Там, где обитает холод

В этом мире считается, что игры придуманы для детей, но взрослые с не меньшим увлечением играют в них. В раздевалке команды Ракузан было достаточно оживлённо, не смотря на то, что каждый из присутствующих знал, что капитан их команды не любил пустые разговоры и несобранность игроков перед игрой, но как они могли устоять перед таким соблазном, как могли не обсудить предстоящий матч? Конечно же, все понимали, что это только тренировочная игра, но вернуть должок не терпелось никому, и тем более у них теперь был прекрасный шанс это сделать. — Я покажу им всю свою силу! — воскликнул, воодушевившись, Эйкичи. — Будь сдержанней! — быстро отреагировал Мибучи, оглядываясь на товарища. — Рео-не, не начинай сначала! — негромко прокричал Хаяма, ставя обе ладони по краям рта, формируя из них что-то вроде полукруга, чтобы звук был громче, но распространялся в более узком пространственном коридоре. — Не нужно так шуметь! — ещё раз повторился Мибучи, немного раздражаясь. — Скоро Сей-чан вернётся. И почему только я всё это говорю? Вы и сами всё знаете! — Ну, Рео-не! — забунтовал Котаро. — Просто сложно сдерживаться, — постарался пояснить Небуя, — постарайся и сам расслабиться. Мибучи только выдохнул, понимая, что переубедить товарищей уже не получится, и он тихо потянул мышцы спины, погружаясь уже в собственные размышления и отрываясь от их разговора. Всё же этот день действительно был чудесным. Он не сразу заметил, как дверь в раздевалку открывается, и не сразу понял, что оба его товарища вскочили на ноги. А если всё так, то это могло значить только одно — вернулся Сей-чан. И невольно мягкая улыбка украсила его бледное лицо. Мибучи хотелось добавить, что вернулся его Сей-чан, но он и сам понимал, как нелепо это звучало, и парень просто поднялся вслед за товарищами. — Разговоры оставим на потом, — незаметно улыбнулся всем присутствующим сам Император, а его гетерохромные глаза чуть расширились, словно в предвкушении, ведь он уже знал итог этой игры.

***

Спортивный зал был достаточно просторным, площадка для игры — стандартных размеров. Все игроки уже давно собрались и начали разогреваться, чтобы не получить травмы или растяжения во время игры. Сейджуро огляделся по сторонам, ища глазами невысокого парня с голубыми волосами. Он совершенно не уставал мысленно повторять, что Куроко очень шла баскетбольная форма Сейрин и это невозмутимое выражение его всегда спокойного лица и эти его голубые глаза. Он был по-ангельски прекрасен. И кто только сказал, что ангелы не носят чёрное? Видимо, он слишком долго смотрел на него, не отрывая глаз, что голубые глаза Тецуи встретились взглядом с его гетерохромными. Император почувствовал, как кровь приливает к его лицу, правда, его щёки совсем не покраснели и он продолжал видеть бесконечное небо в этих больших глазах напротив него, которые успели стать ему невероятно дорогими. Куроко лишь удивлённо моргнул, а затем снова отвёл свой взгляд в сторону, но на его лице Акаши успел прочитать смущение. Через короткое мгновение обе команды построились в ряд. Капитаны стояли напротив друг друга. На секунду Хьюге показалось, что Император усмехнулся, но скорее всего ему это просто показалось, ведь он не мог прочитать ни единой мысли за этим холодным взглядом. Видимо, Император прятал все свои эмоции за непреступной маской бесстрастности. Игроки Сейрин и Ракузан поклонились, пожелали друг другу хорошей игры, а затем разошлись по полю, формируя небольшой круг вокруг центра площадки, где началось подбрасывание. В подбрасывании участвовали двое: Небуя от команды Ракузан и Киёши от команды Сейрин. Оба высоко подпрыгнули, стараясь обеспечить своей команде превосходство, отдав мяч одному из союзников. Ни один не хотел уступить, но всё же только один может стать победителем. Конечно, подбрасывание не выявляет победителя четверти, но даёт превосходство во времени и в первой формировке, заставляя проигравшего играть по правилам победителя. Хотя, всё ещё зависит и от того собираешься ли ты выигрывать подбрасывание, или намеренно отдаёшь мяч противнику, обламывая дальнейшее его наступление, разбивая атаку и заставляя перейти в защиту. Тут много вариантов, просчитав каждый из которых, можно получить превосходство, по крайней мере, на первые три-четыре минуты. — Мы не проиграем! — прокричал Теппей, отдавая мяч своему капитану. Хьюга кивнул головой, быстро принимая пас, и команда Сейрин сразу же перешла в привычное для себя построение быстрого нападения, предусмотренное при выигрыше в подбрасывании, правда, сегодняшнее построение немного отличалось от обычного. Хьюга и Кагами быстро оторвались от остальных, создавая на поле специфичную фигуру: они должны будут атаковать, но не без тактики, поэтому и остальные игроки заняли нужные команде позиции. Сейджуро улыбнулся, заметив быстрые движения противоположной команды. Он прочитал стратегию Сейрин, а значит, Ракузан ответит шестой формировкой, а затем быстро перейдёт сначала в восьмую, а потом моментально в третью. — Котаро, на перехват! — быстро скомандовал капитан. Это была зашифрованная команда, по которой вся команда была в курсе того, что им предстоит делать на поле. Рико наблюдала за всем этим со скамейки. С первого взгляда её команда работала по хорошо составленному плану, но Айду всё же беспокоила команда противника. Они вместе знали, на что способен их оппонент, и от этого было одновременно и легче и сложнее играть. Акаши снова стал прежним, а значит, он будет играть за всю команду, взвалив на себя непосильное. У них для контратаки есть Кагами и Куроко, но что-то не давало покоя тренеру. В тот день лицо и глаза капитана Ракузан были слишком уверенными, чтобы их обладатель просто надеялся на победу. Нет, тут было что-то другое. Ракузан намерены выиграть, но вот что они собираются для этого делать? Рико путалась в собственных мыслях и не хотела делиться своими сомнениями с остальными членами команды, она не хотела ещё сильнее давить на них психологически. Лучше будет, если она просто ошибается. Первые шесть-семь минут мяч отскакивал о пол по всему залу, очки забивались равномерно, но внезапно произошло то, чего так опасалась тренер команды Сейрин — её ребята начали уступать. Она не могла пояснить себе, что именно произошло, но разрыв в очках начал не на шутку увеличиваться, а игра стала невероятно напряжённой. Может, это новые навыки игроков Ракузан? Нет, они, конечно, стали намного сильнее, как и её ребята, но это не сделало их кем-то другим. И тут Рико с ужасом для себя поняла, что Сейрин не учли всех возможностей новых игроков противоположной команды, а, следовательно, им срочно нужно сменить план действий. Подумав об этом, Айда даже не заметила, как её ладонь потянулась к свистку, который всё это время болтался на её шее, верно ожидая момента, когда понадобится, но она тут же заметила взгляд Джумпея. Парень почти незаметно помотал головой, и на глаза Айды навернулись слёзы, правда, она не заплакала. Правильно, как она могла забыть? Она должна им верить. Ведь Сейрин — это команда, где все друг другу доверяют, у них многое значат два этих простых слова: вера и доверие. Ей сейчас нельзя сомневаться ни в ком из них, нужно быть сильнее, и девушка кивнула парню в ответ головой. Она продолжит наблюдать, они все выложатся в этой игре в полную силу, и не позволят Хьюге уйти. Пусть его уход и будет всего лишь временным, им это будет крайне не выгодно. Им нужна их команда, в которой каждый игрок одинаково важен. — Мышечный данк! — выкрикнул Небуя, кладя в очередной раз мяч в корзинку противника. Его чудовищная сила чувствовалась на огромном радиусе вокруг самого Эйкичи, мышц стало больше, но и что-то ещё изменилось в нём. Теперь он полагался не только на свои мускулы, хотя сила для него всё равно оставалась главным элементом для победы в этой непростой игре. — Нет времени! Подбор и в заслон! — скомандовал Хьюга. И игроки снова начали оживлённо двигаться по всему полю. Сейрин нужно отыграть все эти пропущенные мячи, и у них обязательно должно получиться. — Отлично, теперь перехват! Площадка словно дышала, играя со всеми игроками в свою невидимую игру, где тени каждого переплетались, создавая странные рисунки на полу и под ногами. Но разве кто-то станет смотреть на пол, когда глаза каждого прикованы к самой игре? — Киёши!!! Теппей забросил мяч в корзинку последним перед тем, как раздался громкий свисток, оповещающий об окончании второй четверти. Ребята даже вскочили со скамейки, на которой сидела и сама Рико. Девушка так и осталась сидеть. Они, безусловно, были молодцы, но разрыв был в пользу команды Ракузан. Всё, что смогли сделать парни из Сейрин, так это не дать этому разрыву стать ещё больше, но сейчас именно это было самым главным, остальное они ещё наверстают. У них есть ещё половина игры. — Нам нужно пересмотреть действия, — выдавила из себя Айда, чувствуя на себе взгляд всех игроков. — Да, и у меня уже созревает план, — отозвался Киёши. — Позвольте мне взять на себя Акаши, — перебил всех Кагами. — Я бы дала добро, но без тебя мы вообще сдуемся, — выдохнула Рико. — Ребята, я готова выслушать все предложения! Игроки собрались вокруг тренера и начали обсуждать будущие действия. Тецуя стоял рядом со своими друзьями, но часто переводил взгляд на команду противника, и в частности на Акаши. Что он сделал не так? Почему Сейджуро снова стал Императором? Почему он снова бежит от своих друзей? Тецуя не мог ответить на все эти вопросы, ни на один из них, как бы ему не хотелось, и от этого становилось жутко холодно, словно он стоял посреди холодных сугробов, без шапки и даже без шарфа. Словно он снова оставался позади, в тени, откуда он мог лишь смотреть на спину бывшего капитана, как бы быстро не бежал за ним. Сейджуро сидел на скамейке с совершенно спокойным выражением лица. Он даже незаметно улыбался: всегда приятно лицезреть плоды собственного триумфа. Правда, ему чего-то не доставало — он хотел поделиться своим достижением с кем-то, кого сам уничтожил. И теперь он остался один. Со всеми своими будущими победами, даже с Тецуей, но всё равно один. Хоть он и чувствовал невероятное тепло в груди, в его руках был холод, словно он сам был вылеплен изо льда. Но неужели это тепло было теплом его собственного сердца? Или его сердце всё ещё согревал кусочек сердца его другой личности? Личности, которой больше не было рядом, личности, с которой он попрощался навсегда … На мгновение капитану показалось, что на него сморят два красных глаза, но всего лишь на мгновение. А потом снова прозвучал свисток, разрывая воздух, и игра перешла в третью четверть. Снова повторилось подбрасывание, снова атмосфера стала напряжённой. Снова чувствовалась зона защиты Кагами, но Сейрин уже не смогут победить, только не после того, как он выставит последнюю фигуру на доску. Раньше он играл только сам за себя и за всю команду, его же вторая личность была истинным мотивирующим капитаном для всей команды, а теперь он будет обоими, он будет играть за них двоих. Ведь уходя, Сейджуро оставил ему всё, что когда-то принадлежало истинному владельцу этого тела. И теперь Император сам мог использовать зрение Акаши. Он стал поистине идеальным, и с этим козырем Ракузан больше не проиграют, ведь теперь на их стороне сразу два Акаши. А значит, у них есть что-то, чего нет у Сейрин. В третьей четверти игроки Ракузан снова почувствовали, что капитан верит в них, мотивирует каждого своими словами и великолепными пасами, улучшая игру всей команды, но он также и играл, кладя на свои плечи самые сложные перехваты, броски, обводки, и этого никто не ожидал: ни враги, ни друзья. Игра была поистине захватывающей и невероятно прекрасной. После таких игр обычно душа поёт, а потом игроки начинают понимать, что хотят испытать все эти чувства снова и снова, но в каждой игре есть только один победитель, и проигравшие. Но, как ни странно, победители не всегда улыбаются.

***

Игра не повторила их триумф на Зимнем кубке, и Сейрин были сломлены. Хьюга сдерживал наступающие слёзы. Он прекрасно понимал, что предстоящие три дня ему будет суждено провести с командой противника, работая с ними в команде. Три дня не казались таким уж большим сроком, но в груди что-то очень неприятно сжималось, и он чувствовал невыносимую, жгучую боль под рёбрами. Неужели так выглядит прощание? Неужели уходящие испытывают схожие чувства? Они все собрались в середине зала, в две линейки, чтобы поклониться. — Удачи! — Рико легонько ударила Джумпея по плечу. — Не скучай там без нас! — Я постараюсь! — ответил тренеру капитан. — И вы не унывайте без меня. Игроки команды Ракузан переглянулись в недоумении. Все, кроме Императора, который с невозмутимым видом улыбался своим недавним противникам. Теперь ему стоит называть их своими товарищами, хотя … стоит ли? — Ты домой собираешься? — решил поинтересоваться Котаро, уставившись на высокого парня в очках, ведь он не знал об условии Акаши к Сейрин. — Теперь я — капитан вашей команды, разве ты забыл? — разозлился не на шутку Хьюга, подумав, что их оппоненты ещё и издевательства напоследок приберегли. — Подожди, это как? — удивился Рео, переводя свой взгляд на капитана. — Сей-чан? — Всё верно, — улыбнулся Сейджуро, закрывая свои гетерохромные глаза. — Теперь Хьюга — ваш капитан. На три дня. Это вам послужит мотивацией больше никогда не пропускать тренировки. Улыбки тут же покинули лица победителей, и они больше не чувствовали себя таковыми, и даже разговоры в раздевалке перед игрой теперь были окрашены совершенно в другой цвет. В конце остался лишь один победитель, который мог позволить себе улыбаться. Партия была идеально сыграна. Теперь они могут продолжить свои разговоры. Правда, Акаши не сильно волновало, что его товарищи будут недовольны, будут чувствовать себя обманутыми или преданными, а может и отвергнутыми. Его партия ещё не окончена, ему ещё предстоит покорить сердце Тецуи, которое, впрочем, итак принадлежит ему. Оно полностью в его власти, как бы сильно фантом не отрицал это. Наступила гробовая тишина. И тут даже Сейрин стало жаль своих оппонентов, которые, оказывается, даже не знали, что их капитанов поменяют местами, и выкладывались в полную силу. Акаши просто использовал их, искусно играя на струнах их безграничного доверия. Как же мог один человек вмещать в себе столько отрицательных черт? Нет, его даже простым манипулятором не назовёшь. Затем оба капитана сделали несколько шагов вперёд и остановились друг напротив друга. Оба выглядели абсолютно серьёзными. В глазах Хьюги можно было прочитать неприязнь к стоящему напротив него человеку, а в глазах Сейджуро красовался огонёк какого-то странного умиления. Они все были пешками, и даже вели себя, как пешки. Хотя, он прекрасно понимал, что хоть искренние чувства и делают тебя более простым человеком, которого легче прочитать и которым легче управлять, зато они делают тебя человеком с настоящим, неподдельным сердцем. Перед его глазами стояли оба его родителя, и он не знал к кому из них протянуть свою руку. — Мибучи больше всего знает о том, как проходят тренировки. Советую о многом совещаться именно с ним, — бесстрастно произнёс Император. — Удачи. — Взаимно, — протянул Хьюга. — Но смотри, Сейрин — это не второй Ракузан. Сейджуро улыбнулся. Его забавили слова Джумпея, но он уважал его отношение к команде, и поэтому он ничего не станет ему делать, хоть Хьюга и говорит так, как ему не пристало говорить. На некоторое, всё же, иногда необходимо закрывать глаза, но полностью закрывать свои глаза Император не собирался, он только покажет вид, что закрывает, а заодно и посмотрит, умеет ли Джумпей слушать, читать по лицам и что он вообще из себя представляет. — Что ж, тогда от меня потребуется большое соучастие в делах вашей команды. Спасибо, что предупредил, — и он намеренно посмотрел капитану старшей сборной Сейрин прямо в глаза. Его взгляд был холодным, что заставило Хьюгу проглотить небольшой ком в горле, а затем на его лице появилось раздражение. Проглотил ком и раздражился, значит, хоть и не глупый, но слушать умеет плохо. Они ещё немного постояли так напротив друг друга, а затем стали расходиться, направляясь к командам, которые только что были их противниками на этой площадке, и показывая свою спину своим недавним товарищам. Сейрин будут ждать своего капитана, это читалось по их лицам, а вот Ракузан воспримут это как некого рода наказание за провинность, и им будет сложно смотреть своему бывшему капитану в глаза, когда он вернётся, отдавая свою стопроцентную преданность. Его шаги были почти беззвучными. Краем глаза он видел Акаши, который словно стоял в дверях, но Император понимал, что там никого нет, а когда тот развернулся, чтобы уйти, Сейджуро почувствовал, что тепло в его сердце ослабло, стало чуть слабее, и он замер, хоть и на короткое мгновение, перед тем, как присоединиться к остальным.