Гнев богов

      — Да приветят тебя валькирии, да проведут они тебя в чертоги Одина…       Печальный голос тонул во мраке горя…       Знакомые слова… Их всегда произносят, когда отправляют кого-нибудь в последний путь. Ингвер слышала их и раньше — на Олухе похороны бывали часты. Не думала она, что скоро самой придется потерять… И кого! Отца!       Всякий раз, как взгляд девушки скользил по ладье, по накрытому телу, память возвращала ее к этой ночи.       Вечер был тихим — впервые за несколько дней драконы не нападали. Но мало кто верил, что они не прилетят сегодня. Тревога, напряжение витали в воздухе, и почти в каждом они находили себе жертв. Почти никто не спал. Ну, кроме малышей, конечно. Матери усердно загоняли их в кровати, успокаивали, пели колыбельные, укачивали — в общем, делали все, чтобы дети уснули. А сами между тем не могли сомкнуть глаз.       На востоке уже слегка бледнело небо, когда усталость сморила викингов. И тут началось!       Ингвер проснулась от чьих-то криков, грохота и рева драконов. Первое, что она почувствовала, было раздражение: уже несколько дней ей не давали выспаться. Хотелось кинуть подушкой в стену, закричать, но тут девушка вспомнила, что недавно ее посвятили в воины. О, разлеживаться теперь не придется! Надо идти и защищать деревню! Надо оправдать надежды отца, матери — всех, всех!       Ингвер схватила щит и свой топор. Он был как раз ей по весу: держать его было не трудно, а вмазать можно было сильно — по крайней мере, оглушить и даже ранить дракона ей удастся. Все, готова!       Девушка выбежала на улицу. Там уже все кипело — да уж, ночка будет не из легких!.. О, пристеголов подкрадывается к соседнему дому, и никто его не замечает… Или все настолько заняты. Ингвер ринулась наперерез, стараясь двигаться как можно тише, хотя это и не было так трудно: в этом шуме вряд ли ее расслышат! Совсем уже подобравшись к дракону, девушка закричала. Пристеголов, по-видимому, не ожидавший нападения, удивленно наклонил к ней головы. В его глазах отражались факелы — это все, что Ингвер успела заметить перед тем, как ударить.       Существо взвыло от боли. Одна из его голов замоталась, другая же поспешно стала выпускать газ. «Скорее! Надо скорее его вырубить!» — пронеслось в голове, и девушка скользнула под брюхо дракону. Ползком передвигаться трудно да и места, чтобы размахнуться как следует, маловато, но что поделаешь!.. Топор глухо врезался в живот чудовища. Оно завыло еще громче прежнего и завалилось на бок. Ингвер даже на секунду стало его жалко: столько боли и отчаянья было в этом… стоне? Нет, нельзя жалеть драконов, они столетиями убивали викингов. «Они убивали нас тысячами!» — прошептала Ингвер, и злость вновь наполнила все ее существо. Если бы в этот момент не подоспели взрослые, она бы наверняка убила этого отвратительного пристеголова.       — Он был мой! Я бы его добила! — в бешенстве закричала девушка. Но тут за ней прозвучал спокойный голос отца:       — Ты молодец, конечно. Но давай ты убьешь своего первого дракона в следующий раз?       — Ну, это когда еще будет! — протянула Ингвер.       — Это будет в эту же ночь. Я обещаю, — ответил отец. И видя, что дочь не верит ему, добавил: — Я сам за этим прослежу.       Теперь злоба уступила в душе Ингвер место радости: она будет сражаться плечом к плечу с отцом! Да она только мечтать о таком могла!       — Ну, как? Идет?       — Спрашиваешь!       — Хорошо. Слушай тогда: нам с тобой надо загнать часть овец в хлев, а потом защищать его. Пошли, время не терпит!       Да, им удалось загнать перепуганных до смерти овец. Пока все шло чудно, драконы не нападали. Ингвер даже стала подумывать, что сегодня явно не ее ночь, но тут…       — Змеевики! — закричал кто-то из сторожей.       Некоторые тут же постарались сбить часть нападающих, а остальные встали на изготовку.       Девушка тоже приготовилась и стала вспоминать все, что она знала полезного о змеевике: этот дракон быстр, ловок, стреляет отравленными шипами… О, вот! Слепая зона у него спереди морды. Только действовать надо очень быстро — учует еще, тогда хлопот не оберешься…       Ингвер присела за камень, чтобы ее сразу не заметили, и можно было бы напасть неожиданно. Вот чудовища уже совсем приблизились… Некоторые из них уже беспомощно бьются в сетях, их спешат обезвредить… Но оставшихся все равно много.       Так, теперь бросить камень в ближайшего — надо же, чтобы он спустился посмотреть, кто это осмелился потревожить его!.. Сработало… Он идет по направлению к ней… Отвернулся… Еще раз бросить камень… Да, теперь он не свернет. Вот он подходит все ближе, ближе… Момент — и Ингвер в слепой зоне дракона. Ее обдало горячим дыханием. Скорее, скорее! Надо поднырнуть под голову змеевика… Есть! Ингвер со всей своей силы ударила топором по горлу врага. Хлынула кровь, дракон издал какой-то странный звук, что-то среднее между рыком, стоном и кряхтением, и отшатнулся.Теперь надо его добить!.. Девушка в исступлении снова и снова взмахивала топором, а дракон лишь вздрагивал от каждого удара.       Вдруг что-то обвилось вокруг ноги Ингвер, и в следующую секунду она уже отлетела в сторону. Девушке повезло: она упала довольно мягко. «Пара синяков будет — какие пустяки!» — подумала она и снова ринулась в бой. Оказалось, что это другой змеевик прилетел на помощь товарищу и теперь уносил его подальше от разъяренного человечка.       - Ничего! Я вас еще достану! — прокричала фигурка, потрясая кулаком, но тут же побежала к другим.       — Ну, как, воительница? — спросил с улыбкой отец. — Сколько убила? Только не кипятись, — прибавил он поспешно. — Хватит их еще на твой век.       Ингвер выдохнула, стараясь успокоиться, хотела что-то сказать, но тут сзади раздался страшный треск. Отец и дочка быстро обернулись. По стене хлева спускалось ужасное чудовище — одна из самых жутких зверюг, к тому же умеющее поджигать само себя.       Противный холодок побежал от затылка по спине, а оттуда по всему телу до самых кончиков пальцев, сковывая их. О боги, только не сейчас! Надо делать что-нибудь, надо двигаться! Но тщетно… Девушка не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой. С ужасом она наблюдала, как отец сражается с жутким драконом. Наконец чудовище откинуло своего противника и со злобным ворчанием направилось к ней. А она просто стояла! Стояла и смотрела прямо в два холодных черных зрачка, полных ненависти и желания убить.       — Ингвер! И-и-ингвер!

***

      — Ингвер! — прошипел ей брат на ухо.       Она очнулась от своих воспоминаний. Да, надо взять лук с пылающей стрелой. В глазах все рябит и плывет, и так горячо-горячо… Руки дрожат… Но надо найти в себе силы и отдать последний долг, раз спасти не смогла…       Ингвер выстрелила. Попала… Больше сдерживать она не могла. Слезы текли по щекам, прочерчивая на них широкие русла.       Кто-то раза два тронул ее за руку, еще кто-то успокаивал, но Ингвер было все равно. Только раз ее слух выхватил фразу: «Ты ничего не могла сделать. Во всем виноваты драконы.»       «Драконы». Одно это слово вернуло ее к той страшной ночи. Почему она не двинулась даже тогда, когда отец кричал ей? Неужели только из-за страха, из-за того самого холодка? Но это же срам! Испугаться чего-нибудь, тем более дракона, — самое позорное, самое страшное, что только может случиться с викингом!.. Нет, нет! Во всем виноват дракон!       Воспоминания вновь затуманили все чувства.       Глаза того ужасного чудовища… Ингвер вспомнилось, что ее неприятно поразило его сходство с самой собой. Наверное, она сама так выглядела, когда пыталась убить змеевика…       Отец в последнюю секунду вытолкнул ее из-под удара. Но сам ускользнуть не успел… Страшные когти сшибли его с ног, дракон подмял его под себя и…       Горе пронзило Ингвер и прогнало весь страх. Она с воплем бросилась на чудовище, размахивая топором. Оно было готово уже к новой схватке. К счастью, подоспели другие викинги, иначе Ингвер очень скоро тоже была бы мертва. Они отогнали дракона. Убили они его или нет, девушка не знала. Она склонилась над своим отцом. Но было поздно.

***

      Ингвер очнулась в лесу. Наверное, она забрела сюда, поглощенная своими воспоминаниями. Горе вновь нахлынуло на нее, девушка зарыдала. Ноги подогнулись, и она упала на колени.       Она закрыла лицо руками, но в темноте, перед глазами вновь восстал взгляд отца: в нем не было ни страха, ни ненависти, но, казалось, в них читалось разочарование. Это было страшнее всего.       Ингвер отняла от лица руки, но страшное видение не оставляло. Да еще к нему прибавились глаза того дракона…       В отчаянии девушка протянула руки к небу и взмолилась:       — О боги! За что вы прокляли меня?!.. Моего отца убил дракон! Из-за него это все!.. — безумная мысль мелькнула в ее голове. — Накажите его! Уничтожьте его! Уничтожьте весь его род! Всех драконов!..       Перед глазами промелькнул яркий свет. Грянул гром, но Ингвер его уже не услышала.