Только без нервов, пожалуйста

18:03

      Вечерело, однако тёплое летнее солнце было ещё высоко над линией горизонта. Укрывшись в самом углу, Кастиэль сидел у барной стойки и то и дело прижимал холодный стакан с водой и льдом к вискам. В голове зудело что-то непонятное, иногда покалывало, не так сильно как бывало раньше, но гораздо сильнее, чем за последние несколько недель. «Проклятье, неужели всё сначала?» — возникал настойчивый тревожный вопрос.       Ноющая боль не погасала, и парень решился достать таблетку, которую на всякий случай положил в нижний карман шорт ещё при сборах.       Это лекарство он не пил уже около трёх недель. При последнем походе к врачу тот отменил почти половину всех прежних препаратов, заметив особенное улучшение состояния пациента и скорое выздоровление. В тот момент, когда парень потянулся за лекарством и собирался закинуть его в рот, кто-то его окликнул. — Хей, Кастиэль! — послышался голос жизнерадостной блондинки. Кастиэль запаниковал, зажал таблетку в кулак и скрестил руки, немедля приняв отвлечённый вид. Девушка Натаниэля, одетая к вечеру в легкую клетчатую красную рубашку, завязывающуюся на животе, и джинсовые шорты, подошла сзади и, смело положив руку на плечо своего друга, присела рядом. — Вроде виделись уже, — спокойно произнёс Кастиэль, пока его знакомая осматривала шкаф со спиртным, находящийся сзади работника. — Ну, от приветствия ещё никто ведь не пострадал? —  ненавязчиво улыбнулась девушка. — А что это ты там прячешь? — намекающим тоном поинтересовалась Мику, с интересом глянув на его руки. Кастиэль резко отодвинулся. — Ничего, что могло бы тебя касаться, — равнодушно ответил он. — Эй, не груби! Я просто хотела узнать, как у тебя дела, а ты сразу агрессируешь, — слегка обиженным тоном пробормотала блондинка. — Я не грубил, а просто сказал, что тебя это не касается. Не принимай близко к сердцу. Я в норме… — всё с таким же равнодушием пытался произнести Кастиэль, однако в его голосе без труда можно было различить нотку усталости, которую ничем не удавалось прикрыть, как бы тот не старался. — Да? — саркастично удивилась Мику. — А мне так не показалось, когда ты в течение 15 минут, с того момента как я зашла сюда, сидел и, согнувшись, прикладывал вот этот стакан ко лбу.       Кастиэль ничего не ответил, а лишь уставился в свой стакан, нервно по нему постукивая.       Лицо девушки в секунду переменилось и стало необычайно серьёзным. Она потянулась к кисти друга и положила руку ему на запястье. — …Знаешь, мы не так часто видимся, а ведь толком и не говорили ни разу. В последний раз в больнице, и то пару слов. И если с тобой сейчас что-то…       Внезапно Кастиэль схватился за виски и сильно наклонился к столу. Оторопевшая от испуга Мику, чуть не упала, пошатнувшись на своём стуле. — Чёрт, сейчас… Я сейчас… — второпях вскочила она с места, — я позову врача и Вилу! — но как только она сделала первый шаг, Кастиэль с усилием потянул её обратно и цыкнул. — *шёпотом* Тише, тише! — оглянулся он по сторонам. — Не ори так, всех людей же перепугаешь! Не надо врача и тем более Вилу… — Но почему?! — перебила его девушка. — Тебе же плохо… — Мне плохо от твоего визга, поэтому, если ты успокоиться и дашь мне выпить чёртову таблетку, я буду тебе очень признателен.       Онемев, блондинка приложила обе ладони ко рту и уставилась на парня. — Что ты смотришь? Не надо было за мной следить… — … — Давай так, я знаю, что ты не отстанешь, поэтому расскажу тебе всё, но… Обещай, что никому ничего не скажешь, иначе я больше никогда не посмотрю в твою сторону. Обещай, — выделил голосом Кастиэль.       Прошло несколько секунд, пока Мику смогла прийти в себя; она отвела взгляд к полу и уставилась в одну точку, о чём-то раздумывая, несколько раз девушка пыталась что-то сказать, но не решалась, словно все слова вылетали из её головы, как только приходили на язык. Наконец, с неуверенностью в голосе она начала: — Н-но… Как я могу тебе это обещать, если я даже не знаю, что… — Обещай, — не отрывая своего взгляда от собеседницы, твёрдо сказал он. — Обещаю.       Кастиэль обречённо вздохнул и проглотил таблетку, жадно запив её стаканом воды. — За день перед отъездом Вил захотела позвонить врачу, чтобы узнать, можно ли мне ехать в круиз. Я позвонил, когда она уснула, чтобы узнать всё самому и не заставлять её волноваться. Тот сказал, что не желательно — лучше поберечься, потому что может повлиять громкая музыка, перепад температур, морская качка и всё в этом духе… Но на случай, если всё-таки «решу наплевать на своё здоровье и испытать судьбу», взять старые капсулы с сильными обезболивающими, — на мгновение Кастиэль остановился, посмотрев на Мику. — У тебя такой вид, будто я тебе рассказываю о том, как меня будут хоронить. — Дальше, — уверенно прервала его девушка. — А дальше я положил трубку и посмотрел на неё. Она лежала и улыбалась во сне. Когда пришла рассказать мне о поездке, её глаза сияли, и она была воодушевлена этим всем… Я не смог. Столько времени она сидела на пару со мной, лишая себя любой возможности выбраться в свет и расслабиться, и я не смог лишить её и этой радости. Тошно от этого всего. Если бы она узнала, то не поехала. — Я… Я не знаю, что сказать… — ещё больше растерялась Мику после услышанного. — А ты ничего и не говори, — подмигнул ей Кастиэль, а потом резко сорвался с места и ушёл, оставив блондинку переваривать всё услышанное наедине с самой собой.       Смешанные чувства преобладали над девушкой — в душе она уже в сотый раз успела пожалеть, о том, что взлезла в то, что её так спокойно «не касалось». Теперь перед ней стояло слово, нарушение которого означало предательство Кастиэля, но целостность его здоровья, а соблюдение — предательство подруги и возможная вина за последствия. — Ау… Девушка, с вами всё в порядке? — в третий раз повторял недавно вернувшийся бармен. —Да, да, всё хорошо… Но вот только зачем же так рвать моё сердце? — чуть ли не плача, Мику подняла голову к его лицу.       Бармен удивлённо выпучил глаза и поспешил удалиться. — И-извините.

***

20:41

      На небе воссиял огненно-лиловый закат. Дул охладевший, в отличие от своей дневной температуры, ветер, режущие прикосновения которого нельзя было не почувствовать. — Ну конечно, не могло же все идти настолько гладко. — пробурчала слегка промёрзшая блондинка. В ту же секунду Натаниэль подошёл к девушке и объял её всей теплотой своего тела. — Что-то случилось, Мику? Ты можешь мне всё сказать, — наклонился к ней парень. — Нет, нет… А почему ты спрашиваешь? — резко встрепенулась девушка. — Да, просто, ты стала какой-то задумчивой, до тебя совсем не дозваться в последние несколько часов. — А?.. Ничего страшного. Просто немного голова разболелась.       Наконец, режиссёр объявил первый дубль. Пытаясь смирить своё волнение, Роза сделала глубокий вдох и направилась на один из диванов, на который рыжеволосая и ещё несколько её коллег в тот же миг направили подсветку. Закинув ногу на ногу, девушка вошла в роль: облокотила кисть руки на ручку дивана и мечтательно повернула свою голову к заливу, постоянно повторяя про себя сценарий. На противоположный диван села специально приглашённая актриса-модель. На ней был надет один из лучших костюмов коллекции — кремовый лёгкий пиджак, элегантно подчёркивающий обтекаемую фигуру русоволосой худышки, белая шёлковая майка с гипюровой обшивкой и брюки необычной формы, великолепно сочетающиеся с туфлями и всеми остальными украшениями. При взгляде на такую картину, любой девушке, увидевшей эту рекламу случайно, захотелось бы приобрести по-настоящему роскошную вещь, которая сразу превращала бы её в королеву. Всё было продумано до мелочей.        Лей и почти все друзья Розали, стояли сейчас вокруг съёмочной площадки, пристально наблюдая за началом чего-то удивительно прекрасного, но столь тревожного для самой девушки. Работать нужно было быстро, поскольку ключ к успеху — волшебный закат, исчезающий в течение часа, оставляя за собой лишь угасающее зарево.        Розалия слегка покрылась мурашками, и её голос стал подрагивать. Разнервничавшись, она запнулась, от чего первый кадр, конечно же, оказался неудачным.       Второй кадр был погублен прядью Розы, упавшей ей прямо на лицо от неудачно подувшего ветра. Третий уничтожил кашель продрогшей модели, а на четвёртом всем стало ясно, что это вовсе не бриз, и убывать он не собирается.       Увы, слишком поздно было замечено, что с востока, он гнал огромное грозовое облако, несущее бурю и заставляющее чернеть и пениться бирюзовые волны под собою. Съёмка была безнадёжно сорвана.       На удивление, прогноз не предвещал беды, но, как это часто бывает, в самый ответственный момент все прогнозы ужасно ошибаются, совершая свою неудачную «первоапрельскую шутку». Судя по скорости ветра, туча должна была быть над кораблём через 20 минут.

Включив громкоговоритель, капитан объявил: «Всем немедля укрыться в каютах.»

      В ту же минуту мебель и аппаратуру, способную полностью покрыть стоимость яхты, с панический быстротой начали эвакуировать работники и все присутствующие на палубе.       Когда буря была уже в нескольких дуновениях ветра от местонахождения яхты, воды заметно заволновались: волны начали сильно качать судно, поворачивая его каждый раз хотя бы на 10 градусов, а уходящее Солнце быстро было затянуто тучами.       Для любого человека находиться на палубе в такой момент являлось верхом безрассудства, но за всё данное тучей время перенести удалось только две трети техники. Остальная же оставалась мокнуть в каплях грядущего дождя и волнующегося моря.       Люди бегали то туда, то обратно, в спешке перенося оборудование и попутно пытаясь не упасть, но, по закону жанра, где никакое бедствие не может обойтись без своих хотя бы малейших жертв, раздался протяжный женский крик. Все застыли. — Ну всё, кто-то совершил погружение за борт… — обреченно прошептала испуганная Мику.       На крик сбежалось около десяти человек, находившихся поблизости. — Что слу…?! — Из подсобного помещения выбежала растрепанная и мокрая Виалика, но увиденное в следующий момент ввело ее в ступор. — …чилось.       По словам очевидцев, возившаяся с камерой Марция, поскользнулась при сильном толчке и, чудом ухватившись за край бортика, чуть не выпала за борт; камера выскочила из рук девушки и точно искупалась бы в море, если бы её не удержали ещё чьи-то руки.       Первое время она не реагировала, находясь в полнейшем испуге и с усилием зажмуривая глаза. Затем, поняв, что все обошлось, рыжеволосая повернула голову и уткнулась носом в чью-то грудь. — К-кастиэль? — дрожащим голосом прошептала итальянка.       Плотно прижимаясь к Марции, он стоял сзади, одной рукой удерживая камеру, а другой девушку. В силу чрезвычайности ситуации, руки парня, крепко удерживающие итальянку, нечаянно попали на уровень её груди, а общее расположение его тела по отношению к её телу оставляло свой неловкий след в глазах наблюдающих —  благо, обстоятельства расставляли все точки над i. — Извини, — бросил Кастиэль и отпустил девушку, осознав неловкость ситуации.       Онемевшая Марция, глубоко и часто дыша, смотрела на него, будто бы только сейчас осознавая, что произошло.       Начали падать первые частые капли дождя, предвещавшие сильный ливень. — Нет, я… Я… Ты спас меня, — расплылось в её речи.       Как только тело Марции отошло от шока, из её глаз начали течь неконтролируемые слёзы и, уже через пару секунд, она не смогла ничего выговорить, а лишь плакала навзрыд, издавая сдавленные звуки.       К девушке стали подходить остальные, чтобы успокоить и увести её, но всех опередил один парень, который всех растолкал и прорвался через толпу. — Марция!!! — послышался сзади её спины чей-то крик. Молодой человек тут же ухватил девушку за руку, и увёл под навес, укрывшись от дождя. Никто больше не посмел вмешаться. — Марция, милая, что с тобой?! Все нормально, тебе…тебе не больно?! Господи…— придерживая лицо итальянки ладонью, Лукас крепко прижимал её к себе. — Лу… Лук… — В истерическом состоянии у Марции начали подкашиваться ноги и помутнело в глазах. Не теряя времени Лукас быстро подхватил крошечную, по сравнению с ним, девушку на руки. — Тихо малышка, тихо… Только не теряй сознание, прошу! — пытаясь успокоить проронявшую слёзы в его и без того мокрую рубашку девушку, Лукас поглаживал её по голове, — Господи, ты вся дрожишь… Всё будет хорошо, я обещаю. Пойдём вниз, пойдём… Я отнесу тебя в твою каюту, — бегло говорил парень.       Когда Лукас с Марцией сошёл по ступенькам вниз, а оставшиеся люди всё ещё не пришли в себя от произошедшего, на палубу прибежал мокрый взъерошенный старпом. — Что здесь происходит, человек за бортом?! — начал крутиться он на месте. — Уже все хорошо, человека спасли… — ответил ему Лей. — Ну так чего вы тогда стоите как истуканы? Мы попали под грозовое облако, чёрт бы его побрал! Собирайте свои камеры или кидайте их к чертям и уходите вниз, если не хотите, чтобы ещё кто-нибудь вылетел за борт! — указательным тоном проорал он. — Чтоб меня еще раз занесло плавать с киношниками…       По обыкновению своему, становящийся суровым со своими моряками в самые ответственные моменты, возбуждённый старпом, посланный капитаном специально, чтобы развеять панику и дословно пересказать: «Волноваться не о чем, буря не опасна и пройдёт быстро.», навеял ещё большего страху, но зато сумел быстро всех растормошить и разогнать по каютам. Люди из съёмочной группы в тот же миг «проснулись», взяли оставшиеся вещи и унесли вниз, после чего, как и было обещано, пустился сильнейший ливень с грозой.

***

22:47

      Спустя несколько часов, грозовое облако потихоньку отходило, всё ещё сотрясая небеса. Ветер стонал и гнал волны, рокот которых изредка ужасал пассажиров.       Кастиэль и Виалика лежали на своей кровати, припаянной к полу на случаи подобных бедствий природы. Она невольно думала о том злополучном моменте, пытаясь выбросить из головы неприятное чувство, нависавшее над ней весь сегодняшний день. «Нет, это нормально. Он её спас. Иначе бы она утонула» — про себя повторяла девушка. Однако сердце слушать её не желало, и противное неблагородное чувство никак не покидало душу. — Ты молодец, Кас, — улыбнулась она и нежно погладила парня по волосам.       Тот не ответил, притворившись спящим. В этот момент всё его сознание было сосредоточено на том, чтобы унять тревожный, но отдалённый всплеск боли, где-то внутри головы.       В это же время, в одной из кают, сидевший в углу Лукас, все ещё прижимал к себе трясущуюся от малейшего толчка итальянку и то и дело успокаивал себя.       Он целовал её в макушку и повторял: — Теперь всё будет хорошо. Ты должна успокоиться, буря скоро пройдёт, и больше такого никогда не случится. Обещаю.       На что девушка громким голосом, вперемешку со всхлипываниями и дрожью, в очередной раз жаловалась: — У меня… У меня чуть сердце не разорвалось тогда! Я так испугалась, я думала, что упаду и…       В другой каюте сидела Роза со своим мужем, в своём промокшем до нитки съёмочном платье и с развалившейся причёской. Она не была расстроена произошедшим: в её чемодане, как по велению судьбы, лежало второе, точно такое же платье, из партии для показа. Провидицей Розали нельзя было назвать, но, наверное, именно по таким случаям определяют истинных мастеров своего дела — они готовы к любому удару судьбы. — Я сочувствую, Рози, ты так старалась и готовилась к этому дню… — грустно проговорил Лей, приобняв жену за плечи. — Ничего, милый, всякое бывает… — вздохнула девушка, — По крайней мере, теперь у меня точно будет время, чтобы повторить свои слова.

00:00

       Через час буря совсем ушла, и на абсолютно ясном небе, не отдающим даже малейшей частицей предшествующей катастрофы, воссияли звезды. Из множества созвездий сразу бросались в глаза Близнецы и всем известная Малая и Большая медведица. Небо плавно перетекало в залив, и, четко отражаясь в прозрачной теплой воде, звёзды будто бы тонули в море. Оно исчезало. Растворялось под яхтой, превращаясь в огромный океан звёзд, именуемый космосом.       В этой маленькой вселенной, уходящей в небо, окружённой сотнями миниатюрных китов, именуемых дельфинами, крохотный Титаник бороздил просторы на пути в свою тихую гавань, а рядом ему всегда светил верный спутник — огромная полная Луна, щедро указывающая путь одинокому страннику.       И, наверное, только теперь стало ясно, почему, еще ранним утром, два человека так странно променяли сон на вселенную.

Они и сейчас смотрели в окно.