PowerPlay I

Магнус POV Магнус был разочарован узнать, что был все еще один в постели, когда проснулся следующим утром после того, как в последний раз разговаривал с Алеком. Он ожидал получить сообщение, но все, что он получил прошлой ночью, касалось бизнеса. Он решил заниматься своими делами, не желая мешать своему парню, он терпеливо ждал от него весточки. Когда прошло двадцать четыре часа с тех пор, как Алек в последний раз выходил с ним на контакт, он решил написать сообщение, но ответа так и не последовало. Он отправил еще несколько сообщений, пока проходил час за часом, но ответов все также не было, и его начало овладевать тревожное чувство, что что-то случилось. Вторую ночь он очень плохо спал и каждый раз, просыпаясь, он проверял телефон. Парень всегда отвечал, даже когда бывал занят, он все равно выходил на связь максимум через несколько часов. На второй день, когда он вылез из кровати, Магнус решил позвонить. Отыскав Алека в телефонной книжке под именем «Бойфренд» с эмоджи сердечка, он нажал на кнопку вызова, и ему стало не по себе, так как его сразу перекинули на голосовую почту. Женский голос продиктовал номер парня, перед тем как раздался звуковой сигнал. — Привет, щеночек. Ты не отвечаешь мне, и я просто немного волнуюсь. Перезвони или напиши мне, чтобы я знал, что ты в порядке, ладно… Я скучаю по тебе, — собственный голос показался Бейну немного отстраненным, но ничего из всего происходящего не помогало ему чувствовать себя нормально. Часы проходили один за другим, и Магнус ничем не занимался кроме того, что ждал ответа. Каждые несколько часов он пытался дозвониться, но бросал трубку каждый раз, когда слышал голосовую почту. Он пытался убедить себя в том, что, возможно, парень потерял телефон, но так как это не объясняло, почему он не приехал или не обзавелся новым телефоном, чтобы позвонить ему, ему это не особо помогло. Ужасная третья ночь продолжилась ужасным третьим днем. Без ответов на его сообщения и звонки, Магнус считал, что что-то должно было случиться, потому что Алек не стал бы просто так не отвечать, не стал бы отключать телефон так надолго. Сидя на одном из кресел в своей гостиной, он игрался в руке со своим сотовым, пока думал над всеми возможными вариантами, как можно связаться с парнем кроме его телефона. Ему было известно только про одного друга, Джейса, но у него, конечно же, не было его номера, несколько попыток поискать его имя онлайн не дали никаких результатов, даже никаких упоминаний. Бейн знал, что он работал на Лайтвудов, но единственный номер, который был у него, — это номер одной из главы, то есть сестры Лайтвуда, но звонить человеку с таким высоким статусом, чтобы спросить, знает ли она, где его парень, — вряд ли хорошая идея. У парадной двери послышался какой-то звук, и Магнус, вскакивая на ноги, чуть не побежал, чтобы открыть ее, но перед ним стоял лишь Рафаэль. Бейн сразу поник и грустно выдохнул, так как надеялся, что это мог быть Алек, и чувство облегчения, которое он почувствовал несколько секунд назад, мгновенно исчезло. — Нам нужно поговорить, — заявил Рафаэль, проходя мимо него и заходя в квартиру. Он говорил отстраненно, но Магнусу сейчас было не до того, чтобы спрашивать, в чем дело. Развернувшись на пятках и закрыв дверь, Бейн прошел в гостиную и плюхнулся в кресло, на котором сидел до этого. — Что с тобой не так? — Рафаэль осмотрелся вокруг себя, перед тем как сесть на одно из остальных кресел. — Ты вообще принимал душ? Выглядишь дерьмово. — Спасибо, — ответил Магнус, чувствуя себя окоченелым. — Мне кажется, что-то не так. Сантьяго раздраженно выдохнул. — Много чего не так, Лайтвуды прикрыли весь поток информации. — Что? — нахмурился Бейн. — По Лайтвудам нанесли удар. Я услышал об этом несколько часов назад и связался с Саймоном, чтобы сказать ему выбираться оттуда к чертовой матери… — Рафаэль был напряжен, что было необычно. — Что случилось? — Магнус знал, что, несмотря на исход, это означало только одно — война. — Их столкнули с дороги. Как я слышал, в машине было трое людей: брат с сестрой и Дэдроу, думаю, они все выжили. — Что сказал Саймон? — Бейн сидел на краю своего кресла, может, это могло разъяснить что-то. Рафаэль побледнел. — Я не смог поговорить с ним. Мне кажется, Лайтвуды удерживают его, он не отвечает на звонки. — Может и нет, ты же сам только что сказал, что они прикрыли весь поток, ведь так? Может, у них что-то наподобие изоляции, — у Магнуса внутри замаячила маленькая надежда. Сантьяго покачал головой. — Нет, известные люди Лайтвудов были замечены по всему городу, они занимаются своими обычными делами, но никакой больше информации. — Он потер лицо одной рукой. — Он у них, Магнус, я знаю это… Саймон у них. — Сейчас его голос уже звучал уставшим, будто произносить эти слова вслух означало признавать, что это реальность. — Я тоже не получал вестей от Александра. — Магнус упал обратно в кресло. Рафаэль пытался держать себя в руках, и у него это получалось куда лучше, чем у Бейна. — Как близко он работал с главарями семьи? — Не знаю, — пожал плечами Магнус, чувствуя себя беспомощным. — Ладно, как его зовут? — еще раз попытался Сантьяго. — Александр или просто Алек. — Нет, его кликуха, — раздраженно переспросил Рафаэль. — Ты же не говоришь свое имя каждому встречному, вот и они тоже. Мне нужна именно его кликуха. — Я не знаю, — Бейн никогда даже не думал о том, чтобы спросить это. — Я даже не знаю его фамилии, — сухо рассмеялся он, думая о том, как он мог даже не поинтересоваться об этом. — Как ты можешь не знать фамилию своего парня? — на этот раз Сантьяго говорил сердито. — А что если он был в той машине? — Магнусу стало не по себе. — Его там не было. — Рафаэль встал на ноги и начал расхаживать взад вперед. — Он ведь мог быть тем третьим парнем, Дэдроу? — Бейну хотелось свернуться в клубок. Его друг остановился. — Нет, у Дэдроу светло-каштановые волосы и, мне кажется, разноцветные глаза… это ведь не подходит под описание твоего Александра. — Алека, только я зову его Александром. — Ладно, Алека. Все равно не подходит, — рявкнул Сантьяго. Магнус слегка качался взад-вперед, а потом резко остановился. Разноцветные глаза? — Когда ты говоришь разноцветные глаза, ты имеешь в виду прям полностью или один из них наполовину? — Он так резко встал со своего места, что комната закружилась перед глазами. Рафаэль смотрел без эмоции. — Я не знаю, я никогда не стоял близко к нему, чтобы изучить его глаза. — Нет, но это важно, что там еще про него? — Бейну нужно было знать. Похоже, что это был Джейс, это мог быть Джейс, это объяснило бы, почему Алек не выходил на связь. Если его лучший друг попал в аварию, то это было бы хорошей причиной, чтобы пропасть. — Не знаю, у него светло-каштановые волосы, убранные назад, ростом примерно метр семьдесят пять, — ответил второй. — И я уверен, что у него есть какая-то татуировка на шее, но я не помню, это было с правой стороны или с левой. — Это Джейс! Должно быть Джейс, — вскрикнул Магнус. — Джейс? — голос Рафаэля был раздраженным, нежели растерянным. — Да, Джейс… Это могло бы объяснить, почему я не получал вестей от Алека. — Сердце Магнуса колотилось в груди. Взяв телефон со столика, он разблокировал его и начал рассматривать альбом с фотографиями. Он был уверен, что Алек хоть раз скидывал не особо удачное селфи с Джейсом, которое стояло у него на скриншоте. Когда он отыскал фото, сразу же показал его своему другу. — Это он рядом с Александром? Он и есть Дэдроу? Рафаэль стоял как столб, глядя на экран телефона, и медленно кивнул. Когда он заговорил, его голос был безжизненным. — Это они. — Хорошо, значит, вот, возможно, в чем дело. Джейс — лучший друг Александра, он ему как брат. О боже, надеюсь он в норме. Александр будет подавлен, — подчеркнул Бейн для себя. — Это они, — повторил Сантьяго. — Да. — Магнус положил телефон в карман. Если Джейс был в больнице, тогда и Алек должен быть там. — Ты вообще слушаешь меня? Это они… Это Ангел и Дэдроу! — Рафаэль практически прокричал. Магнус скорчил мину и остановился на месте. — Нет, это Александр и… — он замолчал. Рафаэль покачал головой, не веря своим глазам и ушам. — Как ты мог быть таким тупым? — его голос невозможно было узнать. — Если ЧТО-ТО случится с Саймоном, это будет на твоей совести… Если бы ты выполнял свою работу исправно, то ты знал бы и смог бы задушить этого маленького монстра, пока он спал… но вместо этого ты отправил Саймона в самую пасть львам, пока сам в это время играл в семью с врагом? Магнус быстро заморгал, не в силах осознать то, что он сейчас слышал. — Если Саймон не выберется из этого живым… то наши с тобой пути разойдутся! — рявкнул Рафаэль, и через недолгое время послышалось, как дверь квартиры Магнуса громко захлопнулась. Бейн просто стоял на месте. Его нежный и покорный Александр не мог быть тем же человеком, кого описывал Саймон: холодным и жестоким. Не может быть такого. Несколько минут Магнус не мог двинуться с места, где он стоял, когда Рафаэль ушел. Он просто стоял прямо и смотрел в никуда. Его мутило, и он подошел к дивану, чтобы прилечь, и больше ему не хотелось шевелиться. Ему больше ничего не хотелось делать. Саймон, Джейс… Александр. Все это произошло по его вине. Алек POV Алек настежь открыл входную дверь в квартиру Магнуса. Поудобнее удерживая пистолет в правой руке, он вошел внутрь и осмотрелся вокруг. Было тихо, и ни одна из ламп не горела. Позволяя двери медленно закрыться за ним, Лайтвуд прошел дальше и оказался в гостиной. Все выглядело практически так же, как и в последний раз, когда он бывал тут, но по какой-то причине теперь квартира казалась холодной и пустой, он чувствовал себя не в своей тарелке. Направившись дальше, парень оказался за занавеской и обыскал ванную комнату. Воздух казался теплым и влажным, а это значило, что ванной пользовались совсем недавно. Подниматься вверх по лестнице тоже казалось чуждым. Алек подумал о временах, когда они с Магнусом не могли оторваться друг от друга, о том, как его парень комментировал «вид» перед собой или как они буквально бежали по ступенькам наверх, чтобы побыстрее оказаться в постели. Ступеньки скрипели под его весом, пока он поднимался в спальню, на этот раз не спеша. Когда он добрался до комнаты, он снова осмотрелся по сторонам: Магнуса здесь тоже не было. Проходя мимо не расправленной кровати, он позволил себе дотронуться до нее пальцами. Это было не похоже на Магнуса, чтобы он оставлял кровать в таком состоянии, но он ведь также не позволял себе разбрасывать вещи по полу, по крайней мере, не тот Магнус, которого, как он думал, знал. Одна из футболок Алека, которую он оставил тут, лежала на кровати, но он не мог вспомнить, оставлял ли он ее прямо тут на кровати или нет. Это место казалось домом всего чуть больше недели назад, а сейчас было ощущение, что все это было обманом. Жалюзи были подняты, так что парень отошел от кровати, подошел к окну и посмотрел на город с высоты. Он дотянулся до ручки стеклянной двери, которая позволила бы ему выйти на террасу, но затем он остановился. Он никогда не выходил туда, и сейчас не было ни одной хорошей причины сделать это. Сделав глубокий вдох, он убрал пистолет за пояс, так как пока в нем не было надобности. Алек не был уверен, был ли он рад тому, что Магнуса пока не было дома, или хотел, чтобы Бейн был здесь, чтобы побыстрее покончить с этим. От нечего делать Алек вернулся к кровати, потянулся вперед и достал свою футболку, а затем заправил кровать. Он раньше никогда этого не делал, но он не мог просто находиться тут сложа руки, это свело бы его с ума. После того как парень закончил, он снова бросил футболку на кровать: ему все равно не хотелось забирать ее обратно. Время проходило медленно, так что он начал подбирать с пола одежду Бейна и аккуратно складывать ее на кровати. Он почти что присел, но внутри него было что-то, подсказывающее ему, что он не может сделать этого. Раздосадовано простонав, Лайтвуд покинул спальню и снова отправился вниз. Когда Алек оказался там, он включил некоторые лампы, перед тем как вытащил пушку и положил ее на стеклянный столик перед собой, а затем расположился на диване. — Ты справишься, — сказал он себе вслух. Его ноги слегка тряслись, он положил на них руки и начал потирать их, чтобы унять дрожь. Он частично узнал это чувство: когда нервы натянуты, а в районе живота — неприятное ощущение, которое заставляло его опустошить все содержимое желудка на пол; он и раньше чувствовал его. Такое бывало несколько раз, и Иззи называла это человечностью. Лайтвуд мог слышать голос сестры в голове: «Это часть тебя, которая считает, что не обязательно убивать человека. Ты растерял это чувство со временем, со временем все размылось в одну кучу, ты переместил свое доверие и сознательность в другую часть себя, которая уже смирилась с этим еще до того, как ты осознал это». Алек резко набрал воздух в легкие и закрыл глаза. Иная часть его ощущений была нова для него, и он еще не нашел способа, как контролировать ее. Парень не знал, сколько он так просидел, но как минимум через полчаса ему что-то послышалось. Схватив свою пушку, он встал и отошел от дивана в ожидании, что Магнус зайдет через входную дверь в последний раз в своей жизни. Магнус POV Прошло чуть больше недели с тех пор, как Магнус разговаривал с Алеком в последний раз. После разговора с Рафаэлем, где он узнал, кем был парень, прошли буквально одни полные сутки, во время которых он убеждал себя в том, что он больше не хочет видеть Лайтвуда. Его разум был в войне с самим собой. С одной стороны, он вырос, ненавидя Лайтвудов, он проделал все, что могло бы навредить этой семье, но с другой стороны, это был Александр, и он скучал по нему. Через день после разговора с Сантьяго он сдался и попытался позвонить Изабель. Ее телефон, в отличие от брата, был включен, но она также не ответила на звонок. Бейну не хотелось писать сообщение, не будучи уверенным в том, что ей было известно насчет него и Алека, но также из-за того, что Саймон пропал. —— Девять дней прошли незаметно, и Магнус начал постепенно входить в колею. Он проснулся, быстро встал с кровати, не желая находиться там в одиночку, целый день занимался своими делами, чтобы удостовериться, что все продвигается как нужно. Рафаэль не связывался с ним, а Бейн, занимаясь своими обязанностями, как раньше, вспомнил, почему он когда-то передал часть обязанностей именно своему другу. К концу дня мужчина был измотан, но он все равно пробовал дозвониться до Алека и надеялся на то, что сможет быстро заснуть. Это был тринадцатый по счету день, когда он приехал домой после долгой встречи с какими-то парнями, которых он обычно всегда звал «парни Рафаэля», это значило, что это именно они распространяли продукт, и это была неприятная встреча. Он почти успел закрыть дверь за собой, после того как вошел в квартиру, когда поднял глаза и увидел кого-то стоящего посередине гостиной. Когда он сделал шаг вперед, сердце Магнуса пропустило удар, едва он увидел, кто это. — О мой бог, Александр. Ты в порядке! Шагая в сторону парня, Бейн знал, что ему все равно, какая у него фамилия, он просто хотел обнять его. Он был всего в нескольких шагах от него, когда Алек внезапно поднял руку, и Бейн остановился на месте как вкопанный, смотря прямо в дуло пистолета, направленного на него самого. — Александр? — На этот раз это был вопрос, и, вглядываясь в парня, Магнус понял, что тот не совсем был в порядке. На лице остались ссадины и синяки, и то, как он сейчас стоял перед ним, говорило, что тот, скорее всего, испытывает боль. — Не называй меня так, — рявкнул Лайтвуд, и в его голосе и глазах было столько обиды, что Магнусу пришлось побороться с желанием отвести взгляд в сторону. — Хорошо, не буду, — заверил Бейн и постарался разобраться в том, что сейчас происходит, держа руки приподнятыми и показывая, что он слушается его. — Как ты мог? Зачем тебе нужно было так поступать со мной? — Голос парня звучал странно, будто он пытался не заплакать. — Джейс чуть не погиб… Он ничего тебе не сделал, я ничего тебе не сделал, — руки Алека дрожали, пока он говорил, и он все время поправлял свою хватку с пушкой. — Алек, — Магнус чувствовал, как его сердце разбивается на осколки, пока Лайтвуд смотрел на него; парень дрожал, и несмотря даже на то, что на него самого был направлен пистолет, Бейн не хотел ничего, кроме как обнимать и целовать Алека до тех пор, пока ему не полегчает. — Нет, НЕТ! Тебе нельзя этого делать… Твой друг рассказал нам все, я просто… — Алек опустил пушку на мгновение, а затем снова поднял ее, и Магнус увидел палец на курке. — Если ты настолько ненавидел меня... если ты ненавидел меня настолько, что хотел моей смерти, то как ты мог позволить всему зайти так далеко? — Я не знал, что это был ты, — прошептал Бейн, чувствуя, как от слез жжет в глазах. — ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! — прокричал Лайтвуд, и Магнус удивился тому, как сам дрогнул от резкости в голосе парня. Алек опустил пистолет и второй рукой провел по волосам. — Твой друг сказал нам… сказал, что ты ненавидел нас всю свою жизнь… и ты хочешь, чтобы я поверил, что ты презирал меня настолько, что желал моей смерти, даже не зная, как я выгляжу, — он рвано выдыхал, пока говорил. — Ты хотел моей смерти? Иззи? — Парень больше не смотрел на Магнуса, но крепко сжимал в руках пистолет, пока вторая рука все еще была зарыта в его волосах. Он говорил как поверженный человек. — Я думал, я нравился тебе… Бейн хотел объясниться, но он не знал, откуда начать или сможет ли закончить вообще свою мысль. Алек разваливался на части прямо перед его глазами, и мужчина ничего не мог поделать, чтобы тому полегчало. — Нравишься… — начал Магнус, но его перебили. Алек рассмеялся, но смех был неискренним и холодным. — Я знаю, что люди говорят обо мне. Они говорят, что у меня нет души… что я ничего не чувствую. Я не нравлюсь людям, они боятся меня, — Лайтвуд снова поднял взгляд, его глаза были покрасневшими и опухшими. — Но… то, что ты сделал... — Я клянусь, я не знал… Я бы никогда не причинил тебе вреда, — Магнус шагнул вперед. — Ты должен поверить мне, Александр. — ПРЕКРАТИ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК! — снова закричал Алек. — Я нуждался в тебе… я не мог дышать без тебя… Я ЛЮБИЛ ТЕБЯ! — прокричал он последние слова и снова поднял пистолет. Слова будто ударили Магнуса по лицу. — Ты заставил меня полюбить себя, но это не было правдой… Все это было обманом. — По щекам парня катились слезы, а нижняя губа задрожала. — Теперь мне нужно сделать это… Я обязан… Они ждут этого от меня, — Алек дышал прерывисто. Магнус тяжело сглотнул, он ощущал себя абсолютно оцепеневшим и хотел сказать, что он тоже нуждался в Алеке, что до сих пор нуждается в нем, но парень снова начал сжимать в руках пушку. Бейн едва видел что-то перед собой из-за слез в глазах, и он попытался дать Лайтвуду единственное, что у него оставалось. Пытаясь дышать медленно, он закрыл глаза. — Все хорошо… я понимаю. — Нет, не хорошо… Мне придется жить с этим, — заплакал парень, его голос был не громче шепота. — Без тебя… С тех пор как Магнус выяснил, кем являлся Алек, он знал, что есть вероятность того, что Лайтвуд придет к тем выводам, которые озвучил сейчас. Бейн мог убежать, может, ему стоило так сделать сразу же, как он узнал правду, но казалось, что у него нет других вариантов. Из-за того, что Саймон пропал, ему было страшно, что дело дойдет до этого момента, и почему-то он примирился с этой мыслью. Он ведь на самом деле не пытался убить Алека, но он очень даже хотел смерти Ангела… То, что он не знал, что это один и тот же человек, не оправдывало его. Магнус презирал Лайтвудов за то, что они сделали ему, но сам лелеял мысль о том, чтобы это случилось и с ними же, что по сути делало его самого не лучше того, что он ненавидел. Хотя он не ожидал, что Алек поведет себя таким образом. Он ожидал, что перед ним предстанет другая часть парня, но это был не холодный и жестокий сын Лайтвудов, о котором он слышал всякое, перед ним стоял его Александр, и парень любил его даже сейчас. Стоя там молча, Магнус ждал, но ничего не происходило. На каком-то уровне восприятий он ощутил какие-то движения вокруг себя, но не посмел открыть глаза, не уверенный в том, что справится с этим. Послышался резкий шум от того, как хлопнули дверью его квартиры, и Магнус подпрыгнул на месте, он моментально открыл глаза и увидел, что остался в комнате один. Упав на пол, он подался вперед, и его вырвало, живот болезненно скручивался. Ему, вообще-то, было бы куда лучше, если бы все закончилось. От мысли о том, что Алек даже не смог причинить ему вреда, хоть и верил в вину Магнуса в случившемся, стало намного хуже. Откидываясь назад, он заплакал, не издавая ни звука, прикрыв лицо дрожащими руками. Все слова, что говорил Алек, крутились в его голове и зарывались глубже в каждую клеточку его тела, заставляя его чувствовать себя абсолютно потерянным и опустошенным.