101

Raleigh Ritchie — Bloodsport

Она видела, как в его кофейных глазах, словно искристое шампанское, плескался лунный свет. Она чувствовала его тёплые, но тяжёлые ладони на своей талии, грубую кожу сквозь нежные прикосновения. Раны на руках заживали вместе с ними, и казалось, что они — её лекарство. Она смотрела, как вздымалась его грудь, облачённая в строгий чёрный костюм. Она двигалась в такт играющей в зале музыке и подчинялась каждому его движению в этом танце. В несуществующем танце. Каждый их шаг, каждая прозвучавшая нота зажигала звезду на тёмно-синем небе. В эти новые звёздные галактики словно вдохнули жизнь, и они затанцевали вместе с ними, накрыв бал своим чарующим светом. Несуществующий бал. В его глазах кофе и шампанское. Его грубые руки полны нежности. Его движения плавные, лёгкие и точные. Жаль, что её глаза окутаны пеленой сказочного и лживого сна. — Стайлз, — на выдохе произнесла девушка, постепенно отстраняясь от брюнета. Этот равнодушный и почти не знакомый ей парень не может быть тем глотком кофейного шампанского, не может быть воплощением грубой нежности, что она чувствовала несколько секунд назад. Чувствовала каждой клеточкой своего тела. Чувствовала то, чего не существовало. — Что ты здесь делаешь? — сглотнув, спросила она. — То, что должен.

Dino Meneghin — He Doesn't Know

Лидия устремила взгляд на внезапно появившийся на его груди значок с вышитым на нём числом. «101». — Мы все должны сделать это, — рыжеволосая вновь услышала этот до боли знакомый, родной, но ныне холодный и отчуждённый голос. Девушка медленно обернулась, чтобы рассмотреть его обладательницу и убедиться, что это она. — Эллисон, — нежно и умоляюще прошептала зеленоглазая. Подруга, представшая перед ней на балу, даже не шелохнулась. Её стройную фигуру облегало классическое чёрное платье, на груди расположился тот же самый значок с вышитым числом «101», а на руках по-прежнему красовались того же цвета перчатки без пальцев. Её пальцы по-прежнему цеплялись за лук и были готовы выпустить стрелу в любой момент. — Мы предупреждали тебя о том, что ты должна быть.... Тише. Тише. Тише. Тише. Тише. Тише. Тише. — Тише, всё хорошо, — чей-то мягкий шёпот вернул девушку в реальность. Лидия старалась отдышаться после очередного ночного кошмара. Реалистичного кошмара. — Это был всего лишь сон. Зеленоглазая на миг прикрыла глаза, осознав, что эти слова, кому бы они ни принадлежали, абсолютно правдивы. Девушка убрала прилипшие к лицу огненно-рыжие пряди и распахнула веки. — Успокойся, Лидия. Ты ведь Лидия, верно? Мартин кивнула, рассматривая сидящую перед ней брюнетку с, судя по всему, корейскими корнями. Её лицо озарила обеспокоенная улыбка, и Лидия натянуто улыбнулась в ответ. — Я Кира, — облегчённо вздохнула девушка, увидев, что рыжеволосая немного отошла ото сна. — Я живу в соседней комнате. Я услышала, как ты кричала, и прибежала к тебе, — пояснила ситуацию она. — Чёрт, — едва слышно выругалась Лидия. — Лучше бы я снова кричала где-нибудь в лесу, — зеленоглазая прикрыла лицо ладонями, раны на которых были заклеены пластырем и иногда отдавались болезненными ощущениями. — Я слышала о твоих ночных похождениях со Стайлзом Стилински, — произнесла Кира, не намереваясь как-либо задеть рыжеволосую. Стайлзом, который только что приснился ей. — Вся школа об этом трещит.

Dino Meneghin — If You Need It So Badly

— А теперь она будет трещать ещё больше о сумасшедшей девчонке Лидии Мартин, что кричит по ночам... — голос девушки предательски дрожал, и ей казалось, что через несколько секунд слёзы так же предадут её и вырвутся наружу. — Всё будет хорошо, Лидия. Успокойся, — Кира бережно поправила выбившиеся и слипшиеся волосы зеленоглазой. — Я никому не позволю тебя так называть. И если что, то ты можешь в любое время заходить ко мне в комнату. Я, кажется, говорила, что я живу по соседству, да? — неловко улыбнулась темноволосая. — Я обязательно навещу тебя, моя новая соседка, — добродушно усмехнувшись, прошептала Мартин. — Тогда я пойду? — смущённо спросила кореянка. — Конечно, — улыбнулась Лидия её простоте и искренности. — Хорошо. До встречи. То есть, до утра. То есть, до начала занятий. Ох, знаешь, мне лучше поскорее уйти, — заключила шатенка после долгих прощаний и аккуратно закрыла за собой дверь. Оставшись в полном одиночестве, рыжеволосая бесшумно засмеялась и спрятала лицо в своих истерзанных и застывших ладонях. Ни одна часть её тела не дрожала, но каждый его сантиметр покрывался мурашками, а пальцы изнывали от нахлынувшей боли недавних ран. Слёзы всё-таки предали её. И сквозь их солёный вкус Лидия постаралась нащупать на тумбочке ручку и блокнот. «Сегодня мне приснился Стайлз Стилински».

***

— Доброе утро, Лидия, — до рыжеволосой донёсся извиняющийся голос Малии. — Я бы не сказала, — равнодушно откликнулась она, перебирая тетради и пытаясь игнорировать ноющую боль в руках. — Почему? — взволнованно спросила девушка. — Дай подумать, — выпалила зеленоглазая, приняв задумчивое выражение лица. — Наверное, потому что моя единственная подруга в этой дурацкой академии бросила меня, даже ничего не объяснив. А может быть, потому что после её ухода я кинулась искать её, но та пропала бесследно? Чуть не забыла — когда я хотела вернуться в столовую, отчаявшись в поисках, всю еду уже убрали, и я осталась голодной, — отчеканила Лидия. — Прости меня, — прошептала русоволосая, опустив взгляд. — Я не хотела оставлять тебя. Но так было нужно... — подобрав как можно более правильные слова, проговорила она. — Что ты от меня скрываешь, Малия? Что происходит в этой Академии Венатора? — напрямую спросила Мартин, в ответ получив лишь растерянный взгляд подруги. — Ничего, — промямлила она, и Лидия хотела было опровергнуть её слова и задать ещё несколько угнетающих её вопросов, но их разговор прервал учебный звонок. — Добрый день, класс, — в кабинет вошла мисс Хейл, появление которой оказалось достаточно неожиданным для всех в нём присутствующих. — Спешу сообщить вам о том, что мисс Тёрнер, к большому сожалению, неважно себя чувствует, поэтому некоторое время урок химии у вас буду вести я, — твёрдо произнесла женщина, расположившись за учительским столом. — Я всё равно узнаю, что здесь происходит. Даже если ты не станешь мне рассказывать об этом, — шёпотом обратилась рыжеволосая к Малии, надеясь, что Кейт её не услышит. — Мисс Мартин, чем же вы только что поделились с мисс Тейт, чем не можете поделиться с нами? — с неким равнодушием проговорила мисс Хейл. — Ну же, расскажите нам. — Мне нечего вам рассказать, мисс Хейл, — уверенно ответила девушка и столкнулась с заговорщическим взглядом Кейт. — Что ж, тогда я сама выберу, что вы должны мне рассказать. Вернее, не рассказать, а написать. Я надеюсь, вы справились с домашними уравнениями реакций. Лидия сглотнула, ощутив разливающийся по её венам страх и замораживающий всё внутри неё. Химические реакции никогда не были её проблемой, её проблемой были дрожащие ладони и разрывающееся от боли тело. Девушка аккуратно встала и направилась к доске, мысленно наказывая себе забыть о ней. «Боли не существует». Рыжеволосая осторожно взяла мел в руку и провела им по поверхности доски, выписывая химические элементы. За спиной послышались перешёптывания о «ненормальной девчонке, что кричала сегодня ночью», и пальцы Лидии неосознанно расцепились. Она медленно опустилась на колени, чтобы поднять выпавший мел, но внезапно раны и на ногах дали о себе знать. Израненная сумасшедшая девочка. — Я не могу... — прошептала зеленоглазая, пытаясь встать, но её контроль над собственным телом оказался полностью потерянным. — Мисс Хейл, вы не против, если я помогу ей добраться до больничного крыла? — послышался голос с задних парт. Голос Стайлза. — Идите, мистер Стилински, — равнодушно пролепетала Кейт в ответ и уткнулась в рабочие документы. Брюнет поспешил к Лидии и подхватил её на руки, заметив, что та не в состоянии идти. По кабинету прокатилась волна смешков, которая неприятно ударяла по ушам рыжеволосой. — Ты всего лишь поцарапалась в лесу, а уже не можешь ходить, — саркастически подметил темноволосый. — Я знаю, — вздохнула Мартин. — Так не должно быть, — девушке хотелось добавить, что каждое её движение отдавалось невыносимой болью, но она посчитала, что уже слишком многим людям доверила свои переживания. — Стайлз... — произнесла рыжеволосая. — Тебя же вызывала мисс Блейк, да? Чтобы рассказать о том, почему мы были в лесу. — Вызывала, — холодно ответил парень. — Почему тебя это так волнует? — Просто интересно, — любопытствующим тоном проговорила Лидия. — Раз уж про меня ты сказал правду, то как ты скрыл свои ночные походы? — Я сказал, что я был с девушкой, — по-прежнему равнодушно откликнулся Стилински. — Ночь, романтика, всё такое. — А ты был с девушкой? — в её изумрудных глазах заиграли нотки удивления. Брюнет лишь усмехнулся на её вопрос. — Мартин, я, конечно, знал, что нравлюсь тебе, но ты могла бы не выдавать себя так сразу, — на его лице заиграла плутоватая улыбка. — Стилински, я, конечно, знала, что ты самовлюблённый эгоист, но ты мог бы не выдавать себя так сразу, — дерзновенно прошептала Лидия. — Хотя нет, постой... Ты уже давно себя выдал! — добавила она. — Правда? — его глаза кофейного шампанского, как и во сне не предвещали ничего хорошего. — Что ж, как самовлюблённому эгоисту мне следовало бы бросить тебя здесь, — темноволосый усмехнулся и провёл рукой в воздухе, обозревая один из незнакомых коридоров академии. — Ты этого не сделаешь, — испуганно пролепетала Лидия, но вдруг почувствовала, как его грубые и нежные руки медленно опустили её. — Не надо, Стайлз! — запротестовала девушка, ощутив заполняющую ноги боль, обжигающую всё внутри. Брюнет ухмыльнулся, глядя, как рыжеволосая пытается устоять на полу без его помощи. — Как думаешь, теперь я точно заслужил звание самовлюблённого эгоиста? — плутовато улыбнулся брюнет и провёл рукой по тёмным, торчащим во всем стороны волосам. Его глаза, искрящиеся хитростью и дерзостью, встретились с её, изумрудными и полными неприкрытого ужаса. Лидия промолчала, перестав сопротивляться болезненным ранам, и была готова упасть на холодный паркетный пол в коридоре, но руки Стайлза с грубой нежностью не дали этому случиться. — Вот и я думаю, что нет. — Если ты не заметил, мне всё ещё больно, и мы всё ещё не в больничном крыле, — прокомментировала Мартин, надеясь, что это хоть как-то поторопит парня. — Напротив, мы уже здесь, — опровергнул Стайлз её слова, и Лидия, все ещё обхватывая брюнета за шею, приподняла голову, чтобы рассмотреть окружавшее её пространство. Девушка осознала, что они действительно шли не по обычным учебным коридорам. До этой минуты все прохожие изумлённо оборачивались, шепчась о чем-то вроде «Сам Стайлз несёт эту сумасшедшую новенькую на руках». Эти слова наводили на мысли о том, что брюнет был достаточно популярен в школе. Или, по крайней мере, вызывал какой-то интерес у обитателей академии. В больничном, судя по высказываниям парня, крыле, не было ни детей, ни взрослых, ни подростков. Лишь пустые коридоры с ободранными обоями на стенах и грязным, в отличие от всех остальных помещений в здании, паркетным полом. — А разве больничное крыло не должно быть стерильным? — поинтересовалась рыжеволосая. — Не одна ты попадаешь в нелепые ситуации. Много детей приходят сюда, испачкавшись и поранившись где-нибудь. Здесь проводится генеральная уборка раз в неделю. Скажем так, ты попала сюда не в самый подходящий день, — пояснил Стайлз. — И знаешь, я бы посоветовал тебе спрятать своё неуёмное любопытство куда подальше. — Как жаль, что это невозможно, — ехидно усмехнулась рыжеволосая. — Как жаль, что за это можно заплатить весьма высокую цену, — серьёзным тоном произнёс он. — Это угроза? — насторожившись, спросила Лидия. — Это предупреждение.

***

Девушка сидела на кушетке, наблюдая за тем, как Мелисса неторопливо снимала старый пластырь и оголяла незаживающие раны. Лидия вздрогнула и глубоко вдохнула, когда пластичная масса разорвала все контакты с её кожей, позволив воздуху проникнуть вглубь повреждённых участков. Стайлз стоял у противоположной стены, рассматривая, как искажается лицо рыжеволосой от боли. — Лидия, милая... — заботливо и взволнованно прошептала медсестра. — Что? — спросила зеленоглазая и закрыла глаза, чтобы не видеть свои открытые раны. — Ты уверена, что ты поранилась о ветви деревьев? — уточнила темноволосая. — Да. И еще о терновые кусты, — подтвердила Лидия. — Боюсь, что не только о них... — тихо произнесла миссис МакКолл, заставив девушку распахнуть глаза и рассмотреть рану. Запёкшаяся кровь на освобождённых от пластыря ладонях приняла чернильно-чёрный цвет. Брюнет, находившийся поодаль от них, немного приблизился и начал увлечённо и обеспокоенно разглядывать повреждения девушки. — Что это? — испуганно спросила Мартин, не отрывая глаз от собственных ран. — Обо что такое я могла порезаться, чтобы моя кровь вдруг почернела? — Я не знаю, милая. Не знаю.

***

После того, как Мелисса обработала порезы рыжеволосой, они не перестали отдаваться непередаваемой болью в каждом движении, но зато теперь позволяли ей ходить без посторонней помощи. Медсестра не была уверена в том, что послужило причиной столь ужасных повреждений, и насколько они могут быть опасны. Однако Лидия была уверена в том, что всё, происходящее в этой академии, как-то связано между собой. — Как думаешь, обо что я могла порезаться в лесу? — спросила она у Стайлза, сопровождающего её в комнату. — Без понятия, — холодно ответил парень, окинув взглядом заклеенные свежим пластырем участки тела девушки. — А мне кажется, что ты что-то знаешь, — остановилась рыжеволосая, чтобы посмотреть на него и найти хоть что-то, намекающее на ложь. — Тебе кажется, Мартин, — он бережно взял её руку в свою, но голос его оставался привычно сухим и равнодушным. Они снова направились вперёд по больничному крылу, и Лидия решила больше не поднимать эту тему. Когда боль не затуманивала её сознание настолько сильно, страх перед данным местом охватывал его сердце в полной мере. — Стой! — воскликнула девушка, отдёрнув ладонь и на секунду пожалев о столь резком движении со своей стороны. — Что это? — она подошла к стене и начала судорожно рассматривать таблички на дверях, ведущих в остальные медицинские кабинеты. — Я всё ещё сомневаюсь в твоей образованности, но думаю, ты должна знать, что такое «дверь», — ехидно подметил Стилински. — 100, — прочитала рыжеволосая число, соответствующее одной двери. — 102. Железные двери находились подозрительно далеко друг от друга, и Лидии приходилось переводить взгляд с одной на другую. Но больше всего её устрашала свободная стена, находящаяся между ними. — Здесь должна быть дверь, — зеленоглазая протянула руку вперёд, словно надеясь что-то нащупать. — Где она? — Не особо интересуюсь отсутствием кабинетов в больничном крыле, — отмахнулся брюнет и поспешил удалиться, рассчитывая, что девушка последует за ним. — Я всё равно узнаю, почему здесь нет этого кабинета, — решительно произнесла она, не сдвинувшись с места. — Ты уверена, что тебе это нужно? — бросил парень. — Мне нужно знать, что за секреты скрывает эта академия, — подтвердила рыжеволосая. — Некоторые секреты лучше не знать, — проговорил брюнет, окинув девушку строгим взглядом. Она медленно направилась в сторону Стайлза и позволила ему вести себя к выходу из больничного крыла. Но одно Лидия знала точно — она разгадает каждую тайну, что скрывала Академия Венатора за своей эмблемой. Она разгадает тайну несуществующей комнаты под номером «101».