну. Они обе были в чём-то правы. - Наши бабушки справлялись ведь. - И так рано ушли в мир иной. Ева молча продолжила есть тортик, а затем добавила: - Я взяла серьги с висящими листьями. Вы сами всё позже увидите. Кая поморщилась от того, что у неё не вышло представить что же именно Ева на себя наденет. У той всегда были проблемы с описаниями из-за немногословности. София глянула на принцессу, не поворачивая головы. Листья. Хотя Ева далеко не маг природы. Огонь ей не нравился никогда. Она считала, что именно этот вид магии способен сеять одни лишь разрушения. Единственная магия, агрессивная ко всем. Не считая другой, конечно же. Ева не питала особой страсти к заклинаниям. Она пользовалась только бытовой магией, и всегда считала великим даром, что её предрасположенность к стихии была крайне слабой. Её максимум — разогретая тарелка с супом и зажжённая пара свечей. Но это была плата за другой, более редкий дар. - Ну, а у тебя что? - прозвучал звонкий голосок Каи. - Я ещё не выбрала. Столько вариантов и все по-своему прекрасны, вот только ни один в душу не запал. Решили встретиться завтра и всё снова обсудить. Раз мне с платьем не повезло, то надеюсь хотя бы отыграться на украшениях. Такие ужасные варианты попались. Знаете, сложилось впечатление, будто бы Тётя Агнет меня совсем не любит. - Конечно любит! - постаралась успокоить Кая. - Не любит, - прямо ответила Ева. Кая строго посмотрела на сестру. - У меня ощущение, будто бы я для неё неприятная заноза в пальце. Может, будет лучше, если я сама откажусь от титула и она наконец оставит и меня, и маму в покое? Ума не приложу почему она у меня его сама не забрала. - На твоём месте я бы не торопилась отказываться от титула. Ты имеешь право на трон так же как и мы. А не забрала она его у тебя потому что просто так сделать этого не может. Это не по щелчку пальцев происходит и не по первому велению, - пояснила Ева. - Мне не нужна власть. Я хочу спокойно прожить свою жизнь где-нибудь вдали от столицы. - Судьба не станет у тебя спрашивать чего ты хочешь, а чего не хочешь. Понадобится — станешь королевой. Лично я не могу быть уверена на счёт северного принца. О нём отзываются нелестно. Говорят, что жестокий, холодный и властный. Ева явно намекала на что-то не очень хорошее, от чего взгляд Каи опустел и помрачнел. - Перестань! - выпалила она. - Это всё глупые слухи. С ним мало и редко пересекались, мы не знаем какой он на самом деле. Так что рано ещё что-то говорить. По крайней мере я уверена, что он вовсе не такой, каким его все описывают. Он тоже будущий правитель. Его твёрдость объяснима и понятна. - Ты вечно витаешь в облаках, Кая. И взор твой затуманен розовой дымкой. Знаешь, после всех нападений и агрессивных действий я не верю людям севера. Они все суровые и чёрствые, выросли в условиях бесконечных войн и бедности. Самые настоящие варвары. И перевоспитать их сможет только новый правитель. - Всё будет хорошо, сестрицы. Обещаю, - вполголоса ответила Кая.

***

Колокол на башне прозвенел ровно семь раз, оповестив о начале нового дня. София крепко обняла подушку и уткнулась в неё носом. Вновь ранний подъём, ни секунды лишнего отдыха. Да и каждый новый день ничем от предыдущего не отличался. От этих мыслей становилось тоскливо. Девушка повернулась на спину, забрав подушку с собой, а затем уставилась в украшенный живописью потолок. На рисунке был изображён закат, по крайней мере палитра была подобрана так, будто казалось, что солнце уходит за горизонт, хоть оно и находилось в самом центре комнаты. Золотисто-оранжевые облака плавно тянулись к солнцу, укутывая голубоватое небо мягким пушистым покрывалом. Единственное, что портило картину, так это еле заметная трещина посередине. Она выглядела как частичка чего-то мрачного и тёмного, от чего красота мира постепенно рушилась. Пройдёт ещё несколько десятков лет, и без руки умелого мастера этот чудесный мирок попросту расколется на части, которые упадут в самую пучину бездны, исчезнув навеки. - Госпожа? - окликнула Софию служанка, и не увидев реакции, крикнула погромче: - Госпожа! - А? - девушка еле оторвала взгляд от потолка, сонно уставившись на служанку. - Что-то случилось? - Завтрак через двадцать минут, а вы ещё не умылись и не переоделись, - строго проинформировала молоденькая девушка, суетливо подготавливая платье. Опаздывать не хотелось, это сильно оскорбит Её Величество, а затем последует строгий выговор либо от неё, либо от мамы. Будет хуже, если от обеих сразу. Так что пришлось прервать размышления о вечном и поторопиться. Когда девушка вошла в зал, слуги уже разошлись по своим местам, закончив последние приготовления. Все были так заняты разговором, что даже не заметили появления главной тихони. Ей же было от этого лучше: нет лишнего внимания — нет проблем. Едва София заняла своё место, слуги начали подавать еду, бесшумными тенями двигаясь по залу. Всё выглядело аппетитно: свежие сочные ягоды украшали блюдо, придавая ему ярких оттенков. Ароматный цитрусовый чай наполнял зал ароматом. Неодарённая предпочла бы провести этот завтрак у себя в комнате, вдали от суеты королевской семьи. Девушка сконцентрировалась только на блюдах, пропуская мимо ушей политические новости. Кая позже всё равно всё перескажет, так что смысла в утренней беседе не было. А вот вкусная еда сама в живот не попадёт. Так всегда мама говорила. Единственный, кто не притронулся даже к столовым приборам и сидит будто в трансе, так это Ева. Обычно она самая первая расправлялась с основной частью трапезы, чтобы скорее перейти к сладенькому. Сейчас же Ева выглядела болезненно - вся побледнела, губы стали под цвет её кожи, а из глаз пропал привычный блеск и в некогда сияющих радужках воцарился густой тёмный лес: безжизненно тусклый, будто вся магия куда-то пропала. Никогда прежде неодарённая не видела такого, от того неприлично надолго задержала свой взгляд на сестрице. Кая однажды обмолвилась, что Ева стала такой после обретения дара. Подробности принцесса решила опустить, ограничившись лишь единственным своим переживанием, что после первого пророчества Евы её отношения с матерью безвозвратно испортились. На все расспросы о пророчестве Кая лишь молчала, либо говорила, что совсем ничего не помнит. Возможно это было так. София склонялась скорее к тому, что это какая-то тайна, нежели простая отмазка, поэтому Кая, скорее не раскрылась бы даже под пытками. Состояние Евы сильно беспокоило младшую сестру, и той казалось, будто этого вообще никто не замечал. София огляделась по сторонам. Всем и правда было всё равно. И даже Её Величество не посмотрела в сторону своей дочери. А казалось, будто ещё немного и Ева упадёт без сознания. Однако парой секунд позднее принцесса словно очнулась от долгого сна. подняла взгляд, оторвав его от своих колен. Взор её был как будто затуманен, не моргая она смотрела в одну точку, затем медленно повернула свою голову к Софи, слегка склонив её на бок и произнесла: Трудности, печали, вскоре ждут тебя, Ты что-то потеряешь, надеюсь, не себя. Там не впадай в уныние и посмелее будь, Тогда увидишь чётко ты свой дальнейший путь...