Там, где обитает холод

После тренировки всем было сложно прийти в себя, сильно настораживали слова Айды о недавнем заявлении Акаши, хоть никому в этом и не хотелось признаваться. Рико сразу же утащила Джумпея и Теппея на переговоры о предстоящем матче, нужно было срочно составить стратегию, а остальных попросила сделать небольшую разминку и немного подождать. Через полчаса у команды Сейрин планировалось непредвиденное совещание. Большинство ребят стали разминать ноги и спину, а Кагами принялся за небыстрые отжимания. День сегодня точно не выдался. — Эй, Куроко, — вдруг спохватился Тайга, но слова как-то совсем не вязались в голове. Он хотел поинтересоваться насчёт Акаши, насчёт всех этих странных происшествий, связанных с ним, но мысли словно путались. — Извини, я тоже удивлён не меньше твоего, — быстро ответил фантом, и Кагами почувствовал, как последние нейроны покидают его голову. — Ага, — это было всё, что он сумел из себя выдавить. И только через несколько мгновений он заметил скованное выражение лица Тецуи. Обычно Куроко был более спокойным, а тут он выглядел невероятно напряжённым, но не встревоженным. Его выражение скорее передавало какое-то нескрываемое несогласие с чем-то. — Он тебе что-то ещё тогда сказал, верно? — неожиданно спросил Кагами, на что Куроко даже не сразу отреагировал, но Кагами решил выдержать паузу. — Нет, кажется больше ничего, — выдохнул фантом. — Как-то не верится, — протянул Тайга. — Ну, или получается совсем что-то странное. Зачем команде Ракузан менять капитанов? Неужели только ради этого он приезжал в Токио? Куроко прикусил губу. Он знал ещё одну возможную причину приезда Сейджуро, но совершенно не представлял себе, как такое можно было рассказать Кагами. Император ещё тогда сказал ему, что любит его, и он явно не шутил. Хотя, иногда Тецуе хотелось верить в обратное, но это больно уж сильно смахивало на ещё один мотив приезда Акаши в столицу. Спустя полчаса, Рико открыла дверь в кабинет, приглашая всех взглядом на совещание. Все ребята переглянулись, но быстро собрались и направились внутрь, где их уже ожидали Хьюга и Киёши, стоящие напротив небольшой магнитной доски.

***

В этом помещении всегда было тихо, но стояло невероятное напряжение. Масаоми не спеша подносил ложку ко рту и редко говорил, но каждое его слово имело вес. Он никогда не говорил впустую, у него даже времени на это не было, всё давно было распланировано, и он использовал своё время максимально продуктивно, заботясь обо всём своём семейном роде и о благополучии собственной фамилии. И, видимо, это было в крови у всех Акаши. Ведь Акаши — это никогда не один человек, Акаши — это всегда все, кто жил до тебя, и кто будет жить после тебя, а ты — это всего лишь ещё одна составляющая. — Сейджуро, ты должен был заранее предупредить о своём отсутствии в выходные, — произнёс отец, приподнимая глаза. — Ты держишь ответ не только за себя. — Я это прекрасно осознаю, — ответил Император. — Но так было нужно. Это на пользу моей команде. — Такие дела ты пока что решаешь не один, — бесстрастно высказал Масаоми, давая понять, кто в их семье сейчас главный. — Пока ещё ты должен обо всём предупреждать меня. — Хорошо, отец, — снова ответил Сейджуро, холодным взглядом пробегая по краю своей кружки. Золотой ободок красиво переливался в этом полумраке, отчётливо передавая идею своего изменения, или может, это было тем, о чём думал Император? А что если и он сам начал меняться? Почему-то захотелось улыбнуться, снова, как тогда. Странно, ведь такого с ним ещё никогда не было. Зачем ему улыбаться?

***

Сегодня было очень солнечно, лучи старались подарить своё тепло всему, к чему прикасались, листья и трава дарили прекрасный свежий аромат, а лёгкий бриз приносил с собой какую-то тишину и умиротворение. Любоваться красотой природы можно было бесконечно, но, это всегда сложно сделать, когда ты расположен к суете. Так что иногда одиночество прекрасно, как ни крути. Сейджуро стоял в окружении ребят из баскетбольной сборной своей школы. Ребята бурно обсуждали предстоящий лагерь, они его наконец-то дождались, а Акаши казалось, что лагерь уже удаляется куда-то в прошлое. Он молчал, иногда кивая головой. Он вроде был со всеми, но одновременно и ни с кем. С ним это происходило не впервые, это чувство словно всегда его преследовало. В этом огромном и шумном мире он всегда был одинок, но он не бежал от этого одиночества. Оно просто было предписано ему с самого начала, как не поворачивай стороны этого мира, под каким углом не смотри, за какие рамки не выходи, тут ничего не сможет поменяться. Просто, он был слишком умным и слишком взрослым. Подъехал небольшой автобус, и Котаро, Эйкичи и Рео сразу же начали предлагать Сейджуро занять места, но тот почему-то не спешил. Ему ещё раз хотелось вдохнуть запах этого странного воздуха, запомнить тепло этих лучей. После, он резко развернулся к своей команде, они быстро что-то обсудили и стали занимать места, правда совсем не те, на которые надеялись Мибучи или Хаяма. — Ну вот, не у окна, — выдохнул Котаро, но его жалобу никто не принял во внимание. Дорога казалась долгой, в автобусе было жарко и душно. Рео мешал потный запах Небуи и он сильно возмущался, Котаро не мог усидеть на месте: ему снова нужна была физическая активность. И каждый из них по-своему отвлекал Императора от его мыслей, но Сейджуро внутренне был им всё же благодарен, ведь они тоже его учат очень многим вещам. Обучение идёт от одного человека к другому, связывая всех сложными сетями, и никто не может угадать того, что может принести на первый взгляд ничего не имеющий под собой разговор. И это, кажется, ещё одна загадка этого мира, которую, возможно, можно превратить в простую математическую формулу, а затем легко прочитать и понять. Ведь язык логики намного проще. Математика проста, её всего лишь нужно научиться читать. А вот вся эта суматоха вокруг Императора в виде других людей действительно заставляла Акаши глубоко задумываться. И понять всё, что происходило вокруг, было гораздо сложнее, чем прочитать математическое предложение. Наверное, им всем не терпелось наконец-то увидеть спортивный лагерь и познакомиться с командами, которые будут тренироваться недалеко от них. От этого ощущения закипала кровь, и Хаяме всё время хотелось смотреть в окно. Парень даже пару раз перетянулся через соседа, чтобы уткнуться ладонями в стекло. На его лице тут же появлялась улыбка, полная радости, словно у ребёнка, который увидел что-то ещё неизученное. Правда, это крайне раздражало его соседа, так что Котаро пришлось прекратить свои попытки, и он оставался практически спокойным всю остававшуюся дорогу. Приблизительно через два часа автобус остановился, открывая двери. Можно было выходить, и парни из основы начали быстро собираться. Спешил даже Сейджуро, ведь он не хотел пропустить встречу с Тецуей. Они спустились по ступенькам автобуса. Недалеко от них остановился автобус, доставивший команду Сейрин в тренировочный лагерь. Так что не было ничего удивительного в том, что обе команды столкнулись. Впереди команды Ракузан шёл сам Акаши, а впереди команды Сейрин шёл их капитан, Хьюга Джумпей. Взгляды капитанов встретились, но в глазах каждого можно было прочитать совершенно разное. — Приветствую, — улыбнулся Император. — Я рад, что мы будем тренироваться недалеко от команды, которая выиграла Зимний кубок. — Взаимно, — ответил Хьюга, правда, совершенно незаинтересованно и даже напряжённо. — Удачи, Тецуя, — ещё больше улыбнулся Акаши, заметив невысокого парня. — Я тоже рад тебя видеть, Акаши-кун, — ответил фантом. Но и в его голосе Император заметил какую-то напряжённость, и это почему-то умилило его. — Буду ждать нашей игры, — протянул он в ответ, чуть больше приоткрывая гетерохромные глаза. Куроко ничего не ответил, но кивнул в знак согласия. Атмосфера стояла нелёгкая. Вся команда Сейрин словно смотрела на Императора, ожидая от него чего угодно, а, также, не доверяя ему. Зато ребята из команды Ракузан находились сейчас под действием адреналина, стараясь сдерживать радость, которая необратимо разливалась по их венам, возбуждая мозг. Котаро стал быстро говорить о том, как долго он готовился, и даже Эйкичи присоединился к нему. Картина была точно странной, и Императора она увлекала. Вскоре команды разошлись, а Сейджуро бросил свой взгляд в след Тецуе. Тот совсем не изменился: всё такой же красивый.

***

Тецуя выключил кран небольшого умывальника, находящегося рядом с невысоким зданием, когда почувствовал на себе чей-то взгляд. Он обернулся и почему-то отступил назад, когда увидел взгляд этих гетерохромных глаз. Они словно смотрели сквозь него, желая дотянуться прямо до его сердца. — Акаши-кун, что-то случилось? — поинтересовался фантом, чувствуя, как его ноги становятся ватными и очень тяжёлыми. — Нет, просто смотрел, как ты умываешься, — немного иронично ответил Сейджуро. Ему всегда нравилось смотреть на Тецую. Между ними словно что-то было, но сформулировать это пока что будет сложно, и тут Император снова поймал себя на мысли, что ему хочется улыбаться. — Просто … я знаю, что мои чувства к тебе не односторонни, — произнёс он, кладя свою руку на губы Тецуи. — Ты тоже меня любишь, и я рад! Куроко сильно покраснел, а затем разочаровался, что так поступил. Для Императора это точно будет одобрением. — Давай не будем спешить? Всё само встанет на свои места, — улыбнулся Сейджуро, разворачиваясь и удаляясь от фантома, который до сих пор прибывал в прострации.