Выбери меня

      Ева отчаянно пыталась высвободить свою руку из лап Тэ, но тонкая кисть лишь сильно краснела от жалких попыток девушки. — Прошу, просто дай мне уйти, — блондинка понимала, что не сможет больше скрывать свои эмоции. Ей было очень трудно находиться рядом с ним. При каждом взгляде на брюнета испытывала сильную дрожь по всему телу. — Ударь меня, кричи, истери, делай хоть что-нибудь, только не будь такой спокойной, — Тэ сильно пугало состояние девушки. Видимо, ей было до такой степени больно, что она смотрела на него так потеряно, так холодно? Свободной рукой обнял девушку за талию, прижимая к себе. — Я так скучал, прости меня, — попытался снова поцеловать Еву, но блондинка лишь отвернула лицо, не давая ему даже наклониться к себе. — Я заметила, как сильно ты скучал. Просто убери уже свои грязные руки от меня, — последние слова она особенно громко сказала, демонстративно делая акцент на слове «грязные». Тэхён даже не думал выпускать девушку из своих рук, если бы не звонок. — Джин? — спросил парень, разглядывая телефон девушки. — Ох, лучше бы это был твой брат, — закатил глаза, отбирая сотовый у Евы. Стал читать «ванильные» переписки с Кёнсу. В них не было ничего такого, просто «Привет, как дела», но парень всё равно нашёл повод, чтобы позлиться. — Как же раздражает этот ублюдок… — выругался Тэ, отдавая телефон девушке. — Ты не в том положении, чтобы злиться и ревновать… — съязвила девушка, но, видя недовольное и очень сердитое лицо брюнета, сказала: — Я хочу спать, поговорим потом, — Ева сделала несколько шагов назад, пока парень снова не вцепился в неё. — Спокойной ночи, — пожелала напоследок блондинка и ушла.       Стоило перешагнуть порог комнаты и закрыть за собой дверь, как она медленно сползла по стенке на пол и зарыдала. Самую страшную боль причиняет тот, кто подарил незабываемое счастье. Задыхаясь в собственной истерики, она вспоминала все те минуты, что они провели вместе.       Тэхён не спеша пошёл за ней. Стоя под дверью, он прекрасно слышал её рыдания, и от этого начинал чувствовать себя только хуже. Из-за него ревело много девушек, но именно слёзы Евы заставляли чувствовать себя последней тварью на земле. Он впервые о чём-то так сильно сожалел.       Девушка не сомкнула глаз за всю ночь. Лишь под утро добравшись до кровати, будучи измученной своей истерикой, провалилась в сон.

***

      Чонгук проснулся в обнимку с Хосоком в комнате для гостей. На полу валялся пьяный Джин, который, судя по всему, не дошёл до кровати. Гук поднялся, осторожно перешагивая этого широкоплечего красавца. Парень пошёл на кухню, ибо чувствовал оттуда приятный аромат кофе. Вчера они так долго сидели и так поздно легли, что именно в чашечке горячего напитка сейчас нуждался макнэ.       Чон застыл в проходе, смотря на Бель. На ней была надета белая рубашка Чимина, которая слегка прикрывала ноги девушки. Потрёпанные блондинистые волосы нежно лежали на её хрупких плечах. Гук улыбался тому, как она мило суетится, что-то готовя. Именно эту картину он хотел видеть по утрам, именно эту девушку он хотел видеть рядом с собой. Чонгук не спешил раскрывать своё присутствие, наслаждаясь ею. Рядом не было надоедливого хёна, который не разрешал любоваться его женой. Весь вчерашний вечер он с трудом отводил от неё свой взор, и то, после нескольких замечаний Пака.       Желание подойти и обнять Анабель со спины было так велико, что парень даже не заметил того, как его руки обвили талию девушки. Уткнулся лицом ей в макушку. — Не сопротивляйся, давай постоим так совсем чуть-чуть, — прошептал Чонгук. Он боялся сильно сжимать её, не хотел делать больно. — Прекрати, если Чимин увидит, тебе несдобровать, — мягко убрала его руки от себя и посадила на стул. — У тебя всё лицо в ссадинах, нужно обработать, чтоб шрамы не остались, — достала аптечку, начиная намазывать мазь на ранки. Гук кривил лицо от неприятных ощущений. Сердце бешено стучало, а от такой близости он начинал ощущать тесноту в штанах. Почему он стал желать её сильнее? Всё, о чём он сейчас думал, — это об обнажённом теле Бель…       Чимин застал не самую приятную картину. Его жена сюсюкалась с Гуком. Это явно не то, что он хотел видеть по утрам. — Бель, отойди, я сам ему мазь на лицо намажу, — подошёл, отбирая тюбик у девушки. Чонгуку больше нравилось, когда его лечила Анабель. Рыжий впечатлял парня не так сильно, ведь голым Пака он уже видел.       Бантаны вернулись к обеду домой. Джин первым делом пошёл проведать сестру. Под дверью в её комнату спал Тэхён. — Ты чего тут валяешься? Почему ты не с Евой? — дверь приоткрылась, и Сокджин лицезрел опухшее заплаканное лицо своей сестры. Сделал глубокий вдох и зашёл в комнату, не забыв пнуть Ви, который лежал практически на пороге. — Ты был прав, ты всегда прав, — не сдержав новый поток слёз, сказала Ева, вцепившись в широкие плечи брата. Джин крепко сжал кулаки, уже думая о том, как напополам сломает Тэхёна. Парень заставил девушку всё рассказать, нежно поглаживая её по спине, а после усадил на кровать, закутывая в плед. — Посиди тут, я сейчас вернусь. — Ви уже стоял под дверью и был готов принимать удары, которые в принципе и последовали. — Ублюдок, я дал вам шанс, я был готов смириться с вашими отношениями, лишь бы она была счастлива. Так зачем ты, мразь, это сделал?! Видишь, моя сестра ревёт из-за тебя?! — замахнулся снова, чтобы ударить по этой смазливо-брутальной морде, но сзади что-то нежно обвило талию. — Не надо, — тихо прошептала блондинка. — После того, как он изменял тебе прямо на твоих глазах, ты всё ещё защищаешь его?!

***

      Мэй проснулась после очень бурной ночи в крепко сжатых руках брюнета. По сравнению с её бывшим парнем, О Сехун был просто Богом секса. Мэй понравилось даже больше, чем она рассчитывала, за это было очень стыдно. Девушка планировала уйти сразу после того, как он насытится, но эта сволочь оказалась вообще ненасытной.       Всё тело ныло, а приятная усталость заставляла брюнетку улыбаться. Пальчиками убрала прядь его волос с идеального лица айдола. Он был похож на маленького бэйбика, что мило сопел. Мэй осторожно выбралась из его объятий и стала одеваться.       Парень спал не чутко. Казалось, его можно разбудить, только облив ковшиком ледяной воды. Брюнетка быстро покинула отель с той кучей денег, что оставил ей Сехун.       Первым делом купила два новых телефона, себе и брату, ведь он всегда мечтал о крутом смартфоне. В интернете выбрала дом, в котором теперь они будут жить. Он был двухэтажным, с большим двориком, где могла бы жить их собака, о которой уже давно мечтала Мэй. Девушка вернулась в общежитие только к вечеру. — Сестра, — раздался милый голосок младшего брата. — Маму увезли в больницу, врачи наконец согласились её лечить, — продолжил мальчик, смотря на небольшую коробку, что держала в руках девушка. — Это тебе, — довольно улыбнувшись, сказала Мэй, а после минут 40 слушала радостный визг мелкого. Устало легла на старый диван, пальчиками перебирая постеленный на нём вязанный плед. Ей было грустно от того, что приходилось игнорировать звонки Юнги.       Прошло уже около двух недель, и Мэй как обычно шла поздно вечером от Сехуна домой. Резко и слишком неожиданно кто-то обхватил её талию, затаскивая в какой-то переулок. Юнги крепко сжал рот девушки. — Мэй, ты задумала играть со мной? — блондин смотрел на чуть испугавшиеся глаза девушки и улыбнулся. В голову ударила гроза воспоминаний о какой-то совсем другой девушке, которую он знал и любил, когда ещё жил в общежитии. — Я не думала с тобой играть, — убирая его ладонь со своих губ, прошептала брюнетка. — Я просто боюсь… в тебя влюбиться, — продолжила Мэй, а от этих слов у парня прошлась гора мурашек. Шуга продолжал смотреть на девушку, испытывая кучу непонятных эмоций. Его тонкие пальцы обхватили запястье Мэй и дёрнули в сторону парка. — Я куплю тебе сахарной ваты, но взамен ты проведешь со мной весь день. — звучало это точно не как приглашение на свидание, да и на просьбу о прогулке тоже было мало похоже. Мэй не могла сейчас с ним никуда идти. Особенно после встречи с Сехуном. Девушка ощущала себя конченной шлюхой, но желание провести время с Юнги было так велико, что Мэй не заметила, как они уже оказались в летнем саду.       Шуга на секунду замер, вглядываясь в глаза Мэй. В них горел и сверкал до боли знакомый огонь. *Воспоминания Шуги*       В тот день Юнги точно так же вглядывался в глаза другой девушки. Разогнав парой слов больно агрессивных младших мальчишек, он стоял в шаге от неё, протягивая руку. Можно ли тогда ее уже было назвать девушкой? Было тяжело сказать. В тёмных глазах сверкал огонь, переливаясь то искрами недоверия, то сомнения, то благодарности. Девушка робко обхватила его ладонь тонкими горячими пальчиками, вызвав улыбку Юнги. Парень помог ей встать. Она была совсем маленькой: низкой, тонкой, хрупкой, как лепесток, но такой милой и доброй, как солнце. В тот день он верил, что благодарность существует, и что каждый добрый поступок будет вознаграждён. Она заставила верить.       Подумать только, как долго они дружили и как долго он не мог набраться смелости. Юнги был влюблён. Впервые влюблен. Влюблен окончательно и бесповоротно. Подумать страшно, она была единственной девушкой, перед которой парень начинал путаться и нести полную чушь, и она же была единственной, перед кем в такие моменты он краснел.       Мин жил в отдельной комнате общежития во время того, как девочка ещё заканчивала школу. — Юнги, — хлопнула дверь. Раздался тёплый родной голос. Он сидел за столом над очередным текстом. Рука с ручкой зависла над листом. — Привет, — тёплые ласковые руки коснулись спутанных тёмных волос. Парень с трудом удерживал беспристрастие на лице. — Я принесла рамен с курицей, — она начала шуршать пакетом. Скрипнула крышка, и комнату наполнил аппетитный запах еды. Мин прикрыл глаза, сглотнув: он не ел со вчерашнего дня, ровно с ее последнего визита. Он не успел отреагировать: за секунду тетрадь поменялась местами с контейнером. Парень посмотрел на брюнетку, наткнувшись на полные участия добрые глаза. Юнги зажмурился, начиная придурошно улыбаться и в очередной раз чувствуя себя самым конченным Ромео. — Привет, — хрипло отозвался Мин, бегло рассматривая гостью. — Ты первая, — он кивнул на еду, двигая ее на середину стола. — Я не хочу, успела пообедать дома, — беглый взгляд в сторону выдал девушку с головой. Брюнет хмыкнул. Такая же бедная и одинокая, как и он сам, ещё пытается любыми способами заботиться о нем, о Юнги. Хотя он, как сам считал, совершенно этого не заслуживал. Это его настолько сильно трогало, что парень совершенно не мог быть рядом с ней привычным всем Юнги. — Кому ты врешь? — он с улыбкой покачал головой. — Кто может знать тебя лучше меня? — Мин и правда знал ее как облупленную, каждую ложь, каждую правду, при этом позволял ей знать себя также цело. — Я сегодня иду на смену в кафе. Поужинаю там. Тебе нужнее, пожалуйста, не спорь со мной, — он снова заулыбался, качая головой. — Ты сегодня слишком перевозбужденная. Что-то случилось? — поинтересовался парень, снова подвигая контейнер к себе, решив не спорить, тем более что дело это неблагодарное. — Ничего страшного, — она необычно смутилась, пряча лицо в ладонях. Юнги решил, что это интересно и уставился на девушку, ожидая продолжения. — Одноклассники пригласили меня на вечер. — Правда? — он слишком много улыбался в ее присутствии. Нужно было срочно сделать что-то со своим лицом. — Они же вроде бы тебя не… — Да. Они это сделали, чтобы снова посмеяться. Мы начали спорить, и я… — девушка прикусила губу. — Мм? — как ни странно, он совершенно не психовал, ожидая, пока девушка будет в состоянии договорить. — Я ляпнула, что у меня есть парень, и мне сказали приходить с ним. Юнги, мне так противно. Я не хочу никуда идти. А если не пойду, то они снова станут издеваться надо мной. Почему я всегда попадаю в дурацкие ситуации? — он находил ее безумно милой в такие минуты. — Какие проблемы? Пошли вдвоём, — беззаботно пожал плечами Юнги и попытался впихнуть в неё хотя бы немного лапши. — Я не могу отнимать у тебя столько времени, — робко заметила она. Парень снова испытал прилив эмоций: единственный человек, понимающий ценность его времени. — Когда и где? — он даже не стал с ней что-то обсуждать, быстро все решив. — У тебя есть выбор? — Мин погладил девушку по голове, опять замечая, что улыбается. — Проще, проще лицо!       Юнги решил, что на молодёжные тусовки он больше не ногой. Бесполезные, глупые и напряженные. Неужели эти понты никогда не закончатся? Как же ему хотелось в тот вечер стать круче всех ранее живших, просто чтобы прекратить эти взгляды в сторону своей девочки. Он так сильно жалел в тот момент, что беден, так сильно ненавидел себя за то, что ничего не добился, и клялся, что скоро, очень скоро, станет богат и популярен. Чтобы обеспечить ее. Амбиции вызвали очередную бурю эмоций и смешались со стаканом алкоголя. — Да брось, все знают, что он твой старший брат, — стоило малую лишь на секунду оставить одну, как рядом нарисовалась очередная стерва. Зная довольно острый характер подруги, парень испугался возможной драки. — Ты знаешь, что лгать не хорошо? — стерва все не унималась, но в этот момент подошёл Юнги, обхватив свою девушку за талию и прижав к себе, запечатав её было открывшийся для ответа рот полупьяным влюблённым поцелуем. Он не ожидал, что из-под ног может так уйти земля, поэтому резко отстранился. — Ещё вопросы? — как умел жёстко поинтересовался парень и вытащил девушку на улицу, решив, что им пора домой. — Ещё один такой раз, и я ей все волосы выдеру! Да кем она себя возомнила?! — малая метала молнии, пока брюнет шёл рядом, засунув руки в карманы. Она от злости пнула какой-то камень, который, конечно же, прилетел Юнги в ногу. — Ай! Прекрати! Я чем заслужил? Ну поорала бы ты с ней, завтра бы огребла. А до волос бы дело не дошло, тебя бы кинули в бассейн раньше, чем ты успела бы к ней подойти. Как в тот раз, помнишь… — парень ухмыльнулся. — Юнги! — она ударила его в плечо и ударила бы ещё, если бы он не схватил девушку за руку, переплетая их пальцы и идя дальше как ни в чем не бывало. — Не боишься ходить со мной вот по таким тёмным паркам в одиночестве? — хмыкнул он, воровато глянув на брюнетку. — С тобой? Нет конечно! — она засмеялась, но тут же смутилась под удивлённо-насмешливым взглядом. — В смысле, ты меня всегда защищаешь. Ты единственный, кто защищает меня. Я бы с тобой никуда идти не побоялась, — маленькие пальчики сильнее обхватили прохладную ладонь. — Я бы с такой красивой девушкой куда угодно пошёл, — Юнги улыбнулся. — Да брось, — она махнула рукой. — Там были девушки в сотню раз красивее. — Да я плевать хотел. Для меня ты… — Прекрати, — ее голос показался ему слишком резким. Откуда столько комплексов? Годы издевательств не проходили бесследно, от них люди становились намного чувствительнее и ранимее. Она отпустила его руку, замирая на месте. Парень прошёл ещё пару шагов и тоже остановился, поворачиваясь и одаривая ее тяжёлым взглядом. — Блять, — выплюнул он, подходя к ней в пару резких шагов. Девушка отходила, пока не уперлась спиной в ствол толстого дуба. Юнги расставил руки по обе стороны от ее лица. — Этот вечер был ужасной затеей, — она опустила голову. — Отвратительной, — согласился парень. — Как подумаю, что я стал твоим парнем на день, тошнить начинает. — Ее руки резко схватили его за рубашку, и он почувствовал, как сильно те задрожали. — Тогда зачем?! — воскликнула девушка и изо всех сил толкнула его в грудь. Он качнулся и сделал несколько неловких шагов назад, покорно отступая. — Потому что парень на день — это бред! Потому что наша дружба — это бред! О какой, нахуй, дружбе мы вообще говорим?! Какая дружба может быть, если один из двоих влюблен?! — он вцепился в свои волосы, диким взглядом проходясь по тонкой фигурке. Последовала реакция, которую он ожидал меньше всего на свете. Точнее, она вполне ожидаемо испугалась и посмотрела на него так, что он ощутил себя конченным серийным маньяком, но потом резко оказалась рядом, вцепившись в его плечи и заглядывая в чёрные глаза. — Прости, что ты узнал о моих чувствах. Я понимаю, что тебе не до меня, что ты считаешь меня глупой девчонкой, которая ещё не понимает, что творит и на что идёт. Но я хочу быть с тобой, я люблю тебя. Ты говоришь, что не может быть дружбы, да, ты прав, но умоляю, не отталкивай меня! Между нами ведь может ещё что-нибудь быть, ответь, Юнги, ответь мне! — плакала она. Впервые за несколько лет. Впервые за несколько лет по бледным щечкам скользили слезы. Даже без поцелуев земля уходила из-под ног. Весь этот чертов город, густая ночь, облезлые деревья, пожухлая трава — все вдруг показалось ему прекрасным. Особенно она, его маленькая, добрая, смелая девчонка. — Конечно может, — прошептал Юнги, теряя голос, стирая слезы с любимого лица. — Как называется то, что происходит между двумя влюблёнными? — он уже обеими руками вцепился в неё, понимая, что ни за что сейчас не отпустит. — Может, это зовут любовью? — ее лицо озарила улыбка, и ему показалось, будто весь мир засиял. — Мы теперь всегда будем вместе? Юнги, мне…

***

— …так хорошо здесь, с тобой, — он вздрогнул от фразы Мэй, потрясённый воспоминаниями. Мэй ли это? Или снова она? Девочка, которую он не хотел отпускать? Шуга вцепился в хрупкие плечи и впился в сладкие губы Мэй, быстро углубляя поцелуй, не давая ни малейшего шанса устоять, так же, как и в тот день неожиданно и резко притягивая к себе девушку. Секунда, и он почувствовал, что это не она, отстраняясь и чувствуя неприятную горечь во рту, напомнившую об утрате.       Брюнетка не ожидала от него поцелуя. Ей казалось, будто весь мир ушёл из-под ног. Раз он её поцеловал, значит ли это то, что он тоже влюблён? И влюблён ли он в неё или в ту девочку, которую Мэй так сильно ему напоминает?       Они гуляли до утра, пока не стало много народу на улице и им пришлось расстаться. — Видимо, с тобой можно проводить время только ночью… — нежно прошептала девушка, поднимаясь на носочки и целуя Юнги в уголок губ. В сердце парня опять что-то кольнуло…       Блондин ещё долго просто стоял и смотрел в одну точку, пытаясь хоть что-нибудь понять, но все его размышления прервала первая фанатка, что узнала его и стала просить автограф.

***

      Сехун ещё раз пролистал фотографии, которые ему прислали его люди, что 24 часа следили за Мэй. Да быть не может! Он не мог в это поверить! Его Мэй целовалась с Шугой из BTS, и, кажется, была вполне довольна. Он заблокировал телефон и чуть было не швырнул его в стену, но вовремя опомнился и положил на полку. Хлопнула дверь. Ровно девять. Парень пошёл встречать Мэй. Каменное выражение его лица едва ли можно было прочесть. — Сегодня как обычно? — поинтересовалась брюнетка. Макнэ прищурился. — Где ты была? — грубо спросил он. — А тебе какое дело? — довольно холодно ответила девушка, нахмурив брови. Она не была дурой и сразу догадалась о том, что Сехун, вероятно, узнал об отношениях с Шугой, если их вообще так можно было назвать, ведь она совершенно не понимала блондина. Но понимала брюнета, стоящего перед ней. По крайней мере, так считала Мэй. — Ты должна быть только моей, — уже плохо сдерживая свой гнев и раздражение, прошипел парень, делая к ней шаг. — С чего бы? Ты купил мое тело, но ты не можешь купить мою душу, — она не сделала ни шага назад, поднимая голову, чтобы также равнодушно смотреть в темные глаза. Острые слова полоснули не легче хорошей пощёчины, на что он только больше разозлился, сокращая оставшееся расстояние и хватая девушку за шею, чуть сдавливая. Просто чтобы напугать. Мэй вцепилась в сильные пальцы, пытаясь отодрать их от себя. В девичьих глазах скользнула паника, но лишь на мгновение. — Не играй со мной, — Сехун подхватил ее за талию, приподнимая над полом и идя вперёд. Секунда, и брюнетка уже сидит на столе, а он стоит между ее ног, как-то мрачно, неприятно ухмыляясь. Девушка сама не могла сказать почему, но её заводил такой Сехун. Он впервые перестал казаться ей мальчишкой, представляясь взрослым и сильным парнем, способным в любое мгновение получить, что желает. Мэй прикусила губу, проходясь плавным взглядом по перекошенному злобой, от этого только более красивому лицу, широким плечам, ключице. — Ну же, — не выдержав, застонала девушка, протягивая к его шее ручки, но макнэ тут же отступил. Она непонимающе открыла глаза и тут же была перевёрнута и припечатана грудью к столешнице. Сехун скрутил ее запястья за спиной и держал одной рукой, но так сильно, что девушка не могла даже пошевелить ими. Вторая рука проникла под короткую юбку, поглаживая, стянула белье до колен. — Ты совсем рехнулся? Руки, больно, пусти, ублюдок! — она попыталась дёрнуться, но особых успехов не достигла. — Я бы на твоём месте был поаккуратнее со словами, — Сехун наклонился, проводя дорожку поцелуев по бледной спине. Девушка содрогнулась и выгнулась навстречу. — Ты ведь сама хочешь меня. Или я не прав? — его пальцы медленно, один за другим погружались в неё, заставляя течь ещё сильнее. Мэй прикусила губу, чтобы не застонать.       Его движения становились все грубее и несдержаннее. Он вынул пальцы и расстегнул ширинку, приспуская джинсы. Сехун замер на несколько секунд и неожиданно вошёл, вызвав высокий громкий стон, начиная сразу, не тратя время на нежности, грубо вбиваться в тонкое тело, что-то нечленораздельно рыча. Но долго играть с девушкой в такой позе он не стал, ему хотелось видеть лицо, хотелось, чтобы она отвечала. Сехун вышел и отпустил девушку, разворачивая лицом к себе и подхватывая за бёдра, вынуждая обвить себя ногами, неловко сдирая блузку, чтобы обнажить грудь. Парень наугад пошёл в спальню, оставляя засосы на светлой ключице, упиваясь податливостью девчонки. Она вцепилась в мягкие волосы, сейчас мечтая только чтобы он никогда не отстранялся. Сехун то и дело натыкался на стены, прижимая Мэй к холодной шершавой поверхности, останавливаясь на несколько минут, чтобы впиться в пухлые губы. Парень больно кусал их, тут же слизывая капельки выступившей крови, оставлял болезненные синяки на шее, пытаясь так что-то кому-то доказать.       Он пинком открыл дверь спальни и бросил девушку на кровать, наваливаясь сверху, снимая с неё одежду и попутно целуя разгоряченное тело. Она обвила сильного парня ногами, руками притягивая к себе, но стоило его лицу оказаться над ее, как Мэй тут же влепила звонкую пощёчину, стараясь ещё сильнее раззадорить Сехуна и заодно показать ему свое место. У неё отлично получилось. — Неужели я тебе настолько сильно не нравлюсь? — зло прорычал парень, хватая горячее запястье и вжимая в кровать. — Я не люблю тебя, — выдохнула Мэй, вызвав у Сехуна смешанные чувства и непонимание, которые ещё сильнее выводили его из себя. — Почувствуй, насколько я тебя ненавижу, сука, — вконец доведённый, он схватил девушку за горло и снова вошёл, двигаясь с бешеной скоростью, просто вдалбливая хрупкое тело в кровать.       Парень специально старался оставить как можно больше синяков, покрыть грудь и шею засосами, кусая пухлые губы с такой жадностью, которую ни она, ни кто-либо другой никогда в нем не видели. Ее руки с не меньшей страстью шарили по накаченному, идеальному телу. Мэй казалось, что она горит, сгорает, распадается в умелых горячих руках на миллионы искр, и лишь болезненные поцелуи заставляли тело вновь ощущать себя единым. Сехун был настолько ею желанным в этот вечер, что не оставалось ни сил, ни малейшего желания сопротивляться.       Девушка хотела прижать, вдавить его в себя, захлёбываясь плавящимся воздухом, целуя то ли со страстью, то ли с остервенением, и даже когда тот уже похвалился рядом с ней, беря передышку, Мэй забралась на него, оседлав, наконец чувствуя до одури опьяняющую власть над этим потрясающим своей идеальностью парнем. — Сехун-а!       Кажется, она кричала и стонала его имя так часто, что охрипла, пока наконец перед глазами не начало двоиться, пока весь мир не завертелся и не слился в одно огромное тёмное пятно, когда он трахал ее раком. — Я не могу больше, Сехун-а, хватит, — кричала девушка, когда не было разницы в картинке перед закрытыми и открытыми глазами: и там, и там на тёмном фоне летели звезды. Тело совершенно не слушалось, машинально подмахивая грубым толчкам. Мэй дрожала так, что перестала осознавать происходящее. Парень в очередной раз с силой шлёпнул ее по бедру. — Сехун-оппа, — чуть не плача, закричала девушка. — Хватит, прошу, — он развернул девушку к себе лицом, не прекращая толчков. Ему хотелось, чтобы она всегда его так называла. — Ещё раз, — сквозь тяжёлую пелену пробились сухие, грубые, требовательные слова. — Сехун-оппа, пожалуйста, — покорно застонала брюнетка, готовая на что угодно, лишь бы он дал ей кончить и слез наконец, оставив в такой желанной темноте. Она нащупала его шею и притянула к себе, наверное, впервые нежно целуя, но скорее от того, что губы горели от боли так сильно, что никак по-другому целовать девушка уже не могла. Толчки стали отрывистее и беспорядочнее. Минута, и миры обоих с дребезгом разлетелись на тысячи осколков, погружая одну в беспамятство, вышибая из второго откатки сил и ярости.       Сехун лег рядом с девушкой, заботливо кладя ее на себя, чтобы греть, и накрыл одеялом, гладя и целуя в макушку до тех пор, пока она не перестала дрожать. — Я не дам тебе сегодня уйти, с этого дня ты обязана ночевать со мной, — сказал Сех, чувствуя, как брюнетка начинает пытаться выползти из его рук. — Я предпочитаю проводить ночь… с другим человеком. Он ждёт меня, — Мэй и самой не нравилось играть на два лагеря, но и признаться Юнги в том, что она спит с их соперником, не могла. — Дурак, какой же я дурак. Думал, если ты будешь спать со мной, то полюбишь меня, надеялся, раз дал тебе кучу денег и обеспечил всю твою семью, ты будешь верна мне… Считал, что нет ни одной девушки, которая осталась бы ко мне равнодушна… — Мэй заткнула его рот своей рукой. — Просто отпусти уже меня, — жалобно попросила девушка, хотя немного сомневалась, сможет ли встать с кровати. — Нет, — промычал в ладонь девушки, сильнее сжимая её тело своими руками.

***

      Тэхён метался из стороны в сторону, раздражая тем самым Хосока, который готовился к приезду своей интернет подружки. — Да что с тобой?! — не выдержав, завопил брюнет, не в силах смотреть на вишенку. — Ева ушла и её нет уже около четырех часов, а судя по тому, как она была одета, она ушла на свидание. А ещё если брать в расчёт то, что она общается с Кёнсу регулярно, гуляет она именно с ним. — выглядел Ви очень нервно, глаза пылали от поглощающей ревности. — Ты случайно юридический не заканчивал? Детектив херов, — раздражённо сказал Джин, подслушав их разговор. — Понимаешь, положение у тебя не то, чтоб интересоваться где и с кем моя сестра. И то, что ты до сих пор дышишь, не значит, что не можешь перестать в любой момент. — Тэхён закатил глаза, вплотную подходя к хёну. — Если она с Дио, я... — парень не успел договорить, как получил кулаком по лицу. Хосок сразу же закопошился, вскакивая с дивана. — Я знаю Еву. Она не умеет прощать. И поверь, тебя тоже не простит, поэтому забудь её, сделай мне одолжение и не вынуждай поднимать на тебя руку, — слишком раздражённо простонал Джин. Тэ вытер разбитую губу, еле сдерживая себя, чтоб не ударить в ответ. — Опять драка? Я даже боюсь вас оставлять одних без присмотра, — сказал Намджун, спустившись со второго этажа в гостиную. В его руках была небольшая сумка с вещами. — В моей семье что-то случилось, мама только что позвонила и попросила срочно приехать. Вернусь через два-три дня, и прошу без происшествий. — парни не успели даже никак отреагировать, как дверь захлопнулась за их лидером. — Надеюсь, ничего серьёзного, — улыбка с лица Хосока сразу куда-то исчезла, и он пошёл в комнату, дабы немного поспать. До самолёта Лилит оставалось ещё 4 часа. Джин покинул гостиную следом, лишь Тэ остался сидеть и ждать прихода Евы.       Час за часом, а её всё не было. Парень понимал, что его ревность сложена из эгоизма, который был доведён до чёртиков, но желания меняться не было. Ева ассоциировалась с песком, который был крепко сжат в его кулаке, но постепенно высыпался.       Парень услышал звуки отворяющейся двери, сразу же подлетел к ней, вставая в естественную позу.       Глаз задёргался, она и правда была с Кёнсу. Ева попрощалась с Дио, умоляя поскорее убраться, пока Тэхён не налетел на него с кулаками. Но видимо парень решил не хило так поиграть на нервах Тэ. — Я заеду за тобой завтра, спокойной ночи, — попрощался Дио, подмигивая девушке. — Не смей за ней заезжать, — проорал вслед Тэхён. Ева проигнорировала парня и пошла в комнату, но он успел перегородить ей дорогу. — Не уходи, давай поговорим… — взял её маленькие ручки и преподнёс к губам, нежно целуя. — Мне не о чем с тобой говорить… — резко дёрнулась, убегая от него в комнату. Парень последовал за ней, буквально в двух шагах догоняя. — Я буду кричать, — предупредила девушка, начиная бояться его лица, искажённого злостью. — Ответь мне только на один вопрос… Как много у тебя было девушек, с которыми ты встречался параллельно со мной? Неужели я совсем ничего не стою, что любая длинноногая перекаченная силиконом шлюха может меня заменить?! — голос девушки начинал дрожать. Стала легонько ударять ладонями по его груди, до тех пор, пока он не остановил её. — Я люблю тебя, а ни одна из тех шлюх не стоит и локона твоих волос, — Тэ нагнулся к уху возлюбленной, продолжая это повторять. Сердце начинало трепетать, и вся бессмысленность происходящего заставила Еву растеряно смотреть на брюнета. Девушка не могла показать ему слабость, не могла выдать свои истинные чувства, но уже давно ему проиграла, и готова была простить всё.