5.
7 марта 2017 г., 00:22
Тарьяй выбегает на улицу с такой скоростью, как будто за ним кто-то гонится.
Прохладный мартовский ветер накрывает его с головой, как воды океана.
Он задыхается. Сердце бешено колотится, мысли, кажется, совершенно покинули голову.
Пустота.
Его рвет у ближайшего дерева. Но легче не становится.
Он ненавидит Холма. Ненавидит себя.
Тарьяй добирается до своей квартиры лишь под утро. Лечь бы и уснуть, но организм, подпитанный адреналином и кучей непонятных чувств, упорно сопротивляется.
Тарьяй так мечтает стереть из памяти этот вечер!
Прохладный душ. Но и он не спасает. Такое ощущение, что внутри все сворачивается и пылает. Тарьяй опять рвет.
Измученный физически и опустошенный морально, он засыпает лишь около семи утра. Но сон такой же беспокойный и не приносит ни капельки облегчения.
*
Тарьяй вздрагивает от звонка где-то уже после обеда.
"Давид".
Он игнорирует входящий. Накрывается с головой одеялом. Хочется просто умереть.
Телефон звонит еще и еще. Звук входящего сообщения. Тарьяй, раздраженно вздыхая, вырынает с под одеяла. Трет, и без того, красные глаза.
Сообщение от Анники: " Я так понимаю ты ушел вчера с тем самым Холмом? С тобой все в порядке? Набери меня, как только сможешь."
Анника... Чееерт... Тарьяй сжимает виски от невыносимой головной боли и подступающего чувства вины перед девушкой. Телефон опять разрывается. Сандвик, даже не смотря кто звонит, злостно отключает его и швыряет куда-то под подушку. Опять с головой под одеяло. Уснуть. Стереть из памяти. Забыть все, что случилось этой ночью! Невыполнимые задачи, к сожалению… * В таком состоянии Тарьяй проводит все выходные и пол понедельника. Он не идёт в школу и даже не сообщает никому причину отсутствия. А что ему сказать? " Умер от всеобъемлющего чувства стыда и раскаяния?" Тарьяй действительно чувствует, как часть его умерла, там, в квартире Холма. Осталась лишь оболочка. А внутри - пустота. Глупое и эгоистичное желание отомстить не принесло ему ожидаемого облегчения, а только, наоборот, усилило боль. В мести нет спасения. Но он слишком поздно это понял. И сейчас его захлестывает ощущения собственной никчемности. Хочется разбить кому-то морду. Или разрыдаться. И мозг выдает очередную больную мысль: " Разбить лицо Холму и потом рыдать у него на коленях." Да, вот это идеальный вариант спасения! Тарьяй мучительно-обреченно усмехается сам себе. * Силой запихивая в себя кусочек яичницы, он, наконец-то, заставляет себя включить телефон, с ужасом представляя, сколько там пропущенных. И его опасения, конечно же, оправдываются. 22 от Давида. 12 от Марлона. 3 от Анники. 2 от мамы И еще куча сообщений, которые Тарьяй не успевает посмотреть, потому что телефон вздрагивает от звонка. "Марлон" - Да, - Сандвику до сих пор не особо то хочется говорить, но деваться уже некуда. - О, боги! Он жив! Твою мать, Сандвик, какого хрена у тебя три дня отключен телефон?! - Марлон орет в трубку. - Я... это... у меня накрылся телефон, - сочиняет на ходу, - только сделал... - О, я просто с тебя в шоке! Другой телефон не судьба было найти?! Тут уже пол Осло думает, что тебя в живых нет! - Марлон действительно кажется обеспокоенным. - Извини, дружище... - Тарьяй вдруг действительно ощущает себя виновато. Теперь еще и за это! Мало ему поводов для самобычевания! - Ок, проехали, - Марлон успокаивается. - Тут вообще такое дело...Тебе не звонила Юлие? От этого вопроса Тарьяй почему-то напрягается. - Нет.. Хотя я только включил телефон… Но нет… Пропущенных вроде не было...- Сандвик еще больше нервничает, хотя причин то, вроде, и нет. У него прекрасные отношения с режиссером, и никогда не было поводов бояться разговоров с ней. - В общем, бро. Я не знаю, что там случилось у вас с Холмом в пятницу. Но, по ходу, он решил уйти из сериала... - В смысле?! - Тарьяй наглым образом обрывает Марлона. - Откуда такая информация?! Тебе это Юлие сказала?! Или он сам?! - Тарьяй неосознанно переходит на повышенный тон, его вдруг начинает трясти. - Ну как бы Юлие была очень раздражена в разговоре со мной, прямо она не сказала, но явно на это был намек. А Хенрик, как и ты, не отвечает на мои звонки! Так что, еще раз говорю, не знаю, что там у вас случилось, но думаю тебе стоит позвонить Юлие. Но перед этим - конечно же поговорить с Хенриком! - Я не буду с ним говорить! - выпаливает Тарьяй. - Тогда, думаю, пиздец придет нам всем! Учитывая то, что Юлие уже официально подтвердила, что главный герой он, и тут вдруг такой расклад... Марлон не успевает закончить, как Сандвик бесцеремонно отключается и дрожащими руками начинает искать номер Холма. Он потрясен новостью! Он не думал, что все зайдет так далеко! Играть в сериале главную роль - это мечта Хенрика! Он это прекрасно знает. Они вместе мечтали об этом, представляя и сочиняя эпизоды для Эвена и Исака. А теперь из-за этой ужасной ситуации, из-за мерзкого поступка Тарьяй Хенрик лишится мечты всей своей жизни?! Нет, Сандвик не может этого допустить! Уж лучше он уйдет из сериала, он уже сыграл главную роль, а у Хенрика все впереди! Тарьяй неистово листает телефонную книгу. Вот. Нашел. Набрать. И вдруг замирает. Что он ему скажет? Что можно сказать человеку, которого ты два дня назад унизил физически и растоптал морально? Что можно сказать человеку, которого ты до сих пор безумно любишь, но слепая обида и злость захватили всю душу и разум, и ты не можешь позволить себе опять раскрыться?! Слишком все сложно. Мысли разрывают мозг. Тарьяй десять раз порывается набрать заветный номер и раз шесть печатает сообщение, которое, конечно же, не отправляет. * Измученный сомнениями и гложущим чувством вины, так ничего еще и не придумав, что будет говорить, Тарьяй стоит напротив дома Хенрика и переминается с ноги на ногу. На улице уже практически стемнело, лишь край горизонта еще багреет в последних бликах солнца. Прохладный мартовский воздух немного приводит мысли в порядок. В окнах Хенрика темно, и значит его нет дома. Сандвик ждет. Час. Второй. Когда идея прийти сюда начинает казаться ему еще более глупой, чем прежде, из-за угла, наконец-то, показывается Хенрик. Тарьяй узнал бы его силуэт и в кромешной тьме. Пытаясь справиться со сбившимся дыханием и вытирая внезапно вспотевшие ладони, Тарьяй спешит ему навстречу. - Хенрик... - зовёт ещё издалека. Холм останавливается. И последние пару метров Сандвик, кажется, преодолевает вечность. - Хенрик… - уже стоя совсем-совсем рядом, - Я…Черт!.. Не уходи из сериала! Если проблема в том, что ты не хочешь больше играть со мной, то уйду я! Для меня это не так уже важно! А для тебя... ты ж так об этом мечтал!.. - тараторит на одном дыхании Тарьяй. А Хенрик лишь удивленно поднимает брови и, кажется, совсем не понимает о чем речь. - Я не собираюсь уходить из сериала. - Нет??? - Тарьяй чувствует, как заливается краской смущения. - Нет. - Но Марлон мне сказал... - и Тарьяй осекается. " Блять, Марлон! Ну как я мог так повестись?!" Сандвик на мгновение закрывает рукой глаза, трет висок. Единственное его желание сейчас - провалиться сквозь землю! - Это все, что ты хотел сказать? - голос Хенрика холодный, но такой родной. И Тарьяй, наконец-то, решается посмотреть ему прямо в глаза. Они уставшие, веки слегка припухшие. Не трудно догадаться, как Хенрик провел эти дни... Тарьяй переводит взгляд на губы: они обветренные и видно, что искусанные до крови. Он больше ни о чем не думает. В его голове не осталось ни одной мысли. Ему больше нечего терять. И в неконтролируемом порыве Тарьяй просто накрывает своими губами губы Хенрика. Они мягкие и горячие. Но это не поцелуй. Просто касание. Он даже не надеется на ответ. Тарьяй готов упасть на колени и просить прощение! Но... это лишь порыв. Лишь мгновение. Через секунду Хенрик отстраняется: - Я должен идти. Тарьяй молча отходит в сторону, давая ему проход. Когда дверь за Холмом закрывается, он просто тихо сползает по стенке вниз. Пустота. Смотрит вдаль на восходящую луну и ему даже уже не хочется плакать. Ему вообще больше ничего в этой жизни не хочется. В кармане отчаянно трезвонит телефон. Со второго раза Сандвик таки решает взять, мысленно уже представляя, как будет материть Марлона за такую подставу. Но в трубке слышится бодрое и приветливое: - Тарьяй, здравствуй, дорогой! - это Юлие. - Здравствуйте! - Сандвик резко приходит в себя. - Ох, извини, что поздно. Как у тебя дела? Надеюсь, что все хорошо, - улыбается в трубку, - потому что пора вам уже всем браться за работу! Мы что-то сильно расслабились, а съемки не за горами! В общем так: в субботу утром мы все отправляемся за город, я сняла для нашей съемочной группы коттедж. Устроим читку сценария, отпразднуем начало четвертого сезона, - Юлие опять усмехается, - Так что в субботу на 8:00. Будь готов, мы за тобой заедем. - Эм, да, хорошо. До субботы, - Тарьяй мямлит, не особо понимая, что только что услышал. Съемки, коттедж. Исак и Эвен. КАК??? Как, после всего того, что случилось за эти чертовы выходные?! * Свет в окнах Хенрика так и не зажигается. Тарьяй еще час сидит под дверью его дома. Не зная, что Хенрик сидит также. С другой стороны двери.
