Сломленные

Стас не считал правильным решением менять школу после девятого класса просто потому, что твоей матери-почти-алкоголичке взбрело в голову переехать к своему новому, не менее алкоголично выглядевшему, хахалю. Перечить матери было делом не то что бы бессмысленным — достаточно опасным — а потому он лишь понуро кивнул и забрал документы. Новая школа почти ничем не отличалась от предыдущей, разве что в ней не было уже сбитой и привычной Конченкову компании, впрочем, с этим смириться было проще, чем казалось в первую неделю. Да и район всё равно был тот же, так что совместному проведению времени, редких тусовок и даже периодических стрелок это не помешало. Конечно, ему могла помешать чертова школа и настоящее желание получать знания, но, к сожалению для учителей и к счастью для самого Стаса, десятый класс вообще не привил ему рвения к учебе. Обучение в десятом представляло собой повторение уже тысячу раз пройденной ранее информации и постоянные страшилки в стиле: «Если вы не будете учиться, то не сдадите ЕГЭ, а тогда вы определенно точно окажетесь на улице или сопьетесь!» — парень этому не верил. Ну, или склонялся к тому, что алкоголизм уже у него в генах, так что когда-нибудь он всё равно сопьется. Учителя печально качали головами, Конченков спокойно пожимал плечами и каждую третью перемену сбегал курить за школой. Этот день был таким же, как и все предыдущие, скучным и однообразным, парень отсидел уже пять уроков, до конца оставалось два, а самому Стасу казалось, что пройдет еще не меньше сотни лет, пока учительница алгебры с недовольной ухмылкой освободит всех, Конченков наконец-то вновь зажжет сигарету в зубах. В мечтах о том, как же было бы классно сейчас размять руки-ноги и наконец-то покинуть чужую для Стаса школу, он чуть ли не вздрогнул всем телом, когда в кармане завибрировал мобильник. «Твоя любимая стрелка сегодня. В шесть». Конченков бросил короткий взгляд в сторону учителя, а затем набрал ответ. «С кем?» «Одиннадцатиклассники. Я бы сказал, что этих мудил давно пора сместить», — Стас расплылся в улыбке, знавал он пару ребят из этой «компашки». «Ок». Стас в еще большем нетерпении взглянул на часы и в каком-то почти раздражении начал вертеть в руках ручку — что-что, а стрелки Конченков любил. То ли потому что у него были какие-то садистские задатки, то ли потому что это просто было приятно вымещать всё то, что накапливалось за долгий период пребывания дома. Он ненавидел оставаться дома.

***

Последний год школы. Вроде как Игорь должен собрать всю волю в кулак и окончить школу без троек, но учиться с самой первой недели было слишком влом. Учителя кичились контрольными в конце года, однако Лаврову было как-то насрать. То, что будет аж через девять месяцев, не волновало его. Ну, не считая ЕГЭ, конечно же. С этим дерьмом он начинал разбираться еще в десятом классе, благо времени было побольше. Уроки были скучными, голоса учителей нудными, а одноклассники надоедающими. Парень положил голову на ладони, практически лежа на парте. Была перемена посреди пары права; все разбежались по школе, а Игорь остался в классе, благо, никто не доставал и не шумел. В дверной косяк постучали, хотя дверь была открыта. Подняв взгляд, старшеклассник столкнулся глазами с главарем их группировки. Тот подозвал кивком головы, поэтому пришлось подняться со своего места. Если честно, Игорь давно уже не участвовал в активности своей компании, считая, что его уже выперли из их шайки местных хулиганов. Видимо, нет. — Что случилось? — спросил Лавров, оперевшись спиной на стену, отойдя от кабинета на некоторое расстояние. — Пиздюки распоясались. Надо утихомирить, — ответили ему тихо хрипло. О-о-о, у них спустя долгое время намечалась стрела. Неужто мелкие десятиклассники решили попытать удачу, намереваясь занять их пост? К слову, они давно напрашивались на драку. Парень усмехнулся, смотря на главаря даже немного снисходительно. Ему это было позволительно, в отличие от некоторых. — Ты думаешь, это того стоит? — Я могу на тебя рассчитывать? — вопрос последовал слишком резко. Прозвенел звонок. С одной стороны, в последнее время жизнь становилась очень уж обыденной, хотелось чего-то нового. С другой стороны, эти дела его особо-то и не касались, да и Диана хотела вечером побыть вдвоём. Хотя… Что он теряет? Обычно Лавров стоял в стороне, пока слова не заканчивались и не начиналась драка. Может быть, в этот раз будет повеселее? — Да, — бросил старшеклассник, разворачиваясь в сторону класса, направляясь туда. — Сегодня в шесть, не опаздывай. Дальнейший день был скучным: придя домой из школы, он быстро пообедал и пошёл на тренировку — стрела стрелой, а баскетбол по расписанию. Игра немного развеяла, оживила, а то школьная нудятина сгоняла Игоря в уныние с сентября. Диана отнеслась с пониманием, хотя в разговоре по телефону чувствовалась чисто женская обида. У них столько времени, куда торопиться? С девушкой у него начинались недомолвки — Игорь чувствовал, как она уходила от ответа, юлила, когда касалась темы их отношений. Не то чтобы он заёбывался по этому поводу, однако, осадок оставался. Что с этим делать, Лавров не знал. Да и не хотел знать, предпочитал плыть по течению. Кто-кто, а Лавров никогда на пизделки не опаздывал.

***

Конченков курил уже торопливо, просто потому что боялся пропустить начало. Зная «своих» парней, он понимал, что те обязательно начнут драку первыми, почти ни черта не объясняя, особенно после вечного нытья их главного о том, как он устал быть «тем самым мелким задирой»: Стас не то чтобы был с ним согласен — его всё вполне устраивало, да и идти против своих друзей он тоже не собирался. Главное, чтобы после этих «разборок» он успел на вечернюю тренировку — пропускать тренировки негоже, даже если у тебя намечается отличная такая драка. Стас вновь сделал затяжку и с небывалым интересом оглядел представшую перед ним компанию «противников»: их было меньше, ненамного, но все же. Впрочем, это не становилось плюсом для ребят Конченкова — они почти все были худосочными. И хоть парень считал себя крепким, но не думал, что справится с главарем старшиков, но вот с тем долговязым он вполне мог разобраться. Высокий, словно чертова башня, которую было бы видно из любой точки замызганного Самарского двора — он Стасу сразу понравился. Не в том смысле, что теперь можно с ним запидораситься, а в том, что по ебалу ему он бы врезал с приятным удовлетворением. Середина сигареты пришлась на первый удар какого-то из его ребят по суровому лицу главаря старших. Остаток окурка пришлось торопливо выбросить в какую-то грязную лужу, а затем хрустнуть позвонками шеи, строя из себя невъебенно сильного и серьёзного противника. Высокий парень всё стоял в стороне, словно именно Стаса и ожидал, да ещё и откровенно посмеивался над всей ситуацией. Словно пришёл на какой-то неудавшийся стенд-ап — от этого захотелось вмазать ему ещё больше. Парень хотел было уже совсем эпично подойти к нему, но словил локтём от вообще непонятно кого, отвлёкся, пошатнулся и почти запутался в ногах, откровенно испортив о себе мнение. Впрочем, никто не отменял эффект неожиданности — потому он, попутно вмазав в чей-то совсем уж мерзкий еблет, направился в сторону ухмыляющегося, по большей части безучастного, парня. Дойти до него оказалось сложнее, чем Стасу хотелось бы, однако бои стенка-на-стенку никогда не отличались разделением на драки один на один, тут вечно какое-то месиво из локтей, кулаков, порой ещё и ног. Поэтому, когда он наконец-то оказался лицом к лицу — точнее лицом к ключицам — то уже успел сбить себе костяшки о пару вконец обнаглевших рож. От незнакомца веяло силой, Стаса это раздражало, особенно на фоне того, что он вообще почти никакого участия не принял в этом почти побоище. Конченков взбесился не на шутку, адреналин сильно так пизданул ему в голову, что он замахнулся и, выложившись почти на полную, заехал парню локтем по челюсти. Возможно, он её ему вывернул, но точно не сломал, потому что ожидаемого звука он не услышал. Правый локоть даже немного саднило. По инерции удар с левой должен был быть красивым, однако, замахнувшись, он вскользь попал парню по челюсти. Тот лишь сделал полшага назад, что-то прохрипел с какой-то больно самодовольной улыбкой, затем замахнулся и, как Конченкову в тот момент показалось, сломал ему нос. Хруста не было, вроде, зато кровь буквально фонтаном вырвалась на свободу, Стас замахнулся еще раз, уже с правой, но словил еще один боковой, а потом еще локтем в затылок от кого-то сзади. Падение на землю могло бы и фатальным стать, особенно если бы он упал в самую кучу, но его резко схватили за запястье и дернули на себя. В голове мелькнуло что-то вроде: «Спасибо», но затем его и так разбитый нос познакомился с сырым и не в меру жестким асфальтом. Это он ему так помог что ли?.. Конченков почувствовал, как в этот раз его нос определенно хрустнул, как забулькала кровь у него в глотке, а ещё как ужасно мерзко разъехалась губа. Не то чтобы было очень больно, бывало и хуже, но всё же неприятно, особенно если брать в расчет то, что он пытался выглядеть, прямо говоря, невъебенно крутым. Пафос лишним не бывает, особенно когда тебе шестнадцать, и на вас лезут старшики. И хоть пафос лишним не был, он не помог Стасу не отхватить пиздюлей. Вставать пришлось быстрее, чем хотелось бы, потому что тело ныло, а кровь не останавливалась, и хотя бы на пару минут хотелось полежать вот так на земле, разглядывая краснеющий от своей и чужой крови асфальт. Хотеть-то хотелось, но разочарованный свист и какой-то совсем уж быстрый топот ног оповестили предающегося болезненному «отдыху» Стаса о том, что они проиграли. Чего и следовало ожидать.

***

Игорь стоял в стороне, пока его парни выясняли, в чём же причина столь наглого поведения. Этих мелких пиздюков было чуть больше, но проблемы Лавров в этом не видел — больше не значит сильнее. Облокотившись на бетонную стену, он наблюдал за разборками, ожидая каких-либо действий или сигналов от своих товарищей. Взгляд зацепился за потенциальных соперников. Какой-то мелкий пацан — относительно юный, по росту он доставал шпале-Игорю до плеча — закурил, оглядываясь по сторонам. Он поймал его взгляд, продолжая не вмешиваться. Парни всё решат, он на подмоге. Мелкий прищурился, выдыхая дым в холодный вечерний воздух. Что ему нужно? Неужто пойдет на него, когда начнётся пизделка? Самое время это проверить, ведь пиздюки начали драку, навалившись на главаря. Драка началась резко — мелкие решили, что смогут завалить их за раз. Игорь даже усмехнулся, подумав, что такое действительно могло прийти в наивные головы десятиклассников. Их группировка на то и главная, чтобы держать остальных в страхе. Оттолкнувшись от стены, Лавров привычно сжал кулаки, собираясь надрать зад пиздюкам; но не успел он нырнуть вглубь боя, как какой-то кретин попытался сбить его с ног, потерпев неудачу. Игоря это лишь позабавило. Схватив того за ворот толстовки, он, не церемонясь, ударил головой о голову противника, да так, что тот, дезориентировавшись, завалился на близстоящий металлический забор. Сам же Лавров ничего особо не почувствовал, лишь тихий звон в ушах во время удара, не более — всё нормально, он проделывал это и ранее. Тот самый мелкий, что курил, исчез из поля зрения. Жаль, старшекласснику ведь так хотелось посмотреть, на что он способен. Вокруг слышался кашель, отхаркивание крови и звуки ударов, сопровождающиеся криками и матами. Адреналин кипел в крови, когда его кулаки разрезали воздух свистом, встречаясь с лицами десятиклассников. Кому-то Игорь сломал нос — не рассчитав с непривычки силу — кому-то он дал под дых, отбрасывая соперников с поля боя. Откуда ни возьмись, перед ним возник тот мелкий курящий пиздюк. Игорь не успел среагировать на его выпад, за что и поплатился — тот въебал по челюсти своими, блядь, острыми локтями, да так, что Лавров приложился башкой к тому самому забору. Он ударился головой о металл, чувствуя, как мир вокруг закружился в вакханалии. На мгновение всё словно замерло, а одиннадцатиклассник почувствовал собственное сердцебиение в ушах. Черт, нужно быстро приходить в себя, иначе его рост моментально превратится в недостаток из-за неповоротливости. — А ты хорош, — прохрипел выпускник, ухмыльнувшись. И врезал ему в нос, видимо, сломав, но это не точно. Парни толкнули десятиклассника в общую кучу-малу, а тот, не сориентировавшись, почти что потерял под ногами опору — Игорь вовремя схватил его за руку, потянув на себя. Однако толчок в бок — и мелкий поцеловался с асфальтом по его вине. Послышался свист — десятиклассники отступали. Кто бы мог подумать! Их группировка убегала с площадки, включая и тех, кто едва стоял на ногах. Главарь поднял ладонь вверх, мол, пусть бегут, добивать не станем. А вот самого Игоря очень заинтересовал тот пиздюк, что почти что смог его завалить. Это ж какую силу нужно иметь, чтобы толкнуть двухметровую шпалу?