Раб моих кошмаров

Перед влюбленным пареньком стояла поистине нелегкая задача — пробраться в богатую усадьбу, о которой ходили не самые приятные слухи. О том, что Сион покупает себе рабов для увеселения — знал, кажется, любой житель города. Вот только об малыша Арзена он точно бы сломал зубы… Во всяком случае, Элони надеялся увидеть своего любимого атамана живым и здоровым, а не в качестве сломанной куклы. А еще мальчонка надеялся, что в огромном доме Энджена требуется хоть кто-то. Пусть даже и уборщик. С такими мыслями он и шел к управляющему. — Документов нет, навыков нет. На вид, ты вообще — шлюха подзаборная, — очень жестко обломался весь план мальчика о сухого и въедливого управдома, что буравил гостя глазенками, даже не предложив ему стул. — Но, если ты, скажем, попросишь оклад поменьше, а я оформлю тебя на полную ставку, то этот вариант еще возможен, — тихонечко добавил хитрюга. О, дело было вовсе не во внешнем виде Элони, а в деньгах. Как всегда. — Согласишься работать за прокорм и крышу над головой? — спрашивал тот, явно решив забрать себе все, до последнего медяка. — Хорошо! — благодарно кивнул Элони, изображая несчастного паренька, готового на все ради того, чтобы выжить. Это было несложно, ведь в подобной передряге он тоже успел побывать. Первое время он просто наблюдал за происходящим, слушал странные слухи о том, что якобы новый раб отделал хозяина так, что тот на ноги не мог подняться и что ему совершенно ничего за это не было! Единственный, кто точно все видел и знал — это слуга Ганс, но тот молчал, хоть в его глазах и проскакивали хулиганские искорки. Вот с кем надо дружить, чтоб точно разобраться в секретах господских покоев. Хотя Элони и так уже догадывался. И все же… в глубине души он надеялся, что атаман хранит ему верность… Какая глупость! Да и сам Арзен просил, чтобы его забыли и даже искать не пробовали. Значит ли это, что Малыш больше не захочет своего петушка? Что все сладкие и долгие ночи, жаркие объятия и неразборчивая постельная болтовня — просто секс?.. «И для меня это тоже только секс», — уговаривал себя Элони, не желая признаваться, что это было настоящее безумие, свобода и чистый полет. Но точно не любовь, нет. Ведь шлюхи не влюбляются! Да и бывшими не бывают… Ганса было несложно найти, он большую часть времени проводил на кухне, где помогал поварам, да посудомойкам. Его любили здесь за то, что он мог подменить любого работника и уж точно мог отличить свеклу от репки. Элони сразу не решался подойти, но объект его наблюдений, как-то быстро просек въедливый взгляд зеленых глаз и сам двинулся навстречу. — Что ты хочешь? — совсем тихо прошелестел слуга. Долгие годы унижений выработали в нем привычку говорить вполголоса, опустив глаза. — Я сам еще не знаю, — признался Элони, копируя манеру парня — смотреть в пол, как типичный запуганный слуга. Он не ожидал, что Ганс так быстро заметит слежку. Ведь юноша намеревался сначала только «прощупать» этого тихоню, выяснить, побольше и уже потом попытаться стать его другом, ну, или хотя бы знакомым. — Говорят, что ты лучше всех знаешь этот дом и… господина Сиона, вот и наблюдаю, — произнес Элони, осознав, как сильно рискует, ведь, если сболтнуть лишнего, спугнешь человека, с которым лучше быть в союзе. — Хочешь стать его любовником? Ты не похож на прислугу… у тебя слишком красивые руки. Холеные… — подметил Ганс, скользнув глазами по гладкой коже собеседника, который уж точно не шибко много работал и даже не обзавелся мозолями. Элони сразу заметил, как вроде бы зашуганный взгляд превратился в изучающий и оценивающий. — Возможно, — аккуратно ответил юноша. Однако его собеседник лишь ухмыльнулся. — Наш хозяин питает страсть к сильным и большим телам… и его новый фаворит раздавит тебя, как таракана, одной рукой. Лучше даже не пытайся занять его место. — У него есть фаворит. Кто? — Элони уже знал ответ, но он должен был услышать подтверждение своих догадок. — Мулат. Высокий. Сильный, никогда не снимает ошейник… — «Арз. Точно. Прячет свою татуировку», — тут же понял Элони, а Ганс продолжал: — Страшный такой тип. Нет, тело-то красивое. А вот глаза пронизывают насквозь. Но хозяину с ним хорошо. Так хорошо ни с одним любовником ему еще не было, — пожал плечами парнишка. — Я догадываюсь… — произнес Элони тихо, а потом вдруг спросил: — Ты-то откуда знаешь, что у него лучше любовника не было? Я вот тоже ничего так… Хотя если ваш господин «петушок», то я, наверно, не в его вкусе… Ну, разве что им с этим товарищем нравится экспериментировать… — Элони, будучи ушлым малым, уже смекнул, откуда у мальчишки с кухни столь обширные познания про чужую личную жизнь. Однако для него оставалось тайной, почему он вдруг решил быть таким откровенным с малознакомым новичком? — Ну… Он кричит ночами громко. Очень громко и сладко, когда мулат с ним… А еще, пару раз, этот верзила специально не закрыл дверь, так что… Да, все в этом доме знают, во что превратился наш хозяин, — оправдывался слегка покрасневший Ганс и, по старой привычке перешел на почти неслышный шепот: — Раньше господин всегда был сверху и ломал сильных и здоровых рабов. А сейчас скулит под мулатом и… Готов любому зад подставить. А еще ему нравятся унижения… — Сколько ты всего знаешь! — Элони пытался скрыть хитрую улыбочку, а в его глазах заиграли озорные огоньки. Что бы ни говорил новый знакомый, но сам любимчик уж точно знает больше, чем кто-либо из челяди про Арза и его шалости. Судя по тому, как заалел Ганс, его этот разговор порядком возбуждал. Может, потому он все это и рассказывает? — …а еще большие игрушки и веревки, — продолжал собеседник. Было ясно, что он сам принимал участие в этих игрищах, возможно, что и не раз. И теперь предлагал присоединиться новому холеному юнцу: — Можешь сам посмотреть в замочную скважину, когда они начнут… — И когда же они начнут? — поинтересовался паренек, удивляясь тому, как все удачно складывается. Он не был уверен, что сможет спокойно смотреть на то, как Арзен трахает нового петушка. От одной мысли об этом внутри просыпалась лютая злость. И все же, если отойти от ревности хоть на минутку, то все это действительно интриговало. — Ну, господин, вроде как в это время просыпается. Так что, может, уже начали… — Пойдешь со мной? — спросил Элони. — Возможно, что лишняя пара глаз не будет уместна, но увидеть своего любовника… Возможно, без одежды, его ехидную хищную улыбку и поймать его волчий взгляд… хотелось больше всего на свете. И плевать на последний приказ!

***

Сион Энджен в кой-то раз не вопил во весь дом, зато скулил и тихо мычал, похоже, что его таки заткнули. Ну, либо он позабыл на оргии человеческую речь. К Гансу, который с интересом наблюдал через скважину за происходящим, вскоре подошел и Элони, он все никак не решался взглянуть своими глазами на оргию, переминаясь с ноги на ногу. — Что, застеснялся? Ты же хочешь стать любовником этой давалки, разве нет? — тихо посмеивался Ганс, глядя на парнишку. — У меня для тебя задание есть. Небольшое, — с этими словами Элони вручили подносик с завтраком и втолкнули в комнату, не дав опомниться. Юнец даже не знал, как реагировать. Ему не хотелось смотреть на «измену». Но сердечко лихорадочно билось, стоило только представить своего любовника голым и возбужденным. Черт… Элони, подобно обычному слуге, уставился в пол. На самом деле — ничего ужасного не происходило. Так, всего лишь связанный юноша лежал на куче подушек, вздернув блестящую от смазки задницу — очевидно, Сион Энджен, собственной персоной. Его ненасытное нутро было плотно заткнуто здоровым деревянным фаллосом с колечком на конце, через которое продели пару веревок, надежно закрепив игрушку в теле, а в ротик предусмотрительно вставили кляп. Рядом с этой скулящей конструкцией, как знатный султан, возлежал голый Арзен, и тупо читал какую-то книжку. На одеяле между ним и блондинчиком валялось еще несколько влажных игрушек и несколько баночек специальной мази. Разбойник поднял въедливый взгляд на гостя и сразу же отбросил чтиво, чуть ли не в Сиона. Похоже, что он признал своего парнишку даже в одежде прислуги. — Какого хера?! Я же просил не искать меня! — А что мне оставалось делать? Не мог же я просто уйти! — вся скованность парня как будто испарилась. Однако Арз, кажется, был зол не на шутку. — Ты, блядь, совсем тупой? Своим петушиным мозгом не понимаешь, что за тобой могут следить? — Элони просто погребли под нападками, ругательствами и упреками. Мулат явно был не в духе и, если судить по зверскому выражению лица, даже минет тут ничем не поможет. — Да кто за мной будет следить? Или ты просто боишься, что я увижу, как ты играешься с новой сучкой? — поднос с завтраком, что сжимал в дрожащих руках Элони, с грохотом полетел вниз. — Думаешь, мне можно просто так отдать приказ, и я послушаюсь? Нет! Ты же сам говорил о свободе! Вот я ею и воспользовался! — Ты себе там любовь до гроба придумал, или какую еще херню? — продолжал Арзен, хрипящим от ярости голосом. — Мне нравились твои дырки. Тебе — мой хрен. И все на этом. Да-а, именно так! Больно было это слушать. — Ах, вот ты как… — протянул парень, в чьих погасших глазах заблестели слезы. — Для тебя я просто «дырки». И не успел отойти от меня на шаг, как завел себе новые. Тьфу! — Элони было даже противно здесь находиться. — Дверь, хотя бы прикрыл, дубина, а уже потом бы устраивал концерт! А то Гансик слишком много слышит, — мрачно огрызнулся главарь. На что подслушивающий тихоня взвизгнул и как-то очень быстро рванул на кухню. — Ну, что за блядство! Хорошее место, жратва, деньги, идеальное прикрытие и даже хорошая давалка под боком. Но, не-ет, теперь из-за одного дебила придется все бросить! Элони… Кусок идиота! — закрыв ладонями лицо, откинулся на подушки. Парень лишь с ненавистью смотрел на стонущую сучку, что хотела еще, буквально умоляла, да, только Арзу на желания этой голодной твари было плевать, да и любимчику, к слову, тоже. — Я и не думал, что ты такая же мразь, как и все эти господа, да гвардейцы. Проклятье! Не нужно было тебя покрывать!.. Терпеть издевательства… Я ведь и заработать мог! … — уже не на шутку бесился зеленоглазый, направившись к выходу. — СТОЯТЬ! — не убирая рук от своей мордахи, скомандовал Арзен. Да, он был зол, даже очень зол на глупого любовника, что практически разрушил его идеальный план, но сравнение с продажными властями просто выворачивало его черную душу на изнанку. — Ты, идиот, совсем не вдупляешь, что с тобой сделают, если узнают правду? Думаешь гвардейцы будут с тобой так же ласковы и аккуратны? — свою мысль разбойник продолжил уже без слов. Просто развернул взвизгнувшего Энджена демонстрируя его раскрытые ягодицы, в которые врезалась веревка и огромную заткнутую дырку, уже опухшую от долгих и страстных игр. — Думаешь, я бы стал рассказывать им все? Мог бы просто дать пару знакомых адресов. Я же тебя как-то нашел. — Конечно, стоило просто уйти после всего услышанного, чтобы латать свое разорванное в клочья сердце в какой-нибудь глуши, делая вид, что не было страстных ночей и жарких слов. Вот только, когда Арзен приказывал своим властным тоном, Элони не мог не послушаться. — Этот сучонок — идеальное прикрытие для моей задницы, на которую всех королевских псов спустили. Вспомни, когда это старина Арз снимал себе самых дешевых шлюх, вроде этой, что и под коня добровольно полезет? Ты же знаешь, что я люблю инициативных любимчиков. Которые не вытрясли себе мозг потрахушках… хотя, — усмехнулся атаман, уже немного остывая. Элони понимал, к чему тот клонит, и это ему не очень-то нравилось, а Арз, тем временем продолжал: — …ты, либо остатки мозгов именно вытряс под гвардейцами, либо слишком изголодался по своему атаману, а? Парень усмехнулся, все также не поворачиваясь в бывшему любовнику лицом: — Ты себе слишком льстишь. И не был я под гвардейцами. Так, слегка помяли. Ничего страшного, — произнес он со льдом в голосе, будто ему и вправду было все безразлично. И все же зеленоглазый уже поддался на уловки разбойника, пусть и не до конца признался себе в этом. Да, он соскучился! Безумно соскучился по сильным рукам и мощному члену! Да, не мог нормально спать в последнее время, не чувствуя своего мулата под боком! Только нельзя же выдать свою маленькую тайну, которую, скорее всего, просто осмеют. — Если ты боишься, что я тебя раскрою, то не беспокойся, ты оставил мне достаточно денег… Или чего ты хочешь еще? — Чего я хочу? — облизнув нижнюю губу, уже совсем успокоившись, начал главарь. — Я хочу спокойно дочитать свою книжку! Но эта конченная сучка требует внимания! — Элони даже усмехнулся: — Такова судьба всех господских наложников. Не знал? Эти твари могут затрахать до смерти. — Меня уже выворачивает от Сиона, веришь? — Верю, — кивнул парень. Бушевавшая внутри него боль почти успокоилась. — Удавил бы, если мог. Так вот, можешь меня подменить? Я хоть до конца главы дойду… — С этими словами Арзен взялся развязывать веревки хозяина-раба и медленно вытянул из его тела крупную игрушку, затем отбросил ее презрительно, оставив вход неприлично раскрытым. Парнишка лишь удивленно смотрел на происходящее. — Его любимая, — произнес мулат, выуживая из кипы деревяшек нечто огромное, ребристое со множеством закругленных шипчиков, — только без фанатизма, Элони, наша сучка должна скулить от удовольствия! — Подожди! Ты сейчас серьезно? Решил на меня свалить эту всю работу? Не-не-не… Это ты его наложник, а не я! Хочешь кому-то передать эти полномочия — позови слуг, того же Ганса, например. Он вряд ли откажет. А я с господами уже наигрался вдоволь! — На полном серьезе, малыш. Я еще никогда не был так серьезен… — Ты мне льстишь, зараза, — качал головой «любимчик», стараясь не поддаваться на все эти игры. — Арз, неужели тебе действительно это все нравится? — вдруг спросил Элони. — Разве не ты мне говорил о свободе? Или ты все это лишь временно терпишь? — Мне нравится тарелка окорока и мягкая кроватка. Считаешь меня продажной сукой? — уставился прямо на юношу, пронизывая волчьим взглядом. — Не мне тебе что-то говорить на этот счет, — пожал плечами парень. Они оба были прекрасно осведомлены о прошлом Элони.  — Но это лучше, чем стать трупом! Я не продажная сука, а хитрая сука. Потому я и «долгожитель» среди других разбойников… — О да! Мы все себе говорим что-то похожее… — от воспоминаний парнишка лишь поморщился. Ему не хотелось вновь барахтаться в этой грязи, пусть и приправленной халявным золотишком, да различными удобствами. — Слушай, хорош уже корчить из себя целку, давай сюда. Развлечемся. Может, я и от книжечки отвлекусь… Элони даже улыбнулся на столь заманчивое предложение. Он сам не знал, как ему поступить. Остатки гордости велели уйти отсюда, сделать вид, что его здесь никогда и не было. А странная и необъяснимая привязанность к Арзу повелевала остаться. Но неужели этот развалившийся на перинах огромный мужик в ошейнике и есть его Арз, свободолюбивый и веселый разбойник? Кто он теперь? Так, ленивый трахатель высокопоставленной шлюшки? — Я вот думаю… Если я решу тоже с кем-то весело проводить время… как ты на это посмотришь? — Сделаю то же, что и с прошлым своим любимчиком, который за моей спиной сосал чужие члены — вышвырну нахер из своей жизни. А при следующей встрече и сломаю что-нибудь, — глаза мулата горели, как и раньше. Ярко, зловеще и по-звериному голодно. — Прям-таки и сломаешь? Мне? Или тому, кто решится меня трахать? Или обоим? — вот теперь становилось интересно. Наконец-то в этом опасном взгляде появилось настоящее чувство. А не эта рабская скука от рутинного потрахивания своего ненасытного чиновника. — И должен ли я сделать что-то подобное с тобой и твоей шлюшкой? — Ты МОЙ. Это хотел услышать? А раз ты МОЙ, то тащи свою задницу на кровать. У нас тут работы невпроворот! — Да! Арз был абсолютно прав. Именно это и хотел услышать Элони. Но ведь не думает же атаман, что он сразу к нему так и бросится, весело виляя задом, как эта благородная скулящая тварь? — Эй! Ты забыл? Вообще-то я не раб, а свободный человек! Так что не смей мне приказывать. И знай, что трахать твоего петушка я не буду. Понял? Я здесь ради тебя, а не ради него… Разбойник медленно, скалясь, как хищник, поднялся со своего места и так же медленно зашагал к строптивому юнцу.