Очередной рабочий день

Никто не помнит, сколько длился этот бой. Снежинки медленно падали на горячий длинный ствол и моментально умирали. Затем он молниеносно отводился назад, уши разрывал взрыв, а глаза ослепляла вспышка. Разрушенный и пылающий, Токио-3 спешно покидали уже немногочисленные отряды. Кого-то окровавленного и безжизненного волочили по грязному снегу. Ботинки увязали в слякоти. Ноги спотыкались о чей-то разорванный труп. Спасатель выругался, поворчал, заплакал, но продолжил идти. Внезапно с неба обрушилось огненное сияние, упавшее в здание. Оно тут же рухнуло, намертво придавив отчаянную спасательную операцию. Недавно живой и полный злобы, обиды, ненависти и надежды, теперь лежал под грудой здания. Лишь раздавленная, как жирная личинка, рука, дрожала в конвульсиях и сжималась. Во тьме обломков виднелась голова. Окровавленная, с вылезшими из глазниц белками глаз. Рот скривился в болезненной улыбке. Тело билось в конвульсиях, отчего рот весело дрожал, сжимая остатки зубов и показывал стальную балку, пронзившую скулу. Он остался один и шёл по земле, усеянной трупами своей семьи. Братьев и сестёр. Они были чёрными и тощими, потому что люди душили природу. А он остался. Такой же. Без капли гордости. Хладнокровный, молчаливый и сосредоточенный, шёл вперёд. Они были чёрными Он - белый. Совсем как снег. Он его отец и его мать. С него всё началось. Он всё закончит. -Почему ядра врагов не взрываются?! Истерика царила среди юных работников NERV. Рей...Рей...Рей! Рей?... Рей!... -Аянами! По руке робота, вонзённой в чёрное длинное тельце, спешно текла горячая тёмно-красная кровь и весело капала на кровавый сугроб. Ева вырвала ядро. К нему тянулась паутина жизнерадостных жилок. Икари-кун давно перешёл в рукопашную. Его позицию никто так и не смог захватить. Поэтому противники пошли в обход. Психа оставили в гордом одиночестве. На месте Токио-3 не осталось ничего. Началась эвакуация. В холодном подземном лазарете восстанавливали по кусочкам нервную систему Аски. Рыжие волосы весело горели на фоне голого бледного мёртвого тела. Хирурги копошились во внутренностях, внедряя импланты. Её глаза, губы шевелились и искали что-то Дурак Синдзи... В городе мёртвая тишина.