Вспомнить все

Я обернулась. Рядом со мною, действительно, стоял король Рохана. Мы были знакомы с детства, и я всегда заглядывалась на высокого статного парня, которым был Эомер. Правда, тогда четыре года разницы, ведь я была ровесницей Эовин, казались непреодолимым препятствием, поэтому племянник короля Теодена реально заметил мое существование, когда я подошла к порогу совершеннолетия. И не только мое, всех придворных дам и служанок, чей возраст не перевалил за критическую отметку. Что ж поделаешь, кроме Рохана у настоящего роханца есть только две страсти: кони и женщины. Причем именно в такой последовательности. В тот день в Эдорасе был праздник. В золотом королевском дворце собралось множество народу. Не то, чтобы мне хотелось оказаться здесь, но уж очень Эовин просила меня прийти. И что в итоге? Где я, а где Эовин? Помнит ли она о том, что буквально умоляла меня прийти, потому что «иначе там и поговорить будет не с кем»? Танцы, танцы, танцы… Факелы, музыка, люди, шлейфы… всевозможные оттенки красного, желтого, зеленого, серебряного… Все это с неотвратимостью обезумевшего смерча затягивало меня. В голове все расплывалось. Воздух в помещении был ужасно спертым, этакая жутко пахнущая смесь запаха еды, паров алкоголя, аромата духов и… пота. Я испытала внезапную потребность проветриться, вдохнуть свежий осенний воздух, прогуляться по саду и поспешила к выходу до того, как упаду в обморок. У самого выхода меня нагнала волна громкого смеха. Машинально я оглянулась и поморщилась. Создавая максимум неудобств окружающим, так шумно веселилась стайка молодых женщин, крутящихся вокруг Эомера. Племянник короля охотно принимал их внимание. Я презрительно ухмыльнулась. Никогда не понимала дворцовых кокеток. Где их здравый смысл? О каком удачном улове может идти речь при таком количестве рыбаков на одну рыбу? И надо же было случиться тому, что именно в этот момент, перехватив мою ухмылку, Эомер посмотрел в мою сторону. Взгляд мужчины заметно потяжелел. Видимо, от неудовольствия. Кто я такая, чтобы давать оценку его образу жизни? Не желая усугублять ситуацию, я поспешно отвела глаза и вышла. Ночное небо было похоже на кусок темно-синего шелка, расшитого драгоценными камнями. Прохладный воздух ласкал лицо, успокаивая. От головной боли и тошноты не осталось и следа. Не исчезло только легкое головокружение, правда вызвано оно было эфирным цветочным ароматом, окутывающим тропинку, ведущую в сад. Не знаю, сколько я бродила по ночному саду, когда вдруг поняла, что в горле страшно пересохло. Возвращаться во дворец совсем не хотелось, и я решила воспользоваться тем, что под рукой. Увы, ни фонтанчиков, ни ручьев из которых можно было напиться, в саду не было. Оставались фрукты. Я как раз разглядела на яблоне, возле которой стояла, сочный спелый плод, до которого вполне могла добраться, даже учитывая то, что была в бальном наряде. Я не стала терять времени, и пяти минут не прошло, как я с наслаждением впилась зубами в румяный плод. Однако спускаться оказалось сложнее, чем подниматься. Я была еще достаточно высоко, когда запуталась ногой в подоле. Как будто этого было мало, рука, которой я держалась за ствол, - в другой у меня было зажато яблоко, - соскользнула. Я почувствовала, что теряю равновесие, и вскрикнула, падая, предвкушая совсем не мягкое приземление. К своему удивлению, до земли я так и не долетела. Чьи-то руки подхватили меня. - Удивительные плоды созревают на эдорасских яблонях, - раздался насмешливый голос Эомера. Я невозмутимо встретила его взгляд, хоть внутри мне и было не по себе. Зачем роханец последовал за мной? Вряд ли он, подобно мне, испытал желание подышать свежим воздухом. А если бы и испытал, то был бы сейчас не один, а в центре толпы обольстительниц. Пытаясь понять, что им руководило, я внимательно вгляделась в слегка нахмуренное лицо и… пожалуй, впервые рассмотрела, насколько Эомер, действительно, красив. Как изменилось его лицо в лунном свете, избавленное от привычного высокомерия и безразличия. - Что ты здесь делаешь? Разве тебе не положено быть на балу? – тем временем продолжил мужчина. - Вряд ли кто-то заметит мое отсутствие, - ответила я, внезапно осознав, что все еще не стою на земле. Что руки роханца крепко, но бережно прижимают меня к его груди. И что мне это нравится. Неожиданно я рассердилась. Не на него, на себя. Еще не хватало, чтобы Эомер догадался, что мне пришлись по вкусу его объятия. Я резко высвободилась из мужских рук. Усмехнувшись, Эомер отпустил меня, сказав: - Я же заметил. - Что удивительно, - выпалила я прежде, чем сообразила, что сказала. - Почему? – Эомер широко улыбнулся. - Потому что, - я не хотела отвечать, но еще больше я не хотела, чтобы роханец подумал, будто я испугалась, - кто я такая, чтобы племянник короля выделял меня из толпы. Это было чем-то средним между правдой и ложью. Правдой, потому что я не входила в женскую часть свиты племянника короля. Ложью, потому, что при другом раскладе я не возражала бы побыть той, за кем следили бы глаза роханца. - Но если вы настаиваете, - я обозначила несерьезный поклон. – Я вернусь в бальный зал. - Думаю, нет никакой необходимости возвращаться туда, - шутливо передразнил меня Эомер. – Ни тебе, ни мне… Я удивленно посмотрела на мужчину. Мне было абсолютно непонятно, как реагировать на то, что происходит. Неужели я все же не настолько безразлична Эомеру, как могло бы показаться? Может, моим самым тайным, с детства лелеемым мечтам все-таки суждено сбыться? - Тогда я останусь здесь, если ты, конечно, не против, - я снова зашагала по тропинке. - Совершенно не против, - последовал за мной роханец. Чтобы не сморозить очередную глупость, которая так и рвалась с языка, я «вспомнила» про яблоко и решилась в очередной раз откусить кусочек. И надо же было такому случиться, чтобы именно в этот момент я оступилась, в сумерках не заметив ямку на тропе, и снова оказалась в предупредительных объятиях спутника. В сердцах отшвырнув недоеденный фрукт, я обреченно простонала: - Кажется, сегодня все-таки не мой день! - Зато он точно мой, - ответил Эомер и прижал меня к себе еще крепче… Если бы несколько часов назад мне сказали, как я проведу эту ночь, я, наверное, решила бы, что рассказчик сошел с ума. Но после любого праздника наступает похмелье. Наступило оно и у меня, когда на другой день я увидела Эомера в прежней компании восхищенно крутящихся вокруг него прелестниц. Он даже не посмотрел в мою сторону. Другими глазами взглянув на события минувшей ночи, я сделала соответствующие выводы и, упросив отца, следующим же утром покинула Эдорас, где отныне все напоминало мне о моей доверчивости и… чьем-то вероломстве. Но оказалось, что бегство – это не выход. Тогда я задумалась, а что могло бы быть выходом? Однажды я придумала. И отправилась на поиски Гендальфа. - Эомер… - только и смогла выдавить я, осознав, что он вполне реален, а не плод разыгравшегося воображения. - А ты ждала кого-то другого? - улыбнулся роханец. - Я никого не ждала. Просто тебя я не ждала чуть больше, чем всех остальных, - я сразу же пожалела о сказанных словах. Они слишком многое могли сказать Эомеру. - Это почему же? - Потому что я всегда была тебе безразлична. Потому что между тобой и мной слишком большая толпа женщин, жаждущих твоего внимания. Случайно оказавшись в их числе, я использовала свой единственный шанс и больше не становилась в очередь. - У тебя бы и не было такой возможности. Я объявил, чтоб за тобой не занимали, - глаза роханца смеялись, а мне было не до смеха. - Что ж так? - Я просто понял, что вряд ли кто другая с тобой сравнится. Вот только ты сбежала раньше, чем я успел тебе об этом рассказать. - Просто со стороны все выглядело так, будто я тебе совсем не ко двору. - Просто, - передразнил меня Эомер, - тогда я был неотесанным конюхом, а теперь я - король. Почувствуй разницу. С этими словами мужчина обнял меня и поцеловал. Утром, прощаясь с Рубеном, Вигдис и Гендальфом, я, действительно, почувствовала разницу "между конюхом и королем", когда увидела почетный эскорт, который будет сопровождать нас до Рохана. Что ж, придется привыкать. Нелегко быть королевой.