Козел на Импале

— Я что, помешала, малыш? — Отступать было поздно, тебя уже застукали, Дин Винчестер, а теперь посмотрим, как ты будешь изображать из себя ужа на раскалённой сковородке. — Нет, нет, что ты?! — Выдал его воспалённый голос. — Разве ты можешь мне помешать? Бесстыдник Винчестер явственно намекнул своей пассажирке, что ждёт продолжения её недавних манипуляций ротовой полостью, опустив голову этой простифульды обратно вниз, тем самым скрыв от меня её личность. Что ж, мне в принципе без разницы, что это там с ним за шлюха, но удовольствия ему явно сегодня не видать! — Да просто показалось, что ты не один, — скучающим тоном произнесла я. — А тебя это очень сильно заводит? — Винчестер соблазнительно закусил нижнюю губу. — О-ой, то есть, заботит? — Знаешь, если честно... — растягивала слова как можно дольше, говоря с предыханием. — Совсем нет! В таком случае, до свидания. Стоило только возвести палец над кнопкой отклонения вызова, как на том конце послышалось достаточно громкое: – Нет, нет, стоп! Подожди, не надо! — Что не надо? — раздалось дополнительное обрывистое из-за помех в связи ворчание женского голоса. — Не надо обманывать, Дин Винчестер, — очень захотелось съязвить, — ведь ты передо мной как на ладони, и прямо сейчас я будто бы в кинотеатре на первом ряду и всё прекрасно вижу. Пришлось зажмурить глаза,  когда их резко ослепил свет от автомобильных фар. Итак, теперь Винчестер рассекретил моё место пребывания, поэтому не оставалось ничего иного, как показать ему средний палец и рвануть в ближайшие кусты, чтобы спрятаться и хоть как-то отдышаться и успокоить собственные нервы. Но убегать пришлось дальше, чем планировалось, поскольку за спиной послышался громкий хлопок дверцы у водительского сидения. — Ты куда, Дин? — И тут я кажется наконец смогла идентифицировать владелицу мерзкого писклявого голоса. — Иди домой! — Прорычал он ей в ответ, звеня бляшкой ремня на ходу. Вот и вся благодарность за услуги проституток? — А ну стой, засранка! Последняя реплика, кажется, была адресована именно мне, что и заставило прибавить темп и оказаться в самой густозасаженной части парка, где даже фонари с трудом освещали дорогу. Я прижалась спиной к широкому стволу дерева в попытках спрятаться, и на какое-то время мне это даже удалось. Но сообразительный Винчестер словно охотник вынюхал меня по следам притоптанной травы. Конечно, следовать за кем-то в кромешной тьме гораздо легче, если у тебя в руках есть фонарик. Но чтобы уж наверняка не ошибиться, он пошёл на хитрость. Телефон в кармане куртки предательски зазвенел. Какого хрена ты не на беззвучке?! — Попалась! Так значит, ты у нас любительница подглядывать, Ричардс? Не знал, не знал, что у святоши тоже есть свои фетиши. — Заткнись, идиот! Что ты мелешь? Это просто совпадение. Дин светил мне прямо в глаза, будто бы я была на допросе, поэтому приходилось прикрывать лицо руками, чтобы не ослепнуть. — Тогда почему прячешь свою стыдливую физиономию? — усмехнулся парень, направляясь ко мне всё ближе и ближе. — Выключи этот чёртов фонарь, и тогда я смогу без промаха плюнуть прямо в твоё лживое мерзкое лицо! Секунда – и фонарь передо мной действительно гаснет. Ещё одна – и это животное вжимает меня в дерево своей тушей. — Ну что ж, попробуй, — шепчет Дин мне на ухо, после чего прикусывает мочку. Моё тело реагирует незамедлительно, и если б он меня не прижимал, ватные ноги давно бы уже наверное подкосились. Рваное дыхание от коротких поцелуев в шею, сменяемых покусыванием и облизыванием, видимо дало ему повод думать, что Винчестер как и всегда на коне, и стоит лишь ему поманить меня пальчиком – я вновь растаю и забью на любые его косяки. Только не в этот раз, сучёныш. — Мкхэ... — Пришлось откашляться, чтобы возобновить свою реплику. — Мэлани Уоррингтон?! Серьёзно? — Немалых усилий стоило сдерживать собственные стоны, чтобы продолжить говорить, пока его тёплая ладонь продвигалась от живота к груди под моей кофтой. — Помнится мне, эта перигидрольная стерва отшила тебя на глазах у всего колледжа ещё на первом курсе. — А чтобы не свалиться на землю, пришлось вцепиться в воротник его рубашки. — Не всегда всё является тем, чем кажется, на самом деле. — Наконец ослабил свою хищническо-вампирскую атаку на мою шею Винчестер и хитро ухмыльнулься, пытаясь поймать мой рассеянный от нахлынувшего возбуждения взгляд. — То-о-о-есть, ты хочешь сказать, что она сейчас не отсасывала тебе в машине? — Собрав всю волю в кулак, я схватила его за руку и выдернула её из-под своего свитера. — Как же ты мне противен, Винчестер! Не успела опомниться и подарить ему обещанный плевок прямо в лживое лицо, как парень резко подхватил меня за бедра и, разведя их в стороны, вновь прижал к стволу дерева. Пришлось обхватить его рукмаи за шею и ногами за талию, чтобы не свалиться на землю. — Твоё тело говорит совершенно об обратном, врушка, — ошпарил он горячим дыханием мои губы, прежде чем с упоением в них впиться. Чёрт возьми, как же я соскучилась! Наши языки сплетались в жарком страстном танце, а тела изгибались практически в унисон, будто бы мы совершенно нагие и в горизонтальном положении. Я словно была абсолютно пьяна, не имея шансов протрезветь в ближайшие пару сотен лет. Хотелось вечность перебирать пальцами его колючие волосы на затылке, прямо как сейчас. Слышать его сбившееся с ритма дыхание, сопровождаемое почти неуловимыми на слух стонами, которые перебивали мои собственные. — Я так устал сутками напролёт думать о тебе, — выпалил Дин, спустив меня обратно на землю. Теперь его руки были заняты ширинкой моих брюк, которую он мастерски расстегнул, не отрывая воспалённый взгляд от распахнутых в удивлении девичьих глаз. — Каждый раз,— и вот его холодные пальцы уже проникают под ткань моих трусов; — когда вижу тебя в аудитории, или в коридоре, или плевать вообще где, — вторая рука Винчестера обхватывает меня за талию; — то всё время думаю о том, — пальцы проскальзывают ниже и глубже, срывая с моих губ громкий стон; — как мы остаёмся там наедине абсолютно голые... Его колючая щетина вновь слегка царапает мой подбородок, но теперь это уже словно какая-то необходимая доза псевдомазохизма. Мне это нужно, нет, просто необходимо — ощущать его рядом, трогать за лицо, волосы, шею, сильные, но в то же время такие нежные руки... Порыв скинуть с плеч Винчестера куртку привёл к тому, что его пальцы на время прервали свои манипуляции с моими половыми губами. — Давай быстрее, — прорычала я, с ненавистью стягивая рукава кожанки с парня. — Вообще-то не жарко, — усмехнулся он. — Мне всё равно, она мешалась! Потому что я хочу больше тебя чувствовать, идиот, изучать руками рельефность твоего тела и вообще!.. — Да, Дин! — слетает с моих губ, когда Винчестер возвращается к тому, на чем остановился минуту назад. — Именно это я каждую ночь слышу в своих снах, — парень прикусил мою нижнюю губу и притянул к себе ближе. — А теперь давай посмотрим, насколько ты упругая. Не уверена точно, что он там задумал, но почувствовала, что движения его пальцев стали гораздо медленнее, но более напористыми. Кажется, что указательным и безымянным он постарался раздвинуть половые губы, но из-за слишком обильно скопившегося женского сока от перевозбуждения, манипуляции пришлось повторить несколько раз. Когда же положение пальцев, наконец, удалось зафиксировать, средний перст Винчестера оказался на моём клиторе, а затем стал медленно продвигаться глубже в сторону промежности. Благодаря подобным манипуляциям мой таз самопроизвольно подался навстречу движению. — Тише, тише, — шептал Винчестер на ухо в то время, как я зубами вцепилась в ворот его рубашки. — Не торопись. Женская плоть плавилась от нетерпения. Ещё немного – и я погорю прямо здесь. Вся до тла и без остатка. Но тут моё тело будто бы пронзило клинком. — Больно, твою мать! Перестань! — Я с силой оттолкнула от себя Винчестера сразу же после того, как его палец проник непростительно глубоко. Вернее, почти проник, потому что затормози я хоть на секундочку, и Дин действительно бы стал моим "любовником", вот только не совсем традиционным способом. У меня, конечно, нет ясного плана на свой первый раз, но это определённо не должно произойти в каком-то вшивом парке и в таком нелепом ключе. — Прости-прости, — Винчестер осмелился подойти ближе, несмотря на мой враждебный настрой. — Я ни в коем случае не намеревался как-то обидеть тебя, и тем более сделать больно. Его рука вновь потянулась к моей ширинке, вот только на этот раз чтобы её застегнуть. С груди будто бы спал какой-то тяжкий груз, и я наконец вздохнула с облегчением. Дин накрыл меня объятиями и поцеловал в макушку. — Но ты всё равно успел сделать и то, и другое... — пробурчала ему в плечо, скрепив руки в замок за его спиной. — Как? Когда? — Дин водил носом по моему лицу, периодически покрывая поцелуями то щёку, то висок. — Ну, обижена я ещё с тех самых пор, когда ты бросил меня тогда на вечеринке, это очевидно. А больно... — к горлу подступил комок, что затруднило дальнейшую речь. Винчестер сжал меня ещё сильнее в своих объятиях, будто бы специально перекрывая кислород, чтобы я так и не смогла закончить вслух свою последнюю мысль. — Прости, — раздался шёпот где-то поверх моего затылка. Ну уж нет, сучонок! Я договорю. Выскажу тебе всё, из-за чего саднит в районе солнечного сплетения. — Больно потому, — продолжила я, немного высвободившись из плена его рук, — что я просто, блять, не могу понять! Теперь настал мой черёд прижать тебя к стенке для очной ставки, козлина. Я вновь оттолкнула парня, но подлетела к недоумевающей фигуре раньше, чем он успел опомниться. Схватив одной рукой в охапку его рубашку на уровне груди, а второй – лицо за подбородок так, что пальцы начали смыкаться вместе, делая из губ паршивца трубочку и не оставляя шансов в очередной раз ехидно ухмыльнуться, продолжила: — Я не могу понять, — с каждым новым моим шагом Дину приходилось отступать назад, пока наконец в этот раз его спина налетела на ствол дерева, — какого чёрта ты делаешь? Если тебе так часто чудятся всяческие извращения со мной в главной роли, то тогда почему?.. — Своими маленькими кулочками я стала стучать по его грудной клетке, будто бы пытаясь освободить оттуда кого-то, совершенно на Винчестера не похожего. — Почему твой член оказался во рту у этой... этой... Уоррингтон!? В ответ на мою истерику Дин попросту расхохотался! Это поведение настолько возмутило меня, что дар речи куда-то утратился, а глаза вытаращились на этого наглеца в немом удивлении. — Послушай, — он взял мою ладонь и прижал к своей вздымающейся от глубокого дыхания груди, когда наконец просмеялся. — Я каждый раз мучаюсь, представляя, как ты, прогибаясь в пояснице, прижимаешься щекой к парте и ждёшь, что я подойду сзади и отымею тебя в тот же самый миг. В это время он спускал мою руку всё ниже и ниже, пока наконец не засунул её под рубашку, давая прощупать кубики пресса. Веки его глаз томно смыкались и открывались вновь, пока я рисовала маршруты на его торсе. — И теперь пойми, детка, — прорычал он сквозь участившееся дыхание откуда-то из глубины гортани, — мне просто необходима была разрядка, чтобы не свихнуться. — Так вот, выходит, что это было? Разрядка? — Из-под рубашки мои ладони соскользнули на его бёдра и начали совершать круговые поглаживающие движения. — Да, да, просто разрядка, и ничего больше... Приложила палец к его губам и прошипела, чтобы Винчестер наконец понял, что пора заткнуться. К счастью, он не был настолько глуп, чтобы спугнуть удачу, поэтому лишь умоляюще смотрел мне прямо в глаза, пока я расправлялась внизу с его ремнём. Пора бы уже и мне переходить к решительным действиям, ведь пару мгновений назад я чуть не стала женщиной благодаря его рукам, а вот собственные знания о мужских половых органах до сих пор ограничены лишь учебником по биологии и парой-тройкой просмотренных порно-роликов на расцвете пубертата. С ширинкой оказалось справиться сложнее, поскольку упирающийся сквозь нижнее белье бугор слишком сильно отвлекал от задачи расстегнуть молнию. Когда же мне это наконец удалось, Винчестер внезапно обхватил моё лицо руками и начал нежно целовать губы. Пожалуй, то, что я совсем не видела, что собираюсь сейчас сделать, немного даже облегчило и ускорило процесс, поскольку доза прильнувшей от стеснения крови к щекам точно была превышена. И вот моя ладонь вверх-вниз скользит по тому участку, где ткань нижнего белья топорщится сильнее всего. С губ Винчестера сорвался громкий стон, будто бы он совсем мальчишка, а не "легенда колледжа". А после какой-то разочарованный всхлип. — Она перезвонит! — Прорычал Дин в трубку мобильника, а после засунул девайс обратно в карман моей куртки. Во всём этом страстном омуте познания мужской сути я даже не услышала пищание собственного телефона. Надеюсь, это не были мать или отец... Тем временем, процесс рукоблудия поглотил меня настолько, что захотелось ухватиться покрепче за член Винчестера без всяческих препятствий. Оттопырив левой рукой резинку трусов, правую я проснула внутрь. Там было просто пипец как горячо! — Сожми крепче, — взмолился Винчестер, освобождая мою шею от волос, чтобы в очередной раз проложить на ней дорожку из синяков от страстных поцелуев. Уж он-то мастерски умеет оставлять эти следы обозначения собственничества, я прекрасно помню это с прошлых наших встреч интимного характера... Впрочем, мне не оставалось ничего иного, как прислушаться к совету Дина, поскольку в силу неопытности в вопросах петтинга парню совершенная растерянность была мягко говоря неуместна. На ум не приходило ничего лучше классических манипуляций вверх-вниз – от основания до головки и обратно – однако именно это возымело безотлагательный успех. — Ричардс, я... сейчас... Голова Винчестера рухнула прямо на моё плечо, а тяжёлое прерывистое дыхание, казалось, сигнализирует о вот-вот наспутающем моменте отключки. Пульсация члена в руке достигла своего пика, а через пару секунд тёплая вязкая субстанция уже стекала из головки прямо на мои пальцы. — Спасибо,  — выдал Винчестер, чмокнув меня в щёку. — Надеюсь, этой разрядки хватит надолго. И тут по воздуху разнёсся громкий звук от шлепка ладонью по его лицу. — Кретин! — Гневно прокричала я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, охваченная желанием как можно скорее удалиться из зоны видимости этого самодовольного напыщенного индюка! Ты как всегда сумел всё испортить! Нет, это просто талант! Пока я мысленно проклинала этого Дьявола во плоти всеми способами, что только могла вспомнить, ноги сами по себе неслись в неизвестном направлении. Винчестер же успел застегнуть свой чёртов ремень и нагнать меня. — Тебе нужно хотя бы протереть свою грязную ладошку, детка, — иронизировал этот мерзкий хмырь, подхватив меня под локоть. — В Импале есть влажные салфетки. — Обойдусь! — Выпалила я, резко вырвавшись из его захвата, из-за чего чуть не споткнулась на сухих опавших листьях под ногами. — Воу, ты в порядке? — Изобразил он заботу, подавляя смешки. — Прибереги свои сладкие речи для тех, кто на это ведётся! Например, для белобрысых шлюшек из студсовета! — Тебе стоит лишь попросить, — кричал Дин вслед стремительно удаляющейся от него женской фигуре, — и я перестану пользоваться её услугами! — Как хочешь, мне всё равно! — Не оборачиваясь, чистую ладонь я сжала в кулак и показала Винчестеру средний палец у себя над головой. А ты действительно плохая лгунья, Мишель Ричардс... Наконец-то взгляд зацепился за знакомую поляну, с которой уже начали разъезжаться некоторые машины. Видимо, второй фильм, название которого я, наверное, так и не узнаю, показался зрительному залу не столь захватывающим. Кажется, внизу экрана мне удалось рассмотреть что-то вроде субтитров. — Вот ты где! — Сара резко шлёпнула меня по плечу, чем порядком напугала. — Чёрт тебя дери, Никсон! — я вздрогнула, как осенний лист на ветру. — От такого испуга можно и коней двинуть! — Это она-то мне будет говорить про испуг! Как не стыдно, Миша, я уж думала, что тебя маньяк в лесу изнасиловал. Поэтому сама долго терпела и боялась сходить до ближайших кустов, но всё-таки газировка ой как поджимала... А ты недалека от истины, подружка! — Кстати, есть влажная салфетка? — Я умоляюще посмотрела на подругу и успела уловить в её ответном взгляде нотку подозрения. — Конечно, держи, — она протянула мне пачку, а после этого скрестила руки на груди, видимо ожидая каких-то объяснений. — Обещаешь надо мной не ржать? — Пришлось порядочно повозиться, чтобы оттереть руку от начинающей застывать субстанции белёсого цвета. — Кажется, я и сама начинаю догадываться, — левая бровь Никсон то ли от удивления, то ли от отвращения, то ли хрен пойми от чего устремилась вверх. — Теперь понятно, почему Сэм после звоночка сказал, что ты наверное не скоро, потому что случайно столкнулась со старым знакомым... — Пусть так и будет, ладно? — Откинув грязную салфетку подальше, я сложила ладони перед собой в умоляющем жесте. Ноги сами несли в одну из парикмахерских, что находилась на совершенно противоположном конце города — тех краях, где я обычно никогда не бываю. Объяснялось всё достаточно просто — сердце требовало перемен. А с чего обычно начинают женщины? Всё верно — с прически. Так вот, этот самый «день икс», когда я к чертям собачьим обкорнаю все свои лохмы, настал. Может, сжечь всё осветлителем? Кое-кого это, оказывается, привлекает... Но вместо обычной парикмахерской перед глазами предстал целый салон красоты. Это я поняла, более-менее внимательно изучив прайс-лист, в котором обозначались ещё и такие процедуры, как чистка лица, депиляция, маникюры-шмедикюры и прочая хрень, от которой моя скромная персона была совершенно далека. Нет, не скажу, что я какая-то там пацанка и совсем не слежу за собой. Но от волос на ногах (и прочих частях тела, при необходимости) привыкла избавляться с помощью старого доброго станка. А ногти… вместо того, чтобы их стричь, я их обычно обгрызаю. Ненавижу эту привычку, но она преследует с самого детства и уже является неотъемлемой частью меня, как личности. Ну, наверное. По крайней мере, я пыталась оправдаться. А может кому-то попросту нужно чуть меньше стрессовать? На ресепшене попросили подождать херову тучу часов или записаться на другой день. Я выбрала участь ожидающего, поскольку жизненно необходимо было сделать что-то именно сегодня! Ну нет, Ричардс! Ты совсем свихнулась, если решила перекрасить волосы ради мужика! Даже не думай об этом, больше никогда. Закинув ногу на ногу, я качала ей в воздухе, а во рту покоился большой палец правой руки. Угадайте, кто снова обгрызал ногти? Но вдруг меня неожиданно прервали. — Привет, Бурерожденная! — Оторвала взгляд от пола и увидела перед собой Лесли в белом халате. Она держала руки в карманах и мило мне улыбалась. Что ж, я бы не отказалась от таких приятных сюрпризов хоть каждый день! Ведь шанс встретить эту девушку ещё раз был крайне мал. — Дай угадаю… — Я приложила указательные пальцы к виску и сделала вид, что сканирую её с головы до пят. — Массаж? — Попробуй ещё раз, — ухмыльнулась она. — Если что, подсказка у меня на бейджике. «Лесли Купер. Мастер по маникюру» — Вот это поворот, — сказала я, спрятав голову в шею, подобно черепашке. — Да, да, так что если ещё раз увижу, как ты грызешь ногти… — пусть она и посмотрела на меня с укором, но после одарила совершенно очаровательной улыбкой. — Какими судьбами? — Да вот, решила, что мою память необходимо подчистить, — я взяла в руки прядь волос и сделала пальцами жест, изображающий отрезание ножницами. — О-ля-ля, ясненько. — Лесли Купер пожала плечами и сделала несколько шагов в сторону какого-то там процедурного кабинета, а затем резко развернулась на своих каблучках и снова обратилась ко мне: — Кстати, долго тебе ещё ожидать? — Э-м, не знаю. Кажется, той сучной брюнетке с ресепшена я не понравилась, поэтому она гарантировала мне минимум два, а то и три часа томления. — Х-м, с этим я, конечно, не смогу помочь, — задумалась Лесс. — Но знаешь что! У меня как раз начинается обеденный перерыв через десять минут. Может, составишь мне компанию? — Да, конечно, — улыбнулась я в ответ. — Ещё целых два часа можешь делать со мной все, что захочешь. — Ловлю на слове, — отчеканила миниатюрная секс-бомба и поспешила куда-то, сотрясая грудью воздух. Я растерялась и не знала, стоило ли метнуться за ней, но вскоре вопрос разрешился сам собой. Купер вышла ко мне в сиреневом пальто и с клатчем в руках. А я-то однажды уверовала, что Сара – мисс элегантность, однако теперь на пьедестале появилась яркая конкурентка. Без лишних вопросов засеменила следом за очевидно рождённой с пелёнок ходить на каблуках Лесли в сторону выхода. Мы заняли столик у окна в какой-то уютной кофейне в далеком от моего понимания и вкуса французском стиле. Здесь, конечно, вроде как было уютно, но лично у меня создавалось впечатление, что попала на улочку другой страны, никогда не интересовавшей меня как объект для туризма. Не понимаю этой странной слепой любви обывателей к Парижу, если они даже не бывали там лично. Франция вечно рисовалась в воображении грязной и вонючей, особенно если учесть систему подземных ходов и катакомбы под центральными улицами. Возможно, визит в какой-нибудь Прованс и смог бы изменить моё мнение, но подобного не было в списке дел на ближайшую пятилетку. — Так что, как ты там поживаешь, Мишель? — Лесли поставила локти на стол и подперла подбородок ладошками, сложенными в замок. Ещё никогда не видела столь тонких и маленьких пальчиков у взрослого человека. Её ногти были очень длинными. На них красовался маникюр с основой из темно-синего лака и рисунком из тонких белых снежинок на некоторых пальцах. — Да, ничего особенного, — пожала плечами, пряча свои тонкие худощавые пальцы с короткими (благодаря нервам и зубам) ногтями между ляжек. Надеюсь, к кофе принесут трубочку, потому что я готова буду провалиться сквозь землю, когда Лесли оценивающе глянет на эти… обгрызки. — Так и не определилась, кому из братьев кружить голову? — ухмыльнулась она, словно это был самый обыденный разговор. Ну да, а что такого, мы ведь знакомы лет сто, не меньше!.. — Думаю, что я не готова говорить об этом, — я потупила взгляд в столешницу. — Тогда нам нужно было заказать что-то покрепче, чем кофе, — прыснула девушка. — Да расслабься ты, Мишель. Я не настаиваю, и уж тем более не претендую на то, чтобы стать твоей лучшей подружкой. Я ведь тебя вижу второй раз в жизни! — Да уж, это точно, — собрала верхней губой пенку со своего кофе. — А что насчет тебя? Медицина и маникюр – странное сочетание, — я вскинула одну бровь кверху, бросив на неё заинтересованный взгляд. — А, ну знаешь… Просто родители настояли на том, что я якобы должна поддерживать семейные традиции и следовать патриархальным заветам. Не поверишь, но мне уже прочат в мужья успешного хирурга и троих детей. Как же меня от этого тошнит, — Лесли высунула язык изо рта и приставила два пальца к своему горлу. Я рассмеялась. — Но ты сама видишь себя в сфере маникюрного дизайна? — Решила уточнить, сделав глоток латте. В очередной раз убедилась, что всё-таки кофе – не мой любимый напиток. Даже три ложки сахара не спасают его от провала. — Скорее, дизайна в целом, — задумалась девушка, плотно сомкнув губы. — То есть? — Ну, вообще-то я хотела быть архитектором. Но, ты уже знаешь, что родители решили по-другому, — она пожала плечами и сделала несколько глотков. Официант поставил перед ней овощной салат, а мне досталась большая порция «Цезаря». — Не знаю, зачем заказала это, потому что совсем нет никакого аппетита, — процедила я, ковыряясь вилкой в тарелке. — Давай, выкладывай, что там у тебя всё-таки произошло. Просто так ожидать два часа в парикмахерской никто не станет. Ты от кого-то прячешься? — она указала вилкой в мою сторону и прищурила глаза. — Я? Вроде нет… — Вроде или всё-таки нет? — лукаво улыбнулась девушка, а затем вернулась к своим овощам. — Ты что, на диете? — попыталась я перевести тему. — Нет, просто вегетарианка. — Оу, интересно. Любишь модные течения? — Нет, у меня просто начинаются аллергические реакции, стоит мне съесть хотя бы кусочек мяса. Непереносимость. — Это… довольно печально, но интересно, — склонила голову на бок. К счастью, аппетит всё же проснулся, и я начала потихоньку расправляться со салатом. — А почему всё-таки маникюр? Это твое хобби? — Ну, можно и так сказать. Просто у меня всю жизнь были слабые ногти, а я захотела с этим хоть как-то бороться. Потом пошло-поехало. А моя тётя держит несколько салонов красоты по городу. Вот и взяла на испытательный. Пообещала, что если будет хорошо получаться, то оплатит курсы и возьмет на полный день. — Звучит довольно здорово, — улыбнулась ей в ответ. Подобные истории всегда меня воодушевляют. — Ага. Если не получится с медициной, то у меня хотя бы есть запасной план. Почему-то мне стало жутко неловко. Я знакома с этой девчонкой всего-ничего, а она уже заставляет собой восхищаться. У неё всё продумано, есть какой-то план и она знает, чего хочет от жизни. По крайней мере, такая видимость точно создается. А что же я? Пообещала себе ещё в прошлом году, что найду хотя бы какую-то вшивую подработку, но на деле всё так же прозябаю иждивенкой, пользуясь капиталами родителей, и иногда голодаю от стипендии до стипендии. К слову, о последней, возможно, тоже придётся забыть, ибо к концу семестра картина складывается далеко не радужная. — Слишком круто для меня, — единственное, что получилось ей ответить. — Хм, почему? — она свела брови вместе, рассматривая узоры на дне кофейного стакана. — Я так и не ударила палец о палец, чтобы найти себе работу за полтора года учебы. — Боже, зачем выпаливаю ей всё, что приходит на ум?! Какого чёрта эта девчонка выуживает любую информацию, какую только захочет? — О, знаешь что! — Неожиданно она наклонилась над столом, положив на него свою массивную грудь, и глубоко посмотрела в мои глаза. — Младший брат собирается увольняться и ищет себе замену. Знаешь, экзамены, подготовка и все дела… Одним словом, дурацкая школа. — Я ухмыльнулась, подтверждая согласие с её довольно удачным определением для учебного заведения. — Короче, работа не пыльная - продавать в кинотеатре попкорн и напитки. Есть классные бонусы в виде бесплатных билетов, ну или вроде того, точно не помню. Хочешь, я спрошу у него насчёт твоей кандидатуры? — Ты серьёзно, Лесс? — я улыбнулась в недоумении. — Ну да, а что? Время для решительных действий! Дай-ка сюда свой телефон, — я протянула девушке девайс, но тут же захотела ударить себя ладонью по лбу, — разблокируй его! Я просто хотела записать тебе свой номер. Мы провели эту незатейливую операцию, а затем я сделала дозвон на номер «Лесли Купер», чтобы у неё отобразились цифры моей сим-карты. — Как, говоришь, тебя зовут? Мишель… — Ричардс. Мишель Ричардс. Но к чему так официально? — Не знаю. Нравится владеть более полной информацией о людях, — она развела руками и непринужденно улыбнулась. К слову, девушка совсем не лукавила по этому поводу, как я уже успела заметить. Покинув кафе, мы снова отправились в салон. К счастью, кто-то из клиентов отказался от записи, и Лесли протолкнула меня в эти свободные полтора часа. Привет, каре по плечи и легкое мытье головы! Кто-то из парикмахеров качал головой, когда мне срезали длину. — Неужели не жалко? — Ни капельки, — улыбнулась я собственному отражению в зеркале. Голове будто бы стало гораздо легче! — Может, ещё и покрасим? — А, давайте. Встреча с Лесли Купер неожиданно подняла настроение. Кажется, сегодня я готова на риск. Может, стоит пригласить её на коктейль после?.. А может, в любой другой день. — Слушай, Лесс, — подлетела я к её «рабочему месту», когда парикмахер закончил с моей прической. — О мой бог! Кто ты и куда ты дела Мишель?! — по её выражению лица я никак не могла понять, нравится этой девчонке результат или нет. — Что, всё так плохо?.. — Шутишь что ли?! Это же просто огонь! Я расхохоталась, глядя на отраженную в зеркале девушку: тёмно-русый, близкий к моему родному, цвет у корней плавно переходил к насыщенному фиолетовому на концах. Пожалуй, мне и вправду это идет. Жаль только, что смоется совсем скоро. Но у меня уже есть опыт в цветном окрашивании различными оттеночными бальзамами и шампунями, так что это не беда. Возможно, уже через неделю душа будет лежать к огненно-рыжему или изумрудно-бирюзовому… В любом случае, даже если мне станет совсем лень поддерживать цветовое разнообразие, смогу наслаждаться основой приятного пшеничного цвета. — Так, мы отвлеклись. Короче, не хочешь ещё как-нибудь встретиться? Раз уж судьба снова столкнула нас, что-то подсказывает, что это не в последний раз. — Ну да, можно конечно. Или ты что, на свидание меня приглашаешь? — хитровато ухмыльнулась Лесли. — Кто знает… — слегка улыбнувшись, ответила я и пошла к выходу. На пороге столкнулась с фигурой Мелани Уоррингтон, улыбка на лице которой резко превратилась в презрительную усмешку. Как будто мне есть до этого дело, ей богу. Однако хорошо, что я – не мерзкая блондинка. — Лив? Лив, ты тут?! — спросила я, зайдя в комнату в общежитии. Но никто так и не откликнулся. А потом я вспомнила, какая же безалаберная дуреха! Сегодня ведь наша очередь сторожить дьявольский читальный зал. Оливия, наверное, в бешенстве… Хотя в принципе, очередь так рано подоспела как раз из-за того, что она переселилась чуть ли не в середине семестра, так что это всё-таки в большей степени её ответственность. Я сбросила лишние вещи и поспешила «на пост». Застала Саншайн за столом библиотекаря. Она игралась в телефоне. — Оливия, прости, я… — Мать моя женщина, отец мой мужчина! — она всплеснула руками, а после схватилась за край столешницы, чтобы не упасть вместе со стулом на пол. — Ты кто?! — Господи, Лив, — я залилась смехом на весь зал. Будь это обычный рабочий день, нам бы выписали какой-нибудь штраф, запрещающий неделю дышать, всего лишь проходя мимо двери со стороны коридора. — Э-э-это о-очень круто, — переведя дух, наконец сказала Саншайн. — Надеюсь, что стану богатой после подобных реакций, — я по старой привычке плюхнулась на диван. — Вот если ты ещё и начнешь краситься, как тогда, на Хэллоуин, то… — Не напоминай мне, Лив! Пожалуйста, — я сделала рукой жест «стоп» и умоляюще посмотрела на эту девчонку. Хотя, может стоит всё-таки почаще прислушиваться к мнению со стороны и наконец становиться женственной в большей степени? — Я одна до сих пор не знаю, что там произошло?! — она внезапно надула губы и посмотрела на меня с укором. — Что было, то прошло, Лив. Мне не очень-то приятно об этом вспоминать. Да, конкретно об этом случае, пожалуй, не очень. Но когда воображение бессовестно подкидывает кадры с нашего последнего с Винчестером "киносвидания" в лесу, то щёки предательски полыхают жаром. — Ну, ладно, — вот так вот просто?! Оливия всего лишь пожала плечами. Хотя её губы всё ещё оставались слегка надутыми. — Расскажешь, когда захочешь, — тихо добавила та, но я сделала вид, что не слышала. Способна ли я влюбиться в такого, как Дин Винчестер? А может быть, это уже произошло, и мне попросту стыдно в этом признаться? Но кому – самой себе? Чёрт тебя подери, Винчестер, гори в аду! Порой хочется сделать куклу-вуду, которую я каждую ночь протыкала бы иголками и хохотала бы, как злая ведьма. Но что бы это значило для меня? Очередная порция зависимости, какой-то нездоровой привязанности?! Ну уж нет, болезни нужно лечить, искореняя источник проблемы, а не борясь с симптомами. Недавно видела такой сон: Винчестер сидит за рулём своей Импалы, ухмыляется. А я запрыгиваю ногами на капот и ударяю битой по лобовому стеклу. Оно разлетается вдребезги, а осколки задевают его чёртову смазливую рожу! А потом я заплакала. И после резко проснулась с влажными глазами и сбивчивым дыханием и одним именем, крутящемся на языке: Мелани Уоррингтон. Естественно после этого нереально было заснуть до самого утра. Ты нарушаешь мой сон, Дин Вичестер. И как назло сегодня я столкнулась с этой изменницей. Чем так плох её ненаглядный Стиви Честон? Нет, всем известно, что он тот ещё ходок налево – подлец даже этого не скрывает. Неужели президент студсовета таким образом мстит своему парню?! Так тогда какого хрена она выбрала в качестве "жертвы" именно Винчестера-старшего? Или он и не был против? Ну, конечно! Во время этой рефлексии, кажется, моя грёбаная психика начинает трещать по швам. Каждый раз, когда я вспоминаю лицо этого ублюдка тем самым злополучным вечером, когда его, откровенно говоря, «застукали», что-то лопается внутри меня. Но я устала, до ужаса устала переживать всю эту боль заново. Это похоже на мой персональный ад. Опомнись, это же Дин Винчестер. Может быть ещё начать ревновать его ко всему городу?! Просто, одно дело – слухи и разговоры, ведь можно представить, что всех этих похождений на самом деле и не было. И совсем другое – увидеть всё собственными глазами. Наверное, мне нужно время. Но сколько его должно пройти? Я не знаю. И вряд ли кто-то сможет подсказать. Сознание подкидывает совет от моей новой пышногрудой знакомой о том, что может быть стоить найти кого-то другого? А что, отличный план! Кого-то, кто будет на него совсем не похож. Кого-то, кому не будет принципиально, девственница я или уже нет. Я чувствую, что щека вновь становится влажной от нахлынувшей волны обиды. Хреново ворошить эти воспоминания, очень хреново. Утерев пальцем слезу и взяв себя в руки, я стараюсь натянуть улыбку на лицо и подумать о чем-то другом. Читальный зал, дежурство, Оливия… Точно! — Слушай, Лив, — удивительно, но мой голос совсем не дрожит. — Как там дела с твоей группой? — О, знаешь, вроде бы неплохо, — улыбнулась Саншайн, но тут же замолчала и задумалась. На неё это совсем не похоже. — Что-то случилось? — робко спрашиваю у соседки по комнате. Пожалуй, я впервые искренне заинтересовалась чем-то, что касается этой девчонки. — Ой, да так. Есть небольшие разногласия с гитаристом, но это ничего, — пожалуй, это впервые, когда Оливия не хочет чем-то поделиться "по секрету всему свету". Совсем не похоже на Саншайн. Она лишь натягивает на лицо улыбку. А я не стану говорить, что не верю ей. Мне понравилось это внезапно возникшее эфемерное чувство полного взаимопонимания. Словно у нас был какой-то секрет на двоих. — Слушай, Мишель, — Саншайн робко отрывает меня от чтения. — Можно, я свалю чуть раньше? А то у меня репетиция… — Ты шутишь? Я опоздала на херову тучу часов, а ты ещё и разрешения у меня спрашиваешь? — усмехнулась, снова потопив взгляд в пляшущих и нежелающих складываться в слова буквах. Привет, дислексия, уж тебя-то тут точно никто не ждал. — Вообще-то у тебя была веская причина! — О, наконец-то она рассмеялась. Это непроизвольно вызвало ответную улыбку и на моей кислой роже. — Слушай, а хочешь, я пойду с тобой? — выпалила неожиданно для самой себя. На самом деле, я прекрасно осознавала, что если останусь сейчас одна, то снова зароюсь в пучину самокопания. Пёс знает, чем по итогу это может обернуться... — Ну, я ведь тебе как-то обещала, помнишь? — наскоро сообразила предлог не оставаться наедине с собой. — Да, конечно, пошли! Вот только если нас отругают за то, что мы не досидели до конца?.. — Забей, Лив. Правила для того и существуют… — Чтобы их нарушать, согласна. Тогда, вперед! Я громко захлопнула «Анну Каренину»* и ринулась навстречу приключениям (ну, я надеюсь) следом за путеводной звездой в лице Оливии Саншайн.