Немецкий как хобби.

Утро встретило моросящим дождем, как предсказуемо. Осень — это нечто непостоянное, как и люди. Вот — мы абсолютно одиноки, и в душе нашей царствует спокойствие, а уже на следующий день мы влюблены, и в душе нашей лишь один человек. Сборы в университет на этот раз начались вовремя, Лёля не проспала. Макияж — необычно для нее, те самые голубые джинсы и укороченный свитер — не менее странно. Критично осмотрев себя в зеркало, Леля удовлетворённо кивнула своем отражению. — Замечательно! Именно то, что надо. С этими мыслями девушка отправилась в святилище науки. Порадовавшись, что в универ она пришла вовремя, Лёлик помчалась на пару. Философия прошла спокойно, и отсидев положенные полтора часа, девушка вышла в коридор. Студенты — существа неприхотливые. Негде сидеть? Посидим на полу. Так сделала и Лёля, усаживаясь на пол и открывая книгу. — Что, Деменева, лавочки не для вас? Голос Марка Александровича вырвал её из мыслей о нем же. Он стоял, возвышаясь над ней, сложив руки на груди и усмехаясь краешками губ. Невероятно красивый в своих черных джинсах и светлой рубашке с закатанными рукавами. Лёля никогда так не ошибалась, как в тот день, когда влюбилась в этого мужчину. Недосягаемого для неё, абсолютно далекого и нереального. Он будто из другого мира, и лишь в другой вселенной они могут быть вместе.  — Здравствуйте, Марк Александрович. Вы что-то хотели? — произнесла девушка, встав с теплого местечка  — Да, я хотел поинтересоваться, вы собираетесь приносить мне курсовую, студентка? Первичный материал на проверку должен был быть на моём столе еще вчера. Именно этот дурацкий материал и не хотел набираться, как бы девушка ни старалась. В интернете его было на одну страницу, но это преподаватель не примет. Что делать Лёля не знала, поэтому не делала ничего.  — Извините, Марк Александрович, я забыла. Я завтра принесу, хорошо? В надежде, что преподаватель сжалится и оставит её в покое, девушка взглянула на него. Но что-то в его взгляде подсказало ей, что одним «извините» она не отделается.  — После пар подойдите ко мне в кабинет, поговорим насчёт курсовой. Не задерживайтесь, пожалуйста, как обычно. С этими словами мужчина резко развернулся и быстро удалился. Лёля же осталась стоять, почему-то чувствуя себя одинокой. План по соблазнению мужчины мечты, кажется, не сработал. Или не начинал работать.

***  — Почему она такая маленькая? Почему хочется обнять её, а не спрашивать у неё материал курсовой? Почему она накрасилась именно сегодня и натянула эти джинсы, обтягивающие её соблазнительные формы? За что мне такое мучение? Я уже целый час метался по аудитории, ожидая эту мелкую девчонку. Мне хотелось её, сильно, невыносимо. Желательно навсегда. Ещё немного и помешательство мне точно обеспечено. А она как назло и не думала явиться вовремя. Искать я её не стану, придет сама. Не придем — назначим наказание. Пора что-то делать, а не сидеть и смотреть на неё, как я обычно делаю. Она должна стать моей. Желательно женой. Чертовы сны с её участием донимали меня уже каждую ночь, становясь все откровеннее и откровеннее. Мои метания прервал скрип отворившейся двери, разорвавший тишину, стоявшую в аудитории. Моя девочка пришла. Она сама подписала себе приговор. Выпустить её из аудитории я планирую только в своем сопровождении и только ко мне домой.

*** Оля неторопливо брела по коридору, ведущему к нужной ей аудитории. Мысли о встрече с этим мужчиной не радовали. Нет, она хотела его видеть, но обсуждать курсовую — это последнее, что можно было бы с ним сделать. В её мыслях они уже давно делали то, что происходило в её снах.  — Марк Александрович, можно?  — Проходи, Ольга. Присаживайся. Я хотел поговорить с тобой о курсовой работе. У тебя проблемы с её выполнением?

*** «Единственное, что я сейчас хочу — разложить тебя на этом столе».

***  — Немного не добирается материала, Марк Александрович. Хотела сходить в библиотеку, но не хватило времени.  — Ты уверена, что тебе не нужна помощь?  — Уверена.

*** «Не кусай губу, маленькая невыносимая девчонка, я не железный»

*** Я сидела, не понимая, что ему нужно от меня. Насколько я знала, по курсовым он никогда не помогал, считая, что студенты и сами справятся. Марк смотрел на меня странным взглядом, словно прожигая насквозь. Это было необычно, приятно, восхитительно. Внезапно, подавшись вперед, своим голосом с невероятным акцентом он проговорил:  — Я все еще хочу тебя. Жестко. На этом столе. Именно сейчас. Неужели он не знает, что я изучала и немецкий?