ГЛАВА IX
21 марта 2017 г., 12:29
Северус Снегг успешно трансгрессировал и оказался возле берегов реки Северн неподалеку от Вустера, которая проходила через город Глостер. Именно здесь должна была состояться встреча с Сивым, который возглавлял группу так называемых «егерей». Находясь на самой возвышенности у устья, Северус на мгновение засмотрелся на простирающиеся просторы этой древней реки, соединяющей между собой островки суши. Воздух здесь был прохладный и немного кружил голову. Слоисто-кучевые облака, предшествующие грозе, медленно плыли по небу. Ветер развивал его волосы и слегка поднимал подол длинной мантии. «Как здесь умиротворенно» - Подумал про себя Снегг и сделал глубокий вздох, наполняя легкие чистым, горным воздухом.
Хотя Северус не являлся любителем дикой природы и прогулок на свежем воздухе, а все-таки больше предпочитал находиться в жилом помещении, сегодняшний вид в какой-то степени даже очаровал его. Бывший профессор относился к типу людей, предпочитающих оставлять на всем свой отпечаток личности. Вспомнить хотя бы тесный класс зельеварения и личный кабинет, который находился в подземелье и имел минимум окон. Солнечные лучи нервировали Снегга, он старался избегать помещений с большими окнами. Для другого преподавателя, участь проводить уроки в холодном и сыром помещении показалась бы наказанием или следствием дурного отношения, но Снегга, напротив, все устраивало. Плотные занавески, десятки расставленных свечей, выстроенные в ряд на полках закупоренные зелья, мрачные картины, изображающие муки людей - все это было частью его сущности.
Возвращаясь к характеру Северуса Снегга, то, несомненно, в нем можно было узреть жестокие нотки: он мог разозлиться, ударить, застращать, морально задавить человека. Про него нельзя было однозначно сказать – злой, но и неправильно было бы назвать его добрым и положительным. Северус вырос в достаточно сложных условиях для ребенка, видел много насилия и неоднократно сталкивался с жизненной несправедливостью. У Северуса было крайне искаженное понятие о смысле слова «любовь». Все детство он наблюдал, как отец избивает мать и, казалось, что никакой любви между супругами и вовсе никогда не было, а его рождение – ошибка.
После внезапной пропажи отца – Тобиаса Снегга, ситуация в семье несколько улучшилась. Северус был несказанно рад, что отца больше нет, его никто не кинулся искать, и о нем быстро забыли как о дурном сне. Что касается его матери – Эйлен Принц, она была крайне подозрительной и замкнутой женщиной. Она никогда не била сына, но обращалась с ним сухо и крайне редко проявляла материнские чувства, поскольку сама выросла в подобной обстановке и не знала как должна вести себя. Северус мог по пальцам пересчитать те моменты, в которых Эйлен проявляла, так называемую, материнскую нежность по отношении к нему, это было что-то вроде неловкого похлопывания по плечу и кроткой улыбки. Северус хорошо помнил, что ему действительно не хватало в те годы, ее материнской теплоты и нежности, которая могла реабилитировать его после деспотических проявлений отца. Но Эйлен Принц была настолько морально подавлена и эмоционально истощена после долгих лет насилия внутри семьи, что так и не смогла оправиться. Сказать что она не любила сына было бы ложью, ее любовь была своеобразной, но Северус был благодарен и этому.
Как известно, сыновья перенимают большую часть генов от матери, и Снегг как раз унаследовал от Эйлен Принц всю ее ранимость и замкнутость. Впоследствии эти черты характера и расшатанная детская психика мешали нормальному общению со сверстниками в школе. Снегг не был изгоем, но дети старались его не замечать, все кроме – Лили Эванс.
Лили Эванс стала чем-то вроде лучика света в темном мирке Северуса, его неимоверно тянуло к ней, он считал минуты до окончания уроков, лишь бы поскорее увидеться с ней, он тяжело переносил длительные расставания во время каникул, он привязался к ней настолько сильно, что порой это пугало его самого. Становясь старше, его чувства постепенно менялись, набирая обороты. Появилась первая ревность, ревность ко всем представителям мужского пола, кто позволял себе оказаться слишком близко к его Лили. Это всепоглощающее чувство сводило его сума, он был готов наброситься на каждого, кто позволял себе посмотреть на нее, либо оказаться в непозволительной близости. На этом фоне у них с Лили даже произошло несколько неприятных ссор. Снегг отчетливо помнили по сей день их последнюю ссору и каждое слово из того диалога.
***
- Сев, зачем ты это сделал?! Скажи мне! Зачем?! Лили Эванс злилась и мерила шагами школьный коридор, бросая взгляды полные непонимания в сторону нахмурившегося Северуса. Снегг опустил взгляд в пол, он не мог придумать оправдания своему поведению и даже сам в какой-то степени понимал, что вспылил и был неправ. - Посмотри на меня! – Лили подошла к сидящему на скамье Снеггу и уперла руки в бока. Северус не мог смотреть ей в глаза и поэтому отвел взгляд в сторону, при этом его до сих пор трясло после совершенного. - Я хочу чтобы ты мне объяснил причину своего поведения. Прямо сейчас! И не вздумай уходить от ответа и молчать! Северус не выдержал ее напора и резко подскочил со скамьи: - Что он тебе дал?! Покажи мне эту записку! Я хочу увидеть что там написано! – его грудь вздымалась от возбуждения, а руки нервно дрожали, взгляд был затуманен. - Какая записка?! О чем ты говоришь! – Лили пристально посмотрела на него, а в ее взгляде читалось откровенное непонимание. - Я видел, как Крессвелл передал тебе записку, покажи мне ее! - требовательно повторил Северус. Лили нахмурила брови и долго смотрела ему прямо в глаза, затем достала ту самую записку из кармана мантии и протянула Северусу. - Читай! Снегг резко выхватил из ее рук клочок бумаги и быстро развернул его. Содержание было вполне безобидным - это была просьба профессора Флитвика зайти к нему после уроков. - Ты доволен?! – Лили бросила на него укоризненный взгляд, а затем и вовсе отвернулась. Это происходило уже не в первый раз и с каждым разом подобные выходки Снегга, огорчали ее сильнее и сильнее. А сегодня он и вовсе превзошел самого себя, оттолкнув от нее ни в чем не повинного Крессвелла, которого всего лишь попросили передать записку. Весь пыл, блуждающий по жилам куда-то сразу испарился, Серевус поник и виновато опустил голову. - Лили… – он осторожно коснулся ее плеча. Но девушка тут же сбросила его руку. - Лили, прости меня… я не знаю, что со мной происходит….скорее всего это из-за того, что учебный год очень насыщенный, много дополнительных предметов да и заданий стало вдвое больше, плюс эта подготовка к СОВ… - Ты понимаешь, что делаешь мне больно?! И больно остальным! Так нельзя, Сев! – Она повернулась так резко, что ее волосы хлестнули Снегга по лицу и он, поморщившись, потер глаза. - Я понимаю,… и …я постараюсь впредь держать себя в руках.***
Лили, в силу своей душевной доброты, очень быстро отходила и прощала многие неприятные моменты. Все встало на свои места, и Снегг находился в состоянии внутреннего спокойствия и гармонии, вплоть до самого конца пятого курса. Северус был уверен, что Лили будет с ним до конца жизни, пока в один прекрасный момент к ним наглым образом не вклинился Джеймс Поттер - школьная звезда, лучший игрок в квиддич и любитель порисоваться перед девочками. Все пошло наперекосяк и та недолго длящаяся белая полоса резко оборвалась в конце пятого курса после защиты СОВ. Северус подвергся атаке со стороны Поттера и его свиты. В этот же день произошла сильная ссора с Лили, которая стала решающей, а попытки помириться не увенчались успехом. Снегг замкнулся в себе и погрузился в депрессию. А спустя какое – то время, Северус стал свидетелем любовных проявлений отца Поттера по отношению к его Лили, который славился своими позерскими выступлениями на публику. В тот момент Снеггу даже показалось, что Джеймс Поттер сделал это специально, как только завидел его мелькающим на горизонте и демонстративно закружил в объятиях смущающуюся Лили Джеймс. С тех пор как Снегг узнал, что ему предпочли другого, то еще сильнее озлобился на людей, стал чёрствым и циничным. Еще больше сил и времени было брошено на изучение запретных искусств, с каждым днем погружаясь все больше и больше в пучину темного и неизведанного его характер постепенно менялся. В конечном итоге он сам стал Пожирателем смерти.***
- О чем мечтаешь, Снегг? – позади раздался хриплый голос, принадлежащий никому иному, как лидеру разбойной шайки. Снегг не торопясь повернулся, поскольку сразу узнал этот особенный тембр голоса и проигнорировал вопрос. Сивый стоял чуть ниже на склоне возвышенности, и стоило ему приблизиться, как до ноздрей Снегга тотчас дошел запах грязи и пота исходивший от оборотня. Поморщившись, Снегг сменил свое положение встав против ветра, дабы лишний раз избежать раздражения своих чувствительных, обонятельных рецепторов. - Каковы ваши успехи в поимке Поттера? - Пока успехов нет, но мы побывали еще не во всех местах этого славного городишки – Сивый сверкнул своими белесыми глазами и улыбнулся, обнажая острый ряд кривых желтых зубов. -Так чего же вы тянете? Как известно, Темный Лорд не любит долго ждать! - Северусу не нравилось общество Фернира Сивого и он быстро начинал терять терпение, разговаривая с ним. - Легко же тебе говорить Снегг, ты благополучно поживаешь в Хогвартсе окруженный десятками сладеньких нимфеток! - Избавь меня от этого, – Снегг отмахнулся от него рукой и возвел взгляд к небу, которое практически полностью затянуло серыми тучами. Северус был наслышан об извращённых сексуальных предпочтениях Фернира Сивого в отношении детей, и это еще больше подкрепляло чувство неприязни к нему. Вспомнив несколько историй, связанных с недавно пропавшими девочками лет одиннадцати-тринадцати чьи родители приходились маглами, Снегг моментально завелся и сжал палочку в кармане. То что увидел Северус в том лесу, не пожелаешь увидеть даже заклятому врагу, если маги убивали не оставляя никаких телесных повреждений и смерть наступала мгновенно, то в отношении оборотней и других магических тварей все было иначе. Та двенадцатилетняя девочка из факультета пуффендуй, на которую он пришел посмотреть по просьбе обнаруживших ее пожирателей смерти неподалеку от запретного леса, была найдена лежащей в одном из глубоких оврагов, поросших густым мхом, с развороченными внутренностями, спущенными колготками и задранной школьной юбкой. Эта картина оставила отпечаток на памяти Снегга, еще несколько недель его преследовал застывший ужас в мертвых глазах девочки. Несмотря на тяжёлые времена, бывший декан слизерина остался верным своим принципам и подобного рода вещи вызывали у него отторжение. Снегг был благодарен Темному Лорду за то, что тот назначил его на пост директора школы, он был за пределами идущей кровопролитной войны между двумя магическими сторонами. Не видел всех этих бесчинств и находился вне полевых условий. У Северуса Снегга был свой взгляд на войну и определённый стиль, которому он следовал. Однажды, он сам лично разработал одно калечащее заклинание под названием «Сектумсемпра». Это заклинание было способно нанести одновременно несколько глубоких колющих ран и порезов, и было придумано в порыве гнева на своих обидчиков. В дальнейшем «Сектумсемпра» стала визитной карточкой Снегга, он часто использовал ее против врагов, которые сами вступали в открытый конфликт либо провоцировали его. Если дело касалось невинных людей, то расправа над ними, в основном, происходила мгновенно. В таких случаях он применял «Аваду Кадавру» - быстро и безболезненно, жертва ничего не успевала понять или почувствовать. В какой-то степени это можно было расценить как проявление гуманности с его стороны. Кровавая бойня и животный беспредел, творящийся на войне, в которую были вовлечены сотни беззащитных людей, вызывало у него откровенное чувство неприязни. Среди пожирателей смерти было очень много жестоких людей, которые могли поглумиться над честью женщины, убить старика или ребенка. Одни делали это под общую гребенку, подхватывая настроение толпы, дабы не показаться слишком мягкотелым в глазах товарищей, другие делали это потому что хотели делать. Пожиратели смерти учинили самую настоящую кровавую расправу над теми, кто сопротивлялся и не хотел переходить на их сторону. Они устраивали погромы в целых кварталах волшебников, было убито и замучено очень много семей. Так же приспешникам Темного Лорда было приказано донести идею до остальных мирных волшебников. При помощи силы и психологического воздействия пожиратели хотели продемонстрировать «светлой» стороне то, что их лидеры пали и больше не способны защитить их. Несмотря на большое количество магов принявших темную сторону, некоторые из них оставались вполне человечными, которые действовали лишь по указке и без особого рвения убивать и причинять боль. Те самые пожиратели смерти, которые обнаружили труп девочки, пребывали, примерно, в таком же состоянии, что и Северус. На их лицах просматривалось отвращение к увиденному, а некоторые из них, так же как Снегг, поняли, чьих рук это дело, но никто ничего не сказал и не стал делать. Поскольку это было особенное время, проявление обеспокоенности за участь девочки нечистой крови, поставило бы их самих под удар. Сама концепция войны заключалась не только в том, чтобы переманить на свою сторону побольше магов и разгромить орден и штаб мракоборцев, это так же была война за чистоту крови. Война, в которой не было места жалости и сострадания. Подобные картины, вроде той, что в лесу, стали восприниматься людьми, учувствовавшими в войне, как нечто само собой разумеющееся и на них закрывали глаза. Северус никак не мог повлиять на это за пределами школы, но на своей территории он лично следил за порядком для того, чтобы не была нарушена тонкая грань, между наказанием в виде публичной порки, своеобразных методов обучения и откровенно жестоким убийством. И когда случилось нечто подобное на его территории, похожее на происходящее по всей магической Англии, (имеется в виду изнасилование и убийство нескольких девочек нечистой крови) то данное событие вызвало в нем сильную волну гнева. Снегг мысленно представил, как однажды убьет это мерзкое животное. Придумает, как его подставить или выманить обманным путем куда-нибудь подальше, а затем неожиданно нападет. Будет пытать медленно и мучительно, так же мучительно как он когда - то издевался над погибшими ужасной смертью девочками. Будет с наслаждением смотреть на то, как мерзкая псина корчится в муках, задыхаясь хрипит, давится своей грязной кровью и молит о пощаде. Но он не станет оставлять этому куску дерьма жизнь, будет пытать, и пытать пока тот, наконец, не сдохнет и не забьется в предсмертной агонии.***
Из раздумий о плане расправы его вырвал лающий смех Фернира Сивого, который довольно осклабился, потирая при этом свои грязные руки с длинными желтыми когтями. - Будь я на твоем месте Северус, я бы как следует, позабавился с парочкой сладеньких малышек… «Еще одно слово из поганого рта этого отродья и я не ручаюсь за себя!Мне необходимо как можно скорее закончить этот разговор и уйти, пока я не потерял контроль над собой» - подумал про себя Северус. Затем, не снимая привычную маску равнодушия с лица, непоколебимым тоном отчеканил: - Довольно! Я не желаю слушать о твоих примитивных желаниях – Снегг выставил перед собой руку ладонью вперед, призывая оборотня замолчать,- я даю тебе время до завтра, в шесть часов вечера мы встретимся на этом же месте. Договорив последнее предложение, Северус, пребывавший в крайне раздраженном состоянии, трансгрессировал обратно на территорию замка Хогвартс.
