Все мы немного поломаны

      Эва объясняет уже больше недели всем, что совсем не сбегала, а просто хотела немного отдохнуть, подумать, собраться с мыслями. Даже люди, которых она совсем не знает, спрашивают, почему она пропала, а главное — зачем вернулась. Эва и не представляла, к какому фурору приведет её исчезновение. Она просто знала, что в это время должна быть там, где она была, поддержать человека, который в этом нуждался.       Крис немного злился, что она исчезла, не предупредив, но потом вдруг понял, что она снова общается с ним как раньше, и злость прошла так же быстро, как и появилась.       Нура уже дня четыре собирает свои вещи, ведь Вильям после выпускного уезжает в Лондон, и она, конечно же, едет с ним. Радовалась совсем как маленькая, когда он предложил. Все будут безумно скучать по этой парочке, но они выглядят такими счастливыми, что кроме как смириться с их отъездом — ничего не остается.       Вильде, как и мечтала, на выпускной попала в автобус Пенетраторов, и все ей завидовали так, как она и хотела. Но, кажется, для неё это теперь не так уж и важно, теперь она ценит совсем другие вещи в жизни. Она там совсем не потому, что они самые популярные ребята в школе, а потому, что теперь они — её друзья, и она искренне хочет провести этот день вместе с ними.       Крис нашла парня, который наконец-то сумел усмирить бушующей в ней ураган, сделал её совсем домашней, теперь она только ходит и говорит «Каспер то», «Каспер сё», это всех до жути забавляет.       Сана, наверное, единственная, кто совсем не изменилась, да это ей совсем и не нужно, ведь она и так чудесна.       Пенетраторы устраивают последнюю школьную вечеринку в своей жизни. И когда последний гость её покинет, они навсегда перестанут быть великими и могучими Пенетраторами и самыми популярными парнями во всем Ниссене. Они просто растворятся на страницах истории, но это только когда все разойдутся, а пока они все те же и все там же … Вечеринку «прощай школа» решили устроить за городом, подальше от любопытных глаз и незваных гостей. Это событие было и вправду грандиозным. Трое суток вчерашние школьники и их гости, которых, кстати, было о-о-очень много — пили, танцевали, да и просто веселились. Алкоголь лился рекой практически в прямом смысле этого слова, ведь какой-то «гений» вылил целый ящик шампанского в джакузи.       В последний вечер, находясь уже не в самом трезвом состояние, все решили немного поиграть в «Я никогда не».       Было много забавных вопросов и, кажется, ребята узнали друг о друге больше, чем им бы хотелось. Когда кто-то сказал, что никогда не изменял человеку, с которым встречался, на несколько секунд в комнате повисла гробовая тишина, но делать нечего — пришлось признаваться, и большая часть присутствующих поднесли свои стаканы ко рту. Крис даже демонстративно поднялся и сделал небольшой поклон, сказал что-то типа «дамы, за вас» и выпил с довольной ухмылкой на лице. — Показушник, — толкнула его локтем в бок Эва. — Эва, а ты пить не будешь? — со скептицизмом в голосе произнес какой-то парень. — Нет. А что, должна? — голос Эвы был очень уверенным, так и не скажешь, что она выпила уже довольно много. — Ну, не должна, конечно, но ты переспала с каждым третьим на этой вечеринке. — Ого, — Эва покачала головой, — я благодарна, что хоть кто-то ведет подсчеты. Ну, раз ты такой внимательный, может, скажешь, со сколькими из них я встречалась? — парень замялся. — Я так понимаю, ты не попал в эти «каждый третий»? — она с иронией улыбнулась. — Ну и, отвечая на твой вопрос, если… это случается крайне редко, но все же, если я с кем-то встречаюсь, то я серьезно к этому отношусь и не изменяю. Такой ответ тебя устроит? — Эва посмотрела на парня, он в ответ кивнул. — Вот и отлично. — Теперь моя очередь, — влезла какая-то девушка, — раз уж разговор зашел о вторых половинках, то я никогда-а-а… — растянула девушка, — не приходила к своему парню или бывшему парню и не разбивала все окна в его трехэтажном доме бейсбольной битой.       Все в комнате стали переглядываться, не понимая, к чему это вообще было. Тело Эвы вздрогнуло, а с лица на мгновение исчезла улыбка, но она быстро взяла себя в руки и заговорила. — Оу, кто-то не поленился и основательно покопался в моем прошлом, — её голос был невозмутимым, казалось, что её это совсем не волнует, казалось… — молодчинка. Твое здоровье, девочка, — Эва кивнула бокалом в сторону девушки и выпила его до дна.       Комната наполнилась шепотом и вопросами, но Эва не стала никому ничего объяснять, а просто встала и поднялась в свою комнату. Через минут десять за ней поднялся Крис. Он сел на диван и положил её голову себе на колени, перебирая её волосы пальцами. — Ничего не спросишь? — Эва произнесла шепотом и посмотрела ему в глаза. — Ты ненормальная, я всегда это знал, — он пожал плечами и засмеялся, на лице Эвы тоже появилась легкая улыбка. — Это она, — она замолчала секунд на десять, а потом продолжила, — драма моей жизни, ну точнее — её последствия. — Можешь не рассказывать, — Крис поцеловал её в макушку, — если не хочешь. — Я никогда никому это не рассказывала, потому что пообещала этого не делать, — она громко сглотнула, — но тебе хочу рассказать, правда, хочу, — в ответ парень только продолжил перебирать её волосы. — Все случилось чуть меньше года назад в Нурланне. У меня была неплохая жизнь, тогда мне даже казалось, что она была идеальной. Все меня всегда считали маленькой принцесской, а мои выходки и немного разгульный способ жизни списывали на переходной возраст, меня же все устраивало. Много друзей, вечеринок, парень, который во мне души не чаял. Знаешь, он месяца-два за мной бегал, чтобы я просто сходила с ним на свидание, его звали Вик. Я его не любила, но… он был таким милым со мной, мне с ним было удобно, легко. Это был обычный день — такой же, как и все остальные, очередная вечеринка, но я на нее не пошла, сама не знаю, почему. Мне это было совсем несвойственно, но мне просто захотелось остаться дома, тем более родители были в отъезде. Я проснулась под утро от жуткого душераздирающего плача, нет, даже не плача, это была истерика. Казалось, будто весь дом дрожит от этих звуков. Я спустилась на первый этаж, увидела там дочку нашей горничной, её звали Калли. Она училась в нашей школе, они с мамой жили у нас, так им было удобнее. Их дом был довольно далеко, но суть не в этом. У нас были нормальные отношения, и я не смогла пройти мимо, сделав вид, что не заметила, в каком она состоянии. Ну могла, конечно, но не стала. Когда я села рядом, чтобы узнать, что случилось, она стала плакать еще сильнее. Выглядела она жутко. Платье было порвано, косметика размазана по всему лицу, на теле множество синяков. Можно было и без слов все понять, но я все равно спросила, я должна была все услышать своими ушами. Она согласилась рассказать только после того, как я поклянусь, что никому никогда не расскажу, и я пообещала. Её мама никогда не отпускала её на вечеринки, говоря, что такие места не для таких, как она, но она всегда мечтала там побывать, посмотреть как живут, развлекаются по ту сторону… поэтому в этот раз просто сбежала. Её там изнасиловали три парня, я знала их, каждого из них, все они были моими друзьями. Один из них был моим парнем. Крис, ей было всего четырнадцать. Её мама, ясное дело, все узнала в тот же день, не так-то просто хранить такой секрет от матери, когда ты в таком состояние. В тот же день отец Вика пришел в наш дом и дал ей денег, очень много денег за молчание. Я говорила, что нужно обратиться в полицию, чтобы они получили наказание, которые заслуживают, но они не стали. Мама Калли говорила, что они влиятельные, все поверят им. А то, что случилось, уже все равно не исправишь, тем более они сейчас очень нуждаются в деньгах, это вообще не мое дело. И я отступила, не нужно было этого делать, нужно было наплевать на обещание и пойти в полицию самой, но я не стала. Я всегда буду ненавидеть себя за то, что не сделала этого. Они продолжали жить, ходить в школу. А Калли не смогла, не смогла справиться, не смогла забыть. Через три дня она повесилась в нашей гостиной, это я её нашла, я вытащила её тело с петли. Тогда, сидя на полу в обнимку с её холодным и бездыханным телом, я плакала так, как никогда раньше — навзрыд, не в силах остановиться. Это был последний раз, когда я плакала. Три здоровых мужика с трудом вырвали её из моих объятий. Знаешь, мне до сих пор, время от времени, снится эта ночь. Раз за разом одно и то же. Когда врачи повезли её в морг, я нашла в комнате бейсбольную биту, взяла ключи от машины матери и поехала к Вику. Я разбила все окна в его доме, три машины и, видит Бог, если бы его соседи не вызвали полицию, я бы убила его к чертовой матери. Остаток ночи я провела в тюремной камере. За двенадцать часов я повзрослела на десятки лет. Больше не было той милой и наивной, верящей в чудо и справедливость, девушки, она умерла вместе с Калли в той самой гостиной. Ясное дело, они не стали выдвигать никаких обвинений, уж слишком много я знала. Мама Калли попросила ничего не рассказывать, ведь дочку уже не вернуть, а её сыну нужна дорогостоящая операция, и она не может потерять и второго ребенка. Я говорила, что дам ей эти деньги, а за дочь она должна отомстить, но она отказалась, и я снова отступила. Моим родителям пришлось приехать из командировки раньше времени, и они были в бешенстве, говорили, что я опозорила их на весь Нурланн. Это было правдой, только немой не говорил о том, как я избила бывшего парня и разгромила его дом. Никто не знал причины, да никто и не хотел её знать. А в моем доме диагнозы о моем психическом здоровье сыпались, как снег на рождество. Через три недели родители отправили меня в Осло, чтобы их неугодная психованная дочь больше не портила их репутацию. Я была не против, ведь каждый раз когда я заходила в собственный дом — я не могла дышать. Каждый раз, когда я видела их в школе… видела, как они смеются, слышала, как обговаривают очередную вечеринку как ни в чём не бывало, будто это не из-за них девушка покончила с собой. Я просто не понимала, как? Как они это делают? Неужели это те люди, которых я знала? Неужели они всегда были такими? Может, и я была такой же безразличной, если дело напрямую не касалось меня? Иначе как объяснить, что я никогда не замечала, какими они были на самом деле? И до этого и после — мне часто говорили, как хорошо я разбираюсь в людях, да я и сама часто это повторяю, но я никогда ни в ком не ошибалась настолько сильно, как в них. Я проклинаю себя раз за разом, что не пошла на ту вечеринку, ведь если бы я пошла — все могло случится совсем иначе. Я, конечно, знаю, что я не виновата, что это не моя вина, что я не могла знать, что все произойдет именно так, но в глубине души я все равно не могу себе этого простить. Этого всего могло никогда не произойти, мне стоило только пойти. Две недели назад ей бы исполнилось пятнадцать. Я ездила к её матери, просто знала, что должна быть там, мне это было нужно и ей тоже. Никому не сказала, потому что не могла объяснить, а врать не хотела. — Эва на несколько секунд закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов, а Крис ничего не говорил, просто не сводил с нее глаз. — Знаешь, я, когда в Осло приехала, больше не хотела ни с кем общаться, дружить, не хотела ошибаться, я за несколько недель не заговорила ни с одним человеком, меня это устраивало. Но потом к моему столику подошла Нура, попросив помочь с каким-то дурацким школьным проектом, её улыбка была такой теплой, создавалось впечатление, будто когда она улыбается — твое сердце кто-то укрывает теплым одеялком, и я не удержалась, — на лице Эвы впервые за весь рассказ появилась улыбка. — Потом появился ты. Тебе всегда было интересно, почему именно ты. Я расскажу. Это потому, что ты нуждался в этом, нуждался во мне также отчаянно, как и я в тебе. В твоих глазах была пустота, ты нуждался в том, чтобы кто-то её заполнил, но её не то, чтобы заполнить, — её даже никто заметить не хотел, ведь так проще, проще видеть вечно веселого парня, которого ничего в этой жизни не волнует, чем разобраться, что за этим всем скрывается. Но я заметила, заметила сразу, как только взглянула на тебя, потому что в моих была такая же. Такая пустота остается после трагедии в жизни. Я захотела узнать тебя, понять тебя, и все закрутилось… — Знаешь, ты и вправду не виновата в том, что произошло. В отличии от меня ты не сделала ничего плохого, тебе не за что себя винить, — голос Криса был отстраненным. — Не говори так, Крис, ты очень хороший. Я не знаю, в чем ты себя винишь, но я уверена, что это не твоя вина. — Не говори пока не узнаешь. — Мне не нужно знать твою историю, я знаю тебя, и этого достаточно, — Эва прикоснулась ладонью к его щеке. — Эти глаза не похожи на глаза человека, который сделал что-то плохое. — Знаешь, я тоже никогда никому это не рассказывал, но совсем не потому, что не хотел нарушить обещание. Просто не хотел, чтобы кто-то узнал, какой я… — Крис, — мягкий и тихий голос девушки перебил его, — я рассказала не потому, что хотела услышать что-то в замен. Ты не должен… — Не должен, но я хочу. Хочу, чтобы ты знала это. Мне было пять, мама только недавно получила водительские права, она так радовалась, что теперь сможет сама меня возить на карате, которым я тогда занимался. Она безумно гордилась, что сдала сама, без помощи отца. Когда я выбежал из зала для тренировок, она уже ждала меня на парковке. Махала рукой и улыбалась, у нее было хорошее настроение, впрочем, у нее всегда оно было хорошим, у нее просто не было поводов для грусти. У нее было все, о чем она могла мечтать. Муж, который любил её больше жизни, милый сынишка, безумно похожий на нее, и собака. Она всегда мечтала о собаке, но у её матери была аллергия на их шерсть, поэтому первое, что она сделала, когда съехалась с моим отцом — это завела собаку. Мы поехали с ней пообедать, съели целую кучу фастфуда, у меня было веселое настроение, и я уговаривал маму поехать еще в парк, и она согласилась. Это было совсем несложно, она любила меня баловать. Мы ехали под её любимые песни, которые раздавались из магнитолы, день был просто чудесным. По дороге домой я, в порыве игры, закрыл ей глаза ладонями, и… — он поморщился от воспоминаний, Эва взяла его руку и поцеловала её, — и через мгновение в нас влетел грузовик. Она погибла на месте, ведь даже не пристегнулась, так было неудобно со мной играть, а на мне не было ни царапины. В полиции отцу сказали, что водитель той фуры был в стельку пьян и выехал на встречку на огромной скорости, что даже опытный водитель не успел бы среагировать, а она начала водить совсем недавно, у нее не было ни единого шанса. Отец никогда не говорил, что это моя вина, но и никогда не утверждал противоположного, он просто перестал смотреть на меня. Наша идеальная семья рухнула в один миг. И это моя вина, я не дал ей даже шанса… — он замолчал, Эва подняла свою голову с его колен и села рядом. — Пусть, — она повернула ладонями его голову к себе, — пусть твой отец никогда не говорил, что это не твоя вина, но я говорю. Ты не виноват, Кристофер, ты был просто маленьким мальчиком, это просто стечение обстоятельств, очень жестокое стечение обстоятельств. Ничего бы не поменялось, ты ничего не мог изменить. — Но… — начал он, но Эва сразу же его перебила. — Нет никаких «но», это не твоя вина и точка. Ты можешь сколько угодно переубеждать кого угодно, что это из-за тебя, но это не так. Мое мнение никогда не поменяется, — Эва накрыла его губы своими, она поцеловала его так нежно, как только умела.       Они разговаривали до самого утра, угнетающее настроение давно растворилось в громком смехе этих двоих. Они узнали друг о друге все, абсолютно все, без каких-либо исключений. Крис даже рассказал как в начальной школе украл шоколадку из супермаркета, а Эва, как в шесть лет сломала все машинки соседского мальчишки, потому что тот не хотел с ней играть.       Между ними не осталось никаких секретов, ни одному из них давно не было так легко и спокойно на душе. Они несколько минут молчали, но Эва вдруг засмеялась. — Что? — Крис посмотрел на нее с недоумением в глазах. — Ты чего смеешься? — Да просто вспомнилось, как ты сказал, что мы не лучшие подружки, чтобы делиться секретами и заплетать друг другу косички, — парень тоже засмеялся. — Эва, давай поженимся, — серьезным голосом вдруг произнес парень, — мы… — Эва закашляла и перебила парня. — Ты что, псих? Какая еще женитьба? — Эва пнула его локтем. — Ой, какие мы переборчивые, — Крис наиграно закатил глаза, — ты сначала дослушай, а потом отказывай. Нельзя так просто разбивать сердца тех, кто зовет тебя замуж, — он помотал головой и улыбнулся, — видела в сериале «Друзья» они договорились, что, если до определенного возраста не свяжут себя узами брака, то поженятся друг с другом? — Ну, допустим, видела, — Эва прищурила глаза и с интересом взглянула на него. — Давай сделаем так? — Ммм… — Эва задумалась на несколько секунд, — и в каком возрасте? — Ну, скажем, в двадцать пять? — тут же ответил парень. — Не-а, — она покачала головой, — двадцать пять — это очень мало, — Эва возмутилась. — Я не смогу найти себе нормального мужа так быстро, а перспектива выходить замуж за тебя мне как-то не улыбается, — она громко засмеялась. — Ну ладно, давай в тридцать, — слегка приподнимая уголки губ, произнес Крис, — это мое последние предложение. — До твоих тридцати или моих? — Эва иронично уточнила. — Давай до моих, а тебе будет еще двадцать девять, а то вдруг в тридцать ты станешь страшненькой, и я не захочу на тебе жениться, — на его лице появилась ухмылка, и Эва укусила его за плечо, — ауу. — Ладно, по рукам, — Эва коварно улыбнулась, — но знай, я буду невыносимой женой. — Ты и сейчас невыносима, — Крис улыбнулся от уха до уха, и они пожали руки.       Они вернулись домой, попрощались с Вильямом и Нурой, провели их до аэропорта. А когда пришло долгожданное лето — почти целый месяц развлекались, ходили по вечеринкам, укладывали глупые пари, просто жили так, как им нравилось. Стали друг другу еще ближе, хоть обоим и казалось, что ближе уже некуда. Проводили вместе каждую минуту каждого дня.       Они устроили огромную вечеринку в доме Эвы, на которую пригласили абсолютно всех. Не обращая никакого внимания на глупые ссоры и стычки, которые давно оставили позади, больше неважно, на каком ты курсе, в чем ты одет, каково твоё социальное положение в школе, умный ты или нет. Это больше не имело никакого значения, на эту ночь дверь дома Эвы была открыта для каждого, кто в нее постучится. Потому, что сегодня они прощаются так, как умеют только они…       Громко, пьяно и без сожаления в глазах.       На часах 02:58. Вот Эва обнимает подруг так повседневно, никто даже внимания не обращает. Вот Крис в привычной для него манере проходится языком по нижней губе, хлопает по плечу какого-то пафосного первокурсника, как бы передавая ему эстафету. А через мгновение они выйдут из дома, сядут в машину и уедут, ни с кем не попрощавшись, оставив по себе только кучу ярких воспоминаний, ну и диск с последним обращением, который ди-джей включит через пол часа. __________ — Кри-ис, нельзя уехать, совсем не попрощавшись, — протянула Эва, устанавливая камеру на штатив. — Вечеринка — это разве не прощание? — парень непонимающе развел руками. — Прощание, но не такое… а эта красная лампочка — значит, что уже снимаем? — Эва ткнула пальцем в сторону камеры. Парень кивнул, расплываясь в улыбке. — Черт, камера уже пять минут снимает, просто скажи несколько теплых слов друзьям. — Это ты у нас любитель поговорить, — Эва пнула его локтем, парень в ответ только захохотал, — ты будешь говорить, а я миленько улыбаться, скрашивая собой пространство. — Ах ты, ско… — зло начала Эва. — Тссс… — парень прикоснулся указательным пальцем к губам девушки, — они нас видят, — кивнул в сторону камеры. — Ну ладно-ладно, я буду говорить, тем более у тебя все равно с трудом получается вести диалог, — парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но Эва повторила его жест, махнув головой в сторону стоящей в трех метрах от них камеры. — Ну давай, прощайся уже, а то опоздаем на собственную вечеринку, — пробормотал себе под нос Крис. — Простите, что отвлекли вас от веселья, — Эва широко улыбнулась, — не нужно швырять в наше изображение свои пластиковые стаканчики, музыка включится уже через несколько минут. Я… мм… то есть мы хотели пожелать вам, да и самим себе, удачи. Ну и попрощаться, потому что, когда это видео включится, мы уже будем далеко от вечеринки, от вас, от дома. А вы повеселитесь на славу, и не только сегодня. Живите так, как вам нравится, не обращайте внимания на мнение окружающих, просто будьте счастливы… Может, когда-то еще встретимся, а может, и нет, — она пожала плечами и улыбнулась. __________

***

      Вы можете сказать, что они убегают, но…       Они не убегают, они просто на скорости 190 км/ч мчатся навстречу своему будущему. Они не знают, что их там ожидают, да и не хотят знать… — Ну и куда мы поедем, Кристофер? — Вперед, — Крис на секунду отвел взгляд от дороги и взглянул на Эву, — мы поедем вперед, Мун, — та в ответ лишь засмеялась, ведь услышала тот ответ, на который и рассчитывала.       Они просто ехали, прямо подпевая в такт музыке, оставляя все позади, ни о чем не сожалея. Просто ехали, ведь в жизни должно быть что-то постоянное, какая-то опора, и они стали такой опорой друг для друга, больше им ничего не было нужно.       Все изменилось еще тогда, в тот понедельник, когда Эва повернула свою голову в сторону парковки, поддавшись собственному любопытству. Она поняла все еще тогда, поэтому и улыбнулась в ответ. Для него эта улыбка еще ничего не значила. Просто очередная девица, которая в восторге от него, но она… она все уже знала.       Все мы немного поломаны… Но никто не может оставаться таковым слишком долго, потому что мы становимся крепче там, где ломаемся. Эти двое только и сделали, что подтвердили давно известную всем истину.       С тех пор, как Эва и Крис покинули ту вечеринку, прошло уже чуть больше двух лет, с тех пор их больше никто не видел. Только изредка они отправляют самим близким друзьям маленькие подарочки и открытки, чтобы те совсем не позабыли о них, но там никогда нет обратного адреса. Они просто растворились, так, будто их никогда и не существовало, стали легендой, о которой одни школьники рассказывают другим.       Никто не знает, где они сейчас. Одни говорят, что видели их в Пекине прошлым летом, другие — что они на Шри-Ланке. Но это все слухи, сплетни, домыслы. Впрочем, кое в чем они все сходятся.

Их видели вместе.