Переплавленная мечта

Орихиме залечивает его ногу, но небольшая хромота и немного косолапости остаются. Вечно спешащий куда-то Урю Исида теперь становится медленной черепахой, не идущей, а плетущейся в школу на свои выпускные экзамены. Вот и пролетают школьные годы. Почти весь период его старшей школы прошел от контрольных к сражениям и от сражений до контрольных. Одна за другой битвы случались в его жизни, напоминая о себе сейчас старыми зарубцевавшимися шрамами и ночными кошмарами. Последняя война оставила на нем след предательства – вроде бы прощенного другими, но не забытого самим Урю, – о котором он вспоминает чуть ли не каждый день. Но у него была причина так поступить. Зов крови, долг, осознание того, что он не один такой единственный, сыграли с ним злую шутку и заставили отвернуться от тех, кому уже был важен. И важен не из-за того, что по крови он квинси. Но когда-нибудь это чувство вины отпустит. Быть может, с годами станет легче. А пока забыться ему помогают одиночество и Мичиру Огава, которая – несчастная влюбленная идеалистка – видит в нем только хорошее, и Урю самому хочется казаться лучше, чем он есть. В Мичиру есть своя магия. Завораживающая такая, потаенная, не подвластная никому и скрытая для того, кто не умеет видеть. Урю и сам не сразу рассмотрел ее за всей этой внутренней робостью и наивностью, но, рассмотрев, понял, что сердце ее шире и добрее. Он искренне ей желал влюбиться вновь – в того, кто полюбит ее столь же сильно, – потому что кто, как не она, достойна этого? Кто, как не она, достойна не терзаться, не лить ночами слезы по тому, кто в своем сердце хранит ее рыжеволосую подругу, и кто так жесток с ней? Урю понимает, что бессердечен, когда звонит ей, зовет, зная, что она прибежит по первому зову и не потому, что таким образом хочет заслужить его расположения. Просто она такая: добрая, отзывчивая и старающаяся помочь по мере своих сил. Они встречаются на перекрестке у продуктового магазина – месте, откуда они могут дойти в школу вдвоем. Она улыбается, завидев его, и на губах Урю сама собой также появляется улыбка. – Сегодня прекрасный солнечный день, – это первое, что говорит ему сегодня Мичиру. – Даже несмотря на то, что сегодня экзамен. Она чудесная, и Урю в который раз думает о том, почему не может ее любить? Почему не может приказать своему сердцу воспылать к ней теми трепетными чувствами, а чувства к Орихиме Иноуе похоронить? – Пообещайте мне кое-что, Мичиру-сан, – вдруг заговаривает он. Она смотрит на него большими-большими глазами, полными интереса и внимания, и Урю от этого только сильнее утверждается в правильности в своей просьбе. – Что? – Пообещайте забыть меня и найти достойного вас человека, – говорит Урю, полный уверенности, что в мире обязательно найдется не один человек, который разглядит все эти ее чудесные качества. Мичиру только улыбается, тупит взгляд, разглядывая кирпичную кладку дорожки, и все-таки отвечает: – Я постараюсь забыть, чтобы было не так больно. Но в начале я думала, что вы очень жестоки, когда, зная о моих чувствах, постоянно были рядом, но сказали твердое «нет». А теперь я думаю, что это намного лучше, чем неопределенность. – Но я все равно мучу вас. Боюсь оставить вас, потому что в вас есть свет, который притягивает. Он не дает мне утонуть. Мичиру краснеет и бормочет трудно разборчивое «спасибо», и Урю хочется, чтобы она никогда не менялась, чтобы сохранила этот свет и доброту, пронесла через всю свою жизнь. – То, что вы рядом, позволяет мне забыть, – вдруг снова говорит она. – Помогает понять, почему я влюбилась в вас и почему нам не быть вместе. Урю не говорит, что ему жаль, но ему понятна ее мысль. Эта та же причина, по которой Орихиме Иноуе не предназначена ему. Девушки, у которых внутри свет, которые похожи на солнце, не для таких, как он. Такие, как Урю, женятся на собственной работе и закрывают свое сердце от других за напускной холодностью. Они доходят до ворот школы под шушуканья одноклассников, которые думают, что они встречаются. Мичиру краснеет, когда в водовороте шепотков ей удается расслышать обрывки фраз, а Урю только тихо ей шепчет: – Я могу дать им четкое подтверждение этих слухов, а могу развеять их иллюзии. Мичиру смотрит ему прямо в глаза и не совсем не знает, что ей делать. Урю уже понял, что она не из тех, кто бросается в омут с головой. Каждое решение ей нужно обдумать, а уже потом броситься. – Я оставлю это вам, – отвечает она. И Урю берет ее за руку.

***

Экзамены просты для него. И пока одноклассники с отчаянием бормочут про то, что не хотят знать, как другие справлялись с заданиями, чтобы не расстраиваться, Урю абсолютно спокоен. Со школы они выходят в составе старой компании – Мичиру утащили с собой ее подружки, – но теперь в их отряде чувствуется неловкость. Урю искоса смотрит на Орихиме, пинающую маленький камушек по дорожке и не поднимающую глаза на друзей, и думает, что так даже лучше. Ему не нужно будет нести этот тяжкий груз. Теперь с ним будет проще расстаться. По крайней мере, должно. Он отпустил на волю эти чувства и пускай бы они не возвращались. – А вы уже решили, с кем идете на выпускной? – спрашивает вдруг Кейго, все пытающийся увести тему разговора подальше от экзамена. – Мизуиро? Мизуиро бормочет что-то про то, что знает кого хочет позвать, но не уверен, что девушка согласится, а Кейго, строящий из себя гуру отношений, дает якобы действующие советы в завоевании сердца девушки. Все остальные – Чад, Ичиго, Рукия, Орихиме, Татсуки и даже Урю – просто стараются не прыснуть со смеху и не обидеть друга. – А ты, Ичиго? – Ясное дело, – отвечает лениво Куросаки, – с Рукией. Он закидывает ей руку на плечо – словно бы сразу показывая всем, с кем она, – а Рукия в этот момент смотрит на него удивленно и немного возмущенно. – А меня ли не хотел спросить для начала? – спрашивает она, надувшись. – Так мы же это… типо встречаемся, – шепчет Ичиго ей. – Неужели все равно нужно? – Конечно, идиот! – возмущенно говорит она и сбрасывает его руку. – Ну тогда, пойдешь со мной на выпускной? – Нет, – гордо отвечает Рукия и начинает хохотать, когда лицо Ичиго вытягивается от удивления. Они еще с минуту шутливо ссорятся, а потом машут на прощание у своего поворота и уже в полуобнимку идут вместе до дома. – Прям противно оттого, что они такие милые, – в который раз морщится Кейго и провожает их взглядом. – Ну а вы, Исида, Иноуе, чего молчите? С Татсуки и Чадом все понятно. Исида, с кем ты пойдешь? Урю поправляет очки под испытующие взгляды друзей и – он не замечает, но это правда – даже Орихиме обращает на него внимание. – Один. – А разве не с Огавой-сан? – подает голос Орихиме и даже краснеет, не сумев удержать вопрос. Его должна взволновать, насторожить ее заинтересованность, ведь ей должно быть абсолютно все равно, если она не собирается отвечать на его чувства. Но Урю спокоен, потому что знает, что она не могла ничего такого почувствовать, а спрашивает просто из вежливости. – Мы с Мичиру-сан просто хорошие друзья, – отвечает он ровным, даже ничуть не дрогнувшим голосом. Их ряды потихоньку тают. Один за другим кто-то из их компании отделяется и уже идет своим путем до дома, и вот так их остается только двое. Они останавливаются у небольшого магазинчика – последней развилки, у которой им уже не по пути, – и Орихиме как-то неловко топчется с ноги на ногу, словно бы не знает, что еще может сказать, хотя и отчаянно хочет. Урю, решивший похоронить в себе эти чувства, эту щемящую в сердце нежность при взгляде на нее, прощается и собирается уйти, когда она все-таки заговаривает: – Урю-кун! – Да? – Урю оборачивается и пытается не просто скрыть, а уничтожить в себе эту заинтересованность. – Ты уже выбрал, куда пойдешь учиться? Урю долго думал, ломал голову, противился судьбе, но понимал, что он хочет спасать жизни и дальше. Он был достаточно умен для этого, талантлив и способен, так почему бы тогда не попробовать? В словах отца был резон, была логика и в них Урю видел свое будущее. Если благодаря ему больше людей не встретятся с шинигами раньше положенного срока, то это будет прекрасно, это будет значить, что он справился. – Я думаю над тем, чтобы стать врачом, – говорит он после недолгой паузы. В глазах Орихиме что-то загорается и вместе с этим на ее губах расцветает одна из самых очаровательных улыбок, которые – нет, не нужно так улыбаться, только не ему – не могут не запасть в сердце. Урю хочется закрыть ее лицо руками, отвести взгляд, чтобы не сохранять в своем сердце ни ее, ни эту улыбку, но глаза сами прилипают к этому. – Это чудесно, Урю-кун! – восторженно говорит она. – Я уверена, что у тебя все получится! Ты ведь пойдешь тогда в университет К.? – Буду пробовать туда поступать, да, – говорит он, словно это не самое престижное заведение, а поступить туда не так уж сложно. – А вы, Иноуе-сан? Он спрашивает больше из вежливости. Хотя кого он обманывает? На самом деле он спрашивает из-за того, чтобы продлить еще немного это ощущение беседы. Но Орихиме словно не ожидает этого вопроса и потому выглядит смущенной и немного растерянной. Она тупит взгляд и заправляет за ухо длинную огненную прядь. – Я… я так много о чем мечтала, – говорит Орихиме. – Так много профессий, так много призваний. Но думаю, что хочу начать воплощение всего это с работы учителем. – Вы будете прекрасным учителем, Иноуе-сан, – с улыбкой говорит Урю, и Орихиме поднимает глаза. Наконец-то их глаза встречаются. Орихиме, растерянная и, быть может, напуганная этим, не может отвести взгляд, а Урю просто не хочет. Несмотря на все его попытки вытравить ее из своего сердца, все оказывается тщетно. Он не до конца понимает, что сам не желает этого – глубоко и внутренне, – а потому ничего и не удается. Он забудет, когда придет время, когда отсчитают свое календари, он будет взрослым мужчиной, а она – взрослой женщиной. А пока все, что он может сделать, это неумелые шаги бегства к этому будущему, где он, откладывая деньги чуть ли не с тринадцати лет, чтобы сразу после выпуска уехать в Токио и искать лучшее будущее там. Он так и поступит. Исчезнет после выпускного, не сказав никому ни слова, а только двусмысленно попрощавшись со всеми. А пока он просто посмотрит на улыбающуюся Орихиме, чтобы запомнить и чтобы расстаться.