Спасите наши души

       Не став медлить, Олеся открыла дверь в надежде, что Борис стоит в коридоре, однако была вынуждена обмануться - помещение оказалось пустым. Пройдя к его спальне, девушка уверенно взялась за ручку. Тарасов стоял у окна, засунув руки в карманы джинс. Его плечи были слегка напряжены, а зоркий взгляд направлен куда-то вдаль. Мужчина о чём-то думал, однако услышав шаги, обернулся. Ума остановилась в проёме и смотрела на него красноватыми глазами. В руках был зажат лист бумаги, который предательски выдавал её волнение. - Прости меня, - чуть ли не одними губами прошептала она. - И ты прости меня, родная... Я должен был сразу тебе всё объяснить...        В два шага оказавшись рядом с Олесей, Борис очертил контур её лица и почти невесомо провёл большим пальцем по тёплой щечке. Девушка затрепетала и подалась ему навстречу, ненадолго прикрыв глаза. - У меня нет никого дороже тебя... И даже если весь мир будет против нас, я никогда тебя не оставлю.        Поднявшись на носочки, Олеся прикоснулась к его губам. Нежный, аккуратный, полный любви поцелуй унёс все печали и обиды. Непонимание и недосказанность остались позади. Лаская губы друг друга, они передавали все свои чувства, донося до сердца дорогого человека самые главные слова, пусть даже так и не озвученные вслух. - Поехали? - прошептал ей в губы Борис. - Куда? - улыбнулась Леся - Подальше отсюда.        Уманова больше ничего не спрашивала - всё отошло на второй план. Какая разница куда, если внизу живота уже появилось тянущее ощущение, а сердце ускорило свой ритм от предвкушения будущих часов? Плевать! Главное, что с ним. Главное, что он будет рядом. Дикая, первобытная потребность, ярое желание обладать любимым человеком захлестнуло с головой. И не было стыдно за такую свою слабость. Олеся любила этого мужчину, и рядом с ним всегда забывалось любое стеснение. - Поехали, - кивнула она и запечатлела на его губах пылкий поцелуй.        О какой конспирации могла идти речь, если они, как любовники, едва ли не бегом направились к машине? Любой, кто встретился бы им в эти минуты на пути, с одного взгляда раскрыл бы их обман, однако судьба оказалась к паре благосклонна: все домочадцы были заняты своими делами и не обратили никакого внимания на отъехавшую от имения машину. Только вездесущий Джерри, уголки губ которого едва заметно поползли вверх. - Мне кажется, я вновь вернулась в детство, - с улыбкой покачала головой Ума, смотря на Бориса, который вёл автомобиль в направлении города. – Когда обманываешь старших, чтобы сбежать ночью на дискотеку… - А ты сбегала на дискотеки? – рассмеялся Тарасов. - Сбегала, - кивнула Олеся. – Но не на дискотеки, а просто чтобы погулять. В детском доме с комендантским часом было строго: если не возвращаешься к обозначенному времени, то наказывают… - Только не говори, что ты из окна по ночам прыгала? - Да, но не прыгала. Я на втором этаже жила, а там одно из окон выходило на пристройку… Думаю, ты понимаешь, как я оказывалась на свободе? - Безобразница! – с улыбкой пожурил её мужчина и, взяв её ладошку, не отвлекаясь от дороги, поцеловал. - А сейчас кто безобразничает? – хихикнула Олеся. - Я всего лишь…        Договорить ему Уманова не дала. Чуть ослабив ремень безопасности, наклонилась к Борису и слегка укусила его за мочку уха. - Лесь, я за рулём, – напомнил с усмешкой Тарасов, едва не потеряв управление. - А нечего меня провоцировать! – игриво ответила она.        Борис довольно улыбнулся. В душе воцарились спокойствие, а потом и вовсе разлилось приятное тепло. Ему было интересно узнавать что-то новое о своей жене. Наверное, только сейчас начинает приходить понимание, насколько быстро и стремительно они поженились. Что они знают друг о друге? Да почти что ничего... Всё ограничивалось тем, что можно было найти в интернете или узнать от специальных органов. Вот только информация сухая, чёрствая. А сейчас Тарасову стало известно то, что не найти нигде, ни в одном источнике – только услышать из уст дорогого человека! Это приятное открытие подняло настроение на недосягаемые высоты.        Остановив машину на парковке перед гостиницей, мужчина покинул салон и, обойдя капот, галантно подал Олесе руку. - А ты уверен, что нас пустят? - нахмурилась девушка. - Я паспорт не взяла... - Пойдём, номер забронирован на моё имя, - мягко улыбнулся Борис        Держась за руки, пара вошла в отель. Приветливый администратор проверил что-то в компьютере, а затем, убедившись, что такие гости действительно числятся, выдал им ключ. - Приятного времяпрепровождения!        Уманова, услышав это двусмысленное пожелание, уже собралась высказать этому типу не самую приятную фразу, как Борис резко привлёк её к себе и увлёк Олесю в страстный поцелуй. Терзая губы друг друга, оба едва ли думали об обескураженном парне, ради которого и затевалась эта «постановка». - Спасибо, - ослепительно улыбнулась девушка администратору, едва отстранившись от любимого мужчины. - Хорошего отдыха, - пролепетал он, но пара этого уже не слышала.        Быстрым шагом они подошли к лифту. Все кабины были наверху, им потребовалось, наверное, секунд десять-пятнадцать, чтобы спуститься, однако это время показалось настоящей вечностью. Смотря друг на друга затуманенными страстью глазами, оба сгорали от внутреннего пламени под названием «желание». Едва металлические створки закрылись, Борис сразу дёрнул Олесю на себя. Она оказалась прижатой к его груди и едва ли сохраняла хоть какую-то связь с реальностью. Он осыпал её лицо короткими поцелуями, в то время когда её непослушные пальчики уже начали расправляться с пуговичками на его рубашке. Короткий сигнал лифта, оповещающий об остановке, чудом возвращает их в действительность. - Мы ненормальные, - тяжело дыша, усмехается Ума.        Едва ли она ждала ответа. Найдя номер, Тарасов пропустил девушку вперед, и, стоило ей зайти, как он тут же закрыл дверь на замок. На максимальное количество оборотов. - Теперь только моя, - порывисто прошептал он, подхватывая девушку за талию. - Никуда не отпускай, - с улыбкой добавила она.        И нет больше времени на всякие разговоры. Его тёплые губы накрывают её, и сразу же растворяют все слова. За них всё скажут прикосновения.        Обвив шею Бориса, Олеся прижималась к мужчине настолько близко, насколько это вообще было возможно. Касаясь пальчиками его кожи, то терялась в его коротких волосах, то спускала ладошку в ворот его рубашки. Она чувствовала, как перекатываются его мышцы, скрытые тканью, и ощущала острое желание поскорее избавить его от одежды. Попытка отстраниться не принесла желаемого результата. Его ладони не выпускают – исследуют её спину, иногда чуть сжимают её бёдра. От этих прикосновений разум затуманивается окончательно.        Откинув голову назад, Олеся выгибается навстречу Тарасову, он с жаждой спускается поцелуями к её шее. Покрывает ими каждый доступный участок, порой чуть покусывает нежную кожу, а затем, облизывает невидимую ранку. Он знает, что девушка млеет от таких ласк, и сполна одаривает её ими. Когда Ума издаёт едва слышный, почти сдавленный стон, Борис делает шаг в направлении спальни.        Почувствовав прохладные простыни, Олеся открыла глаза и закусила нижнюю губу, смотря на своего мужчину. Его лицо было наравне с её. Высвободив пальчики, девушка провела ими по его лбу, коснулась виска, очертила скулу и нежно опустилась к губам, почувствовав, как Борис тут же поцеловал их. - Помнишь, как было в нашу первую брачную ночь? – тихо спросила она. – Как мы любили друг друга? - В ту ночь, когда ты уже сладко спала, я пообещал себе, что буду всегда рядом, даже если ты этого не захочешь… - Я не захочу. У меня другие желания…        Чуть надавив ему на плечи, Ума заставила мужа перевернуться на спину и сама нависла над ним. Дразня, провела языком по его губам, а когда он потянулся к ней, резко отстранилась и спустилась поцелуями на шею. Расстёгивая его рубашку, пальчиками исследовала его кожу, каждый открывавшийся миллиметр. Как только с тканью было покончено, провела ладошкой по торсу, который тут же напрягся. Не выдержав, вновь припала к губам. И не было больше осторожности. Жгучий поцелуй только усилил бушующий в душе огонь, от понимания этого Борис улыбнулся и вновь навис над девушкой. - Силы закончились? – с иронией спросил он своим хриплым голосом. - Не могу. Хочу тебя - призналась Леся.        Стянув с девушки майку, оставил её в одном лифчике и прикоснулся к ключице. Не прекращая посыпать кожу поцелуями, пытался справиться с застёжкой джинс, что ещё скрывали ноги Умы. Однако уже спустя пару секунд, и они отправились в дальний угол. Её руки потянулись к металлической пряжке, как неожиданное прикосновение горячего языка к вершине её соска, заставили Олесю выгнуться навстречу ласкам. Она больше не могла контролировать стоны, что рвались наружу. Судорожный выкрик слетел с её губ и растворился в раскалённом воздухе. Борис не отстранился, лишь втянул в себя нежную кожу и слегка прикусил её, чем вызвал очередной гортанный хрип.        Олеся металась по подушке, хватаясь за плечо мужчины, не то царапая, не то ища хоть какую-то опору. Она уже не могла контролировать своё тело, которое отчаянно просило мужчину. Внизу живота завязался тугой узел, подвластный только Борису. Мучительное чувство завладело нутром, заставляя девушку требовать продолжения.        Опустившись губами на упругий животик, Тарасов по-прежнему не убрал ладонь с налившихся полушарий. Массировал их, иногда сжимая затвердевшие вершины. Он чувствовал, что Олеся на грани, что ещё немного, и она полетит в бездну, но не хотел останавливать эти ласки. Наоборот, словно стремился довести её до экстаза. Однако он и сам ходил над пропастью, то и дело норовя туда упасть. Метался между тем, чтобы удовлетворить свою девочку и довести её этими прикосновениями до оргазма, но при этом остаться самому неудовлетворённым, или же наплевать на всё, слиться с ней в одно целое и провалиться в бездну вместе. Её требовательный стон решил всё за него.        Стянув с неё трусики с очередным мультяшным рисунком, он обвёл языком впадинку пупка и подарил ей, пожалуй, самое интимное прикосновение. Уманова издала истошный стон, никак не ожидая подобного. Такую близость она испытывала впервой, и поначалу даже ощутила стыд, однако уже через мгновение позабыла обо всём на свете. Его мягкие губы, горячий язык, тёплые пальцы вытворяли такое, о существовании чего она даже не догадывалась. Ощутив невероятную агонию, она не сдержала стон удовольствия. Ещё никогда она не летала высоко…        Однако этого, на удивление, оказалось мало, чтобы почувствовать себя полностью счастливой и удовлетворённой. Не было ощущения целостности. Хотелось летать вдвоём, а не парить одной. - Ну же!        Потребовала она, не открывая глаз. Олеся знала, что Тарасов поймёт, что именно она просит. И он исполнил. Почувствовав его в себе, Ума ощутила ещё одну волну возбуждения и немедленно подалась навстречу мужчине. Его движения не были плавными и медленными, оба были на пределе, чтобы оттягивать финал. Девушка уже не сдерживала стоны, сжимала пальцами простынь, а почувствовав приближающийся конец, выгнулась, словно кошка. С пронзительным истошным криком мир разлетелся на кучу маленьких осколков, и не было сил, чтобы соединить их вновь воедино. Покрытое испариной тело купалось в волнах удовольствия, всё ещё подрагивая от пережитого оргазма. Тяжело дыша, Олеся едва ли ощущала приятную тяжесть мужчины, что без сил лежал на ней. Его дыхание слегка щекотало ей грудь, но Уманова не могла даже улыбнуться. Ей вообще чудовищно сложно оказалось вернуться в реальность.        Не произнося ни слова, они пытались прийти в себя, восстановить привычный ритм сердца и выровнять работу лёгких – это получалось с трудом, но всё же через какое-то время Борис, поцеловав ложбинку на груди Умы, отстранился. - Спасибо, - ласково прошептал он, смотря в её всё ещё мутные глаза. - За что? – сглотнув, спросила девушка. - За то, что забрала меня в этот полёт с собой… - Я люблю тебя, - выдохнула Леся, коротко поцеловав его в губы.        Ощущая, как ладонь мужчины поглаживает её плечо, Ума прикрыла от удовольствия глаза. Не хотелось возвращаться в имение. Кажется, с Борисом она бы, не раздумывая, согласилась провести всю оставшуюся жизнь, не выходя за пределы этой комнаты. Слишком уютно было в его объятиях, слишком сладко было от его поцелуев, слишком жарко было в его руках. - Борь? – тихо позвала она мужа, словно боясь спугнуть эту волшебную обстановку. - М-м? – протянул он, посмотрев на неё. - А тебе завтра обязательно надо на работу? - Нет, я ушёл в «отпуск» до конца этой недели, - улыбнулся Тарасов. - А мы можем этот «отпуск» провести здесь? Только вдвоём? – лукаво поинтересовалась Леся. - Только вдвоём, - пообещал Борис, прижимая к себе девушку. - Как же приятно это слышать… - мечтательно протянула Ума. - А как приятно чувствовать...        Ладонь мужчины спустилась к животику и медленно поползла вверх, заставляя Олесю содрогнуться. И пусть эти несколько дней им ещё только предстоит провести вместе, но оба были уверены, что они станут незабываемые и будут ещё долго отдаваться в сердце.