Все мы немного поломаны

      Иногда мы так отчаянно бежим от людей или обстоятельств, которые нас окружают, что совсем забываем или просто не замечаем, что дело далеко не в них. Мы бежим не потому, что боимся вещей и людей, которые вокруг нас, мы боимся самих себя, своих решений, своих чувств. Мы бежим так быстро, что не успеваем уловить главного — от себя все равно не убежишь. А знаете, что самое забавное в побеге? Для того, чтобы сбежать совсем, необязательно находится в движении. И Эва Квиг Мун не понаслышке об этом знала.       Эва отошла метров на десять от супермаркета, в котором покупала продукты на ужин, когда услышала, как какой-то знакомый женский голос окликнул её на улице. Она оглянулась по сторонам, в поисках знакомого лица, и остановилась, когда её взгляд уперся в нужную девушку. То, кого она увидела, немного удивило, но она все же ответила: — Да? — Привет, — заговорила девушка, — у тебя несколько дней назад был день рождения, поздравляю, — искренне произнесла она. — Спасибо, Камилла, — Эва неловко, но все же улыбнулась. — Эва, я хотела… — она запнулась, — я хотела извиниться, мне правда очень жаль, — она опустила глаза. — Я не хотела, чтобы так получилось, не хотела тебе навредить. Ну, то есть, конечно, хотела, но не так… Я не знала, что эти таблетки могут привести к таким последствиям. Я просто хотела тебя опозорить, это было как наваждение. Я так была зациклена на нем, и мне казалось, что между нами стоишь только ты, что Крис должен увидеть, насколько ты неидеальна, насколько я лучше. Увидеть, насколько ты не заслуживаешь быть в его жизни. Но чем больше тебя в ней не было, тем больше ты была повсюду, меня это жутко бесило. Для меня сделать так, чтобы он в тебе разочаровался, — стало навязчивой идеей. Но правда была слишком очевидна, ты никогда не стояла между нами, потому что никаких «нас» никогда не было… — Ты перекрасилась?! — Эва перебила девушку и широко улыбнулась. — Да, — она чуть-чуть опустила голову и плечи. — Тебе так гораздо лучше, — Эва одобрительно кивнула. — Спасибо, — робко ответила девушка. — Ты была права, невозможно стать другим человеком, да и не нужно это. А так я — это я. — Камилла, — голос Эвы стал серьезнее, — я слышала, что Крис заставил тебя перевестись, — девушка кивнула. — Если хочешь — можешь вернуться, не бойся, Крис ничего тебе не сделает. — Я не хочу, Эва, — девушка улыбнулась, — мне нравится моя новая школа, правда, нравится. У меня появился парень, и он любит меня, потому что я — это я. Мне не нужно притворяться, чтобы меня любили, не нужно придумывать коварные планы, не нужно быть злобной стервой. — Я рада за тебя, Камилла. Правда, рада. — Знаешь, ты была права, никто не заменит тебя в его жизни, как и его в твоей. Сейчас, отдалившись, я вижу это очень отчетливо. Ты не сможешь без него так, как и он без тебя. Я искренне надеюсь, что вы помиритесь. — Спасибо. Ну ладно, не буду тебя задерживать, а то парень тебя заждался, — Эва кивнула головой в сторону, где стоял молодой человек с букетом в руках и, время от времени, посматривал на Камиллу. — Ой, и правда. Ну, я тогда побежала? — Беги-беги, — Эва махнула рукой и улыбнулась на прощание.       В дверь настойчиво стучали, Эве пришлось отвлечься от готовки собственного ужина и отправиться в сторону двери. По пути в голове крутилась мысль, что кто-то на небесах отчаянно пытается оставить её без ужина. Распахнув дверь, она увидела на пороге Криса. Сказать, что он выглядел не очень, это ничего не сказать: на лице не было живого места, костяшки сбиты, рукой он держался за ребра, которые у него несколько месяцев назад были сломаны. Эва точно знает, ведь на время, пока врачи запретили ему вставать, она практически жила у него, исполняя все его дурацкие прихоти. Крис знал, что в таком состояние он может прийти только сюда, да ему больше нигде и не хочется быть. Он стоял на пороге, не шевелясь, не зная, впустит ли его Мун на этот раз.       Раньше он всегда был уверен, что эта дверь открыта для него 24/7. Эва никогда не истерила, не спрашивала, что случилось, если он не хотел рассказывать. Она просто приносила аптечку, которая появилась в её ванной только после того, как Крис впервые пришел к ней избитым, и обрабатывала все раны, а после они готовили ужин, смотрели фильм или делали еще что-то. А сейчас он стоит перед открытой дверью, смотрит в её слегка обеспокоенные глаза и понятия не имеет, что делать, если она сейчас хлопнет этой дверью прямо перед его носом.       Его отпускает только когда Эва отходит от двери, не закрывая её, и идет в сторону ванной. Он снимает кроссовки, ведь знает, что Эва всегда ругается, когда в её дом входят в обуви, и молча садится на диван.       Эва обработала все раны, на лице и руках, не произнеся ни слова. Парень же только шипел от боли. — Снимай футболку, — совсем без каких-либо эмоций в голосе разрушила тишину Эва. — Да все нормально, не нужно. — Если ты не нуждаешься в помощи, зачем пришел? — угрюмо буркнула Эва. — Ладно, не кипишуй, — на его лице появилась ухмылка, и он покорно снял футболку.       На теле было множество синяков и ссадин. Но больше всего Эву обеспокоила огромная гематома темно-багрового оттенка на ребрах с правой стороны, она аккуратно прикоснулась к этому месту холодными пальцами. — Тут очень больно? — в её голосе слышалось беспокойство, хоть она и пыталась его скрыть. — Нет, — тело парня вздрогнуло от неожиданной боли. — Крис, — Эва тяжело вздохнула, — нужно съездить к врачу, это может быть очень серьезно. Они только недавно срослись. — Не нужно, все в порядке. Правда. Я посплю, и все пройдет. — Я вызову такси и поедем, в таком состояние лучше не садиться за руль, — продолжила Эва, сделав вид, что не услышала возражений Криса.

      Крис проснулся с утра от жуткой боли во всем теле, на тумбочке лежало несколько таблеток обезболивающего, но Эвы в доме не было. Крис решил, что она ушла в школу раньше, не желая с ним сталкиваться.       Когда Крис не нашел её за столиком в столовой с подругами, он решил, что она ловко его избегает, не желая с ним разговаривать.       Но на следующей день её тоже нигде не было, и никто из подруг понятия не имел, куда она делась. Дом был пуст, телефон выключен, все соцсети заблокированы — Эва просто исчезла.       Крис невольно вспомнил, как Эва часто говорила: «Не привыкайте ко мне слишком сильно. Кто знает, возможно, я однажды уйду, не попрощавшись, и больше не вернусь». Тогда никто не обращал внимания на эти слова, думая, что так она просто хочет их немного подразнить, но сейчас, когда от нее не осталась и следа, вспомнились именно эти слова.       Крис вдруг понял, что знал о ней тысячу мелочей, но понятия не имел, куда она могла деться. Он даже не знал, как зовут её родителей, у кого она может быть. Он не имеет ни малейшего понятия, как её найти. «Может, с ней что-то случилось? — нет-нет, Крис быстро отгонял от себя такие мысли, ведь такие, как Эва, не попадают в неприятности. — С ней все хорошо, с ней точно все хорошо, » — вбивал он в свою голову, стуча по ней собственными руками.       Эвы не было уже неделю. Она так никому и не позвонила, ни с кем не связалась. Кто-то говорил, что видел фотографию в инстаграме с какой-то вечеринки в Бразилии, на которой она была отмечена, а кто-то, что слышал, как она лично говорила, что поедет на некоторое время в маленькую деревушку, неподалеку от Цюриха.       Крис же потерял счет времени, сбил все жизненные ориентиры, потерялся в четырех стенах и утонул в море алкоголя. Пересматривая раз за разом видео, которое сам же когда-то и снял с Эвой в главной роли. И с каждым просмотром, с каждым днем, сходил с ума все больше и больше. Он выучил его наизусть, каждый её шаг, каждую улыбку знал на память. Знал, но все равно пересматривал.       Эва делает на кухне кофе, пытается достать с верхней полки корицу, когда замечает Криса, который стоит в дверном проёме и снимает её на камеру. Она бегает по его дому в одной футболке, одетой на голое тело, пытаясь спрятаться от взора камеры, босые ножки шлепают по холодному полу. Из каждого уголка дома доносится её звонкий смех, она что-то кричит типа «прекрати», «не снимай», «я убью тебя, если ты это куда-то выложишь», но Крис не обращает внимания, продолжая бегать за ней с камерой. Она прикрывает лицо растрепанными волосами, строит забавные рожицы, просто смеётся. Запрыгивает на столешницу и ногами притягивает его ближе к себе, нежно целует и отбирает камеру, кружится с ней в руках поворачивает её то на себя, то на Криса.       Да такой её однозначно не видел ни один парень ни с одной вечеринки. Она здесь такая естественная и до одури красивая: никакой косметики, почти никакой одежды, но так гораздо лучше. Ничего лишнего, она настоящая, до жути настоящая, её глаза блестят совсем не от алкоголя.       Прошло десять дней с тех пор, как Крис видел Эву в последний раз. И если бы не это видео, он, наверное, уже не вспомнил бы, как красиво она смеется. Это видео единственное, что у него осталось от Эвы, единственное, что напоминает о ней. Вот почему он пересматривает его снова и снова.       Крис вышел из дома и идет в школу только потому, что назойливые звонки от Вильяма уже порядком надоели. Закрыв за собой дверь, увидел Мун, которая сидела на капоте его машины. Он не сразу понял, что это не бредни его пьяного мозга, а правда она. Он подошел ближе и, не доходя до нее всего метр, остановился. Она выглядела уставшей, вымотанной, но счастливой. На шее висела подвеска, которую подарил Крис на её день рождения. Она молчала, просто смотрела в глаза и улыбалась, а он боялся пошевелиться, боялся, что, если подойдет ближе, если прикоснется к ней, — она снова исчезнет, растворится, а он проснется в пьяном угаре в каком-то кабаке. — Даже не поздороваешься, Кристофер? — заговорила Эва. — Неужели совсем не соскучился по мне? — Эва? — его голос был неуверенным. — Это правда ты? — А ты кого-то другого ждал? — Эва засмеялась. — Черт, Мун! — парень подошел ближе. — Двенадцать дней! Тебя не было двенадцать дней! — Даже не обнимешь? — Эва спрыгнула с капота машины и посмотрела парню в глаза. — Я соскучился, Мун, — Крис потянул её на себя и наконец-то обнял девушку. — Я тоже соскучилась, Кристофер, — прошептала она ему в шею, — очень сильно. — Ты же знаешь, что я убью тебя? Правда ведь? — буркнул парень, не выпуская её из объятий. — Кто-то снова опаздывает в школу, я уже минут двадцать здесь жду, — Эва взъерошила его волосы. — Ты правда вернулась, это ты… — Крис широко улыбнулся. — Ну, конечно, вернулась, я же не могла пропустить твой выпускной.