Sukira

Они дают Чонгуку право отыграться, и он проигрывает. По закону подлости иначе и быть не могло. Все знали, что это произойдёт, смеялись и подтрунивали, потому что отчасти сам проигрыш и в самом деле забавен. Особенно, если учесть, что проиграл Чон - удачливая рука - Чонгук из всех людей. Но когда Чимин думает о том, что конкретно значит этот проигрыш для Чонгука, ему становится не до смеха. Еда всегда была для него своего рода камнем преткновения. Чимин любит поесть, но проблема его метаболизма в том, что у него скорость черепахи, из-за чего агентство всегда строго контролировало его питание и диеты. Казалось бы, при такой нагрузке и на постоянном стрессе Чимин давно должен был стать ссохшимся скелетом, но нет, не стал. Вместо этого он продолжает бороться за каждый килограмм и не может не гадать, почему его пухловатые щёки остаются на месте даже тогда, когда о скулы можно нарезать ингредиенты на ужин. АРМИ замечательные. Они поддерживали его в прошлом и продолжают поддерживать в настоящем, но всегда и везде есть хейтеры и всегда и везде есть люди, считающее своё личное мнение исключительным в своей правоте. Чимин знает, ему не стоит этого делать - им всем не стоит этого делать - но что он, что остальные: все они то и дело выходят в сеть, чтобы почитать о себе. Разумеется, похвала и комплименты приятны, но что остаётся в памяти разъедающими нутро червями? Именно. Все гадкие слова и придирки, заставляющие сомневаться в себе. Чимину и Тэхёну в юности даже запрещали порой выходить в сеть, чтобы не расшатывать их и без того напряжённое эмоциональное состояние. Пак - мальчик-пресс - Чимин и Ким - не от мира сего - Тэхён. В юности они постоянно делили тяжёлое молчание и тихие слёзы напополам, цепляясь за плечи друг друга и шепча в уши друг друга пустые заверения о том, что ничего, пройдёт, они справятся. Тэхён и в самом деле справился, повзрослел и закалился, стал относиться к чужому мнению проще и научился - не без помощи участников группы - ценить себя. Чимин с возрастом тоже изменился, тоже сумел закалить своё сердце, но его сомнения и комплексы, и этот иррациональный извечный страх разочаровать... - Могу я попытаться? - спрашивает он, глядя на съёмочную группу и надеясь, что раздражение не так очевидно на его лице, как он чувствует. - Сколько ты хочешь поставить? - спрашивает Тэхён. Чимин не может не заметить, как он начинает перебирать пальцами в нервном жесте. Его милый Тэхённи, драгоценный соулмейт его сердца. Конечно, он волнуется, потому что проигрыш означает отсутствие денег на еду, что ведёт к голоду, а Чимин на очередной временной регулировке питания, и ему нельзя нарушать режим. Удивительно, как этого не понимают организаторы и менеджеры шоу, последние среди которых и ответственны за режим их группы и питание. - Я выиграл четыре доллара, - говорит он. - Если проиграю, получу ноль. Но если я выиграю, сколько смогу получить? - Десять долларов, - доносится со стороны съёмочной группы. - Ты будешь голодать вместе с Чонгуком, - замечает Юнги; предостерегает, потому что он заботливый хён. - Если проиграешь, будешь наслаждаться воздухом, - добавляет Тэхён без тени улыбки на лице, но явно пытаясь скрыть хмурость. Их забота трогательна и согревает Чимину сердце, но... - Если я выбью кеглю больше десяти долларов, как насчёт того, чтобы обеспечить Чонгукки едой? ... правда в том, что она не способна наполнить желудок. - Нет, я в порядке, - тут же возражает Чонгук, глядя на него с таким же выражением лица, что и Тэхён. - Если это будет за счёт твоего выигрыша, мне будет неловко. И снова тепло наполняет нутро Чимина, перекрывая собой испытываемое им из-за этой дурацкой игры раздражение. Потому что Чонгук делает вид, что стыдно оказаться в выигрыше ценой чужой победы, но правда в том, что на кону голод, и он не хочет, чтобы Чимин оказался с ним в одной лодке. Но из них двоих Чимин - хён, поэтому он выбирает сыграть; и выигрывает на силе чистой злости, не иначе, которая бурлит внутри него из-за всей этой идиотской ситуации. Кто-то мог бы сказать, что он преувеличивает, но нет. Голод - это не шутка. Ещё несмешнее испытывать его после целого дня прогулок, поездок и новых впечатлений. Они приехали на Гавайи отдыхать и пробовать новое. Вокруг полно витающих аппетитных ароматов кофе, выпечки, еды. Все эти пиццерии и уличные закусочные, и кафе, из открытых окон и дверей которых доносятся пряные нотки приправ. Всё это постоянно разжигает аппетит, а одним холодным кофе сыт не будешь. И ходить вот так целый день, зная, что тебе не дали денег из-за глупого проигрыша в глупой игре и вечером ты будешь сидеть без еды? Не в смену Пак Чимина. Выигрыш немного приободряет его - потому что больше денег означает, что он сможет купить еду и Чонгуку - и Чимин позволяет себе улыбаться, смеяться и шутить о том, что не-а, никакой еды Чонгукки не получит, потому что если проиграл, то проиграл, и это была всего лишь уловка. Когда Хосок решает рискнуть ещё раз и проигрывает свои три доллара, Чимин бросает взгляд на Юнги и видит, что тот уже переглядывается с Сокджином. Что ж, значит, за Хосока можно не волноваться. Повисшая невидимым грузом на его теле тяжесть окончательно исчезает. Но вишенкой на торте этого вечера становится не урегулирование этой неприятной ситуации с игрой и не знание, что все будут сыты вечером следующего дня. Нет, вишенкой на торте для Чимина становится пробравшийся под пологом ночи к нему под бок Чонгук. У них с Чонгуком отчасти странные личные отношения. С одной стороны, они команда и связаны друг с другом так же, как и с другими участниками группы: оплетены красной нитью самой судьбы, как любит говорить Тэхён. С другой, Чонгук как будто всё ещё не может определиться, должен ли он относиться к Чимину, как к хёну, с уважением, или продолжать относиться к нему, как к Тэхёну и Сокджину. Не то чтобы он не уважает Тэхёна и Сокджина, но между ними такие отношения, что позволяют вваливаться в комнату без стука, безнаказанно воровать вещи и еду едва не изо рта и многое другое. С Чимином Чонгук с самого начала постоянно спорил, вредничал, препирался и вообще вёл себя так, будто они наравне. Соперничество, стресс и страх порой делали их даже жестокими друг с другом, и сколько раз между ними вспыхивали громкие ссоры и даже драки? Не счесть. Став старше, они оба изменились, научились понимать друг друга и по-своему уважать; даже восхищаться друг другом, мастерством и трудолюбием, и упорством, и совершенствованием. Однако между ними всё равно пролегает своего рода дистанция. Чимин не раз пытался сократить её, давая понять, что его объятия для Чонгука широко открыты. Но Чонгук продолжал топтаться на одном месте, будто не зная, что же ему делать. Только что они с Чимином дрались, а теперь он заворожено наблюдает за его прогоном хореографии и искренне восхищается его мастерством, хотя считанные месяцы назад кривил лицо и заносчиво фыркал. И вот совсем недавно началось это: взгляды и комплименты, попытки подсесть поближе, эгьё и мелкие жесты заботы и внимания. Все это замечали и прятали улыбки, пока сам Чимин чувствовал себя дремлющим на солнце котом, ждущим, когда же цыплёнок осмелеет и уляжется дремать к нему под бок. Его ожидание окупилось. Чонгук стал смелее и более явным в своих словах и жестах, и всё это так напоминало его особое отношение к Тэхёну и Сокджину, что Чимину хотелось летать. Как и подобает хёну, он всегда опекал Чонгука, который был их драгоценным макнэ, но ему хотелось дружить с Чонгуком и просто так. Потому что он хороший, интересный и забавный человек. Потому что он внимательный, заботливый и вдумчивый человек. Потому что он человек с большим сердцем и открытой душой, всегда готовый протянуть руку и помочь. Чимин научился ценить Чонгука не только за статус, но и как личность, и ему было приятно знать и понимать, что Чонгук научился ценить его так же. И вот долгожданный итог выжидания и плясок вокруг да около: как только съёмка заканчивается, и все укладываются спать, Чонгук прокрадывается в комнату, стараясь не разбудить посапывающего Сокджина, ужом проскальзывает к нему под бок, укладываясь малой ложкой, и шепчет едва слышное «спасибо, хён». Чимин даже не может злиться из-за того, что его разбудили, хотя он очень устал. Вместо этого он подтягивает Чонгука ближе к себе, укрывая его краем одеяла, обнимает за плечи и вжимается губами в его макушку. - Не за что, - бормочет сонно, едва слышно, чувствуя слабую искру тепла в груди; и почти тут же проваливается в мирный, наполненный воздушными мечтами сон.

---

На следующий день оказывается, что в расписании появился пункт «мокпан: гавайская местная еда». Чонгук с Тэхёном удивлённо смотрят на Чимина. Чимин вскидывает брови, потому что он может выиграть деньги для ужина, но он не Бог, и переводит взгляд на сидящих напротив Сокджина и Хосока. Хосок выглядит таким же удивлённым, как сам Чимин, тогда как Сокджин бросает мимолётный взгляд на Юнги, делая вид, что внимательно слушает. Юнги в свою очередь сидит, развалившись в кресле и прижавшись плечом к боку сидящего на подлокотнике этого же кресла Намджуна. На лице Намджуна спокойное выражение, отражающее гладь океана, внутри которого кишащая акулами бездна. Ах. Их прекрасный, драгоценный, заботливый лидер. Перехватив его взгляд, Чимин тепло благодарно улыбается. Намджун с полной привязанности и заботы улыбкой кивает в ответ.

|∞|