Выбери меня

      Хосок, не дождавшись нужного времени, поехал в аэропорт пораньше. Парень сильно переживал, что кто-нибудь из фанатов может узнать его, поэтому оделся весьма обычно. Недорогие потёртые джинсы, длинная чёрная толстовка, кепка и очки. Чон прихорашивался почти каждую минуту. Хотелось очаровать её как можно сильнее, даже купил букет из белых роз.       Парень искал девушку глазами. Как раз объявили посадку самолёта, в котором она должна была прилететь. Сзади кто-то очень мягко и осторожно положил руки на плечи парня. — Лилит?! — с большой радостью в голосе произнёс Хосок, разворачиваясь к девушке. Это и правда была она. Высокая стройная иностранка с красивыми зелёными глазами, длинными чуть волнистыми каштановыми волосами и очень приятной улыбкой. Эта встреча, которую парень ждал слишком долго, поэтому минут пять просто смотрел ей в глаза, пытаясь налюбоваться. — Поехали, ты наверное очень устала и голодная. Я накормлю тебя, — наконец оторвавшись от её фарфорового личика, восторженно пробормотал парень. — Но... — неуверенно и чуть смущённо попыталась возразить девушка. — Я же тебе говорил, моя бабушка на несколько месяцев уехала к родственникам, и квартира пустует, ничего страшного, если ты там поживёшь, — взял её за руку и потянул в сторону такси. Конечно, никакая бабушка никуда не уезжала, Хосок просто снял квартиру специально для неё. Парень прекрасно осознавал, что уже слишком во многом ей соврал.       Хосок просидел с ней всю ночь, а на утро проводил к университету, где проходил экзамен. Список поступивших парень получил первым. Лилит не поступила, Хосок был абсолютно точно уверен, что это все просто ошибка. Он слишком ясно видел талант Лилит, и весь мир должен увидеть его также чётко… И Чон обязан этому помочь. Поэтому уже с утра, надев хорошую, модную, по мнению стилиста, одежду, парень направился в Сеульскую Академию, запросив встречу с ректором. Его сразу пригласили в кабинет, не заставляя такого важного гостя ждать. Разговор был недолгим: хватило личной просьбы Хосока и его брошенного вскользь обещания помочь с некоторыми мероприятиями, и, возможно, с парой мастер классов. Его уверяли, что никаких проблем с зачислением ещё одной студентки не будет.       Потребовалось всего два часа, за которые парень даже не успел добраться до дома, когда раздался звонок Лилит. Парень достал телефон и выдержал паузу, чтобы ещё немного помучить девушку, после чего ответил: — Ли Хосок, почему так долго?! — кажется, этот крик слышали все в радиусе нескольких метров, но после обеда разговаривали уже тихо. — Привет, цветочек. Какая новость? Конечно, я могу встретиться с тобой сегодня. Хорошо. Я отправлю тебе адрес места. Все, до вечера, — он заулыбался, понимая, что она хочет сообщить.

***

      Чонгук нервно спал, постоянно дёргаясь и ёрзая по всей кровати. Кажется, ему снова снился какой-то кошмар. Возможно, он просто до сих пор не отошёл от тех страшных месяцев заключения. А может похищение сильно отразилось на его психике? — Ааа, — громко завопил парень охрипшим голосом, когда к его лбу прикоснулась чья-то холодная ладонь. Это была Бель. Такая красивая, в милой ночнушке с потрёпанными светлыми волосами, у неё был немного заспанный вид. Даже без грамма макияжа она была настолько прекрасна, что Гук привстал, наслаждаясь этой девушкой с самого утра, а все воспоминания о страшном сне куда-то исчезли. — Что с тобой? Тебе снились кошмары? Ты очень горячий, и это уже не первый раз, когда ты просыпаешься в поту и стонешь по ночам… Может, лучше тебе к врачу сходить? Мы все беспокоимся за тебя. Если что-нибудь опять случится, Намджун, когда вернётся, прибьёт нас всех. Обвинит, что мы плохо заботимся о тебе, — взяла полотенце, протирая его вспотевшее лицо. Чимин и Тэхён стояли позади девушки вместе с Шугой, тревожно смотря на макнэ.       В комнату зашла Ева с пачкой лекарств и графином воды. — Дай сюда, тебе же тяжело, — сказал Тэ, отбирая у девушки кувшин, доверху наполненный водой. После вчерашнего разговора они практически помирились, но блондинка по-прежнему была немного колючей. — Это успокаивающие лекарства, — сказала Ева, поднося их к Гуку. Парень выглядел и вправду плохо, был бледным и замученным. — Что же тебе такое снится, что, просыпаясь, ты выглядишь, как полный мертвец? — спросил Юнги, присаживаясь на край его кровати. Чон был бы рад ответить, но абсолютно ничего не помнил из своих кошмаров, даже не понимал, чего так боится и от чего вопит по утрам.       Джин суетливо готовил на кухне любимое блюдо Гука, чтобы хоть как-то его порадовать. Дверь громко хлопнула, а на пороге стоял Намджун. Да, именно его не хватало, только он может помочь в этой ситуации с Гуком. Лидера не было ровно три дня. При взгляде на него казалось, что он выглядит ничуть не лучше самого Чонгука. — Что у тебя с лицом? Ты что-то не то съел? — Сокджин подошёл к парню, крепко обняв. Было трудно не заметить на его правой руке обручальное кольцо. — Нет, я вообще не ел, и кусок в горло не лезет. Да, именно из-за кольца, я теперь женат, — стукнув кулаком по стене и пнув валяющийся на полу ноутбук Хосока, пошёл в комнату. Джин побежал на второй этаж к бантанам сообщить эту шокирующую новость. — Намджун вернулся, и кажется нам скоро понадобится дом побольше, ведь теперь у нас два женатика… — из слов Джина никто ничего не понял. — Ты снова напился? — сразу же предположила Ева, но вид у него был слишком подобающий для пьяного. — Он не пьян, я и вправду женился, моя жена приедет вечером. Можете сильно не переживать, мне всё равно, что она подумает, понравится ей тут или нет, не старайтесь произвести хорошее впечатление. Видел, кстати, я её тоже всего один раз, особо не запомнил лица, — обнял остальных и ушёл снова к себе. — Я поговорю с ним, — сказал Шуга, идя вслед за лидером, но его остановил Джин.       Сокджин прекрасно знал, как всё разузнать, сильно при этом не наседая на расстроенного парня. Взяв из своей комнаты четыре бутылки соджу, пошёл к Намджуну.       Напоить его было сложнее, чем любую девушку. Ломался он не долго, но всё же слишком медленно пьянел. Через несколько часов относительно трезвый Джин вышел в гостиную, где все с нетерпением ждали вестей. И парень начал свой очень длинный рассказ: — Бабушка Намджуна тяжело больна и сказала, что последнее заветное для неё желание будет знать, что её единственный внук женился на хорошей девушке. Не на какой-нибудь вертихвостке, пляшущей на сцене в короткой юбке, а на действительно умной и образованной. А поскольку мы все знаем, что он из очень религиозной семье, бабуля легко нашла ему кандидатку в жёны. Свадьба была в старых обычаях, поэтому нас не позвали…       Хосок весь день думал о ситуации с Намджуном и понимал, что в ближайшее время хороших песен он не напишет. Его подавленность убивала, а алкоголь практически не брал, от чего парень весь день ходил, как приведение, а Джин не смог остановиться и купил себе ещё выпивки, начиная ныть о своей Суён из RED VELVET. Этот дом был похож на какой-то цирк.       С каждым днём обстоятельства становились всё хуже. Парень не стал дожидаться приезда жены Намджуна, ибо торопился на свидание с Лилит. — Так, уберите этого алкоголика кто-нибудь! — взвыв от невозможности больше слушать эти вопли, простонал Шуга. Блондин в очередной раз получил порцию игнора от Мэй. Чем она так занята, что снова ему не отвечает? Лёжа на диване в гостиной, он вертел телефон, раздражаясь от того факта, что его в принципе игнорируют.       Джин продолжал лезть к Юнги, который был и без того сильно зол. — Ева забери своего брата от меня, иначе я буду вынужден ему навалять хорошенько. — Но в ответ на просьбу парня проследовала лишь тишина. Ева была занята Тэхёном, который постоянно просил о ласке. — Прошу, погладь меня нежно-нежно, как ты умеешь, — прошептал Тэ, кладя свою голову на коленки Евы. — Ты в двух сантиметрах от меня. Ты такая красивая, твоя улыбка наполняет меня чем-то непреодолимым и даже тягостным. Такое бывает. Бывает, когда влюблен до безумия. Мне кажется, что внутри меня творится что-то необычайное. Я не понимаю, что со мной и где я. Кажется, будто все, что я делал раньше до тебя, не имеет смысла. Понимаешь? Понимаешь, как мне тяжело с тобой? Да это даже не из-за твоего характера. Понимаешь, как мне сложно контролировать себя, свое сердце, когда ты рядом? Когда я вижу тебя с ним, мне хочется порвать его на мелкие кусочки. Пообещай мне, что больше не станешь с ним видеться, даже общаться, я ненавижу его, — даже выражая свои чувства, Тэ умудрялся вставить свою несгораемую ревность. — Так ты про кого именно? Просто у меня за эти дни появилось так много парней, что я пока плохо понимаю, кого ты конкретно имеешь в виду. — Ева не удержалась, чтобы не позлить его. Хотелось, чтоб ему тоже было неприятно, как и ей в тот вечер. Девушка вовсе не забывала об его измене и обещала себе, что будет мучить Тэ ближайший месяц.       Тэхён состряпал очень недовольно лицо, резко вскакивая с её колен. Ему и так было трудно, а когда она говорила подобное, его вообще разрывало изнутри. — Эй, парочка, жена Намджуна приехала, — сказала Бель, заглянув к ним в комнату. — Потом поговорим, Ева, и я тебя уверяю, наш разговор тебе ой как не понравится, — вышел из комнаты, спускаясь на первый этаж. Кого он ожидал увидеть? Да как и все, какую-нибудь взрослую женщину в строгом костюме, похожую на серую непримечательную мышку.       Но на пороге с двумя большими чемоданами стояла девушка лет двадцати четырех. На ней был надет вовсе не строгий костюм, а красивое мятное платье, чуть скрывавшее коленки. Девушка была среднего роста, с тонкой талией, красивым овалом лица, очень яркой и запоминающейся внешностью. У неё были очень добрые глаза тёмного оттенка. А волосы так естественно и приятно блестели. — И как он мог сказать, что даже не запомнил твоего лица? Как такое лицо в принципе можно не запомнить? — спросил Джин, подходя к девушке. — Ким Сокджин, — представился парень, чуть шатаясь. — Я тут самый старший, добро пожаловать, — улыбнулся, целуя ей руку.       Девушка чувствовала, как от него несло сильным перегаром. — Ли Енха… то есть, Ким Енха, — неуверенно улыбнулась девушка, здороваясь с остальными участниками. На горизонте показался Намджун. Чимин с Бель переглянулись, пугаясь его выражения лица. — Никогда его ещё таким не видел. Он не был так зол даже когда узнал о наших с тобой отношениях, — шептал он Анабель на ушко.       Джун взял чемоданы девушки. — Иди за мной, — холодно проворчал он. Енха неуверенно проследовала за ним. По дороге рассматривала красивый современный дизайн дома. Зайдя в комнату, он небрежно положил её чемоданы в угол, разворачиваясь к ней лицом. В его взгляде особенно чётко читалось нежелание видеть девушку.       Енха понимала, что это всё брак по расчёту, что она ему совсем не нравится… Да и она сама бы никогда в жизни не согласилась, но его бабушка, которая была ей как родная, умоляла позаботиться об её единственном внуке. Енха просто не смогла сказать нет. — Я тебе так противна? — хрипло спросила девушка, разочарованно смотря на Намджуна. — С чего ты это взяла? — парень ухмыльнулся, от чего у девушки неприятно кольнуло в сердце. — Смотришь на меня с таким отвращением. Я, конечно, понимаю, что ты считаешь это всё… — брюнетка не успела договорить, как парень вцепился в её хрупкие плечи. — Не смей, это не брак по расчёту. Только не вздумай ещё моей родне этого наговорить! Попробуй только пожалуйся, что я не смотрю на тебя, как на любовь всей своей жизни, — даже когда он злился, то был прекрасен. Енха с умилением смотрела на искажённое злостью лицо. — Не скажу… я могу спать в другой комнате, тебе не обяз… — он снова прервал её речь, сильнее сжимая свои руки: — Нет, не можешь, ты должна спать тут со мной. Располагайся, — проворчал парень. Он подошёл к небольшому холодильнику, что стоял вдали комнаты. Взял дорогое вино и тарелку с нарезанными фруктами. Енха переоделась и села на кровать, думая, куда ей затолкать всю одежду из чемодана. Девушка немного непонимающе посмотрела на парня, думая, что он хочет выпить с ней, хотя только что очень сильно огрызался.       Протянул ей тарелку с фруктами и бокал вина. Вспоминал слова бабушки насчёт внуков… Может, если он напьётся, ему будет без разницы, с кем спать? Сел к девушке на кровать, приближаясь к её губам, но сразу же дёрнулся назад, хватаясь за голову. Вылетел из комнаты, спускаясь в гостиную, где сидел Шуга, озадачено смотря в потолок. — Ты чего-то рано вышел, а как же длинная брачная ночь? — Юнги убрал подушку, чтоб парень мог к нему сесть. — Я не могу, я люблю только Дженни, я хочу только её, я хочу только к ней. Если она узнает о том, что я женился, то точно будет с Сухо.       Енха долго не могла уснуть, думая над теми словами Джуна… Зачем только она пошла за ним и подслушала его разговор с Шугой? Девушка промучилась достаточно долго, но всё-таки заснула, так и не дождавшись возвращения мужа.       Брюнетка проснулась от звонка будильника и нервно выключила его. Поднимаясь с кровати, запнулась об Намджуна, который, судя по всему, был очень пьян, раз заснул прямо на полу. Осторожно перешагнула его, накрывая одеялом, и подложила под голову подушку.       Ей уже скоро нужно было идти на работу, поэтому, надев белых халат и заколов волосы в высокий хвост, Енха вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь, боясь разбудить парня. Прошла в прихожую, начиная надевать пальто, но её остановила чья-то сильная рука. — Куда собралась? А завтрак? Я зря встал так рано, чтоб его приготовить? Даже несмотря на то, что вчера много пил. — Джин заставил девушку стянуть с себя верхнюю одежду и пройти с ним на кухню. — Хочу загладить свою вину, ведь вчера представился тебе не в самом лучшем свете. — парень игнорировал все попытки девушки улизнуть. Енха поняла: уйти, не попробовав его стряпню, не удастся. Она слишком много думала о вчерашнем подслушанном разговоре, что, не выдержав, спросила у Джина: — Кто такая Дженни? Первая и единственная любовь Джуна? — от такого вопроса брюнет даже выронил ложку из рук. Ему так сильно не хотелось огорчать её, разочаровывать, но врать и давать ложные надежды он тоже не хотел. — Да, но ты забей, у вас же всё не по-настоящему, ну или же рано или поздно он забудет её, но уверяю, вы скорее разведётесь, — бормотал Джин, поднимая ложку с пола. В кухню влетел Чимин. — Чонгуку опять кошмары снятся… не можем его разбудить. Дай холодной воды скорее, — проорал рыжий, заставляя девушку почувствовать себя неудобно. — Не нужно холодной воды, вы так сильнее его напугаете, — Енха была врачом и знала куда больше, как нужно выводить из такого состояния. Сон Гука: «— Холодно… мне очень холодно и больно, почему же ты оставил меня совсем одну? — шептал чей-то голос на ухо. Чон бежал по каким-то странным подвалам, пытаясь найти источник этого до боли знакомого голоса. — Спаси меня, — продолжались эти чуть уловимые нотки чьего-то голоска. Ворвавшись в какую-то комнату, перед ним стояла девушка в красивом белом свадебном платье. Парень развернул её к себе, но не мог разглядеть лица. — Как я могу помочь тебе? Почему ты мучаешь меня уже столько дней? — Гук засыпал эту девушку вопросами и даже не заметил, как они оказались на каком-то поле, где дул сильный ветер. — Ты не узнаёшь меня? — наконец раздался ответ. Парня словно осенило, кто это. — Ника? Где ты, как я могу тебе помочь? — вцепился в неё, крепко сжимая в своих объятиях. Чон так сильно скучал по ней. Чонгук почувствовал что-то влажное и отстранился. Все его руки были в крови, как и сама девушка и то белоснежное платье, в которое она была одета».       Енха стала интенсивно растирать конечности, надавливая на парочку точек, до тех пор пока Гук с воплями не пришёл в себя. — Сегодня же пойдёшь в больницу, — Анабель поднесла к губам макнэ стакан холодной воды.       Чонгук чувствовал снова сильный провал в памяти. Почему он никак не мог запомнить свой сон? Никак не мог понять, что так сильно его беспокоит?       Енха спустилась вниз и позвонила своему близкому знакомому психологу. Девушка знала, что прежде всего это связано с психикой человека, и ему как минимум нужно несколько глубоких сеансов, чтобы избавиться от кошмаров.       Намджун проснулся от громких разговоров и сильно удивился наличию одеяла и подушки. Внутри было такое странное ощущение, ведь о нём ещё никто и никогда не заботился. Всегда лишь он пёкся о всех, о девушках, о бантанах, о семье…       Парень предположил, что Гуку снова приснился кошмар, и был прав. — Енха… можно этот психолог придёт на дом? — обратился он к своей жене, внимательно разглядывая. А ей действительно шёл белых халат. В ответ брюнетка лишь кивнула и уехала на работу.

***

      Мэй проснулась к обеду. Сехуна рядом уже не было, как и, собственно говоря, телефона. Дверь была намертво закрыта, а вылезти через окно было не вариантом, как минимум потому что номер отеля находился на пятнадцатом этаже.       Девушка недовольно фыркнула. Как он может с ней так обходиться, будто с какой-то вещью? Весь день металась туда-сюда и умирала со скуки. Наконец ближе к вечеру эта сволочь соизволила прийти.       Первым делом Мэй подошла и хорошенько ударила того по лицу. — Ты переходишь границы, живо отдай мне телефон! — скрестила руки, но по-прежнему была готова повторно ударить. Сехун наклонился к девушке, дёргая её за нос. — Я надеялся на более милую встречу, думал, ты как минимум скажешь, что соскучилась. Телефон? Прости, я его выбросил, меня сильно вывели звонки Юнги.       Девушка ошарашено смотрела на парня, начиная потихоньку отходить назад. — Да ты ненормальный, — взяла со стула свою кофту и пошла на выход, и конечно же дверь захлопнулась прямо перед её лицом. — Не пущу, я ведь знаю, куда ты собралась… Чем он лучше меня? Можешь не отвечать, знаю же, что ничем, — взял за руку и завёл обратно в комнату, усаживая это хрупкое создание на край кровати. Достал гитару, начиная петь ей серенаду, демонстрируя свой хрипловато-нежный голос. Мэй была удивлена способностью Сехуна петь. Чуть приоткрыв рот, смотрела на него, ощущая, как внизу живота начинает приятно тянуть. Неужели она сдаётся, отталкивая свои принципы и первоначальное отношение к айдолу на задний план?

***

      Енха, отработав тяжёлый день, еле притащилась домой. Переодевшись, сразу же пошла к золотому макнэ проведать, как прошёл сеанс с психологом. Возле двери стояла Анабель, а в комнате напротив кровати Гука сидел Намджун и Чимин. — Он спит уже очень давно. Твой врач ввёл его в какое-то непонятное состояние, я переживаю, — лидер, поднявшись со стула, подошёл к жене. — И всегда ты работаешь допоздна? Видела время, уже почти десять часов вечера, — не то что бы он сильно волновался, просто девушка выглядела уж слишком замученной и уставшей.       Енха не успела ответить, как Чонгук пришёл в себя, слетая с кровати. — Я помню, я всё помню. Это Ника зовёт меня, я должен её спасти. Она всё там же, в том страшном доме, где меня держали, — Чон схватил ключи от машины и кинулся к двери, но Чимин остановил парня. — Полиция вдоль и поперёк обыскивала тот дом, девушки там никакой не было! — Гук даже не стал это слушать, толкая хёна со своего пути. Одного его отпускать было нельзя ни в коем случае, поэтому Хосок и Намджун побежали за ним.       Поскольку за рулём был Чон, доехали они быстрее, чем если бы за рулём был Хосок. Парень старался как можно лучше вспомнить все детали своего сна, дабы найти Нику в этом огромном особняке с кучей подвалов и потайных комнат.       Чонгук бежал, следуя призрачным воспоминаниям из своего сна, ведомый неизвестной силой. Он краем глаза замечал, как проносятся мимо двери, но не видел ни одну из тех, что была похожа на нужную. Но вот впереди замаячила она, та самая. Гук не стал останавливаться, снося хлипкий замок с разбега ударом ноги, без малейшего раздумья кинувшись вниз по лестнице в тёмный подвал, попутно доставая телефон, чтобы подсвечивать себе дорогу. Достигнув края лестницы, он замер, вглядываясь в кромешную черноту вокруг. — Неужели нет? — в отчаянии воскликнул он, ещё раз все обводя светом фонаря. Совсем рядом слышался топот друзей, еле поспевающих за своим макнэ. — Солнышко? — сначала Чонгук подумал, что ему послышалось, но удивлённое лицо Хосока говорило об обратном. Парень кинулся по направлению к голосу. — Это ты? — он был таким слабым и тихим. Наконец свет выхватил у стены в уголке постороннюю фигуру. Макнэ задрожал, на негнущихся ногах подходя к девушке, сжавшейся на полу. Она спрятала лицо от света. — Ника, — он упал на колени рядом, протягивая руки, чтобы поднять, но пугаясь порезов и синяков на тонких обнаженных руках. На ней остались только остатки старой серой футболки. Чонгук оглядел тонкие грязные окровавленные ноги. Боль за неё стучала в висках, пелена слез застилала глаза. — Прости меня, прости, прости, что бросил, прости, — блондинка убрала руки от лица. Оно было все таким же красивым, разве что один порез красовался на щеке. Сухие губы дрожали. — Спаси меня, — прошептала девушка, взглянув на него опухшими, но такими светлыми глазами. Сердце брюнета сжалось. Он стянул с себя кофту, оставаясь в одной футболке, и, насколько мог, бережно укутал ее, поднимая с пола. Девушка была такой лёгкой, легче, чем когда он уходил. Ника пахла кровью. Кажется, некоторые раны до сих пор не засохли. Блондинка болезненно застонала, неловко дёрнувшись в сильных руках и доставляя себе только больше боли. Чонгук испугался. Вдруг у неё что-то сломано, а он ее так транспортирует? — Нужна скорая, — громко сказал парень. Голос дрожал. — Нет, — воскликнула девушка и тут же закашлялась. По бледным щекам потекли слезы. Он испугался. — Анна найдёт меня в больнице, она убьёт меня, пожалуйста, не надо, не надо, не отдавай меня ей, — тонкие пальцы с острыми ногтями впились в его грудь. Ника была похожа на напуганного котёнка: такая беспомощная и побитая. — Хорошо, только не плачь. Тебе нужны силы, — Чонгук очень осторожно понёс ее к машине. Всю дорогу он смотрел на девушку, поражаясь количеству порезов и кровавых синяков на таком маленьком теле.       Она сильно похудела с их последней встречи. Ника больше не двигалась, уставившись открытыми глазами в потолок. Пухлые сухие губы были чуть приоткрыты, девушка казалась мертвой, заставляя макнэ ронять слезу за слезой. Но грудь еле-еле вздымалась, глаза изредка моргали, показывая, что она ещё жива. Бледная кожа имела серо-синий оттенок, которого раньше не было. Хосок и Намджун молчали, предпочитая не смотреть на избитую девушку. Нога была как-то неестественно вывернута, рёбра как-то странно выступали, как отметил Намджун ещё в подвале. С каждым взглядом на неё к горлу Хосока подкатывала тошнота и неприятная горечь, он не понимал, как можно довести человека до такого состояния и бросить в подвале умирать. — У нас есть только один выход, — заметил Рэп Монстр, разглядывая дома за окном. — Во всем доме только Енха имеет непосредственное отношение к медицине. — Да! — Чонгук сразу просветлел. Наконец они остановились возле своего дома. Парень было потянулся к блондинке, но лидер остановил его. — У неё сломана нога, и, как мне показалось, несколько рёбер. Давай сначала сходим к моей жене. Она знает, как нужно перемещать таких… — парень не смог подобрать нужных слов. — Ты прав, — макнэ выбрался и сразу кинулся к комнате жены друга. — Нуна, — заорал он, распахнув дверь. Если та и испугалась, то виду не подала, отрываясь от чтения какой-то энциклопедии. — Нуна! — видимо, Чонгук выглядел настолько дико, что та вскочила на ноги, подходя к младшему. — Что-то случилось? — Случилось, — он бешено закивал. Парень схватил жену лидера за руку и потащил на улицу. Девушка еле поспевала за ним. Взглянув на тело в машине, она выпучила глаза. — Она… — в горле Енхи пересохло. — Живая? Нет, дышит. Господи, ее срочно нужно в больницу! — услышав это, Ника снова застонала. Из открытых глаз брызнули слезы. — Нельзя. Они там найдут ее и убьют. Я не могу дать ей умереть, пожалуйста, нуна! Мне не к кому больше обратиться, не к кому идти! — Чонгук вцепился в похолодевшие женские руки, готовый встать на колени, лишь бы та согласилась. — Я не могу! Это как минимум незаконно! А если ее будут искать? — Ее бросили умирать! — возразил макнэ. — Нет оборудования, которое есть в больнице, да и я, как я могу взять полную ответственность за чью-то жизнь? Она же почти неживая! — тёмные глаза наткнулись на светло-зелёный взгляд незнакомой девушки. В её глазах не было ни капли укора. Она была ещё такой маленькой, смотрела так наивно и доверчиво, что сердце Енхи сжалось. Ким не могла отвести взгляда от изуродованного тела даже не девушки, ещё совсем подростка. — Ника не заслужила этого. Неужели мы не можем ей дать хотя бы шанс выжить? Маленькую надежду, что все будет хорошо? — тихо прошептал Чонгук. — Она…умрет? — от этой мысли парень задрожал. — Ответь ему, — рядом стоял Намджун, скрестив руки, и ожидающе смотрел на жену. Его уверенный сильный взгляд придал ей сил. — Не умрет. Мне нужен листок, ручка и человек, который купит все необходимое. Один помощник с тазиком тёплой воды и тряпкой. Чонгук, Хосок, соорудите носилки. Ее нельзя так переносить, у неё сломана нога, — девушка расстегнула кофту макнэ и бегло осмотрела пациентку. — Третье ребро, — бормотала девушка, ожидая парней. Те долго ждать не заставили, прибежали уже через три минуты с двумя вешалками и намотанным одеялом. Они аккуратно переложили Нику на носилки и отнесли в нужную комнату.       Пока бантаны перекладывали девушку на кровать, она отправила мужа за препаратами и оборудованием, а пока достала из аптечки все, что могло пригодиться. Когда все необходимое было собрано и готово, Ким выставила всех из комнаты, оставив только Чонгука помогать в перевязке, а когда закончила с этим, отправила и его.       Макнэ сидел под дверью все три часа, которые Енха оставалась в комнате. Рядом стояли Хосок и Намджун, то тихо переговариваясь, то замолкая. Наконец дверь открылась и оттуда вышла брюнетка, еле стоя на ногах и чуть не падая от усталости. Парень тут же подошёл к жене, придерживая ее за плечи. — Ты совсем никакая, — лидер легко поднял девушку на руки и хотел отправиться в их комнату. — Нет, давай в гостиную. Мне нельзя пока спать, ее нужно будет навещать, — парень не стал спорить и сделал так, как просила жена. Он посадил ее в кресло, накидывая на плечи одеяло и заботливо укутывая девушку, после чего сходил на кухню и сделал чай всем четверым. — Так кто эта Ника? Можно подробнее? — Намджун сел на пол возле остальных бантанов у подножия кресла и посмотрел на Чонгука. Тот был необычно бледный и опухший. Макнэ сжимал чашку в руках, о чем-то задумавшись. — Я увидел ее в первый раз, когда Анна вырубила меня подсвечником по голове. Ника. Ника приходила ко мне, лечила меня и заботилась. Если бы не она, я бы сошёл там с ума. А потом нас поймали, когда мы были вдвоём. Ее избили, но после она пришла и сказала, что нам с ней пора бежать. Я был так рад этому. Но Ника не убежала со мной. Она осталась там. Я знал, что она жива! — упрямо воскликнул младший, и лидер покачал головой. — Тебе нужно поспать, — Моня потянулся и похлопал макнэ по плечу. — Он прав. Скорее всего завтра снова придётся делать перевязки, и ты нужен мне свежим. Не дай бог не выспишься, мы можем ее ещё сильнее искалечить по неосторожности, — Енха перевела взгляд на мужа, и тот одобрительно кивнул. — Пошли, Гукки, — Хосок увёл его и уложил спать.