Спасите наши души

- Ох, неужели вы вспомнили о моей скромной персоне? – послышался ехидный голос Мурашовой, которая приняла вызов уже после третьего гудка. - Привет, Женька! – с долей оптимизма в голосе поприветсвовала её Уманова.        Стоя у любимого подоконника, она наблюдала за тем, как садовник приводит в порядок газон у дома, и параллельно с этим продумывала план на день. Сегодня нужно было многое успеть, по возможности, вообще всё из намеченного, но вряд ли ей это удастся. Лишний часок к суткам ей никто не прибавит, а стрелки часов уже замерли на отметке одиннадцать. - Куда ты пропала? Три дня мне не звонила… Могла бы хотя бы почтовым голубем весточку отправить, он бы как раз долететь успел! – упрекнул её подруга. - Прости, просто столько свалилось за последнее время, что замоталась… - Рассказывай! – с нетерпением воскликнула Женя. - При встрече обязательно расскажу… - Подожди, что значит «при встрече»? – с тревогой спросила Мура. - А то и значит… Я возвращаюсь в Питер. - Как? Но полгода ещё не прошло?! - Женьк, я же сказала, всё при личной встрече! – повторила Олеся, задёргивая тюль и отходя от окна. - Хотя бы в двух словах! – не пошла на попятную подруга. – Что произошло? Эти гады тебя так довели, что ты больше не можешь находиться рядом с ними?! - Андрей Тарасов жив, завещание фальшивка, моё присутствие здесь больше не понадобится, - очень сжато ответила ей Ума. – Я удовлетворила твоё любопытство?        Повисла пауза. И зная, насколько Женька эмоционально чувствительна, Олеся догадывалась, что её лицо вытянулось от удивления. - Когда ты будешь в Питере? – отстранённо спросила она. - Сейчас позвоню в авиакомпанию, спрошу, когда рейс, и тебе пришлю сообщением. - Мы встретим тебя в аэропорте! – пообещала Евгения. - Не нужно, лучше у Бати с Ритой меня жди. - Но у тебя чемоданы, тащиться с ними на такси… - Жень, пожалуйста, встретьте меня дома. Вас ждёт… сюрприз…        «Боже, слово-то какое подобрала! - мысленно отругала себя Леся за такое определение. – Киндер сюрприз, блин!». - Ладно, ждём тебя, малышка, - улыбнулась подруга. – Ритке я позвоню. - Спасибо, Женька, люблю тебя! - И я тебя! Жду сообщение!        Отключившись, Уманова тут же залезла в интернет и нашла там контакты для связи с представителем нужной авиакомпании в Лондоне. Позвонив по указанному номеру, девушка услышала, что свободных мест в эконом-классе не осталось, но есть возможность лететь бизнесом. Прикинув сумму, что лежит на карточке, привезённой из Питера, Олеся согласилась. Хорошо, что Батя всё-таки уговорил её взять деньги с запасом! - Пожалуйста, не забудьте, что вам нужно будет появиться в аэропорту за три часа до вылета, - доброжелательно сказала женщина и, услышав обещание не опаздывать, положила трубку. - Вот и всё… - в пустоту прошептала Ума.        Самолёт возьмёт курс на Санкт-Петербург в двадцать минут второго ночи. Всё-таки её сутки продлились не на часик, а на целых два! Теперь не осталось никаких сомнений, что всё запланированное она непременно успеет. И этот факт заставил девушку расплыться в улыбке.        Спустившись вниз и найдя Лилию, Олеся попросила её сделать пару бутербродов и, как бы между прочим, поинтересовалась, где все домочадцы: - Борис Андреевич поехал в компанию, утром ему позвонили, и сказали, что нужно его присутствие. А Андрей в кабинете, разбирает документы, - улыбнулась женщина. - Ясно… - Вы тоже куда-то собираетесь? – оглядев спортивный вид Умы и зажатый в руках рюкзачок, спросила домработница. - Дела.        Дождавшись пока миссис Слейз завернёт бутерброды в фольгу, Олеся заказала такси, но сознательно не стала называть адрес. Всё-таки опасалась, что ненужные уши окажутся поблизости слишком не вовремя. По этой же причине не воспользовалась и услугами водителя – машины-то, оказывается, «помеченные».        Услышав пункт назначения, пожилой таксист кивнул и спросил, можно ли ему негромко включить радио. Уманова не стала возражать. Расслабилась, глядя на бескрайние луга Англии. Уличив момент, когда девушка ничем не была занята, разные мысли роем ворвались в её голову. И сразу столько вопросов к самой себе, что хоть ручку бери и записывай! До отъезда из Великобритании всё-таки не так много времени, и важно распределить их грамотно. «Минимум пять часов на эту поездку, потом собрать чемоданы – это ещё полтора, привести себя в порядок – минут сорок, что ещё? Доехать до аэропорта… тоже где-то полтора часа... Так... Вроде больше ничего не забыла», - перечисляла про себя Ума. За планированием дня она и не заметила, как машина остановилась возле железнодорожной станции.        Судя по электронному табло, поезда на Манчестер отправляют каждые полчаса, и ближайший состава уйдёт в путь менее чем через пятнадцать минут. Обрадовавшись такому стечению обстоятельств, девушка приобрела необходимый билет и села на скамью в зале ожидания. Проверив документы, что лежали в рюкзачке, Уманова купила бутылку воды и пошла к указанному номеру посадочной площадки, на которой уже стоял поезд.        «Да уж, это тебе не РЖД», - усмехнулась Олеся, присаживаясь на мягкое кресло возле окна. Через два часа она уже будет на месте, и предстоящая поездка явно обещает быть приятной в таких условиях. Достав припасённые бутерброды, девушка обратила внимание, с какой завистью на неё смотрит маленький мальчик с сидения напротив. Протянув ему один из них, девушка улыбнулась мальчугану. - Thanks, (спасибо) - благодарно кивнула его мама. - We forgot our snack at home… (Мы забыли наш снэк дома..) - Don't worry! I have a problems with memory too! (Не переживайте! У меня тоже бывают проблемы с памятью!) – рассмеялась Олеся.        Эта ситуация немного взбодрила Уманову, спать уже почти не хотелось, а настроение улучшилось сразу на несколько пунктов. Включив в наушниках музыку, девушка наблюдала за мелькающими пейзажами и старалась освободить свою голову ото всех мыслей. Гитарные соло и ритмичная музыка были как раз кстати! И вся дорога прошла бы хорошо, если бы в самом конце пути, уже на подъезде к станции, Олеся не почувствовала бы подступивший к горлу ком, лоб мгновенно покрылся капельками пота.        «Лишь бы доехать!», - мысленно молила она.        Едва поезд остановился, как девушка спешно выбежала из вагона и спросила у первого попавшегося смотрителя, где здесь можно найти уборную. Благо, никакой очереди не оказалось! - У вас всё в порядке? – по-русски спросили Уму, когда девушка умывалась. - Плохо себя почувствовала, - даже не посмотрев на соотечественницу, ответила она. - Может быть, таблетку? У меня есть от тошноты… - Нет, спасибо, - ополоснув лицо, отказалась Леся. – Просто укачало, наверное… - Приятного в этом мало… Ладно, поправляйтесь, - улыбнулась женщина и уже хотела выйти, как услышала: - А как вы поняли, что я русская? - Мало, кто из англичан так отчётливо произносит слово «чёрт!», - усмехнулась она.        Более-менее придя в себя, Уманова поймала такси и продиктовала водителю адрес, что был написан на бумажке. Мужчина незамедлительно кивнул и нажал на педаль газа. Олеся, последний раз взглянув на красивый, каллиграфический почерк Сандры, убрала записку в один из кармашков и невольно попыталась представить, как же выглядит эта няня. Воображение рисовало её исключительно в образе доброй Мэри Поппинс… - Добрый день, - немного удивлённо поприветствовала неизвестную ей девушку хозяйка небольшого дома на юге Манчестера. - Здравствуйте. Миссис Коуп? – на всякий случай уточнила Ума. - Да, это я… А вы, вероятней всего, Олеся?        Женщина, лет шестидесяти, напоминала представительницу какого-нибудь старого рода аристократов. Несмотря на свой почтенный возраст, она была одета достаточно стильно и изысканно. Клетчатое платье было длинной до середины голени, шею украшал серо-бежевый шарфик, на запястьях висели массивные позолоченные браслеты, а к груди была прикована брошь в форме какого-то цветка. Ростом она была невысокой, наверное, почти ровня Умановой, но благодаря аккуратным туфлям-лодочкам стала на несколько сантиметров выше.        Увидев кивок от гостьи, хозяйка пропустила её вовнутрь и закрыла на несколько засовов дверь. - Вот уж не думала, что кто-то ещё использует такие замки, - едва слышно усмехнулась Ума, оглядывая помещение. - Старое порой лучше, чем современное… Я привыкла по-старинке.        На первом этаже располагались только кухня и гостиная. В комнатах всё выглядело немного обшарпанным: на полу лежал уже обесцвеченный ковёр, в некоторых местах почти не осталось и ворса, в углу стоял массивный деревянный стол, но его ножки, покрытые потрескавшимся лаком, выглядели не наилучшим образом, однако на стене висел плазменный телевизор, а на окнах – дорогой тюль. На кухне обстановка оказалась более современной: встроенная техника, навесные шкафы, кажется, совсем недавно появились в этом доме, и даже не утратили салонного лоска, но сервизы… Хотя в русских сервантах тоже стоят подобные наборы ещё со времён СССР, но ими мало кто пользуется, а эта женщина, очевидно, предпочитает пить чай исключительно из фарфоровых чашек. - Сандра мне сказала, что вы придёте, - вывела старушка из размышлений Уму. – Но я не думала, что так скоро… - Вам Сандра случайно не рассказывала, после каких событий я должна буду появиться? – робко поинтересовалась Олеся, смотря на женщину исподлобья. - Нет, но она лишь упомянула, что опека над Дианой перейдёт к вам… С Александрой что-то случилось? - Почему вы так решили? – нахмурилась гостья. - Сандра никогда бы не отказалась от дочери и просто так никому бы не отдала над ней опеку. Решиться на этот шаг она могла только под какими-то обстоятельствами, - уверенно ответила миссис Коуп. - Она умерла, - не став тянуть, сказала Леся.        Женщина замерла. Она не схватилась за сердце, не ахнула, да и вообще не произнесла ни звука, и только в её взгляде отразилась неимоверная боль. Опустив голову, миссис просидела несколько минут, а потом, промокнув глаза, вновь обратила свой взор на Олесю. - Она была славной девушкой… Стала мне второй дочкой… Из-за чего она скончалась? - Приняла яд, - коротко ответила Ума. – Это очень долгая и путанная история… - Семья её довела… - в пустоту прошептала женщина. – Да их никогда и нельзя было считать семьёй, сколько помню, всегда все друг с другом ругались… Андрей, конечно, кремень был, Боре тоже рано пришлось повзрослеть, а вот Анна и Вася с Сандрой всегда цапались… Они вроде вместе, но всё равно как-то порознь… - вспоминала миссис Коуп. – Мне всегда было так тяжело находиться в их доме… Я всегда ощущала какое-то противостояние в воздухе… Не мудрено, что Александра решила уберечь от родных свою дочь… - Неужели она ничего не могла придумать, чтобы навсегда остаться с дочерью? Не возвращаться в Лондон? – спросила Леся, присаживаясь рядом. - Не знаю, Сандра никогда со мной этим не делилась, лишь благодарила всё время, что я согласилась воспитывать её доченьку… Даже бабушкой иногда меня называла... А теперь опекуном являешься ты… - Мне очень жаль, - искренне сказал Ума. - За что? – удивилась женщина. – Я всё прекрасно понимаю. В Англии мне не дадут право удочерить Дианочку, органы опеки не позволят, мне ведь уже не тридцать лет… А тебе вполне! - Сандра сделала уже все документы, - достав из рюкзачка папку, оповестила женщину гостья. - У Тарасовых всегда не было недостатка в связях, - по-доброму усмехнулась миссис Коуп. - Вы посмотрите? - Нет, зачем же? – помотала головой старушка, бросив взгляд на бумаги. – Я тебе верю. Только спрошу: ты сама готова воспитывать девочку? Сколько тебе лет? - Двадцать четыре исполнилось несколько дней назад. - Ты очень юна. А воспитание ребёнка это – ответственность, и очень большая. - Я знаю, и я готова. Знаю, будет сложно, и, наверное, мне придётся на время оставить учёбу, но я не могу предать Сандру! – уверенно заявила Ума. – Она доверила мне самое ценное, что у неё было, она решила, что я смогу достойно позаботиться об её дочери! И я это сделаю!        Миссис Коуп долго всматривалась в карие глаза Олеси. Ничего больше не спрашивая, ничего не отвечая. Она видела перед собой пусть и молодую, но, кажется, весьма ответственную девушку. Её тон речи, её слова, её настойчивость внушали какое-то доверие и оптимизм. Может быть, действительно, справится? - Я сейчас напишу тебе свой телефон, если что-то вдруг случится, ты мне обязательно позвони, - на всякий случай сказала женщина и подошла к столу. - Запишите и мой, - тут же кивнула Ума, понимая, что было бы нечестно оставить старушку без обратной связи.        Решив подождать, пока девочка проснётся, миссис Коуп предложила гостье чай и, как и предполагалось, налила его в фарфоровые сиреневые чашки. Напиток витиевато дымился, источая аромат зелёный трав. Женщина рассказывала о Диане, о детских годах Сандры, давала советы, а Ума, глядя на неё, с упоением слушала всё это. Было так интересно и увлекательно, старушка словно не говорила, а пела какую-то дивную песню. Её голос напоминал ручей, который лишён каких-либо порогов или острых камней. Лишь громкий крик малышки прервал его. Не медля, миссис Коуп поднялась с места и пошла на второй этаж, а следом за ней – и Олеся.        Наверху было только три двери. «Скорее всего, спальня няни, детская и комната для гостей», – прикинула Уманова.        Когда девушка увидела Диану, на её лице отразилось настоящее умиление. Настоящая маленькая принцесса! В розово-жёлтой пижамке она сидела в углу своей кроватки и отчаянно требовала к себе внимание. И стоило только увидеть взрослых, как малышка тут же замолчала и задорно рассмеялась. Проказница! Незнакомая тётя приковала к себе взгляд крохи: с интересом разглядывая её, девочка на четвереньках доползла до оградки и неуверенно встала на ножки, желая рассмотреть гостью ещё подробнее. Тянула к ней ручки, а когда всё-таки поймала пальчики Олеси, растянулась в улыбке. - Когда-нибудь держала детей на руках? - Только сына подруги, - пожала плечами Ума, не отрывая глаз от Дианы. - Значит, опыт есть,- улыбнулась миссис Коуп.        Расценив это как предложение, девушка вытащила малышку из кроватки и взяла её на руки. Какое-то неизвестное раннее ощущение окутало нутро Олеси. Какие-то раннее незнакомые инстинкты овладели ею сейчас. Эта маленькая девочка, шевеля своими ножками и пальчиками, неожиданно стала для Умы каким-то магнитом. Особенно этот взгляд небесно-голубых глаз: так может смотреть только настоящий ангелок! - Ну, здравствуй, - прошептала одними губами Олеся, прижимая девочку к груди.        Малышка что-то агукнула, а после и сама приложила головку на грудь девушке. - Больше всего Ди любит, когда её носят на ручках, - улыбнулась миссис Коуп. – Ни в какой колыбельке не заснёт, пока ты её на ручках не убаюкаешь. - Славная, - прошептала Уманова, привыкая к новым ощущениям. - Вы все её вещи будете забирать? Или… - Пожалуйста, помогите мне собрать всё необходимое, - попросила Олеся. – Всё я, наверное, не унесу, а вот самое основное и ею любимое возьму. - Хорошо, - кивнула женщина. – Тогда положу на своё усмотрение…        Малышка что-то пролепетала, но девушка не поняла из услышанного ровным счетом ничего. Диана завертела головой в разные стороны, словно контролируя, что там, за её спиной, делает взрослая. - Вы в Лондоне останетесь или?.. - Нет, у нас сегодня самолёт, - честно ответила Ума. - Тогда вам понадобятся, скорее всего, ещё и игрушки – возьмёте её любимую куклу и этого львёнка, - без сомнений и колебаний женщина складывала в сумку вещи и попутно старалась давать советы. – Если разгуляется, то только колыбельной и покачиванием сможете её успокоиться. И Диана очень любознательная, так что наверняка будет бегать по аэропорту! - У нас ночной рейс, так что, думаю, она и не узнает, что побывала в Хитроу, - хмыкнула Уманова, посмотрев на девочку, что теребила её футболку. - Вполне возможно! Вам же это лучше: не придётся переживать во время перелёта! - Да, точно! - Ну, вроде всё, - закрывая объёмную сумку, улыбнулась миссис Коуп. – Кажется, всё, что нужно, положила. Сейчас умоемся, переоденемся и… и на этом всё…        Женщина погрустнела. Она пыталась сохранять видимую улыбку, вести себя так, словно этот отъезд для неё если не приятный, то хотя бы нейтральный. Однако чем ближе была минута расставания с этой крохой, тем сильнее и отчётливей на её лице отражалась тоска и грусть. И ладно бы малышку увезли в Лондон, миссис Коуп смогла навещать её хотя бы раз в месяц, но в Россию… Туда она уже не полетит… - Могу я вас кое о чём попросить? – вкрадчиво начала женщина, когда Олеся, держа Диану в хипсите, стояла на пороге. - Конечно! - Звоните мне хоть изредка? – всплакнула она, поправляя штанишки на девочке. – Для меня Дианочка совсем не чужая… - Не волнуйтесь, я обязательно буду вам набирать! Вы же для неё бабушкой стали, а о родственниках не забывают! - Спасибо, - прошептала миссис Коуп, целуя малышку в пухлую щёчку. - Если мы ещё раз прилетим в Англию, вы непременно встретитесь с Ди! - Спасибо, - повторила она. – В добрый путь!        Таксист услужливо помог девушке погрузить вещи в багажник и помочь ей сесть в салон. Когда машина тронулась, девочка шмыгнула носом, будто понимая, что уезжает из этого дома надолго, и не будет больше нежных, но в то же время немного шершавых прикосновений бабушки. - Ну ты чего? – испугалась Олеся, наконец-осознав, что теперь она осталась одна, и ребёнок, во всех смыслах, на её плечах. – Грустить будешь? - Дя, - прощебетала кроха. - Нет, давай не будем? – умоляюще посмотрела на неё Ума. – Давай лучше познакомимся? Меня Олеся зовут. - Олеся, - повторила малышка. - А тебе как зовут? - Ди! – звонко выкрикнула она. - Моя маленькая принцесса по имени Ди… - Плинцесса! – согласилась Диана, вновь опустив голову на грудь Олесе. - Сейчас с тобой в поезде поедем, будешь смотреть, как за окном «бегают» поля, луга, деревья, домики, - улыбнулась Уманова, поцеловав девочку в макушку. Её золотистые волосы так маняще пахли клубникой, что Олеся и вовсе уткнулась в них носом. - Ма-ма? - по слогам произнесла Диана и вопросительно посмотрела на девушку. - Мама очень далеко, на волшебной звёздочке… - вздохнула Ума. – Теперь мы с тобой вдвоём… - Вдоём? – не поняла маленькая. - Вдвоём, это значит, ты, – щёлкнула Олеся по носу девочку, а затем указала на себя, - и я. - Ти и я, - повторила за ней Ди, тоже тыкнув по носу Умановой. - Умничка!        На станции было много народу, толпились в основном приезжие, в то время как местные жители предпочитали держаться в стороне от этого шума – они сидели на скамейках, изредка переговариваясь между собой.        Сев на поезд за четыре минут до его отхода от перрона, Ума несказанно обрадовалась, что места напротив оказались пустыми. Хотя это и удивляло! В Лондон ведь едут, да и на вокзале столько желающих увидеть столицу, что куда ожидаемей было услышать о полном отсутствии билетов в кассе. Взглянув на электронное табло, что висело в начале вагона, Олеся убедилась, что не перепутала пути, и только после этого отстегнула от себя сумку-переноску. Ди, обретя свободу, чуть пошатываясь, пробежала по сидениям к окну и с интересом принялась наблюдать за «уезжающими» пейзажами.        «Интересно, как Батя с Ритой отреагируют на появление ребёнка? – мысленно задалась вопросом Ума, поддерживая за спинку малышку. – Ритка, наверное, обрадуется, она ведь обожает детишек… А Батя?.. Батя тоже должен принять её… Во только куда нам с ней? В общагу не пустят, придётся снимать квартиру где-нибудь…». - Всё хорошо? – поинтересовалась Леся у крохи, заметив, как она замерла, держа на стекле ручки. - Дя! - Иди ко мне.        Обняв маленькую, Уманова вспомнила, что миссис Коуп положила им в сумку сборник русских сказок. Поставив книжку на стол, Олеся посадила ребёнка к себе на колени и взяла её пальчик. По мере прочтения водила им по строчкам, лишь изредка малышка перебивала её, задавая вопросы и просто выражая интерес к ярким картинкам. Почувствовав, как Диана обмякла в её руках, Ума уложила ребёнка на соседнее кресло и прикрыла его своей олимпийкой – утомилась малютка сказкой про принца и принцессу, а, может, покачивание поезда её убаюкало.        Когда чёрный кэб въехал на территорию имения, Олеся ощутила, как её сердце ускорило свой ритм. Девушка заволновалась, не представляя, как Андрей Тарасов отреагирует на весть о внучке. - Ой! – воскликнула Лилия, едва увидев малышку. – А кто у нас тут? - Принцесса по имени Диана, - улыбнулась Ума, отдавая сумку с вещами Джерри. - Из какого же замка ты её к нам привезла? - Из далёкого, - уклончиво ответила девушка. – Нам бы покушать что-нибудь… - Ох, я даже не помню уже, что едят дети в столь раннем возрасте… Ну ничего! Что-нибудь сейчас придумаем!        Стоило поставить кроху на ноги, как она тут же побежала изучать раннее незнакомый дом. Умановой ничего не оставалось, кроме как пойти следом и стараться уберечь Ди от острых углов. Задорный смех разносился по всему этажу и на этот звук, со стороны бассейна, вышел хозяин имения. - У нас гости? – спросил он Лилию, заглянув на кухню. - У нас Ёё величество – принцесса Диана! – улыбнулась домработница. - Какая Диана? – нахмурился Андрей. – Она же уже как… - Да не та Диана! – шикнула на него миссис Слейз. – Идите, сами посмотрите! - Ох, если я сейчас опозорюсь!.. – пригрозил ей пальцем Тарасов и, оглядев свой внешний вид, направился в гостиную.        Увидев маленькую озорницу, мужчина сначала растерялся, а потом и вовсе ужаснулся. По комнате, смеясь и играясь, бегала… Сандра! Он ведь лично носил её на руках и щекотал мягонькие пяточки своей девочке! Что всё это значит?! Озвучив этот вопрос вслух, Андрей услышал ответ, который поверг его в шок: - Ваша внучка, - уверенно сказала Леся. - Это – дочь Сандры? – не веря, уточнил он. - Да, о существовании которой она никому не собиралась говорить! - Но… почему? - Наверное, чего-то опасалась, - уклончиво ответила Ума. - Господи! – прикрыл глаза Андрей. – Я и представить не мог! Когда? Когда она успела родить? Всегда же… Чёрт! Тот её отъезд, когда мы год не виделись и лишь изредка созванивались! Она ведь даже словом не обмолвилась!        Девушка не нашла, что ответить, лишь опустила голову, понимая, что у Сандры были на то свои причины. - Если бы я только мог об этом знать… Я бы уберёг свою девочку! Она бы никогда не пострадала! - Вы слишком много на себя взяли, - повторила некогда сказанное Олеся. – Примерили на себя доспехи Бога и поплатились за это… - Неужели ты так ничего и не поняла? - Да хватит уже! – прикрикнула Ума, отчего малышка тут же остановилась и, не удержав равновесие, шлёпнулась на паркет. Мигом подняв её на руки, Олеся попросила: - Больше никогда не поднимайте при мне эту тему, я ничего не желаю знать и понимать. - Хорошо… Но ты мне дашь хотя бы на руках подержать внучку? -Пожалуйста, - кивнула девушка и передала малышку мужчине. – Насладитесь пока ролью дедушки, потому что больше у вас такой возможности не будет. - Почему? – не понял он. - Поздно вечером мы улетаем в Россию. - С ребёнком?! В Россию? - Сандра передала опеку над Дианой мне, я имею право увезти её в Питер. - Да я не про права и обязанности! – повысил голос Андрей и тут же почувствовал, как девочка испугалась. – Извини, - обратился он к ней и сразу же повернулся к Уме и продолжил. – Почему ты возвращаешься в Россию? А как же Борис?        Об этом человека Олеся старалась не вспоминать весь день, выключала всякие мысли, связанные с его персоной. Опасалась их, опасалась соблазна. Простить его и забыть о случившемся? Возненавидеть и уйти? Две крайности, в которые её бросало поочерёдно. Она и сама едва ли понимала, чего хочет, но одна знала наверняка – ей нужно время, чтобы во всём разобраться. Здесь, в Лондоне, рядом с ним, вряд ли удастся это сделать, а в Питере… Там ей будет комфортнее и легче принять решение. - Вы сохранили свои деньги, избавились от ненавистной вам Анны и даже вернулись в остатки семьи. Я здесь больше не нужна, и ничего не мешает мне вернуться домой, - уверенно заявила Олеся, не став говорить всю правду. - А Боря? Как же ваш брак? – не отставал Тарасов. - Я думаю, он сможет оформить развод без моего участия… - А если я не хочу с тобой разводиться? – раздался тихий голос со стороны холла.        Обернувшись, Уманова встретилась с пронзительным голубым взглядом, полным боли и отчаяния. Борис вошёл несколько минут назад, входная дверь по-прежнему была открытой, и тут же, услышав это заявление, не верил своим ушам! Конечно, поссорились, поругались, но неужели Олеся хочет настолько радикально всё изменить? Неужели развод – единственный выход из этого конфликта? - Ты же не спрашивал меня, когда вовлёк в свой план, - парировала девушка, не идти на уступки. - Лесь… - Надеюсь, с документами ты не будешь тянуть, - напоследок сказала она и, бросив взгляд на малышку, что уютно расположилась на руках Андрея, пошла к себе в комнату.        Сердце обливалось кровью. В висках отдавался его стук. Но не может она остаться здесь! Не может она пока спокойно принять происходящее! Устала… Устала так, что единственное желание поскорее оказаться в квартире Бати и разреветься!        Встав под прохладные струи душа, девушка прикрыла глаза и попыталась хоть чуть-чуть расслабиться. Образ Бориса так и не выходил из головы, его взгляд, его слова, его «не хочу». Мысленно пыталась убедить себя, что всё сделала правильно. Что главное пережить оставшиеся часы до рейса, а дальше будет намного легче… Попыталась сконцентрировать на предстоящей поездке. Перелёт недолгий, каких-то четыре часа. Самолёт приземлится в Пулково в начале десятого утра, погоду вроде обещают хорошую, никаких проблем не должно возникнуть…        «Боже, кого я хочу обмануть… Как же глупо прятать от самой себе свои же мысли!», - усмехнулась Уманова.        Часы показывали уже почти шесть вечера. Поездка в Манчестер заняла больше времени, чем планировалось изначально. С полотенцем на теле и чалмой на голове Олеся доставала из шкафа свои вещи – благо их оказалось не та уж много, и в чемодан полетело почти всё то же, что она привезла из Питера. Добавились лишь пара платьев, брюки и купальник. Ах да, и сувениры для родных, которые она приобрела ещё во время прогулки с Дакаром! Вот вроде бы и всё… Итого: сумка, рюкзачок с документами, и чемодан.        «Не так много. Справимся!», - улыбнулась Уманова своим размышлениям, всё-таки хорошо, что её не будут встречать в аэропорту. - Разрешишь? – неожиданно появился в дверях Борис.        Стоило Тарасову увидеть девушку в одном полотенце и с мокрыми волосами, как дыхание тут же сорвалось. Чтобы быть привлекательной, ей не нужны ни макияж, ни дорогие украшения, ни брендовая одежда. Естественная красота уже делает её манящей и сексуальной. - Ты что-то хотел? – вывел его из собственных мыслей, её вопрос. - Поговорить, - хрипло ответил он и тут же прокашлялся. - Я тебя слушаю.        Мужчина прошёл к столу и положил на него какой-то белоснежный конверт, а рядом - скреплённые бумаги. - Что это? – нахмурилась Ума. - Сандра оставила тебе карточку с паролем, - объяснил он. - В папке не было ничего, и в записки она тоже ничего об этом не написала, - усомнилась Олеся. - Если ты помнишь, я первый нашёл документы и просмотрел их. Среди них, действительно, был этот конверт, только когда ты пришла, он был вытащен, и ты не обратила на него внимания.        Уманова прищурилась, пытаясь понять, врёт супруг или говорит правду. Ни одна мышца не дрогнула на его лице за время этой речи. - И вот ещё… Если уж ты так твёрдо решила уехать, то тебе придётся поставить несколько подписей под этими документами, - указав на принесённые с собой бумаги.        Подойдя к столу, Олеся взяла их в руки и принялась с жадностью вчитываться в их содержимое. «Свидетельство о владении акциями «SM Group Company». Далее следовали её имя, количество акций, в приложении значились условия и обязанности сторон, а также порядок получения дивидендов. - Ты хочешь, чтобы я это подписала? – вопросительно посмотрела на Бориса Ума. - Ты – их хозяйка, это лишь необходимая формальность. - Знаешь, а я, пожалуй, вот что сделаю…        Как много лет назад Ольга Уманова порвала подобные документы, так и её дочь – Олеся повторила это же действо. - Разделите эти пятнадцать процентов между собой, - уверенно сказала она. – Зачем же вы чужим людям раздаёте свои деньги? - Леся! – не сдержался Тарасов. – Неужели ты считаешь нас такими монстрами?! Почему ты всё сводишь под единую черту?! - Извини, не могу пока что по-другому… - Дай мне шанс? Шанс доказать тебе, что всё было искренне, что всё, что я делал для тебя и ради тебя, было продиктовано ни планом, ни какими-то расчётами, а искреннем желанием защитить тебя, быть с тобой и любить тебя! - Хватит, Борь… Ваш спектакль уже закончился, больше в нём нет необходимости! - Услышь же меня, Ума! – встряхнул её за плечи. – Я люблю тебя! Слышишь? Я. Тебя. Люблю.        Глядя в глаза. От сердца к сердцу. Впервые он произнёс эти слова только для неё. - Люблю тебя, как никого в своей жизни никогда не любил! Околдован, очарован, одержим! Как не опиши, а всё равно точно не выразишься! Впервые в жизни я ощутил то, что до этого мне было чуждо! Чего я сторонился! Ты мне стала дорога, ради тебя я захотел просыпаться по утрам, тебя я хотел осыпать цветами и только тебя я хотел целовать! Слышишь? Тебя! С твоим появлением изменилось всё! Изменился и я сам! И теперь я не могу представить свою жизнь без тебя! Ума, ты нужна мне! Слышишь? Нужна, как воздух! Как солнце! Ты и есть моё солнце! Яркое, лучезарное и делающее меня счастливым, делающее меня лучше! Я люблю тебя!!        Сон или реальность? Да какая разница! Все те слова, о которых девушка грезила на протяжении многих недель были ею услышаны! Вот он стоит совсем близко, его лицо напротив её, она чувствует тепло его дыхания, видит блеск в его глазах! И… и ощущает, как солёные слёзы размывают всё вокруг, как сердце ранит каждое его слово! Хочется верить, но память об этом чёртовом плане слишком свежа! И от бессилия хочется крушить всё вокруг, кричать, истерить, но вместо этого, преодолев и без того ничтожное расстояние между их телами, Уманова впивается в губы Бориса неистовым поцелуем. Обхватывает его сильные плечи своими ручками и теряется пальчиками в коротких волосах, притягивая мужчину к себе ещё ближе. Она не сдерживается, ни о какой нежности не может быть и речи. Только страсть, смешанная с горечью и… прощанием.        Вы когда-нибудь замечали, что последние мгновения всегда особенные? В них всегда обостряются ощущения! И дышится как-то по-другому, и окружающая обстановка становится красивее, а ещё краски – ярче, солнце – теплее и остатки – слаще… Разум будто пытается запомнить всё до мельчайших подробностей, чтобы потом, вдали от этого места, от этих людей, подкидывать нам воспоминания.        Руки бесстыдно пробрались под рубашку Бориса, сминая кожу мужчины, оставляя на ней красные следы и царапины. Теряясь, путаясь, рисуя какие-то свои узоры – едва ли контролировала себя Ума в этот момент. И последняя мысль, которая чудом успевает пронестись в её затуманенном рассудке, прежде чем Тарасов подхватит её на руки: «Последний раз… Это будет в последний раз…».