А мне бы немного стать собой.

POV Крис Утро получилось восхитительное. Такое, что я даже не хотел никого убивать сегодня. И за это все мое окружение должно просто поклоняться рыже-русой девушке с изумрудными глазами. Первым уроком физра, и я взяв в руки большую спортивную сумку направился в раздевалку. Серое, плохо освещенное помещение в виде бетонной коробки, битком набито полуголыми телами. В комнате стоит ужасный гул. Старые, однотонные со стеной шкафчики противно лязгают при каждом открывании и закрывании. А смех парней заглушает их разговоры. Все ребята пытаются пошутить и показать себя. Мне становится смешно. Порой мы, парни, смеемся над девушками, что всячески выделываются и из кожи вон лезут лишь бы ударить соперницу. Они красятся, наряжаются, делают операции и всякие косметические процедуры. В основном все девушки уверены, что могут нравиться парням и без всего этого, но есть одно НО. Их соседка, одноклассница, подруга, сестра или кто-либо еще выглядит лучше. А это уже конкуренция и девушка пытаются быть красивее в сравнении с другими, такими же как и она, но не как не для парней. Это очень забавно наблюдать. Но глядя на своих друзей, я вижу тоже самое. Парни хвастаются девушками в их постели, количеством выпитого алкоголя и крутизной машины, но это еще нормально, если не учитывать как они сейчас пытаются быть круче в физическом и физиологическом плане. Проще говоря, здесь только линейки не хватает. Глупо, но иногда мужчины, те еще бабы. Через общий хаос и шум маленькой комнатки пробивается голос, заставляя ребят притихнуть. - Ребят, рассылку киньте девчонкам симпотным. Вечеринка сегодня у меня будет, - говорит Герман, глядя прямо на меня. Я просто киваю, не собираясь объяснять, почему не стану этого делать. У меня теперь есть Мун. И дело вовсе не в том, что я резко стал однолюбом и верным мальчиком. Просто пока мне интересно с ней. Она веселая, забавная, милая и красивая. Уж не знаю из-за долгого ожидания ли или она сама настолько прекрасная, но секс с Эвой можно прировнять к «Топ лучших» и я был бы рад, если он окажется не на первом месте. Иначе бросить ее будет даже физически сложно. А расстаться все же придется. Хоть и для себя я понял многое. Если бы я встретил ее во втором курсе, ну или не был слепым в начале третьего, то наслаждался бы ей чуть больше. А сейчас я считаю дни до выпускных экзаменов, после которых покину этот чертов город и рыжую бестию. Достаю телефон и набираю сообщение. Крис: Эва, приглашаю тебя на вечеринку к другу. И подружкам своим скажи, а то меня парни убьют.

Эва: Хорошо)

Крис: Во сколько тебя забрать?

Эва: Я приду с девчонками. Адрес скинешь?

Долго думаю, прежде чем отправить ей адрес. Уж лучше бы я сам за ней приехал, но где-то глубоко в каких-то извилинах я осознаю, что ей тоже нужна свобода, да и вообще, за Ибен например, я никогда не заезжал. Ребята начинают постепенно исчезать из помещения, что заставляет меня спохватиться и все же начать переодеваться.

***

Вечеринка в самом разгаре, а Эвы с ее автобусом не видно. Гипнотизирую дверь уже долбанных два часа. Эти девчонки никогда не умеют приходить вовремя. Да и Вильям куда то подевался, даже спросить его не могу. А звонить Эве, гордость не позволяет. Не хочет приходить, пусть не приходит, думаю я, припадая к горлышку бутылки, что уже час покоится в моих руках. Время идет и с каждой минутой, глотки увеличиваются, а градусы повышаются. Проходит еще час. Ее все нет, я и нервно выпиваю, что-то отдаленно похожее на водку и набираю ее номер. Абонент вне зоны действия сети. Не знаю сколько времени прошло, и как много я выпил, но девушки вокруг меня становились все красивее, пьянее и наглее, но неожиданно для самого себя я смотрю на дверь в ожидании своей девушки. Теперь мне начинает казаться, что с ней могло что-то произойти, а я тут пью и танцую. Нервозность не дает покоя, и я выхожу на крыльцо дома. Достаю сигарету и вдыхаю дым, что болью разливается по легким и именно от этого тело заметно расслабляется. К дому подъезжает знакомая машина. И я надеюсь, что хотя бы друг, знает где носит этих дам. И он действительно знает. Не уверен, что всех, но одну по крайней мере он привозит с собой. Девушка выходит из машины, а я все жду, когда откроется задняя дверь и оттуда вывалится оставшаяся часть банды, но этого не происходит. В моей голове появляются не очень приятные картины, что заставляет меня плотнее сжать кулаки, выкидывая сигарету в сторону. Вильям разговаривает по телефону, пробегает мимо меня и заходит в дом, не давая возможности поговорить с ним или даже просто задать вопрос. Зато девушка идет прямо ко мне. - Привет, - улыбается она, и я только сейчас замечаю ямочки на ее щеках. - Привет, - мой голос настолько сухой и острый, что им можно резать вены. Мне самому становиться не по себе от этого, и я стараясь смягчить, добавляю, - Эва. Она приподнимает брови, давая зеленый свет вопросу, застывшему в горле, но я не решаюсь спросить. Не хочу знать ответа, иначе моя жизнь может внезапно рухнуть прямо сейчас на это грязное сырое крыльцо. Я лишь открываю дверь, и придерживаю ее, пока девушка не заходит в дом. Злость глушит во мне все и первое что я делаю, это хватаю бутылку попавшуюся под руку и пью залпом. Через несколько больших глотков по телу проносится знакомое тепло, а перед глазами слегка туманит. Я чувствую пронизывающий, колющий, сжигающий взгляд, на который я не обращаю ни какого внимания и иду в центр зала, где трется большая компания Пенетраторов. Эва стоит на месте, и я знаю это, даже не смотря на нее. Громко выдыхает, на что-то злиться и уходит в неизвестном направлении. Ребята о чем-то говорят, о чем-то шутят и спорят, а я даже не пытаюсь понять суть. Мой мозг сейчас представляет собой переварившуюся кашу, что так противно хлюпает, закипая на медленном огне собственного эго. - Криииис, - противно тянет девушка, хватая меня за руку. Смотрю на нее, как бы спрашивая «Что надо?» и она отвечает. Вот только из-за громкой музыки и болтовни вокруг, я ничего не могу понять и поэтому, когда она тянет меня в сторону кухни, я послушно следую за ней. Если бы не Эва, думаю я разглядывая фигуру девушки. Она поворачивается ко мне лицом, и я встречаюсь с голубыми глазами, яркой косметикой, тонкими губами и редкими зубами. Однозначно нет! - Криис, - снова слащаво обращается девушка, а я наконец вспоминаю, где ее видел и кто она такая. И пока я искренне хочу узнать чем ей понадобился, девушка решает просто показать, не тратя лишнее время на слова. Совершенно неожиданно девушка встает на цыпочки, тянется и впивается своими тонкими губами в мои. На несколько секунд я замираю, не зная, что предпринять. Не отталкивать же ее так просто. Но почувствовав кончик ее языка на моих губах, я все же беру себя в руки и резко отстраняю ее. Она перестает тянуться и встает в свой полноценный нормальный рост, при котором дотягивает только до моих плеч. Как только она опускается, я вижу в дверном проеме, знакомую копну рыжих волос и малахитово зеленые глаза. В долю секунды Эва поворачивается и гордо задрав голову выходит из кухни, хватая из полки почти полную бутылку виски. - Эва, - кричу, чертыхнувшись отталкиваю ее подружку от себя и бегу следом за девушкой. Она даже не поворачивается в мою сторону. Плавно проскальзывает сквозь толпу, выворачиваясь от рук, ног, пьяных тел. Хочу догнать ее и все объяснить, но двигаюсь как черепаха, врезаясь буквально в каждое препятствие. Все же алкоголь плохо влияет на координацию. - Стоять! – кричу я снова, но мой голос растворяется в общем шумовом потоке, - Эва, стой же ты, - уже тихо молю про себя, когда вижу как она выходит на улицу. Еще пару шагов и я все же добираюсь до двери, но мне по закону подлости перегорождают дорогу кучка подвыпивших подростков, которые внезапно решили подышать воздухом. Расталкиваю их по сторонам очищая себе дорогу и выйдя во двор ищу глазами девушку. Она как сквозь землю провалилась, и я от злости бью бутылку, что до сих пор находилась у меня в руках, об асфальт. Стекло бьется, разбрасывая осколки на тысячи мелких кусочков, а у меня внутри все сжимается, будто вместо бутылки я разбил ее сердце. Хотя почему будто? Так оно и было. Но я впервые не виноват в поцелуи. Я не знал, что так будет. Я не ожидал. Не думал. Хотя какая сейчас разница, она все равно мне не поверит. Стою посередине улицы и злюсь на весь белый свет. В конце концов, не я один виноват. Пусть катится к черту. - Крис, - слышу, знакомый голос, от чего кровь во мне закипает с новой силой, - Где Мун? Я блять обыскался ее уже? - Нахрен? – спрашиваю, разворачиваясь к другу на 180 градусов. - Что? – переспрашивает Вильям. Его лицо напряжено, и я чувствую, как он нервничает. - Я спрашиваю, нахрен она тебе сдалась? Между вами что-то есть? А как же твоя блондиночка? – выпаливая эти вопросы, до моего сознания с трудом, но доходит, как называется это чувство сжения в груди и холодок под лопаткой. Ревность! Я ревную Эву Мун к своему лучшему другу, ну и к каждому столбу в этом чертовом городе. Вот бы запереть ее где-нибудь и любоваться только самому. Точно зная, что не какой мудак ее и пальцем не коснется, и взглянуть не посмеет. Даже думать о ней преступление. - Ты совсем обдолбался что ли? Придурок, - рычит Магнуссон, а я из-за всех сил пытаюсь держать себя в руках, - Где Мун, я спрашиваю, - повторяет друг, - Блять. Мне помощь ее нужна. Нуре, - выделяет он. - И как часто она тебе помогает? – задаю вопрос, игнорируя его последние слова. - Ты меня вообще слышишь? Долбоеб, блин. Оттело хренов! – кричит он, брызжа слюнями, - Нет у меня ничего с твоей Эвой. Нет! И не будет никогда. Понимаешь? Во-первых потому что ты мой друг, во-вторых потому что она подруга Нуры, и в третьих просто НЕТ. А теперь скажи мне, где она. Потому что я заколебался искать ее в этом сранном доме. Нура просила забрать таблетки, и они в сумке у Эвы. - Какие таблетки? – спрашиваю, хватаясь за последнею фразу. - Обыкновенные, Крис. Нура заболела и осталась дома. А с ней и весь автобус, вместе со мной. Нужно было заехать в аптеку за таблетками и заскочить к Герману за моими вещами, что я оставил здесь на прошлой неделе. А Эва к тебе рванула, сказав, что обещала. Вот я и подвез ее, а так как мы в аптеку вместе заходили, лекарства у нее остались. - Ммм, - наконец выдавил я, пряча глаза от стыда. - Что ты мычишь то? Где она говорю, герой любовник? – он устало потирает глаза руками и выдыхая задает новый вопрос, - Какую хуйню ты успел натворить? Секунду я колеблюсь, а потом рассказываю все на одном дыхании, осознавая масштабы своей тупизны. - Нет, ну точно долбоеб. Иди прощения проси. Иначе ты побил все рекорды в серьезных отношениях. Я имею ввиду по продолжительности, - друг хлопает меня по плечу, - а лекарства я лучше еще раз куплю. Мне тошно от самого себя. Противно настолько, что мое главное желание это смыть с себя всю гадкость этого дня. А ведь он так хорошо начинался в серо-белой комнате прекрасной Эвы. Уже не надеюсь, на понимание и прощение, но все же иду по направлению к дому Мун. Благо и пешком не далеко от этой части города. Через два квартала, до меня доходит, что либо я иду быстро, либо Мун слишком медленно. Так как вижу ее силуэт и ускоряю шаг. - Эва, - зову я, подходя ближе. Она медленно поворачивается, с милой улыбкой на лице. Теперь пьян не только я. Видимо бутылка была все же полной, раз она уже в такой кондиции. Девушка явно не собирается меня слушать, и разглядев кто ее зовет, Эва идет своей дорогой постепенно ускоряя шаг. Вот только высокие неустойчивые каблуки не позволяют ей двигаться быстрее. Благодаря чему я через пару минут догоняю ее и хватаю за руку. Девушка слегка пошатывается от моего резкого движения, но быстро собирается и гордо выпрямляется, разглядывая уличный фонарь, освещающий наши лица. Моя Пенетраторская жизнь говорит о себе снова, когда я понимаю, что не умею просить прощения. Двумя пальцами, нежно касаюсь ее подбородка и поворачиваю к себе. Эва отводит глаза, а когда это становиться невозможным просто закрывает их. -Эва, - шепчу ей в ухо, обнимая и прижимая к себе. Она не противится, и я думаю это хороший знак, - послушай меня. Только послушай, мой ангел. Я не целовал ее. И не собирался. Она даже не в моем вкусе. Мне только ты нравишься. Я уверен. Ингрид все специально подстроила. Иначе и быть не может. Даже сейчас, я в хламище пьяный, осознаю, что не стал бы ее целовать. Эва, - провожу рукой по ее волосам и слышу всхлипы. Этот звук отрезвляет и делает меня слабым. Мне стыдно, - ты слышишь меня? – она молчит, а я хочу убиться об стену. Как ни крути я все же виноват. Она молчит, а я не знаю, как могу еще оправдаться. - Я знаю, - тихо, еле уловимо, произносит Эва через некоторое время. - Что знаешь? – спрашиваю, ужасно боясь спугнуть и разрушить такой хрупкий и неустойчивый разговор. - Все, - отвечает она, - Ингрид, до сих пор не может меня простить. Она специально. Я знаю. Отстраняю девушку от себя и держа ее лицо в руках вытираю большими пальцами ее горячие слезы. - Не плачь, детка, - прошу я, - и нежно целую ее соленые от слез щеки, красный нос и такие нежные и мягкие губы. - Прости, - говорит девушка, убирая мои руки со своего лица, - я хочу побыть одна. Ступор! Ну, ты же все понимаешь, Эва! – готов я кричать. Ты же сама все сказала. А в итоге я стою и смотрю как она плавно разворачивается, и слегка пошатываясь, уходит. Иду за ней до ее дома, пока она прикладывается к бутылке через каждые десять шагов. Не хотелось бы, чтобы с ней такой пьяной, что-то случилось. Раз она не разрешила себя проводить, буду идти следом, почти не мешая ее одиночеству.