Кристальное сердце. Вода.

В комнате стояла томящая тишина. Только изредка были слышны лёгкие шаги служанки, что подготавливала сервиз к чаепитию. Кая намеренно выжидала, пока та закончит и удалится с глаз долой, тем временем рассматривая свою сестрицу. За столько лет та совсем не изменилась, всё ещё казалась такой же наивной и маленькой. Принцесса опасалась, что от неё сейчас полетят неудобные вопросы, ответы на которые взять с потолка не выйдет. Соврать тоже не получится, ибо все уловки и даже изменения в интонации голоса София прочитает без труда. Придётся первой начинать разговор и держать его в нужном русле. Женщина поставила на столик поднос с сервизом, разлила по чашкам чай и наконец-то покинула комнату. Теперь стало совсем тихо. И София, судя по всему, не спешила начинать беседу. - Попробуй чай. Мне привезли его из Бахайи. Всем известно, что это лучший на свете чай, а этот ещё и с цедрой лимона и грейпфрута, и там немного бергамота. Невероятное удовольствие! - принцесса и сама его попробовала. Действительно вкусный, отчего её лицо выразило неподдельное блаженство. Она так старалась отвести внимание от действительно важных тем, что её эмоции выглядели крайне фальшиво. На это София только брови подняла и взгляд её выражал молчаливое "ты серьёзно?" - Меня не столько чай волнует, сколько твоё замужество, - поделилась София. - Мне лично интересно, как ты вообще на это согласилась. - Никак, - ответила Кая. - Матушка поставила меня перед фактом. Причём я сама не ожидала, что именно принц Анмара станет моим мужем. Она ещё два года назад начала мне без устали вещать, что я должна выйти замуж поскорее. Сначала это казалось несмешной навязчивой шуткой, а затем переросло в настоящую свадьбу. - И тебе не противно? Они же нарушают границы нашего королевства, убивают простых людей, заходят в деревни и воруют. И это лишь малая часть их деяний. Кая вздохнула: - Заключить союз — единственный способ их остановить. Настанет мир на наших землях, мы наладим торговлю, их люди получат больше продовольствия, а мы — больше драгоценных металлов и камней. Давно пора заканчивать эту бессмысленную войну. Я рада, что к этому всё пришло. Она легко улыбнулась, глядя на узоры в фарфоровой чаше. Кая всегда отличалась особой любовью к простым людям и делала многое, чтобы помочь нуждающимся. Вот только её любовь, как по щелчку пальцев распространилась на вражеский народ. С каких пор она так о них заботится? Софи этого было не понять. - Я не в восторге, что тебе придётся жертвовать своей жизнью ради этого. Хотя допускаю, что это действительно не самый плохой исход. Кая вопросительно посмотрела на Софию. - Перемирие нужно как воздух, но не такой ценой, - попыталась перефразировать девушка. - Почему нельзя обойтись переговорами и соглашениями? - Двум сторонам нужны гарантии, - пояснила Кая. - Мы не сможем добиться мира, пока соглашение ничем не подкреплено. Бумаги, магические печати — это не то. Написанное можно сжечь, соглашения нарушить, а вот союз на основе брака — это куда более весомо. Впрочем, можно представить, что принц просто будет моим заложником. Тебе станет от этого легче? Кая наконец глянула на сестру. Та сидела, демонстративно сложив руки на груди и повернув голову в сторону окна. Такое часто означало, что больше сестра не собиралась спорить, но всё ещё была недовольна. Её переживания Кае понятны. Будь она на её месте, тоже бы возмущалась, ведь чего ей ждать от будущего мужа она тоже не знала. Но раздумывать над этим уже не было времени. - Так и... как у тебя дела с матушкой? - не поворачиваясь, снова спросила София. - Ты утром как-то проболталась мне, что она ведёт себя... неестественно. Или что-то в этом роде. Ты как обычно не даёшь никаких разъяснений и говоришь расплывчато и излишне загадочно. И кстати, писем это тоже касается. Как я могу тебе нормально отвечать, когда не совсем понимаю о чём речь? Кая только расстроенно вздохнула, затем, отложив чашку, откинулась на спинку кресла. - Не в своих покоях я не могу говорить свободно, ты же знаешь. Насчёт писем. Вдруг их перехватят. Я и так шлю тебе конверты не через королевскую почту, а проделываю сложные манипуляции, чтобы в случае перехвата письма, мне не получить выговор от Её Величества, - Кая отвела взгляд. Софию всегда настораживало, что даже наедине Кая называла свою маму не мамой, а "Её Величеством". Слишком официально, по-королевски, и складывалось ощущение, будто бы Кая её и вовсе боялась. И всё же София ничего не ответила, выжидая, пока сестра продолжит. - Мне кажется, что с каждым днём она всё сильнее сходит с ума, - Кая развела руками. - Я не знаю, как тебе это объяснить. Она стала очень осторожна. Редко появляется на людях, и то не задерживается. Она выходит во двор с гвардией и под магическим щитом. По последним моим подсчётам, она выделила дополнительное финансирование рыцарям и защитникам. Но, если честно, я не понимаю чего она так боится. Люд доволен, сыт, страна процветает и всё, что наши предки строили веками исправно работает и приносят в казну золото. Так что у Её Величества попросту нет никаких поводов для беспокойства. И знаешь, что ещё не даёт моему сердцу покоя? София в ответ чуть склонила голову набок. - То, что Ева ведёт себя так же необычно. Я имею в виду... она сама по себе необычная, ты же её знаешь, но сейчас она прямо... необычная-необычная! - Кая будто бы растеряла весь свой богатый словарный запас. На последних словах она вскинула руки, обведя ими широкий полукруг. - Ощущение, будто бы что-то происходит за моей спиной и мне никто ничего объяснить не желает. Оставили выполнять поручения, словно я просто руна для работы целой печати, не имеющая права знать, чему я вообще служу и что вокруг меня происходит. Работы и так очень много, а тут ещё и что-то загадочное происходит. Ты и представить себе не можешь, как это на меня давит. Если честно, я очень устала. Я просто не справляюсь, - Кая вдруг закрыла лицо руками, уперев локти в колени. София подумала, что сестра плачет и на носочках подбежала, чтобы утешить её. Кая тихо переместила ладони на лоб, открыв лицо. С её глаз не упало ни слезинки, даже ресницы не были мокрыми, но тяжёлое дыхание с бесшумными редкими всхлипами прямо указывало на то, как сильно девушка подавлена. София села рядом. Благо кресло было достаточно широкое, чтобы уместить их обеих. - Тише-тише, - только и могла успокоить сестрёнка. - До северных границ дошли слухи, будто бы Её Величество находится в скверном здравии. Быть может, тебя просто не хотят расстраивать? - Нет, - отрезала Кая. - Она здорова её лицо свежо и румяно. - Но ты же не можешь знать всё. - А ты не можешь верить слухам и, тем не менее, имеешь смелость их до меня доносить. София убрала руку с плеча Каи и чуть отстранилась. - Извини, - вздохнула принцесса. - Я вся на нервах. Не хотела так резко высказываться. - Девушка подвинулась к сестре ближе и нежно ту обняла. София спустя время почувствовала тяжесть. Тело Каи, словно тяжёлый мешок, легло на грудь хрупкой девушки. - Я стараюсь играть по их бредовым правилам, взваливая на себя больше, чем могу выдержать. Хорошо что ты приехала и теперь будешь рядом. Мне наконец-то есть кому излить свои переживания. Ты же меня выслушаешь, как всегда. И от этих слов Софи на миг показалось, будто бы она просто игрушка для своей старшей сестрицы. На людях та казалась непоколебимой, вечно радостной и такой сильной духом, что скажи кому о её нытье, никто бы не поверил. Тем не менее, отказать ей было очень сложно. - Да. Конечно же выслушаю, - София легко похлопала Каю по спине и та, наконец, отстранилась, всё ещё держа руки на плечах девушки. - Знаешь, с тобой я не чувствую себя сумасшедшей. Спасибо, что ты всегда рядом. А, о, да, кстати. Чуть не забыла. Как у тебя самой дела? В письмах ты не очень многословна, будто бы пергамента жалеешь. Я тебе полотна исписываю, а ты в ответ всего несколько абзацев. - Да мне нечего писать, честно. Жизнь своим чередом идёт. Скоро буду экзамены сдавать. Надеюсь, в академию зачислят. Хочу заниматься правом, судьёй стану. - София аккуратно сняла руки принцессы со своих плеч, пока та не сжала их и случайно не впилась своими ногтями. - Ты? Судьёй? - удивлённо провозгласила Кая. Да так громко, что звук от стен отскочил. - Да как же... Да это же опасно! И так тяжело! Ей богу. Ты ж девочка творческая. Да и поместье своё имеется, хозяйничать там будешь. Займись лучше управлением да созиданием. А судить пускай другие будут, кого не жалко. Слышала новость? - Кая вдруг резко сбавила громкость и заговорила полушёпотом. - Полгода назад заключённый вышел из тюрьмы, нашёл судью, что посадил его, и не сносил тот судья головы. Жена нашла его в конюшне, тело отдельно, голова на деревянный кол насажена. Ох и громкое же дело было. София закатила глаза и недовольно вздохнула. Меньше всего ей хотелось слушать нотации сестры. - Туда, куда бы мне хотелось, я не смогу поступить, увы, - девушка провела ладонью круг, обозначив ею пустоту. - Магии нет. Все самые интересные профессии на ней завязаны. Мне, как неодарённой, остаётся довольствоваться малым. Ты сама понимаешь, что не стать мне художницей или актрисой. Для моей мамы это несерьёзные профессии. Девушке с такой родословной там делать нечего. На пару секунд повисло молчание. Кая никак не могла не согласиться с сестрой. - В таком случае, будь осторожна. Я всё же надеюсь, что ты передумаешь. Опасно, знаешь ли, постоянно со всяким преступным сбродом дело иметь. - Да знаю я, - София бросила беглый взгляд на часы и притворно зевнула. - Время-то уже позднее. Тебе, небось, вставать нужно рано. Да и мне тоже, учебники сами себя не прочитают. София встала и широкими шагами пошла к выходу. Кае только и оставалось печально смотреть ей вслед. Ей бы так хотелось, чтобы младшая сестричка побыла с ней ещё немного... - Спокойной ночи, - пожелала она принцессе. - И тебе, - тихо ответила Кая в сторону закрывающейся двери.

***

Утро выдалось солнечным. Мягкие лучи проникали в комнату, спокойный редкий ветер тихонько колыхал светлые шторы. Даже озорной океан в такое дивное утро успокоился и замер, словно ожидая чего-то значительного. Тишину нарушил звонкий колокол на часовой башне. София зажмурилась и наконец открыла глаза. Просыпаться так рано очень не хотелось, девушка бы предпочла выспаться, хоть где-то спрятаться от раннего подъёма во время обучения. В этом её мама была довольно строга. Но даже здесь не получится этого избежать, ибо королевская семья с особым трепетом относится к рутинным процедурам своей жизни. Впрочем, по выработанному годами режиму Беатрис это было вполне очевидно. Девушка поворочалась с боку на бок, прикрыла глаза, но надежды снова уснуть хотя бы на минутку-другую пошли прахом. Привычка рано вставать взяла своё. Если уж проснулась, то пора подниматься с постели, что девушка и сделала, тихонько пробурчав нечто недружелюбное в адрес всех, кто так рано встаёт и не даёт поспать другим. На завтраке не было только Каи. Без её присутствия еда казалась какой-то безвкусной, да и в целом было скучно. Никто ничего не обсуждал. Свежих новостей не было, а нарушать тишину первым никто не хотел. Видимо, всем это казалось неуместным и грубым. Принцесса появилась только на обеде. Выглядела Кая дурно, а ведь даже не вечер, ей предстоит провести на ногах ещё целый день. От того Софи было жаль её. Сегодня она впервые поняла то, что сестра пыталась ей сказать. Столько работы свалилось на хрупкую принцессу, а ведь даже сама королева никогда так много не работала, а Ева и вовсе не торопилась помогать сестре. Бедная Кая действительно осталась наедине со всеми проблемами, пока Её Величество лениво отсиживалась у себя в кабинете и то и делала, что организовывала балы да встречи, на которых принцесса была вынуждена постоянно появляться. И всё же Кая с нетерпением ждала прибытия мастеров во дворец. Для неё это лишний повод немного расслабиться и приятно провести время, выбирая изделия. В такие моменты она становилась самым жёстким критиком и самым требовательным клиентом, и всю свою накопленную усталость выливала на ничего не подозревающих специалистов, нещадно гоняя их до тех пор, пока не надоест. Она всегда оправдывала это тем, что хочет выглядеть роскошно и достойно будущей правительницы великого Асхарна, дабы затмить всех на празднествах. И у неё успешно это получалось. Когда обед плавно перешёл в чаепитие с лёгким десертом, в трапезную практически бесшумно вошёл молодой человек, одетый в белоснежную форму королевского двора. Он передал королеве прошитую невзрачную папку с листами пергамента и одним широким шагом отстранился. Женщина его поблагодарила и отпустила, с интересом начав изучать содержимое. - Наконец-то портной прислал эскизы наших платьев, - оповестила она, подложив одну страницу под другую. Затем, взяв все листы, аккуратно разложила их в ряд перед всеми участниками застолья. - Здесь представлены три варианта, выберите лучший и сообщите мне. У вас на это будет несколько часов, не забудьте, что швеям необходимо начать работать как можно скорее, дабы уложиться в сроки. Никто не успел даже пискнуть, как Кая тут же вскочила с места и подбежала к своему эскизу. Все варианты её платьев были поистине шедевральны: много мелких деталей, блеска, жемчуга, кружев и оборок. Рукава и юбки пышные как и подобает настоящим принцессам. Палитра варьировалась от тёплых к холодным, а также в верхнем углу была маленькая приписка: "можно выбрать любой цвет". Да, видимо Кая потратит много времени, чтобы лично обсудить с портным все детали. Ева же не не проявила заинтересованности в своих нарядах, ей хватило пары минут, чтобы выбрать цвет и фасон, из, казалось бы, одинаковых силуэтов. Длинное в пол изумрудное платье с непышной сдержанной юбкой выглядело элегантно. Цвет идеально подходил к ярким светло-зелёным глазам девушки, а центром внимания, по задумке автора, будут служить её длинные распущенные светло-рыжие волосы. Платье Беатрис тёмно-синее и такое же строгое как и её характер. Вопреки консервативному взгляду Беатрис на моду, силуэт платья был создан так, чтобы полностью подчёркивать её фигуру, оголяя плечи. Этот наряд можно было бы назвать одеянием роковой дамы. Сдержанной, утончённой. София, осмотрев наряды остальных, наконец обратила внимание и на свой эскиз. По сравнению с остальными цветами и силуэтами он выглядел скучно и непримечательно. Её платье ничем не выделялось и было скорее каким-то повседневным с некоторыми отличиями в узорах и более лёгких тканях. Ткань предполагалась пыльно-голубого оттенка, силуэт полностью закрыт, даже руки. Во всех вариантах менялась только юбка платья: атласная, пышная или с практически незаметным удлинением, показывающая туфли. Время шло, а модель нарядов девушки с детства оставалась неизменной. Два первых варианта напоминали детские наряды, от чего выглядели нелепо и неуместно. Будто бы это шьют не на восемнадцатилетнюю девушку, а на девочку лет десяти. Спасибо что без лишних кружев и рюшей. Тут явно Беатрис вмешалась и сама решила какие эскизы стоит делать. Раз так, то София молча посмотрела на маму, показала пергамент с рисунками ей, дав выбрать. Девушке явно было совершенно плевать на свой внешний вид. Беатрис посмотрела на дочь и выбрала последний вариант — среди всех остальных он выглядел немного интереснее. Теперь Софи задумалась о том, чтобы немного отыграться за счёт украшения. Хотелось придумать что-нибудь такое, к чему лежит её душа. Что будет видно, что станет выделяться на фоне неприметного платья.

***

Дневное солнце освещало скромно обставленный маленький кабинет. Ласковые лучи скользнули по письменном столу, пробежались по бумагам. Блеснуло позолотой отложенное в сторону металлическое перо. Чернильница, стоящая рядом, была открыта, а две тёмные густые капли почти незаметно стекали вниз по пузатому флакончику. За столом сидели две женщины. Уже не такие молодые, но всё ещё красивые. Они были в том возрасте, когда их внешность — это образ образованной, воспитанной дамы, прекрасной и утончённой, добившейся всего в этой жизни. Да, именно всего, ведь одна из них была королевой, а вторая, не сильно уступая по титулу, была герцогиней. Едва солнце осветило их лица, как одна, прикрыв глаза, позволила мягкому и тёплому свету согревать себя, а вторая, поморщившись, закрыла ладонью яркие лучи, чуть выставив перед собой руку. - Тёплое сегодня солнце, сестра, - женщина отвернулась от слепящего света. - Я уже не припомню, когда последний раз мы так сидели, любовались океаном, грелись и просто болтали. - Мешает, - недовольно проворчала королева и, встав со стула, задернула шторы. - Ты редко приезжаешь, вот мы и не видимся толком. Да и нам ещё десяток приглашений написать, остальное я поручу Кае. Пускай работает. - Как скажешь, Агнет, хотя я и не уверена, что стоит писать столько именных приглашений. - Надо, Бет, надо. Моё внимание слишком дорого стоит, даже брошенный не так взгляд может решить чью-то судьбу. Не хочется мне нарушать спокойствие своего народа. - Да, ты права, как всегда. Я стала так далека от дел дворцовых, что всех нюансов уже не замечаю, - Беатрис взяла металлическое перо и аккуратно, не спеша, написала несколько строк, затем промокнула бумагу от излишков чернил и принялась запечатывать послание в конверт. - Столько лет прошло. Твоя Кая расцвела, завидной невестой стала, а ведь я помню её совсем крошкой. Да и она так трудолюбива, столько дел делает и везде всё успевает. - И то верно. Не очень мне нравится, что придётся отдавать её Анмару, но кто-то должен положить конец вражде. Да и говорят, что принц хорош собой, так что, надеюсь, они поладят. В конце концов, если у моей дочери будет крепкая семья, я только порадуюсь, - Агнет перечитала написанное приглашение и, зачеркнув несколько строк, скомкала пергамент и сожгла в руке, после чего принялась полностью всё переписывать. - Помнится, ты сама не сразу поладила со своим мужем, зато потом светилась от счастья каждый раз, когда я тебя рядом с ним видела. - Было дело, - Беатрис смущённо и легко улыбнулась старым воспоминаниям. - Я чуть ли не проклинала мать, когда она отдала меня за Бертольда. Северный варвар, грубый, нахальный. На деле же оказался очень чутким и любящим мужчиной, даже нежным. Сама не заметила как полюбила его, а уж когда он подарил мне мою маленькую Софи, я и вовсе не представляла своей жизни без них обоих. Наверное, поэтому я не сильно переживаю за Каю. Северяне как никто умеют любить. Агнет кивнула ей. - Для нас дочери — это всё. Мужчины лишь воюют, умирают, а нам всего-то остаётся подобрать их корону и жить дальше, исправляя все то, что они натворили. - Но при этом мы совершаем собственные ошибки, - с грустью заметила Беатрис. - Не думаю, что замужество моей дочери — это ошибка. Вдобавок она все понимает, я уже говорила с ней. Она одна способна перевернуть историю аж двух королевств, на ней лежит огромная ответственность. Кроме того, когда у неё появятся собственные дети, она поймёт каково это, быть матерью. Бытовые отношения с супругом будут сущей мелочью. Кстати, - королева таинственно метнула взгляд в сторону сестры, - а за кого ты планируешь выдать Софию? Она ведь уже достойная невеста. Не поверю, что не нашлось желающих получить её руку. - Были некоторые, но я не одобрила ни одного. Мне бы хотелось, чтобы её муж был человеком с выдающимися магическими способностями, с хорошим образованием, с богатой родословной. А пока все те, что осмеливались нагло просить её руки — всего лишь неодарённые, чаще не имеющие ничего за душой, - жёстко бросила Беатрис, а затем замолчала, на пару секунд задумавшись. - Агнет. - Да? - Отозвалась королева. - Раз уж моя дочь выросла, то, быть может, стоит ей, да и остальным, обо всём поведать? Она должна хотя бы знать, чтобы быть готовой. - Нет, - резко ответила королева, не повернув и головы в сторону женщины. - Твоя дочь не знает ничего. Кая не знает ничего. Никто ничего не знает, и так и должно оставаться. Желательно так долго, как это возможно. Я не хочу из-за твоей дочери рисковать невинными жизнями. Особенно сейчас. - Но ты говорила, что можно будет сказать, как только она станет взрослой. Это время уже пришло, не так ли? Да и Ева... - Не говори о ней, - перебила Агнет. Её голос прозвучал настолько звонко, что Беатрис чуть зажмурилась. - Она сама не знает, где истина, где лишь мираж. Тем не менее, лично я сделала что должна была — оградила свою семью и королевство от опасности. Сейчас знания твоей дочери о магии равны нулю. Ведь ты даже не удосужилась чему-то научить её. - Как? - голос Беатрис зазвучал расстроенно. - Как я должна была? У неё нет силы, никто не возьмётся учить её. Ей и так тяжело, а где-то она уже стала чуть ли не изгоем. Многие знатные семьи смеялись мне в лицо. Мне, герцогине, приближённой к королевскому двору. И даже несмотря на титул смеялись. Никому не нужна порченая девка. И я всё страшусь того момента, когда она останется совсем одна. Королева раздражённо вздохнула, еле заметно закатив глаза. - Захотела, могла бы научить, но, - она пожала плечами. - Теперь поздно. Твоя дочь опасна для всех, и мы ничего не можем сделать. Всё, что я могла ей дать — дала. Титул, золото, образование. Ты, да и она, должны быть благодарны, что я так щедра, однако вам мало и подавай большего. Извини, конечно, но позволить ей устроить вечную мерзлоту я не могу. - Ты можешь дать ей шанс. Разреши мне всё рассказать. Она научится, она сможет, я обещаю! - взмолилась Беатрис взяв сестру за руку. - Нет, - королева выдернула ладонь. - Всё останется как есть. Я не буду рисковать, в этом нет никакой необходимости, и мы сотню раз это обсуждали. - Тогда я сама расскажу. Она должна знать и должна быть к этому готова. Она уже взрослая и, я уверена, она со всем справится, - герцогиня собралась уходить как её остановил властный голос королевы. - Стоять! Такая твёрдость заставила Беатрис буквально застыть на месте. Но то была вовсе не магия. Женщина даже не повернула головы в сторону сестры, так и оставшись стоять спиной к главе королевства. - Ссориться с тобой я не желаю, так что давай поступим следующим образом. Ты будешь молчать, пока Кая не выйдет замуж и пока положение в двух королевствах не станет стабильным. Затем, как это произойдёт, ты покинешь земли Асхарна и отправишься с дочкой на крайний север, где ей, впрочем, и место, и там уже делай что хочешь. Надеюсь, ты меня поняла. - Да за что ты её так ненавидишь? - сквозь зубы выдавила Беатрис с явной досадой. - Вот когда по её вине кто-нибудь умрёт, тогда и поймёшь, что я хочу сказать. Свободна. Беатрис ничего не ответила и широкими шагами покинула кабинет.