Немного о тяжёлой жизни Меттатона

В мир телевидения на поверхности Меттатон ворвался стремительно и блестяще. И, разумеется, не один. Робот быстро понял, что розовым цветом, гламуром и эпатажем людей особо не удивишь — «на телевидении этого добра хватает без вас», от некоторых представителей рода человеческого у него самого иногда отвисала челюсть. Меттатон был достаточно умён и подражать человеческим звёздам даже не стал пытаться. Вместо этого он сделал упор на привнесение в мир поверхности культуры монстров. Напстаблук и Смурена активно помогали ему в этом, как могли. Он произвёл фурор. Люди проявили к его группе жгучий интерес. Когда ещё увидишь своими глазами призрака, сознательное и даже женственное подводное существо, а также говорящего робота, отжигающего на все лады? Это было само по себе свежо, ново, незнакомо, и все их передачи проходили на «ура». Монстры, правда, теперь смотрели Меттатона чуть меньше — ещё бы, на них обрушился целый мир шоу людей, а также фильмов, музыки и прочего. Им хотелось попробовать неведомого, и робот отлично их понимал — он сам заинтересованно наблюдал за такими коллегами по шоу-бизнесу. Но через пару лет, когда первый шок прошёл, а до людей окончательно дошло, что Меттатон не просто робот, а робот с волей, душой и самосознанием, т.е. не зависит полностью от встроенных в него программ, пассивные восторги сменились сознательной конкуренцией и отчаянными попытками разгадать его секрет. То, что люди то и дело доискивались, откуда взялся такой уникальный робот — это не страшно. Альфис молчала, Меттатон её не выдавал, а Напстаблук тем более не раскрывал, что это на самом деле его кузен. По правде говоря, из Напстаблука на публике вообще было крайне тяжело вытащить хоть пару слов, если Меттатона и его поддержки не было рядом. Куда страшнее для робота оказался тот факт, что люди стали активно приглашать монстров в свои фильмы и программы, и не просто приглашать, а бурно поддерживать всё то, что они принесли из подземелья. Теперь у него появились серьёзные конкуренты. Но сдаваться он, естественно, не собирался. Он вообще не допускал даже мысли, что может потерять «звёздность». Как-то раз ему написали по электронной почте (а в человеческой всемирной сети Меттатон тоже засветился везде, где только мог, у него даже свой сайт появился), что его приглашают сняться в одном фильме. Разобравшись, что это за кино, робот хмыкнул. Очень смахивало на то, что его хотели «вписать» в общий фон людской культуры. Конечно, он бы всё равно отличился, на любом фоне, но сливаться с людьми робот желания не испытывал. «Я согласен. Но у меня есть парочка условий…» — написал он в ответ. Если и сиять с больших экранов, то так, чтобы взорвать аудиторию и доказать всем свою уникальность независимо от всех, а не под именем чужого бренда и не под фамилией чужого режиссёра — так решил Меттатон. Себе он вытребовал главную роль, но на этом не остановился. Он вспомнил о старых добрых друзьях — Папирусе, Андайн и других, которые точно не забывали о нём всё это время и относились к нему с искренней теплотой. Всю эту «банду» Меттатон тоже втащил в сценарий, и люди ничего не смогли с этим поделать. — Почему у нас сцена на фоне кондитерской Маффет? У нас же на заднем плане «Макдональдс» по сценарию! — У вас хоть один работник «Макдональдса» в картине задействован? — возразил Меттатон. — А Маффет — прирождённая актриса, очень милая и по-своему эффектная. От неё пользы гораздо больше. Ваш «Макдональдс» должен гордиться уже тем, что Альфис пропадает там каждые выходные. — Но они нам деньги заплатили! — Не волнуйтесь, я уже со всеми договорился, чтобы деньги им вернули, да еще с процентами в качестве компенсации за отказ от рекламы заведения. Меттатон развернулся и удалился гордой походкой. — То есть вы утверждаете, — к роботу люди обращались на «вы», на «ты» как-то язык не поворачивался, хоть он и был «машиной», — что ваша Андайн будет выполнять все трюки без подстраховки? И при этом она у вас спрыгнет вот с такой высоты? Да она же разобьётся у вас! — А вы попробуйте её разозлить, а потом убежать. Пока вы будете мчаться по лестнице, она сиганёт этажа с третьего и будет уже ждать вас на улице, чтобы разобраться. Со мной подобное было пару раз, — пожал плечами робот. Все эпизоды с участием Меттатона снимались с одного дубля, тут он не знал неудач. Но, конечно, одним актёрским участием он не ограничивался. — Эти костюмы были модными в позапрошлом сезоне, сейчас такое уже не носят. Кое-что нужно поправить. Какая юбка для Андайн? Никаких юбок, это не её стиль! Подберите что-нибудь мощное, дерзкое, но при этом простое и без изысков. И тона потемнее. Вот, свет отлично падает. Освещение шикарное. Нет, музыкальный номер мы из кульминации не будем вытаскивать. И из конца тоже. Мы должны воодушевить зрителей, заставить их растрогаться! И кроме того, в финале в кадре нужно собрать всех! — Мне кажется, иногда ты излишне строг с ними, — мягко заметила ему Ториэль как-то раз. — Ничего подобного, моя королева. Нам нужен шедевр, нам нужна бомба, и я точно знаю, как это организовать. А кроме того, я кое-что уже понимаю в людях, и эта съёмочная группа изначально была не очень заинтересована в том, чтобы выдвинуть меня… точнее, нас на первый план. Им нужно было выдвинуться самим за наш счёт. Это же как большое шоу, сплошная конкуренция, либо ты, либо тебя. Но мы — мы всех порвём! И в общем — порвали. Мало того, что все монстры сыграли просто блестяще и надолго стали кумирами даже для людей благодаря показанному актёрскому мастерству — так Меттатон ещё и приобрёл немалый авторитет. Да и как было не приобрести его, если в титрах и на оборотной стороне дисков с фильмом (позже) чётко было написано: «Сценарий: ……… (ведущий консультант — Меттатон). Трюки (без подстраховки): ……… (ведущие консультанты — Андайн, Меттатон). Музыка: ……… (ведущие консультанты — Напстаблук, Меттатон). Хореография: Меттатон». И т.п. Робот добился того, что выглядел всезнающим и самым главным вообще везде, только в графу «Режиссура» его не вписали. И то потому что пожадничали. Как-то вечером, спустя несколько дней после премьеры, Напстаблук тихонько вошёл в комнату к кузену — после выхода на поверхность они поселились вместе в отдельном доме. Тот разговаривал по телефону. — Не за что, дорогуша. Я уверен, у тебя всё идеально получится, — донеслось до него. Меттатон положил трубку. — Андайн звонила. Благодарила. Её заметили, и теперь ей предлагают работу. Где-то каскадёром, где-то тренером по разным видам спорта. Обещают хорошую зарплату. И она уже не первая звонит. К Маффет в кондитерскую повалили покупатели. Папирус… У Папируса теперь 20 000 подписчиков в соцсети. А так он и без меня успел реализоваться. Выучился на повара и теперь готовит спагетти с очень нежным вкусом. Надо будет сводить тебя в ресторан, где он работает, не пожалеешь. В общем, все довольны, этот фильм их продвинул. Напстаблук тихонько прижался к его плечу. — Я вообще-то тоже зашёл поблагодарить… Знаешь, я не очень люблю быть в центре внимания, но то, что ты для меня делаешь… как ты обо мне заботишься… Ты так хотел, чтобы меня оценили… У меня теперь все спрашивают, где найти хорошую музыку. Спасибо. Меттатон улыбнулся, оба брата по семейной привычке улеглись на пол. — Это меньшее, что я мог для тебя сделать, Блуки. Может, потом снимем вторую часть… Потом. У нас в планах ещё гастроли по всему миру… Я покажу тебе множество стран, Блуки. А потом мы откроем собственный телеканал — совсем как в подземелье. Можно журнал начать выпускать… — Для меня главное, что ты рядом, — вздохнул призрак. — А в остальном я просто буду всегда помогать тебе. — Спасибо, Блуки, — снова улыбнулся Меттатон.