Социопат

      Закрываю глаза лишь на мгновение, снова открывая их не дольше чем через секунду, опять закрываю и открываю и эту процедуру я повторяю не менее пятидесяти раз. Нура смотрит на меня как на умалишенную, но я все рано продолжаю это делать. Поглядываю при этом на свои ладошки. Я никак еще не могу осознать, что мы связаны. Связаны и сердцем, и душой. Разумеется, я не знаю как это все объяснить, но я так чувствую. Как будто бы в душе скребутся кошки и они вот-вот доберутся до моего сердца, разгрызая его в клочья.       Смотрю на Нуру и нехотя произношу:       — Я не могу причинить ему боль.       Она смотрит на меня как на дуру и слегка приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но я делаю жесть рукой и она так ничего и не отвечает. Мне хочется прямо сейчас подбежать к ней и просто со всей силы ее обнять, ничего не говорить, а просто обнять. Это очень необходимо мне. Резко встаю с пола, что аж в глазах начинает темнеть. Да уж, с вестебулярным аппаратом у меня всегда были проблемки. Поворачиваюсь и смотрю на Нуру, но она не выдерживает всей этой напряженной ситуации и спрашивает меня:       — Ты что умом тронулась? Как это не можешь?       Смотрю на нее, а хотя кажется даже сквозь нее невидящим взглядом и пытаюсь раствориться, но Нура дает о себя знать и щелкает пальцами у меня перед носом.       — Евааааа, алё. Ты оглохла?       Отдергиваю ее руку и отворачиваюсь в сторону окна, чтобы она не видела моего лица, когда я буду произносить эти слова.       — Он связал нас вместе. Я и он теперь одно целое.       Нура подлетает ко мне со скоростью света после этих слов и трясет меня за плечи, ноги сгибаются и я падаю на колени от бессилия.       — Ева, всмысле? Как это связал? Ты же не на веревке. Я ничего не понимаю, — все еще тряся меня за плечи произнесла она, заглядывая мне в глаза через плечо.       Берусь руками за лицо и резко выдыхаю, пытаясь собраться с мыслями и еле сдерживая слезы произношу:       — Кажется это магия, как у тебя и у меня. Он тоже что-то может вот и связал нас вместе. Я не знаю что делать, ведь убить я его не могу и оборвать эту связь тоже.       Нура понимающе смотрит мне в глаза и кивает, упавшую мне на лицо прядь волос и убирая ее за ухо. Благодарно смотри на нее и пытаюсь улыбнуться, но выходит как-то наигранно и она это понимает. Она все понимает.       — Мы что-нибудь придумаем. И кстати да, ты права мы не сможем его убить, но мы попробуем тебя отвязать от него, но ничего не гарантирую. Помню читала что-то о таком заклинании, но о тех людях, что говорилось в них по-моему они так и не смогли освободится прожив так до конца своей жизни, но думаю у нас получиться, — подмигнула подруга мне и потрепала по плечу.       Я согласно кивнула и встала, поправляя свою задравшуюся футболку.       — Нура, я наверное слишком идиотка, но сразу хочу сказать тебе, что меня тянет к нему как магнитом и не знаю что это такое. Может быть это и магия, но я так не думаю. Хоть он и истязает меня и бесконечно причиняет боль, но я все еще чувствую это, — говорю я и касаюсь рукой груди. Там стучит мое сердце бешено и часто. Тик-так. Блондинка смотрит на меня, а затем заливается смехом, произнося:       — А помнишь, что я чуть его не поцеловала. Мне вроде как очень сильно хотелось этого, но я сама даже не знаю. Вроде нет, — пожимает плечами, а у меня в груди все сжимается после произнесенных ею слов.       — Боже, Ева я шучу не смотри на меня так, ты меня сейчас сожжешь своим взглядом. Упс и все, — снова произносит она и теперь я начинаю смеяться. Вот так вот мы способны в одно мгновение поднять настроение друг другу. Люблю Нуру за то, что не стала осуждать меня за мои вроде как чувства к нему, хотя я все отрицаю и буду продолжать это делать, потому что не верю я, что влюблена в эту сволочь…       Сидим за партой в универе. Смотрю по сторонам в поисках его, но Криса нет как будто бы сквозь землю провалился ни слуху, ни духу. Только ребята с которыми он общаются открыто пялятся на меня и Нуру и чуть ли не свистят мне в след, кода я выхожу из аудитории. Мне вдруг стало как-то не хорошо. Еле как доплетаюсь до умывальника и включаю кран холодной воды, ополаскивая свое лицо. Вода растекается по лицу и мне становится легче, а затем я смотрю на свою ладошку — такое чувство, будто она начинает дико печь.       Глаза слезятся, и я хватаюсь свободной рукой от боли за подоконник, все еще смотря на ладонь. Кроваво-красные буквы появляются на ней. Жмурю глаза и прикусываю губу до крови. Мне больно, но я сдерживаю крик, чтобы вся школа не узнала о моих страданиях. На ладони появляется имя Крис. Вот такое вот послание он оставил мне, но и я не хочу оставаться в долгу. Не долго думая, со всей силы бью о стену кулаком и уже не чувствую руку, кажется сломала, но это ерунда. Мне больно, но пусть и ему будет так же больно. Хочу, чтобы он чувствовал это.