Музыка во мне.

Самые лучшие люди — выдуманные. М.Фрай       Я снова очнулся в этом покинутом людьми доме. Оглядевшись по сторонам, обнаружил, что сижу на диване, придвинутом к стене. На выцветших светло-зеленых обоях с желтыми подтеками, тянущимися от потолка, четко контрастировал более темный прямоугольный отпечаток, оставшийся от висевшей там когда-то картины.        Как же мне уже надоело это место. Хорошо, что Дима, вытащил меня отсюда. Я резко поднялся на ноги и увидел, как следом за мной в воздух взметнулось облачко пыли, вспыхнувшей в солнечных лучах, проникающих из открытого настежь окна. - Пора уходить, - сам себе сказал я и направился к выходу из комнаты. Я взялся за круглую металлическую ручку и уже собирался повернуть её, как внезапно услышал настойчивый стук откуда-то снизу. Я застыл на месте, надеясь, что он не повторится, но как обычно бывает – ошибся.        Внизу кто-то был, и он хотел на свободу.       Сердце в груди, казалось, замерло на пару мгновений, а потом снова застучало, нездорово ускорив темп в несколько раз.       Я не хотел спускаться в подвал. Я там уже был и мне не понравилось.       Повернул ручку и открыл дверь, словно через силу.       А затем застыл на месте, как вкопанный в удивлении.       Прямо передо мной была та самая лестница, по которой я когда-то - казалось, целую вечность назад - поднялся наверх из подвала. Внизу та самая покосившаяся местами выщербленная дверь. И в неё кто-то стучит. Громко. Так, что дверь содрогается под каждым ударом, вторя прыгающему в груди сердцу.       Тук-тук-тук-тук-тук!       Я несколько раз отрицательно мотнул головой, внезапно осознав, что кто-то смотрит на меня через самую большую щель между досок в двери внизу лестницы. - Нет-нет-нет-нет… - неосознанно повторил я и с треском захлопнул дверь.       Это же надо было так ошибиться. Хотя в прошлый раз за этой дверью располагалась комната с роялем.       Я развернулся и пошел ко второй двери, находящейся с противоположной стороны комнаты. Решительно повернул ручку, намереваясь уйти и…       Передо мной снова предстала спускающаяся вниз лестница с выщербленной дверью внизу. За которой кто-то ждал меня.       Тук-тук-тук!       Теперь я отчетливо увидел кого-то промелькнувшего в самой крупной щели. - Нет! – снова самому себе произнес я и захлопнул дверь.       И куда теперь?       Я опустился на пол, привалившись спиной к двери и закрыв голову руками. Как же я устал от этого дома. От чувства потерянности и неуверенности, которые начали становиться моим вторым я. Так нельзя жить дальше. Я хочу выбраться отсюда. Надо найти выход.       Выход! Где же он?       Тук-тук-тук!       От этого стука у меня пробежал мороз по коже, и я понял почему.       На этот раз он прозвучал намного ближе.       Совсем рядом.       Я открыл глаза и убрал руки от головы.       Дверь была прямо передо мной. Я выпрямился и обернулся – за моей спиной была другая дверь, а я сам стоял на одной единственной ступени, находящейся между этими двумя дверьми.       И тот, кто скрывался за дверью, смотрел на меня воспаленными глазами через широкую вертикальную щель. Где же я уже видел эти глаза?       Я, кажется, искал выход? Очевидно, это он есть. Сделав глубокий вдох, я, не отрывая взгляда от глаза в щели, повернул, обмазанную чем-то склизким ручку и открыл дверь передо мной.       Передо мной никого не было. Я снова оказался в пустом старом подвале, на полу которого когда-то очнулся. Тот же полумрак, нарушаемый только светом, проникающим из-за моей спины, тяжелый затхлый воздух.       Не веря собственным глазам, я сделал шаг вперед и, услышав противный треск под ногами, посмотрел вниз.       Насекомые, как и в прошлый раз. Десятки, сотни, тысячи.       Еще пара шагов вперед и мне показалось, что впереди на полу кто-то лежит.       Себя преодолевать всегда сложно. Об этом здорово и увлекательно читать в книгах. Но самому преодолевать свои комплексы и страхи сложно. И так же сложны были для меня эти три шага, прежде, чем я смог разглядеть того, кто лежал на полу, как недавно лежал, наверно я сам.       Это был манекен. Такой же старый, как наверно, и весь дом, местами потертый, с кусками оббитой краски, когда-то белый манекен. На боку же, будто алый цветок багровело пятно. Запах крови моментально ударил мне в ноздри и я инстинктивно сделал несколько шагов назад, уже не обращая внимания на насекомых под ногами. Руку что-то непривычно оттягивало вниз. Я поднял её и замер на месте.       Нож. Финка. Весь в крови.       И тут манекен согнул руки, поднимаясь, а я ощущая невероятный приступ страха, который прежде никогда не испытывал, уронил на пол нож и со всех ног кинулся к выходу. Едва не выбив хлипкую деревянную преграду я, спотыкаясь, взлетел наверх по лестнице и распахнул перед собой дверь.       Снова подвал.       Манекен уже поднялся на ноги, дрожа, как марионетка при каждом движении.       Паника душила, но я снова развернулся и кинулся обратно к распахнутой двери. Снова лестница, холодная ручка двери и ощущение чужих ледяных ладоней на моих плечах…       Все-таки я смог распахнуть эту чертову дверь, и яркий свет мгновенно ударил мне в глаза, заставив сощуриться… - Тема! Проснись немедленно! Все хорошо! – прокричал кто-то рядом, а затем я ощутил несколько шлепков по щекам. Инстинктивно закрывшись руками я, открыл глаза, сосредотачиваясь на лице перед собой.        Дима.       Сердце все еще продолжало набатом стучать в ушах, а дыхание разрывало грудь, будто после настоящего бега.       Я смотрел в лицо перед собой и убеждал себя в том, что это был всего лишь сон и надо успокоиться. Успокоиться, если я не хочу снова оказаться в диспансере.       Это был настоящий живой человек передо мной. Не мой воображаемый друг. Я чувствовал сквозь ткань, как он сжимает моё плечо, а на щеках все еще горели следы пощечин.       И обязательно надо было бить? - Снова ты… - отталкивая его от себя и ощущая, как хватка на плече ослабевает, произнес я, повернув голову на бок, что бы только не видеть его лица. Сердце по-прежнему стучало в груди загнанной птицей, а перед глазами все еще стоял манекен.       Я многое был готов отдать, лишь бы снова туда не возвращаться. И даже тот факт, что меня разбудил, настоящий Даниловский, а не мой воображаемый друг, меня не сильно расстраивал. Я старался сосредоточиться на незнакомом окне с римскими шторами. Всегда нравились такие. Это точно была не моя комната. - Снова? Мы с тобой не так уж и часто видимся для «снова», - ехидно заметил он, а затем уже другим тоном, который я никак не смог для себя определить, добавил, - и давно тебе снятся кошмары?       Убедившись, что, это точно реальный Дима, а не мой выдуманный, я пожал плечами, хотя это было и неудобно в лежачем положении и, стараясь, говорить, как можно спокойнее ответил: - Время от времени. Как и всем. - Не ври мне. - Да пофигу мне на твое мнение, - спокойно ответил я, уже почти полностью справившись с дыханием. Неожиданно для себя я осознал, что привык к кошмарам, и теперь прийти в себя после очередного было не так уж и сложно.       Неосознанно я даже слабо улыбнулся своим мыслям, что не осталось незамеченным. - Ничего себе благодарность, - недовольно пробурчал рядом парень и я перевел на него заспанный взгляд. Осознание медленно и беспощадно возвращало меня в реальность, которая в очередной раз меня не баловала.       Я был не дома. Передо мной сидел человек, который однажды (после моего первого в жизни признания в любви) избил меня до потери сознания и после этого около года от случая к случаю не упускал возможности поддеть побольнее. - И где я? - проигнорировав последнее замечание Даниловского, спросил я, решив, что хуже уже все равно не будет. - У меня. Не мог же я тебя в таком невменяемом состоянии домой отдавать. Ты даже на ногах не стоял, - отвернувшись и поднявшись с кровати, ответил парень, подходя к окну и поднимая римские шторы. – Что ты такого выпил? - Не знаю, - честно ответил я и сев, даже плечами пожал, - я заказывал сок, но, когда вернулся, в моем стакане была какая-то добавка. - Не делай такое несчастное лицо. Сам виноват, - Произнес Дима, бросив на меня короткий взгляд. - А я никого и не обвиняю, - парировал я, оглядываясь по сторонам и отмечая, что лежу на развернутом диване в довольно просторной комнате. Когда-то я очень хотел бы оказаться в гостях у Даниловского, но сейчас меня это смутило.       Очевидно, это спальня для гостей. Уж слишком тут безлико. Дима не такой. Я достаточно давно его знал, несмотря на то, что мы близко не общались последние несколько лет, что бы сделать вывод о том, что он из себя представляет. - Есть будешь? – короткий вопрос, а я неожиданно наткнулся взглядом на свою одежду, аккуратно сложенную на стуле рядом. Телефон лежал на небольшой тумбочке около кровати. - Мне надо родителям позвонить. Они, наверно, волнуются, - невпопад ответил я, озвучивая свои мысли. - Не переживай, - Дима прошел к двери и остановился у выхода, - я вчера с твоего телефона отправил сообщение Мише, что ты остаешься ночевать у Тони. С ней я тоже договорился.        Я замер, переваривая полученную информацию.        Теперь я вообще перестал понимать происходящее. И зачем надо было так запариваться по этому поводу? Это же тот самый человек, который некоторое время назад мне доходчиво объяснил кто я и, что таких, как я надо истреблять или отправлять лечиться в психушку. - И зачем ты это сделал? - А самому не понятно? Тем, хватит изображать из себя непонятно кого. Ты есть будешь? – перевел разговор на другую тему Дима, нетерпеливо постукивая пальцами по дверному косяку. Я только сейчас обратил внимание на то, что сам он одет в домашние темно-синие штаны с двумя полосками по бокам и серую футболку навыпуск. Ни разу не видел его таким. Даже почувствовал себя как-то неуютно.       Будто подглядываю за чужой личной жизнью. - Буду, - утвердительно ответил я, не столько потому что действительно хотел, а что бы немного разрядить неловкую ситуацию. - Давай приводи себя в порядок, я жду тебя на кухне, - быстро ответил хозяин квартиры и скрылся в дверях.       Посидев еще недолго на кровати, я все-таки смог заставить себя спуститься и взяв вещи, отправился в ванную. О том, что он сначала раздел меня, а потом одел в свои вещи, я даже думать не хотел. Это вообще никак не вписывалось в привычную для меня картину мира. Сюрреализм какой-то, честное слово.       Умывшись и собрав в кулак остатки решимости, я, переоделся и вышел. Квартира оказалась четырехкомнатной, но я без труда нашел кухню и ждущего меня там за столом с чашкой кофе Диму. - Вот твой. Как ты любишь с молоком без сахара, - пододвигая мне черную чашку на блюдце, произнес он. - И откуда ты успел узнать мои вкусы..? – задал самому себе риторический вопрос я, не ожидая ответа, но он последовал. - Когда ты согласился со мной встречаться в прошлом феврале. - Да, ты шутишь, наверно! - Рассмеялся я, тут же подавившись кофе и закашлявшись. - Нисколько. Разве похоже на то, что бы мне было смешно? - хмуро глядя в свою полупустую чашку, спросил Даниловский. - Не знаю, но мне, честно говоря, все равно, - откашлявшись, ответил я, - ты меня видимо совсем за идиота держишь? - Нет, - Даниловский, наконец, поднял взгляд от чашки и я с удивлением заметил, что он чувствует себя неуверенно. Это было что-то новенькое. – Я не буду просить у тебя ни за что прощение, поскольку все, что я совершил, я сделал по объективным причинам. И объяснять тоже не буду, - после недолгой паузы добавил парень, снова ненадолго отведя глаза в сторону. – Ты мне не безразличен. Я волновался за тебя, когда ты исчез на полгода, и даже пришел один раз к тебе, но мне открыл Миша и вместо объяснений просто спустил с лестницы. У тебя, действительно, хороший брат, - Дима замолчал и допил кофе.       Я молча сидел над своей чашкой и пил только, что бы ничего не говорить.       Я даже не знал, как мне относиться к этим его признаниям. Да, и признания ли это? Слишком уж сильно отдавали эти слова собственническим эгоизмом. - Знаешь, мне пора. Меня тут вообще не должно быть, - решив, что весь этот цирк с изображением чувств пора заканчивать, произнес я и поднялся. Дима не стал останавливать, молча проследовав за мной в коридор. - Ты мне не веришь, - констатировал он, когда я одел ботинки и выпрямился. - Прости, но нет, - у меня теперь было одно желание поскорее уйти отсюда, а Дима не торопился открывать входную дверь, стоя напротив, облокачиваясь о стену и буравя тяжелым взглядом. Красивый словно… - Я докажу, что говорю правду, - кивнув каким-то своим мыслям произнес он, сунув руки в карманы штанов. - Прекращай уже, Даниловский. Мне и без этого всего сейчас нелегко, - нервно дернув плечом, ответил я, но он перебил меня: - У тебя на руке след от укуса собаки. Когда тебе было десять, вы приютили дворнягу в своем загородном доме. Это она укусила тебя. Ты пьешь кофе и чай всегда без сахара, но с молоком. Любишь черный горький шоколад без орехов и других добавок. У тебя нет ни одной родинки, кроме родимого пятна справа от пупка… - Прекращай уже этот цирк! - Резко прервал его я, - хватит! Все это ты легко мог узнать от кого-то из моих друзей или прежде, когда мы с тобой общались. Открывай дверь и я уйду! Не может быть между нами ничего и не будет! – В сложившейся тишине мой голос прозвучал на столько резко, что даже я сам поежился. - Мы еще вернемся к этому разговору, - не глядя на меня, произнес Дима, доставая из ключницы ключи и открывая замки. Я, ничего не ответив, уже собирался уйти, увидев открытую передо мной. Но внезапно ощутил, что парень схватил меня за руку и прежде, чем я успел как-то среагировать, развернул к себе лицом. - Ты, конечно, можешь меня игнорировать и не верить тому, что я говорю, но, пожалуйста, перестань общаться с Киром. Многие твои проблемы именно из-за него. - Тебя наши взаимоотношения вообще не касаются, - не глядя на парня, ответил я и, выдернув руку из хватки, вышел на лестничную площадку.       Домой я шел не спеша, обдумывая все произошедшее. Первое, что меня беспокоило, это то, откуда появилась добавка в моем бокале, благодаря которой меня так не слабо вынесло. Второе, что ставило в тупик – это отношение Димы. Даже думать об этом не хотел. Как научил меня мой предыдущий опыт – любовь не для меня. Наверняка, это очередной жестокий развод и не более того. Третье – это сон, который не шел у меня из головы и до сих пор вызывал ощущение неприятного холодка где-то внутри. Пугал тем, что символизировал собой. Получается, если следовать этой логике – я кого-то убил..?       Верить в это не хотелось абсолютно, но, тем не менее, приходилось. Был только один человек, кто мог мне помочь понять это.       Мой воображаемый Друг.       Я остановился посреди улицы и огляделся по сторонам. Димы нигде не было.       Внутри что-то неприятно сжалось. Неужели он оставил меня? Именно в тот момент, когда я начал по-настоящему в нем нуждаться. Когда принял его? Когда принял часть себя, которую он олицетворял.       А ведь и в квартире Даниловского его не было.       Когда я открыл дверь в квартиру, часы на стене показывали двадцать минут второго, а с кухни доносился приятный запах. - Тема? Это ты? Снимай ботинки,- услышал я мамин голос. - Да, мам. - Переодевайся и присоединяйся, я тут кушать готовлю.       Улыбнувшись этим теплым словам, я, быстро пройдя к себе в комнату, переоделся и вскоре уже сидел на табуретке за кухонным столом. - Ну, как вчера время провели? – спросила мама, помешивая в большой кастрюле суп, - папа с Мишей уехали на Терен-Куль. Будут вечером. - Хорошо, - жизнерадостно улыбнувшись, ответил я и, уже привычно, начал врать о том, как хорошо я провел время в клубе.       Целый день мы провели вместе, занимаясь домашними делами и переговариваясь на ничего не значащие темы, но я снова почувствовал себя счастливым.       Уже лежа в кровати в темной комнате, я негромко позвал Диму, внезапно, осознав, на сколько сильно хотел, что бы он мне ответил. - Тут я, - прозвучал ответ в темноте и я, повернув голову, увидел его сидящего у шкафа, курящего воображаемые сигареты. - Ты здесь, - с облегчением выдохнул я, прикрывая глаза, - я уж думал, ты исчез. - С одной стороны – куда я денусь, а с другой - недалек от этого, - задумчиво ответил парень, поднимаясь с пола и подходя к кровати. – Все нормально? - Не знаю, Дим. Не знаю, - честно признался я, глядя в зеленые глаза собеседника, - могу сказать одно – я болен. И мне это начинает нравиться. - Не загоняйся. Ты болен ничуть не больше, чем большинство окружающих тебя людей, - он мягко усмехнулся, отбрасывая сигарету куда-то в сторону и выпуская облачко сизого дыма. - И похоже, я убил кого-то… видимо того самого Илью, который пропал… - я даже удивился той легкости, с которой слова слетели у меня с языка. - С чего ты взял, что убил ты? Это мог быть всего лишь сон. Сам же сказал, что «болен». - Я надеюсь на это, - сдавленно ответил я, ощущая, как слезы подступают к горлу, но все же заставляя себя успокоиться. – И мне страшно… Дима ведет себя странно. - Все хорошо. Не бойся. Ты сильнее, чем сам думаешь.       В комнате на некоторое время повисла тишина. - Ляг рядом, пожалуйста, - попросил я, похлопав по кровати рядом с собой, - а то ты постоянно по углам ошиваешься… а я хочу обнять тебя. - Легко. Я же говорил, что лучше настоящего Даниловского, - еще одна мягкая усмешка и парень лег рядом, а затем осторожно обнял, прижимая. – Поспи.       Попытайся поспать. Только без кошмаров на этот раз. Договорились? А я за тобой пригляжу, - донесся до меня его голос, и я, улыбнувшись, закрыл глаза       Как же я все-таки устал. Я раньше этого не понимал. И сон тут не поможет.