Even Darkness Must Pass

Дверь открыла Мария, настороженно выглядывая из-за нее до того момента, когда она поняла, кто пришел. – Баки! – взвизгнула она, буквально подпрыгивая вверх-вниз. – Папочка, там Баки! – Я знаю, тыковка, сегодня он поужинает с нами. Глаза Марии широко распахнулись, и она схватила Баки за руку, затаскивая его внутрь. – Ты ничего не сказал мне, – простонала она, прежде чем снова поднять взгляд на Баки. – Папа не сказал, что ты придёшь, он просто сказал: «Открой дверь, мисс Мария», и я открыла, хоть и не хотела, а это был ты. – Это очень мило со стороны твоего папы, – сказал ей Баки, и удивленно уставился на вальяжно прошедшую мимо них мяукающую кошку, выглядящую так, словно она была сделана из металла. – Это Мистер Баттонс, – объяснила она. – Он – робот, потому что папочка говорит, что я еще слишком маленькая, чтобы ухаживать за настоящим животным. – Животные – это большая ответственность. Мария все еще держала его за руку, когда Тони высунул голову из кухни. Он выглядел так, словно недавно проснулся после небольшого перерыва на дневной сон, и на нем, к огромному облегчению, больше не было костюма и галстука. Он переоделся в явно потертую футболку с изображением какой-то группы, старые рабочие штаны и кроссовки, от чего Баки сразу почувствовал себя более непринужденно в своей клетчатой рубашке и джинсах. – Привет-привет! Ужин будет через пару минут. Проведем тебе сначала экскурсию или ты хочешь чего-нибудь выпить? – Экскурсию, экскурсию, экскурсию, – настаивала Мария и тянула его за руку. – Хм. Какие, говоришь, у меня есть варианты? – Баки, – захныкала она, потянув сильнее. – Ладно, как на счет экскурсии? Это был правильный выбор. Мария повела их по квартире, показывая различные камеры ДЖАРВИСа, свои рисунки в рамках, которые Тони повсюду развесил, зарядную станцию Мистера Баттонса, которая выглядела как самый настоящий кошачий лоток, и, наконец, свою спальню. Баки ожидал, что увидит гору игрушек или, может быть, взрыв розового цвета, но комнатка была почти устрашающе аккуратной. Роспись на потолке в точности отображала Солнечную систему, некоторые части которой мягко светились в темноте, а на одной из стен расположился большой плоский телеэкран. Вдоль другой стены тянулся большой книжный шкаф, и его полки ломились от странной смеси научно-фантастической литературы, фентези, книг, похожих на учебники по различным отраслям науки, коллекции маленьких фигурок и одного микроскопа. Мягкие игрушки были аккуратно разложены на кровати, расположенные так, как будто бы они вели серьезные дебаты. На маленьком письменном столе как под линейку были разложены канцтовары и принадлежности для рисования; четко посредине лежал закрытый альбом. Баки заметил несколько футуристических вещей, о которых он побоялся спрашивать, и по крайней мере дюжину фотографий Марии и Тони. Он взял одну с ее маленького стола, улыбаясь про себя. Тони и Мария кривлялись на камеру, на заднем плане виднелись обезьяны. – Тебе нравятся животные? – спросила Мария. – Конечно, нравятся. – Мне тоже. А еще мне нравится Солнечная система. И роботы. Могу я посмотреть на твою руку, пожалуйста? Баки не ожидал, что она продержится так долго. Он расстегнул манжету своей рубашки и сдвинул ее вверх, наблюдая, как лицо Марии засияло, когда рука начала выглядывать наружу все больше и больше. – Твоя рука очень сильная? – спросила она, почему-то шепотом. – Достаточно сильная, - ее маленькие пальчики потянулись вперед, и она тут же остановилась, виновато глядя на него. – Все хорошо, можешь потрогать ее. – Ой, какая холодная, - пробормотала она. – Папина броня тоже холодная. Но она красная, а не серебристая. – Я видел ее. Мария заерзала и подняла взгляд. – Ты теперь мститель? Баки расправил рукав, пожимая плечами. – Когда-нибудь все может быть. Посмотрим. Сначала я должен начать чувствовать себя хоть немного получше. – Ты болен? – Мария звучала очень обеспокоено. Он не знал, как ответить на ее вопрос. Мария была сообразительным ребенком, но то, что с ним случилось, было не лучшей темой для обсуждения. – Не переживай, эта болезнь не похожа на простуду или ветрянку, – ответил он через несколько мгновений. – Она не заразна, можешь не переживать. Мария долго смотрела на него, затем обвила рукой его запястье и наклонилась ближе. – Ты болеешь так же, как папа? Баки был удивлен, когда его сердце дернулось от ее вопроса. – Я не знал, что Тони болен. Мария кивнула. – Иногда с людьми случаются плохие вещи, и это оставляет след, который никуда не исчезает. Никто не может его увидеть, но ты чувствуешь его. Как Фродо Бэггинс. Он хоббит. Он был очень смелым и у него было много приключений с Сэмом – мне очень нравится Сэм – но эти приключения были очень страшными, и умирали люди, и, когда Фродо вернулся домой, он не знал, что делать. Баки вдруг захотелось заплакать, потому что это было именно так. Он кивнул, сглотнул и сделал себе мысленную пометку попросить ДЖАРВИСа, чтобы он рассказал ему больше о Фродо Бэггинсе. Баки помнил, как читал «Хоббита» и как ему нравилась эта книга раньше, но не помнил никого по имени Фродо. – Извини, если я тебя расстроила. – Ты не расстроила меня, – заверил ее Баки, неизвестно откуда найдя в себе силы, чтобы выдавить улыбку. Твой папа прав – я просто немного застенчив. И…. и болен как Фродо. Мария выглядела облегченной, ее лицо просветлело, и Баки почувствовал себя ужасно из-за того, что она так беспокоилась о нем. – Я обещаю, что если ты когда-нибудь сделаешь что-нибудь, что расстроит меня, я просто скажу тебе, хорошо? Так что, если я не сказал, что ты сделала что-то не так, ты не будешь сердиться на себя. По рукам? – По рукам, – согласилась она, пожимая его руку. – Баки, это значит, что мы с тобой теперь друзья? – Еще как значит. Мария улыбнулась. – Если хочешь, я нарисую тебе что-нибудь. – Это было бы замечательно. Мария успела добраться до своего стола до того, как голова Тони с непонятным выражением лица показалась из-за двери. – Ужин подан, – объявил он, засовывая руки в карманы. Баки на эту деланную беззаботность не купился. – Иди и вымой ручки, малышка. – Папа, я уже не маленькая, – захныкала она, и Баки еле сдержал смех, глядя на ее обиженно надутые губы. Тони проел ее взглядом, а затем посмотрел на Баки с немного смущенной улыбкой на лице. – Спасибо, что так хорошо справился со всем этим. – Подслушиваем? Тони хватило совести выглядеть пристыжено. – Я появился, когда ты говорил ей, чтобы она не злилась на себя без причины, – Тони посмотрел через плечо и понизил голос. – Она винит себя за всевозможные вещи, в которых совершенно не виновата. Я всегда думал, что у меня эта привычка появилась из-за Говарда, но, похоже, это передается по наследству. Баки принял эту информацию, мысленно представив себе самоуничижительную улыбку Тони. – У нее доброе сердце. Тони кивнул: – Иногда меня это убивает. Баки понял, что он совсем не шутит. Внезапно ему показалось, что, несмотря на присутствие Мстителей и Марии, Тони должно быть ужасно одиноко. Никто в Башне не принимал такое же активное участие в жизни Марии как Тони. Не было никого, с кем бы он мог поделиться своими страхами или ее маленькими триумфами. Тони стоял с грустной улыбкой на лице, и у Баки снова возникло внезапное желание обнять его. – Похоже, ты проделываешь отличную работу. К его удивлению, Тони просто пожал плечами и вздохнул, отказавшись от комплимента, как будто бы думая, что он не заслужил его. – Моих достижений тут никаких, Мария просто хороший ребенок. Он слегка кивнул в сторону двери и вышел из комнаты, а Баки последовал за ним на ужин.