Жизнь в мегаполисе

Квартира, в которой мы жили была трехкомнатная, если не считать кухню и ванну. Мебель была достаточно дешевая. Однако радость была в том, что родители Нико дали ему около двух тысяч крон, когда он съехал с их квартиры, в подарок, так сказать. Мы находились в небольшой гостиной, в которой стояли два кресла, небольшой журнальный столик, за которым мы сидели, мягкий диван и телевизор, куча полок с различными памятными и редкими вещами, вроде комиксов, моделек и прочих сувениров. — Итак, воины Света, — начал я пафосно, — или Тьмы.Не знаю, что вы там предпочитаете… Обнажите свои клинки, и да начнется битва! — Всегда любил это начало, — сказал Нико, раскрывая набор, — что тут у нас? — Как пишут в инструкции и в содержании, тут есть достаточно редкие карты, например, отряд Рунических Клинков или друиды Тайного Леса. — У вас что-нибудь попить есть? — спросил Педро, вставая с кресла. — Блу все газированные напитки уже выпил. Посмотри, может все-таки что-то осталось? — Нет. Согласно нашему договору, который был заключен, когда я въехал в эту квартиру, параграф третий, глава шестая: каждый индивидуум, купивший тот или иной продукт, может использовать его, не согласовывая и не сообщая об этом другому. — Интересно было бы это соглашение почитать, — заметил Педро, который сейчас находился в другой комнате. — У нас также подразумевалась вариабельность, Блу, когда тот или иной индивидуум захочет внести изменения в данное соглашение, — заметил Нико. — Да, но лично я испытываю аверсию к этому пункту. Однако, позволь заметить, что решение должно согласовываться на еженедельном собрании, которое у нас проходит завтра. Так что, если имеется хоть некоторое желание, можешь вынести параграф третий, главу шестую на всеобщее рассмотрение. — Всеобщее рассмотрение? Это какое же? Твое, что ли? Ты в любом случае скажешь, что ты отказываешься вносить изменения, так что к компромиссу мы никогда не придем. — На этот счет у нас тоже есть глава первая, параграф двенадцатый: если индивидуумы не придут к соглашению, то есть специальная процедура, по которой можно внести изменения, можно сказать, насильственным путем. — Вы собираетесь бить чем-то друг друга, что ли? -спросил Педро, улыбнувшись своей не смешной шутке. — Ладно, Блу, обсудим это завтра. Кстати, что у нас с изучением теорий эволюции? — Я прочитал пятнадцать статей, одна из которых запомнилась мне больше всего: «Эволюция под действием времени». Ее автор — достаточно известный в узких кругах ученый Альберт Айзенгард. Он придерживается той версии, что эволюция происходила на протяжении многих столетий, может быть, даже на протяжении тысячелетий. Разумеется, это ставит под сомнение точку зрения другого ученого, Милса Аллена, который, в свою очередь, утверждал, что птицы, в их обличье, которое мы видим сейчас (то есть длинные ноги, уменьшенный клюв, по сравнению с нашими предками, преобразившиеся крылья)появились на планете совершенно независимо от птиц, которые уже проживали здесь и искоренили наших пернатых летающих «соседей». — То есть ты придерживаешься теории Айзенгарда? — Разумеется, да. Аллен, вообще, ученый эксцентричный… — Ладно, господа, теорию эволюции можно и потом обсудить, давайте приступать к игре! — сказал Педро. — Полностью согласен с нашим другом, -сказал я. Итак, повторюсь: воины Света и Тьмы, обнажите свои клинки и готовьтесь к смертельной схватке! — Да начнется битва! — провозгласил Нико. — Кто с кем играет, судари? — Педро хлебнул немного воды. — Так как я приобрел этот набор, который обошелся мне в девяносто крон, я играю в первом раунде с кем-то из вас. — Давайте я проявлю алертность и сыграю с тобой в первом раунде, -произнес Нико. — Согласен. Напоминать правила? С тех пор как мы играли в последний раз, прошло около недели, когда я одержал блестящую победу, играя против вас двоих. Возможно, ваши знания за этот периеод истощились, так что… — Не надо. — Ну что ж, тогда, если никто не против, я беру одну карту. И первый ход, соответственно, будет за мной. Я иду отрядом легкой пехоты нордийских копейщиков, — я бросил одну карту на небольшое поле, приготовленное специально для игры. — Тогда, в свою очередь, я атакую тебя… Дай подумать… Азандом Черным Молотом! — Не советовал бы, Нико, — сказал Педро, сидя сбоку от стеклянного стола, — сразу вводить достаточно сильную карту. — Педро, правила предусматривают, что никто не может вмешиваться, если это не согласовано игроками, — заметил я, — если тебя преследует атихифобия, Нико, то ты уже проиграл. — Я хожу Черным Молотом! — Нико произнес это уверенно. — Что ж, это действительно ужасная ошибка! Мои некроманты, которых я сейчас введу на поле, будут усилены Темным Зельем. Значит, путем простых логических ходов и легкого математического вычисления твой Азанд выбывает из игры. Я в свою очередь получаю неоспоримое преимущество над своим оппонентом. — Нико, ты лишился сильной карты! Ты можешь ввести в игру Лунные Клинки, чтобы хоть как-то исправить положение, — сказал Педро. — Будем считать, что я этого не слышал, хотя это невозможно, учитывая расстояние между мной и тобой, Педро, — сказал я, внимательно следя за Нико, который рассматривал свои карты. — Отряд Лунных Клинков. Они убивают твоих некромантов. Также я использую карту «Двойного Призыва» и, учитывая это, могу спокойно ввести Командира Моранда! — Твоя логика полна ошибок, Нико. Командир Моранд никак не может сотрудничать с Лунными Клинками, потому как является носителем Черной метки, если ты умудрился это забыть! Хорошо, даже если учитывать это, то ты лишаешься Клинков, потому как у меня есть карта Тайной Магии, которая прекрасно против них действует. Далее я смогу атаковать тебя той самой нордийской пехотой, что означает, что Моранд теряет одно очко здоровья. Ты должен поставить фишку на эту карту. — Ладно, Блу. Но у меня есть также отряд магов Арзанны, которые убивают своим Ледяным Дождем твоих пехотинцев. — Отлично. Попался в мою ловушку! Маги безумно слабы против одного легиона демонов, который я ввожу. Также я могу дать им Оружие Хаоса, которое снимает оставшееся очко здоровья у Командира. — Черт, карт против демонов у меня нет… Что ж, Блу, поздравляю тебя с… очередной победой. — Двадцать пятой, Нико. Даже я запомнил это, — сказал Педро, пересаживаясь на место проигравшего, — это не сложно сделать, учитывая то, как часто Блу мне об этом сообщает. — Тебя, Педро, я обыграл уже тридцать восемь раз, так что ты пока что проигрываешь. Но это неудивительно, ведь это полное соответствие стандартам или соответствие результата изначально поставленным задачам, то есть, проще выражаясь, валидность. — Ты хочешь назвать валидностью, то, что я тебе проигрываю? — Педро был раздражен. — Заметь, ты это сам сказал. А я лишь намекнул. — Очень тонкий намек, Блу, спасибо, — Педро сказал это с сарказмом. — Боюсь вас отвлекать, господа, но этот разговор ведет к деструкции, так что давайте просто продолжим игру, -произнес Нико. — Нико, я предлагаю тебе объединиться со мной и отомстить Блу за его злодеяния. — Согласен.