Только без нервов, пожалуйста

«Что ты видишь во взоре моем, В этом бледно-мерцающем взоре?» «Я в нем вижу глубокое море С потонувшим большим кораблем».

Николай Степанович Гумилёв

07.06.201*

08:13

Утром следующего дня «Белая чайка» отплыла достаточно далеко от берегов Франции, находясь почти что в сердце Бискайского залива. Море оставалось на удивление тихим: волны были очень мелкие, почти что неприметные взору; выдавало их лишь лёгкое покачивание, свойственное воде, которая отражала солнечные лучи настолько сильно, что могла даже ослепить непривыкшие к мерцанию глаза. Яхта стояла на месте.        Одними из первых людей, успевшими встретить рассвет, были пара рыбаков-любителей, сидевших у кормы судна, в ожидании своего удачного улова.       Один из них был одет в красноватую панаму, которая почти полностью скрывала его глаза, оставляя на виду лишь кончик красного полуобгоревшего носа; другой же, как истинный моряк, сидел в тельняшке. Сейчас в этих двух простых и счастливых людях было не узнать режиссёра и, заместителя директора той самой знаменитой фирмы одежды (вечно в дорогом смокинге и с серьёзным лицом).        За тем, как из глубин вод залива рождается еле видимый, сонный утренний свет ещё с трех часов ночи наблюдали одиноко сидящие в кафе на самой верхушке яхты Лизандр с его дамой. Может, бессонница охватила молодых людей, может, морская болезнь не давала покоя сну или же морская колыбель оказалась не такой уютной, как ей полагалось, но по какой-то причине они провели остаток ночи тут — сидя на мягких диванах, смотря на небо и тихо разговаривая о чём-то, о чём-то своём. Остальные пассажиры всё еще спали или просто лениво нежились в своих мягких и уютных постелях.        Капитан и старпом вышли на палубу, чтобы окинуть глазами морской простор. Первый всё еще придерживался своего первоначального образа, и сегодня вновь был одет в свой бело-золотой костюм, словно пытался быть частью всей этой яхты, словно и был ею всегда и прилагался к ней бонусом при покупке. Он вновь курил свою трубку, вновь улыбался своей ослепительной улыбкой, немного щурился и вдохновенно смотрел на горизонт. — Море сегодня на удивление спокойно, не находишь?

09:00

      К девяти часам утра большая часть пассажиров проснулись, чтобы начать подготовку к съёмке: технику и атрибутику постепенно начинали переносить и распаковывать, собирали и ставили специально привезённые итальянские диваны в викторианском стиле и прочую мебель, вроде пары никому не нужных пуфов, но красота композиции требовала их присутствия. Всех загорающих переместили на противоположный конец судна, по причине того, что солнце, как ни крути, садится на западе, а вечером нос яхты будет направлен именно туда. Самой виновницы действа, на удивление, было не видно: уставшая после вчерашнего интервью и желавшая «ещё ка-а-апельку подремать» Розалия, доверила выбор атрибутики и даже подбор своего съёмочного костюма Лею, проспав еще около получаса. Снимать рекламу было решено на закате к восьми-девяти часам вечера, дабы придать некой «роскоши», «элегантности» и «цены» и без того наполненному викторианской мебелью первому рекламному ролику коллекции.       На завтрак сегодня подавали великолепного вкуса морепродукты с овощами, среди которых заметно доминировали королевские креветки (о дороговизне такой поездки судите сами).        Оставшиеся пассажиры, непричастные к созданию рекламного шедевра и не нашедшие себе дельного занятия, отправились получать коллективный солнечный загар, хотя при таком солнце охотнее можно было получить только удар.       Синьорина Марция, вроде бы не причастная к «оставшимся», решила тоже не обделить их и своим присутствием, объясняя всё тем, что её помощь на съёмочной площадке должна была потребоваться только к вечеру. Итальянка решила расслабиться и стать самой загорелой в компании, без исключений даже в некоторых самых интимных местах женского тела.       Удобно устроившись на лежаке в своём тёмно-фиолетовом бикини, «Рапунцель» загорала без верха, лёжа на животе, но даже при этом умудрялась собирать на себе мимолётные любопытные взгляды парней и неодобрительные совсем не мимолётные взгляды их девушек. Её волосы достигали такой длины, что, будучи переброшенными через два плеча, касались палубы своими кончиками. В основном, все старались делать вид, что это их вовсе и не интересует, но, на самом деле, каждый «пялился» в меру своего приличия:

Лизандр, случайно бросивший взгляд на голую спину Марции, тут же покраснел и отвернулся, уткнувшись в свой блокнот, Натаниэль прошёл мастерски маскируя своё любопытство от светловолосой особы сидящей чуть левее, а капитан и вовсе помахал сверху нудистской красавице, на этот раз не только сверкнув своими прекрасными зубами, будто из рекламы «Lacalut», но и недвусмысленно подмигнув загоревшимися медовыми глазами.

— Хей! — повернула голову девушка, услышав неподалёку знакомый голос. — Хей! Кастиэль, иди сюда к нам! — крикнула она, помахав рукой и широко улыбнувшись парню, который стоял в десяти метрах от «пляжной» зоны и обсуждал что-то с Леем. Этим действием, сама того не предполагая, рыжеволосая перевела сразу два неодобрительных взгляда на себя. Кастиэль попрощался с Леем и подошёл. — Приве-ет, чего не загораешь? Солнце сегодня — просто супер! Ложись рядом, — радостно протараторила девушка и рукой указала на лежак, стоящий рядом с ней. — Спасибо, но я не особо люблю загорать. Лучше поплаваю, как будет время, — отвлечённо ответил ей Кастиэль, заправив тёмные очки за волосы. — Хах… ну хорошо, как хочешь.       Марция затихла на пару секунд, но как только парень стал отходить, она вдруг показательно перекинула волосы, создавая ими небольшой водопад, а затем двинула плечами и одарила Кастиэля своим фирменным взглядом.  — А… Ты не мог бы мне намазать спину кремом? А то мне не очень удобно самой…        Тут девушка приподнялась на локтях и выгнула спину настолько, что позволила своей груди оголиться почти до черты неприличия. У Кастиэля вновь округлились глаза. Кто-то в это время громко поперхнулся коктейлем.

Неразборчиво слева…

— Нет, она изде…! — Тише, тише…       Растерявшись и не зная, как отреагировать на данную ситуацию, парень на пару мгновений замер, а после автоматически повернулся влево, словно ища ответа где-то в стороне. «Где-то в стороне» тут же отвернулось и ясно дало понять, что этого делать не стоит. — Извини, но я не могу тебе помочь. — Почему? — удивилась Марция, вероятно, не поверив, что её «фирменный взгляд» может не работать. — Понимаешь ли, это довольно огнеопасно. Девушка непонимающе вздернула бровью. — Дело в том, что на корабле бомба, и она может взорваться в любой момент. — Ты что шутишь?! Это же не правда… — прижалась к лежаку уже немного шокированная итальянка. — Я не шучу, ты же сама только что активировала её, — ухмыльнулся парень. — Тем более у тебя, кажется, есть весьма амбициозные кандидаты на роль помощника в этом деле. В следующий момент Кастиэль незаметно бросил взгляд вверх, намекая на всё ещё стоящего там капитана.       Мимо прошёл Лукас с камерой. Бросив и свой непосредственный взгляд на всю сложившуюся картину взглядов и неодобрений, он резко остановился и показательно покачал головой: — Ай, яй, яй… Постыдилась бы, madre! Не в тех годах ты уже, чтобы всё своё достоинство так вываливать… — а после быстрым шагом пошёл далее, не успев даже увидеть как из невинной растерянности формируется разгневанное лицо, готовое его убить.       Марция заметалась, начиная заливаться краской, она тут же окинула взглядом Кастиэля и всех остальных загорающих — те непременно приняли отвлечённый вид, но откуда-то всё же послышался сдавленный двойной смешок. — Freak… ti odio! Mantenere i vostri stupidi scherzi a voi stessi! — что-то громко протараторила на итальянском полностью покрасневшая девушка, а затем завернулась в полотенце и поспешила удалиться.

***

11:04

      По прошествии некоторого времени стало уже слишком жарко, чтобы беспощадно подставлять свои тела под опасные фотоны небесного огненного шара. Играла музыка. Кто-то из пассажиров отправился на двухчасовой дневной сон, кто-то ушёл в тень прекрасного бара-ресторана, дабы освежиться имеющимся разнообразием напитков, а чьи-то мысли были встревожены совсем другой настойчивой проблемой…        В одном из самых тёмных и затенённых уголков яхты фиолетововолосая девушка громко сетовала на назойливую итальянку, переваливаясь при этом через бортик, в попытках с как можно большим всплеском кинуть декоративную ракушку в воду. —…она еще долго будет рвать моё сердце и мои нервы? Ну почему она пристала именно к нему… разве не видит, что он занят?! Я так больше не могу, это уже не шутки. Я еле сдерживаю себя, Роза…       За пояс Виалику придерживала уже успевшая наслышаться о «прескверном поведении» подруга. На девушке сегодня был надет уже совсем другой купальник: голубоватого оттенка с вырезом у пупка и с белой прозрачной лентой на шее, схожей с парусом, обнимающим безупречные небеса. Создавалось впечатление, что эту поездку молодая дизайнер расписала по часам и на каждый из них припасла отдельный лук. — Тише, сейчас же перевернёшься через борт… — придержала её руку Роза, — Да, Вил, я тебя понимаю… — вздохнула девушка. — Её поведение просто возмутительно. Но чем я могу помочь? У меня нет таких полномочий, чтобы уволить её, а если бы и были, то она все равно никуда бы отсюда не делась. Не выкидывать же её в море? Хотя, будучи на твоем месте, я не исключала бы и такой исход событий… В общем, я вижу только два выхода: либо ты должна подойти и серьёзно поговорить с ней, либо просто дождаться конца поездки, потом эта… — Розалия вопросительно посмотрела на подругу. — …Марция, — выкрикнула незаметно подошедшая Мику.       Девушки чуть вздрогнули. —…Марция все равно уедет, и вы уже никогда не встретитесь. Постарайся не обращать внимания. Да и Кастиэль на нее не особо реагирует… — На счёт «никогда» не гарантирую. Земля круглая, и мы живём в одном городе. Да и пристаёт сейчас она, наверняка, потому что… — блондинка хитрым намекающим взглядом окинула подруг, —…у кого-то давно не было секса. Пришлось даже идти на крайние меры и оголяться по полной. — Не надо, Мику… — возмутилась Роза. — Ты видишь, она и так вся на нервах. — Я просто предполагаю, — приподняла руки девушка, в знак своей невиновности. — Кстати, раз уж она уже работает, значит… Ты случайно не знаешь, сколько ей лет? — задумалась пепельноволосая девушка.       Мику приложила руки к вискам и прищурилась, имитируя уход глубоко в «чертоги разума» в поисках далёкой информации. — Кажется, мои братец как-то говорил, что она младше его на 3 года. Но я не особо слушала, потому что смотрела кулинарное шоу. Они готовили шоколадный торт с кремом… В общем, если я права, то ей должно быть 22. — Ну вот, она еще и старше его! — закатила глаза Виалика, — И эта старушка хочет его изнасиловать… — внезапного сорвалось с её губ.

Сзади кто-то вспрыснул от смеха.

— Кастиэль? — обернулась Роза.       Услышав имя возлюбленного, Виалика невольно обрадовалась тому, что он рядом, и её внутренний голос, бьющий тревогу, может теперь хотя бы немного успокоиться. Однако девушка не обернулась и смутилась до невозможности, за много лет зная, что должно последовать далее. — Старушка?! — склонился от смеха парень. — О Боже, Вилу, это ещё одна из тех причин, почему я без ума от тебя… Иногда ты выдаешь такое, что я потом неделю ещё в себя прийти не могу! Это еще придумать надо было такое… — Это не смешно, Кастиэль! — строго воскликнула девушка. — Мику, кажется нам стоит их оставить, — сказала Роза, потянувши подругу за руку в противоположном направлении, — Пойдём, мы здесь больше не нужны, они сами разберутся.       После того, как девушки удалились, оставив молодых людей наедине, а Кастиэль всё-таки смог остановить свой припадок веселья, Вилу всё еще не обернулась к нему, не зная, как начать разговор — она смотрела в даль и с усилием кидала ракушки в море, пытаясь отдалить неприятные мысли о том, что повела себя все же немного по-детски.       Яхта наконец начала сдвигаться с места и повернулась перпендикулярно прежнему маршруту.       Дабы хоть как-то заполнить нависшую неловкую тишину, девушка, все ещё по-детски отворачиваясь, начала тихо напевать себе под нос:

«Огромный синий кит порвать не может сеть Сдаваться или нет, Но всё равно гореть… Гори, но не сжигай, Иначе скучно жить… Гори, но не сжигай Гори, чтобы светить… » 

       Когда она вновь собиралась совершить очередной бросок, Кастиэль подошёл и прикрыл её руку своей, помешав сделать это. Он медленно опустил свою голову ей на плечо и поцеловал его. Виалика чуть вздрогнула от внезапно вспыхнувшей боли. Парень отпрянул. — Девочка, ты так перебесилась, что и правда немного подгорела? — улыбнулся парень. — Кастиэль!.. — осеклась Виа. — Что? Не у меня плечи красные, умник. — Я не бешусь. Я знаю, что ты не виноват. Просто, она к тебе всё время подкатывает и это… тревожит. Ты же сам знаешь, — отвела взгляд она.       Внезапно, в небе вскрикнула одинокая чайка, привлёкши внимание двоих, стоящих на палубе. Птица низко пронеслась над водой, ухватив по пути добычу. Девушка удивилась. — Аномалия… Чайки обычно никогда не отдаляются от берега и от стаи так далеко, а мы ведь достаточно отошли от земли. — Может, ей просто наскучило однообразное глупое общество её соседей, и умная птица решила охотиться одна? — Не знаю… Может. Всё равно странно. — Знаешь, когда ты начинаешь ревновать, за тобой нужно следить в два раза пристальнее, потому что ты настолько сосредотачиваешься на объекте своей ненависти, что совершенно забываешь о себе и можешь найти всякие проблемы на свою голову… — Абсолютная чушь, — перебила парня Виалика. — Я в норме. — Да? Ну тогда как можно было забыть намазаться кремом, при солнце шпарящем под 40 и знании того, что у тебя тонкая, чувствительная кожа?! Ты хочешь окончательно сгореть? — внезапно возмутился Кастиэль. —Пф… Марция то о таком не забывает, но ей нужны помощники… А, учитывая «аргументы» из них выстраивается целая очередь. — Ты это о той бесстыжей старушке? — двинул бровью парень.       Виалика невольно расхохоталась. — Ты мухлюешь… не смеши меня, это не честно.       Волосы девушки немного завились и растрепались от влажности, поэтому чуть неуклюже торчали из-под сине-чёрной солохи. Молодой человек заботливо заправил закрутившиеся и растрёпанные пряди, а затем наклонился к её уху. — Ну уж если старушку я не намазал, то бомбу обязан обезвредить, иначе нам всем конец. Пойдём, намажу тебя, пока ты совсем не сгорела. В тот момент, когда молодые люди уже собирались уходить, Кастиэль резко остановился и опёрся о борт, с усилием зажмурив глаза. — Что?.. Что случилось? Опять болит? — занервничала Виалика, положив руку на плечо своему парню. — Нет, нет. Просто судорога. Всё нормально, — уверил её Кастиэль. — Судорога? Хм… — засомневалась девушка, — Ты уверен, что это не та боль? Сейчас так громко играет музыка и, может… — Нет, не беспокойся, — перебил её Кас. — Всё хорошо, пойдём в номер.       В небе вновь послышался вскрик, и над судном закружилось уже две не таких одиноких как прежде, бунтующих против своей природы птицы.

To be continued…