***
Уже шесть вечера, а я то ли не нагулялась, то ли просто не создана для пустого патрулирования города, потому что не получала от ходьбы никакого удовольствия. Попытка разнообразить путешествие провалилась - переполненные кафе совсем не привлекали, точно как и "людный" парк (после проката на колесе обозрения в одной кабинке с замотанным в какие-то тряпки ослепшим безруким чудищем пришлось долго отходить). Зима, пусть до которой еще целый месяц, напоминала о себе - сумерки спускались на город, а я так и не нашла места, где прибиться - казалось, чудовища и в человеческой личине косятся и ждут момента, когда заверну не туда... В результате мысленного голосования был выбран торговый центр, так кстати оказавшийся в паре кварталов отсюда. Мне приходилось здесь бывать от силы пару раз, так что пришлось заняться изучением этажей, заполненных фальшивыми людьми, но тут я совсем не ожидала увидеть новенького, простаивающего очередь в кассу кинотеатра. Не придав этому значения, ведомая запахом сладкой ваты, я отправилась к уютному магазинчику. "У него проблемы со зрением, так зачем идти в кино?" - задумчиво вторгнулся в мысли Первый, кое-как прорываясь через чужой гомон. И действительно. Заняться было все равно нечем, так что я с баночкой вкуснятины наперевес отправилась в отделение кинотеатра, присоединившись к толпе-очереди, которую до сих пор занимал Джек - у "человека" перед ним были какие-то проблемы с оплатой по карте. Но вот настал и черед новенького. - Туда же, место... Я не расслышала, потому что у кого-то между нами зазвонил телефон. Зато кассирша все сразу поняла и без вопросов выдала билет, и через десять минут уже я растерянно смотрела в табло, не зная, куда сесть, так что ткнула в первое попавшееся место где-то посередине. - Шестнадцать есть? - недоверчиво спросила женщина по ту сторону стекла. - А? Да... - Покажите паспорт, - требовательно заявила она.***
Джека я потеряла из виду и все десять минут до сеанса сидела на "диване ожидания" и озиралась по сторонам. Что он скрывает? В чем прелесть слушать фильм? Неизвестно. "Кофейку бы и дома развалиться," - колыхнул мысли усталый голос кассирши. "Если дома никого не будет," - согласился Первый. Запыхавшийся парень объявился нескоро - все уже расположились на своих местах, реклама должна была с минуты на минуту начаться, и только тогда Джек быстрым шагом начал подниматься по ступенькам, и тут... свет погас, я потеряла его из виду. Реклама стартовала слишком поздно, так что зал осветился приветственным роликом, когда все уже были на своих местах, включая и парня, который сидел невесть где. Я принялась озираться, но никого так и не увидела, так что тупо уставилась в экран.***
Из фильма я уловила четыре важные вещи. Первая - если в руках героя впервые оказывается пистолет, он никогда не мажет. Вторая - фантастика становится страшнее, стоит выпустить кубик из рук. Третья - война людей против пришельцев превращается в межвидовой конфликт инопланетян, если смотреть без игрушек. Последняя - мелькающие огни боевика не дают рассмотреть присутствующих в зале, так что выжил ли Джек со своим больным зрением при такой контрастности кадров, неизвестно. "Скучный фильм," - буркнул Второй. "И зачем мы сюда пошли?" - подхватил Первый. И правда. Чего это меня в сталкеры потянуло? Может, новенькому просто нравится ходить в очках, а проблемы со зрением - отмазка? В любом случае, дела монстров меня не касаются.***
Домой я вернулась поздно - было около девяти, "людей" на улице стало меньше, но идти в темное время суток бок о бок с сомнительными личностями было страшно, так что передвигалась я перебежками и по самым оживленным улицам. "Детям нужно спать," - прошептал Третий. Каждый встречный, кажется, не сводил с меня плотоядного взора и еще долго всматривался, выискивая удобный случай для нападения, и я могла только делать вид, что не замечаю жутких монстров, истекающих слюной, слизью, кровью - чем угодно. Чей-то взгляд буравил спину, но каждый раз, когда я оборачивалась, наблюдатель исчезал. Даже когда я поднималась по лестнице в собственный дом, было неуютно. Стены хихикали меж собой, отчего с них валилась краска, перила, извиваясь змеями и скрипя, грозили впиться в плечо, и неизвестный (я знаю, что ты там), с нетерпением ожидающий, когда я войду в квартиру. - Они - не мои родственники, и что ТВОЯ дочь бежит от них, меня не касается, - злобно гремела папиным голосом кухня. Я тихонько закрыла дверь, как можно медленнее проворачивая скрипучий замок. - Так ты считаешь, что эта проблема тебя обходит стороной? Что ТЫ можешь сидеть на жопе и ничего не делать? - Я работаю! - Я тоже! - Ты женщина, заниматься детьми - твоя святая обязанность! - Вот как тебе что-то надо, так я "хранительница домашнего очага" или "женщина", а чтобы семью обеспечивать так, чтобы твоя жена не пахала на двух работах и успевала заниматься с ребенком, тебе слабо напрячься? - Снова ты... Я тихонько закрыла дверь своей спальни и включила свет, скидывая открытый рюкзак на пол и в него же загружая груду учебников. Родители часто спорили о том, кто же должен взяться за мое воспитание, а потом скандал каким-то чудом выруливал на денежный вопрос, а после него еще какими-то путями они снова переключались на меня. Так было еще лет с десяти, если не раньше, и продолжается о сих пор, только набирая обороты. На кухне что-то с треском разбилось, на секунду заглушив переругивания. Но как бы они не грызлись между собой, как бы громко не кричали о том, что я - часть семьи, нуждающаяся в заботе, меня не тронут эти ссоры. Потому что это очередная уловка, чтобы я расслабилась и перестала запираться на ночь. Чтобы почувствовала себя нужной и поплатилась за свое доверие. "Если приблизишься, будешь съедена," - который раз за десяток лет произносит Третий, и я застегнув молнию на сумке, подбрасываю в руке кость. Верно.***
Утром понедельника все всегда уставшие, с синяками под глазами и молчаливые, но конкретно сегодня атмосфера в доме была просто ледяная. Никто ни с кем не разговаривал, никто не обсуждал планы на день и никто и не думал говорить "доброе утро", потому что оно таковым не являлось. Родители ссорились до глубокой ночи, а потом разошлись: мама - в спальню, папа - в гостиную, где и ночевали. Не прерывая воцарившегося холода между взрослыми, я ушла в школу. Сегодня Рита пришла при параде - в новом фиолетовом платье, к школьной форме непричастного. За это ей прилетало от учителей, которые видели свой священный долг в том, чтобы сообщить, насколько она халатна к школьным правилам, то есть доставалось от каждого. Но на это брюнетка только пожимала плечами со словами "ничего другого нету", словно она собственноручно сожгла свой гардероб. - Девушка есть? - повернулась она к Джеку, внимание к которому наконец-то поутихло - исчезла толпа народа, ошивающегося у его стола только потому, что так принято. Не угомонилась только Рита да еще пара человек. - Только не говори, что личное. - Претендуешь на место? - судя по интонации, улыбнулся он. - Имеешь что-то против? - захлопала ресницами она, уверенная в своей привлекательности процентов на двести. Впрочем, у нее есть основания считать себя красавицей. - Тогда сходим куда-нибудь? Только НЕ В КИНО, а то зрение вообще ни к черту, - бросил он. - Знаю-знаю. Кофе? Старбакс устроит? Я напишу адрес. - Говори так - запомню. "Он знает... знает!" - смеялся Второй, пока одноклассница проговаривала заветную улицу. "Привлек внимание высказыванием о кино, намеренно выдает адрес предполагаемой встречи, он... косвенно предлагает снова побыть наблюдателем? Зачем?" - рассуждал Первый. "Он что-то скрывает," - уверенно бросил Третий. Я никогда не пыталась намеренно читать мысли - они просто ворохом кружились сами, стоило оказаться рядом, но то ли из-за большого количества "людей" вокруг, то ли еще из-за чего-то, Джек был нечитаем.