Под цветущей вишней

***

      «Вашу мать, что происходит с моей жизнью?» — именно с этими мыслями я пришел к себе домой. Хотя с одной стороны именно в этом случае я начинаю забывать розоволосую бестию. Да и к тому же, сколько можно страдать? Ей богу, будто школьник какой-то. И плюс, я сам признал, что я по мальчикам. Конечно же плохо, что я ничего не помню насчет прошлой ночи, но не суть. Гулять, так гулять, все равно жизнь моя скучна.       Дома я переоделся в более удобные джинсы и толстовку. Есть не хотелось, а вот жажда мучила меня еще с утра. В холодильнике завалялись бутылки с минералкой, и это стало моим спасением. Я пошел в гостиную и рухнулся на диван, достав свой телефон. И не зря. Решив проверить свою галерею, я, мягко говоря, охуел. Пьяные сэлфи, да, а еще и какие, черт возьми. И развратные, и размытые, и вообще на любой вкус, и со многими персонами. Их было штук так 100 с чем-то. Да-а, Чонгук, крутая веселуха была у тебя.       Весь день я провалялся на диванчике и спал. Ближе к вечеру, я решил пойти прогуляться на свежем воздухе. Я обошел район пешком, потом отправился в парк, который был недалеко от центра. Гуляя по нему, я услышал голос сзади: — Привет, каштанка. Когда я обернулся, шага два-три от меня стоял тот парень, с кем я походу повеселился вчера ночью. — Я тебе не каштанка, имей совесть. — Эй, тебя разве не учили не грубить старшим? Чего блять? Он старше? На вид и не скажешь. Парень ниже меня почти на голову, мелкий, кожа бледная. — Чего? Ты мне хен что ли? — Скорее всего. Мне 25, понял? Тебе то сколько? — Ну допустим, 21. — Ха, мелочь ты. — Так зачем ты переспал с мелочью? — я лишь ехидно улыбнулся после этой фразы. — С вами интересней же. Да и еще, ты не опытный вообще, пришлось все тебе подсказывать. Жалко, что ты ничего не помнишь, мне даже понравилась твоя невинность. — Так, чувак, хен, давай-ка забудем, хорошо? Это было по пьяни и лишь на одну ночь. Я ничего не помню и даже не хочу. Мне пора, пока. — Ну-ну, Чонгук-и, это мы еще увидим.       Да что за тип приставучий? Хотя, могу признать, что он выглядит мило. Но все равно, отношений я не хочу.       Остаток дня прошел скучно и без каких-либо приключений. Но вот в следующие дни я просто подался во все грехи. Бессонные и пьяные ночи, азарт играл в моей крови и я ходил в бары и клубы. У меня появлялись новые пристрастия. Пристрастия к наркотическим средствам. Начиная от MDMA и заканчивая героином. Я понимал, что это плохо, но это было единственным что спасало мою жизнь от скуки.       Когда я решил чуточку от них отдохнуть, то стало хуже. Ломка. Меня просто разрушала изнутри тяга к этим веществам. Я начинал истерить, ломать все к чертям, кричать и просто плакать как маленький ребенок, а потом все же опять их принимал и успокаивался.

***

      Был четверг и я опять решил попытать себя и отказаться от новой волны галлюцинаций и беззаботности, так как деньги закончились. Первые несколько часов все было отлично, но потом та же истерика появилась. Я начал ломать все вокруг, ища по всем углам хоть какие-то деньги. Когда мои поиски оказались неудачными, то я начал бить кулаками стену, дверной косяк, стол. Мои глаза были полны бешенства и неуправляемости. Вдруг от своих кричащих мыслей меня отвлек звонок моего телефона. Трясущими и кровоточащими руками я поднял телефон и с трудом сфокусировал свое зрение на имени звонящего. Хоби-хен. Очень не во время, но я все же осмелился и взял трубку. — Алло, бро, ты что так долго? Я скоро буду у тебя дома, жди! — Ч…Что? Не… Не над… — Не успев ничего договорить, как он сбросил, а уже раздался дверной звонок. Быстро и спотыкаясь, я побежал к двери. Дверь я не открывал и Хосок решил кулаками стукнуть по двери. — Чон, ты че, я же знаю, что ты дома, я тебя услышал! — С… Слушай, ты сейчас не во время. Давай в другой де…день. — Ты издеваешься? Я так долго шел сюда и только ради тебя, придурок. Открой! — Хен, нет. — Ты на себя не похож. Чон, что с тобой? Что-то случилось?       Почему-то этот вопрос взбесил в меня того голодного Чонгука, которого мучила жажда утонуть в порочный мир наркотических шоу. Я крикнул и опять ударил кулаками в стену так, что даже боли не замечал. — Чонгук! Ну ты, блять, напросился!       После этих слов он начал со всей силы долбить ногами в дверь. Раз за разом, и дверь открылась. Я же испугавшись, забился в углу. Нет, я не испугался хена, я испугался себя. И, скорее всего, хен сам меня испугался. На его лице появились совсем непонятные эмоции, которые я никогда раньше не видел у него. То испуг, то удивление. — Чонгук-и… Что… что с тобой случилось? Друг, что происходит? После этих слов я просто-на-просто начал рыдать. Рыдать от испуга, от того, что стало со мной. — Хен! Спаси меня, пожалуйста! Умоляю! Спаси! На его лице было ясное и понятное недоразумение и испуг. Он подошел ко мне и положил свои руки на мои плечи. — Гуки, я позвоню в скорую, а ты сиди спокойной, хорошо? — Нет, нет и нет. Нельзя звонить никому, они меня арестуют! — За что? Что ты сделал? Давай нормально поговорим. Я посмотрел на него просящим спасения взглядом. Мы сели на полу возле большого окна в коридоре и начали разговор: — Хосок, я схожу с ума. — Почему ты так думаешь? — Хосок, я уничтожаю себя, ты понимаешь? Я с ума схожу, мне нужна доза! Опять в его лице появилось недопонимание и удивление. — В смысле доза? — Хен… Я попал! Что мне делать? Я подсел на наркотики, я не знаю зачем сделал эту глупость и мне сейчас страшно! — Чувак, зачем? Что пошло не так? — Я не знаю, все пошло к черту после того как я опять увиделся с Чимином… — Ты придурок! Из-за него ты решил угробить свою жизнь?! Да ты жалок, если вот так вот решил справиться с проблемами! Я звоню в скорую, сиди тут. — Нет! С…стой!       Он быстро встал с пола и направился в другую комнату и я, конечно же, воспользовался этим моментом и вылез на улицу через окно, а после убежал. Я бежал с такой скоростью, будто за мной гнались черти. Воздух был холодным и у меня начало болеть горло, поэтому я решил отдохнуть в темном парке. Я просто сел на землю возле большого дерева, и начал щупать свои карманы в ожидании, что найду там хоть какое-то вещество или таблетку. И, господи, я нашел маленькую пластинку ЛСД.

ЛСД оказывает плохой и ужасающий эффект, если у человека плохое настроение или он находится в состоянии стресса и депрессии.

— Да, Чон, ты уже разрушил себя… — сказал я эти слова вслух, а после запихнул в рот таблетку и просто остался на месте в ожидании эффекта. И только через пол часа, а может и больше, все вокруг начало искажаться, сердце мое билось сильнее, я был весь в поту, дыхание было тяжелым, будто кто-то сжал мое горло. Все начало плыть и начали появляться ужасающие галлюцинации. Из-за моего стресса у меня появился «Бэд трип». Я начал бегать по парку боясь, что кто-то хочет убить меня. Картины становились все страшнее, а я чувствовал и боялся, что вот-вот наступит моя смерть. Я кричал в страхе. Я спрятался под лавочку и закрыл глаза руками, когда услышал свое имя. — Чонгук! Чонгук, отзовись! Я не вызову скорую, честное слово! Это был незнакомый мне в тот момент голос. Страшный и пугающий меня голос. Я не знал куда деться и, встав с земли, начал дальше бегать, пока врезался во что-то. — Я нашел тебя!       Естественно из-за плохого влияния ЛСД хен казался мне убийцей, маньяком, но не человеком, который хотел помочь мне. Он мелкими шагами шел ко мне, а я по двигался по земле в надежде, что он отстанет. — Отойди! Не трогай меня! Не надо! — Да что ты блять принял?! Я тебе точно сейчас врежу, я пытаюсь помочь! — Нет! Отойди!       В следующий момент я почувствовал несколько сильных пощечин, а после Хосок навалился на меня сверху, взял мои руки в свои и опустил голову. — Ты плохо поступил. Мне тебя жалко. Я не понимаю зачем ты так себя закопал в эту яму. Чон, я не знаю, что случилось тогда между вами с Чимином, но не стоит себя так убивать, понимаешь? Чонгук, пожалуйста, послушай меня. Пошли домой, пошли. Тебе там будет хорошо, не правда ли, Чонгук-а?       Его слова были тихими, а голос усталым. Казалось, я был в тот момент неуправляемым, но нет. Я спокойно встал и пошел за ним, хоть мне и было страшно. Дорога казалось мне очень долгой, хотя на самом деле парк был недалеко от моего дома. Когда мы дошли до дома, он взял меня за запястье и потащил вдоль по коридору. В конце него была маленькая подсобка. Он открыл ту дверь и кинул меня туда, а потом быстро закрыл дверь и судя по всему еще и запер ее. У меня сразу же появилась клаустрофобия и я начал бить об дверь, бить ногами в стену и кричать, чтоб меня отпустили. Мне казалось, что мне хотят навредить, убить, поиздеваться. В такой истерике я провел почти всю ночь, а эффект от марки длился где-то 10 часов. У меня были странные монологи, потом мания величия, паранойя. Но когда меня вся эта поеботень отпустила, то от усталости я отключился.       Утро началось с сильной подавленности. Я лежал на полу и упирался в стену. Мой взгляд был пустым. Вы думаете это тоже от ЛСД? Нет, я был огорчен. Огорчен мной. Огорчен тем, что я разрешил себе морально умирать. Я понимал, что это плохо, но не смог ничего сделать. Я поднял свой взгляд с пола, когда в дверь начали стучать. — Чон, ты проснулся? Да, уже родной для меня голос Хосока. За последний год мы стали с ним словно родные братья. Я был безумно рад его услышать сейчас. — Да. После моего ответа он все же отпер дверь, а после зашел в комнату. Кстати, комната совсем не была похожей на чулан. Он так ее обустроил, что она казалась мне уютней моей спальни. Он медленно шел ко мне, а после сел на колени. — Ты как? — Я не знаю, хен. Что мне делать? — Остановиться. Я могу остаться с тобой и следить. Чон, это серьезно, брось это дело. Неужели ты не видишь? Ты себя уничтожаешь! Ты думаешь я ничего не знаю, что с тобой случилось за весь этот год? Я все знаю, Чонгук. Я знаю как ты начал хуже учиться, я знаю как ты пропадаешь в клубах и иногда даже дома не бываешь по несколько дней, я знаю как много денег ты уже потратил и даже в ломбард все продаешь. Я все знаю. — Мне стыдно. Спаси меня, пожалуйста. Он медленно и аккуратно обнял меня, а после спокойно и так породному сказал: — Все будет хорошо, Чонгук-а. Все будет хорошо.       После всего этого умилительного процесса он встал и в своей обычной манере весельчака позвал меня есть. Я все-таки встал и вышел из комнаты. На кухне вкусно пахло. Я посмотрел на стол, а на нем стояли чашка кофе, тарелка с блинами и вкусным клубничным вареньем. — Ты готовить умеешь? — Чутка надо уметь. Садись быстрей.       Я сел за стол и сразу начал уплетать блины. Они были такими вкусными, а я был голодным до жути. Мы оба завтракали и сама атмосфера была очень семейной. Я даже сумел улыбнуться, ведь возле этого солнечного человека нельзя быть грустным и даже невозможно. — Я заставлю тебя быть прежним. Хоть чутка мудилой, но тот Чон был лучше этого. — Эй! Ну спасибо! Его развеселила моя реакция и я сам не смог сдержать свой смех. Боже, да я год не провел так хорошо время. — Слушай, я конечно не хочу тебя сейчас травить, но, что у тебя случилось с Чимином? — В общем, почти год назад я решил искать его, сказать нормально о своих чувствах. Сказать о том, что память у меня вернулась. Я искал его в Пусане, в Тэгу и вот когда я его нашел, то он заявляет мне, мол он меня больше не любит, что это все было ложным и я для него пустое место. Какого черта, блять? Еще рассказывал мне сказочки про «Мертвого человека, которого он любил». Он что думал, что я никогда не вспомню ничего? Придурок. — Ну и ну, а он врать не умеет, а ты еще больше придурок, что поверил. — Да он ясно дал мне понять! — Я ясно даю тебе понять, что ты дебил. — Да хватит меня обзывать! Видеть я его не хочу. — Как же вы меня задолбали оба! Да нахера вы оба себе врете, вы же любите друг друга. Поверь, даже когда я с ним встречался, то он все время интересовался только о тебе. Вы просто любите выебываться. Ты подумай, зачем он тебе обещал, что будет возвращать тебе память? Или зачем он тебе все эти подсказки оставлял? — Стой! Ты что знал о всем этом? — Вообще-то да. — Ах ты, паршивец! Ты почему мне не говорил то? — Чувак, ты сам должен был во всем этом дерьме разбираться. А теперь давай на чистоту, ты его любишь? — Слушай… — Последний раз спрашиваю, любишь? — Ну… ну да, блять! — Ну так что за хрень ты творишь? Какие вы сложные! А после мы оба залились смехом.       Я не знаю, что я буду делать дальше, но как объяснил мне хен, в жизни надо быть настойчивей. Я буду бороться и найду силу воли больше не разрушать себя. Наконец, мне нужно разобраться с Чимином. Если он вправду не соврал тогда, то я просто отпущу его и буду рад, если в его жизни он будет счастлив. Я наконец-то вернулся к более нормальному режиму. Начал опять нормально учиться. Время от времени были истерики, но они проходили мигом.       На улице была зима. Я надел на себя черную куртку и замотался в вязанный, теплый шарф. На улице была спокойная тишина. Снежинки медленно-медленно падали. Местами земля была очень скользкой и я несколько раз чуть не упал, тихо ругаясь себе под нос. С клубами я завязал, поэтому отправлялся в книжное кафе. Минут 20 от моего дома пешком, и я уже был там. Людей было не так уж и много. Интерьер был очень уютным. На полу темно-коричневая матовая плитка, а на стенах дерево. Сама мебель тоже была деревянной, а вместо стульев были очень мягкие кресла. Шторы были бежевого цвета и приятно радовали глаз. На каждом столике стояли цветы, да и в общем там было много зелени. Большие стеллажи с кучу книгами. Книги были на многих языках мира и во всех жанрах. Каждый посетитель, да и просто человек, который ничего не купил, мог взять книгу, сесть внутри заведения и читать ее. После того случая, я влюбился в это место и почти каждый день приходил сюда. Вкусный кофе и чай, великолепные десерты, да и просто вкусная еда. Чаще я ходил сюда один, а иногда с Хосоком.       Я взял с полки «Совы на тарелках» и сел за столик в углу. Ко мне подошла милая официантка и взяла заказ. Меню я знал практически наизусть и поэтому сразу давал заказ, и начал читать книгу. Через минут 10 мне принесли мое латте и шоколадный торт. Я закрыл книгу, при этом положив закладку, чтоб не спутать страницы, а после начал есть вкуснейший торт. Возле меня сидела группа девушек, скорее всего они были еще школьницами. Сначала они мне не мешали, чуточку повосхищались мной и отстали. Но потом они опять начали хихикать и говорить о том, какой милашка сюда зашел. Они стали слишком громкими и мне хотелось сказать им, чтоб они были более тихими, но когда я обернулся передо мной оказался он. Да, блять, Чимин. Это был точно он. Он был более худым чем раньше, волосы больше не были розовыми, а черными. На несколько секунд наши взгляды вцепились в друг друга. Это было очень не очень. — Ну и где он? Где Хосок? — Что? В смысле? — Он сказал, чтоб я сюда шел и… Стой. Так ты то важное дело? Ну Хосок и дебила кусок. Мы же говорили, что не будем с этим спешить. Хотя ладно, если он тут, то почему бы не поговорить. — Кхм, Чимин, давай поговорим, пожалуйста. Он на мгновение замолчал, скорее всего не знал, что ответить, но после согласился. Этот разговор будет решающим и последним.