Если ты загрустишь, погаснут звезды.

Утро следующего дня не предвещает нам всем абсолютно ничего хорошего. Спустившись в гостиную и подойдя к доске объявлений, мы с Мэри видим следующее: «Декрет Об Образовании № 24. Отныне и впредь распускаются все школьные организации, общества, команды, группы и клубы. Под организацией, обществом, командой, группой или клубом понимается собрание на регулярной основе школьников в составе от трёх человек и выше. За разрешением на возобновление деятельности организации, общества, команды, группы или клуба следует обращаться к генеральному инспектору школы (профессору Амбридж). Школьные организации, общества, команды, группы и клубы не имеют права функционировать без ведома и одобрения генерального инспектора. Учащиеся, замеченные в создании (либо принадлежности к) какой-либо организации, обществу, команде, группе или клубу, созданным без санкции главного инспектора, подлежат немедленному отчислению из школы.» Решение генерального инспектора висит на пергаменте, аккуратно вставленным в деревянную рамочку. Я бы с радостью снесла эту чушь с нашего гриффиндорского стенда. Судя по многочисленным напряженным взглядам моих сокурсников, я такая далеко не одна. - Вот же… - Рон высказывается не совсем цензурно. – Кто из Отряда сдал нас старой жабе?! - Никто не мог, - тихо поясняет Гермиона. - Не на пустом месте ведь возник этот приказ, - морщится только что подошедший к нам Гарри. - Пергамент был заколдован! – восклицает наконец Грейнджер, развеивая все наши сомнения. – Если бы кто-то из нас сделал это, мы бы сразу заметили. На этого человека было бы страшно взглянуть. Рон удивленно поглядывает на Гермиону, а Гарри задумчиво произносит, успокаивая нас всех: - Это ничего не меняет. Мы будем заниматься с теми, кто не испугается запрета. Гермиона снова радостно улыбается и на наш вопрос, что же ее так сильно развеселило, отвечает моей любимой и давно знакомой фразой: - Просто это так весело – правила нарушать. Рон, хмыкая, выходит из гостиной вместе с нами: - Что ты сделал с Гермионой Грейнджер? – вопрос, очевидно, адресован Поттеру. Спустившись в Большой Зал, мы только успеваем сесть за стол, как к нам подлетает взволнованная Анджелина: - Вы понимаете, что это значит?! Состав нашей команды тоже придется заверять у Амбридж. Так что, пожалуйста, Гарри, и ты, Фелпс, - девушка кидает на меня презрительный взгляд, - постарайтесь не впутываться в неприятности. - Только ради тебя, - фыркаю я под насмешливые взгляды окружающих ребят. Джонсон только хмурит брови и молча садится рядом с близнецами, победоносно заключая одного из них в объятия. Меня, кажется, слегка передергивает, но я старательно выдавливаю улыбку в их сторону. - Что вы с ней такое не поделили? – и как только Гарри не видит таких очевидных вещей? - Да так, помнится, в прошлом году она мне чуть все волосы не повыдергивала, - отмахиваюсь я. Ну не посвящать же его во все подробности. Гарри, видимо, такой ответ вполне устраивает. На истории магии я радостно получаю свое эссе о великанах с пометкой «П». «Надо же, хоть где-то Уизли пригодился», - даже в мыслях все никак не могу перестать на него злиться. Монотонная речь профессора-привидения почти заставляет меня отправиться в царство Морфея, хоть я и пообещала себе учиться максимально прилежно, но меня расталкивает Гарри, держащий в руках нечто довольно большое, белое и пушистое. Несколько секунд я бессмысленно разглядываю загадочный комок, потом ко мне все-таки приходит осознание, что это Букля, но я продолжая разглядывать прекрасную белую птицу, пытаясь понять, что она здесь делает и чего хочет от меня сейчас Поттер. Только через минуту замечаю, что сова ранена. - Почту пытаются проверять, Гарри, - шепотом поясняю парню. – Отнеси ее Граббли-Дерг, она, наверное, в учительской. Только письмо забери, - точно так же отчужденно наблюдаю, как Поттер, кивнув, приседая, покидает кабинет, и пытаюсь все же вслушаться в слова профессора, хоть и не понимаю ни слова. Спускаясь в подземелье на следующий урок зельеварения, еще издалека слышу, как Малфой кичится разрешением их команды на тренировки благодаря связям его отца. Увидев меня, он сразу же оказывает возле, мерзко улыбаясь: - А как у вас дела, Фелпс? Не думаю, что сумасшедшим подпишут разрешение. Вам с Поттером самое место в Мунго. Услышав название больницы, я вовремя спохватываюсь и едва успеваю поймать за локоть рвущегося на Малфоя Невилла, который бормочет что-то вроде: - У-у-у… Мунго! Не сметь… шутить… про Мунго! Меня так возмущает наглость этого идиота и обида Невилла: - Радуйся жизни, пока можешь, Малфой, - процеживаю сквозь зубы. – Не все время Министерство будет потакать Пожирателям Смерти. Лицо слизеринца зеленеет: - Ах ты… - Ну же, давай, - иронично приподнимаю брови. Что еще он может мне сказать? - Подстилка гриффиндорская, - выплевывает Малфой. Я только успеваю заметить, как на Драко кидается только что подошедший Гарри, и Рон сразу же спешит помочь другу. Невилл, которого я от удивления случайно отпускаю, присоединяется к драке. Все это прерывается холодным голосом: - Поттер, Уизли, Долгопупс, драка? Минус пятьдесят очков Гриффиндору. Быстро за мной. Я зло смотрю на профессора зельеварения: - Но они тут не при чем! Это ведь все Малфой начал. - У меня другая информация, мисс Фелпс, - сухо отзывается зельевар. Внутри все кипит от злости и обиды за ребят, и слушать лекцию Снегга о свойствах лунных камней совершенно не получается. *** За ужином Гарри сообщает, что в записке Сириус хочет поговорить с нами сегодня в то же время, в том же месте. Я нехотя вывожу очертания жмыра – небольшого зверька, напоминающего кошку, только с несоразмерно длинными ушами и львиным хвостом – задание по уходу. Рисовать я никогда не любила, потому что выходит у меня ну очень уж плохо. Из камина раздается легкое покашливание, отчего мы все моментально вскакиваем и моментально оказываемся возле уже догорающих углей. Голова Сириуса из золы на третий раз уже не вызывает никакого страха: - Привет. - Привет, Сириус, - все радостно улыбаются крестному Гарри. Любая связь и возможность переговорить с кем-то близким бесценна для нас сейчас. - Ну, как у вас дела? – прищуриваясь, спрашивает Блэк. Огоньки в его глазах и приподнятые уголки губ явно намекают нам, что он что-то знает. - Так себе, - признается Гарри. – Из-за нового приказа Амбридж теперь никакого квиддича. - Неужели? – округляет глаза волшебник. – И даже никаких кружков по защите от темных искусств? – задорно уточняет он. - Откуда ты знаешь? – ахает Гермиона. - Вам столько еще предстоит узнать, - задумчиво протягивает Сириус. – В следующих раз повнимательнее выбирайте места для подобных сборов, - усмехается он. – Вообще-то, я здесь для того, чтобы передать тебе, Рон, что, если ты будешь в этом участвовать, то тебя исключат и вся твоя жизнь пойдет под откос. А вам, ребята, миссис Уизли очень советует не организовывать все это, хоть запретить и не может. - То есть ты против того, что мы в этом участвуем? – почесывает затылок Рональд. - Я? – Сириус смеется. – Только Молли. Я же считаю, что это прекрасная идея. - А если нас вычислят и исключат? – улыбается Грейнджер. Крестный Гарри секунду смотрит на нее: - Как по мне, лучше быть отчисленным, но умеющим защищаться, чем оставаться беззащитным в Хогвартсе, - Блэк начинает предлагать нам свои варианты мест для проведения занятий, как внезапно кидает взгляд куда-то в сторону и через мгновение исчезает, оборвавшись на полуслове. В камине, где секунду назад была голова Сириуса, появляется уродливая сморщенная рука с толстыми пальцами, унизанными громоздкими старомодными перстнями. Мы в страхе отскакиваем назад, а рука Амбридж все еще продолжает хватать что-то на том месте, где только что была голова нашего друга. *** Идея о Выручай-комнате как месте наших собраний приходит довольно быстро, поэтому сегодня после тренировки мы должны прийти туда для нашего первого занятия. Но это после, а пока мы должны собраться и сосредоточиться на квиддиче, что довольно сложно. На улице разыгрывается настоящий ливень со всеми сопутствующими обстоятельствами вроде штурмового ветра и отсутствия хоть какой-нибудь видимости на поле. Джонсон в раздевалке лишь разводит руками – все остальное время поле арендовано для слизеринцев. - Заколдуйте их, и идем уже тренироваться, - Анджелина раздает каждому очки, которые должны защитить наши глаза от дождя. Я с секунду верчу их в руках и, к своему стыду, осознаю, что совершенно не помню нужное заклинание. К моему большому ужасу, в раздевалке уже никого, кроме близнецов, не остается, а где пропадает Гарри, я понятия не имею. - Какие-то проблемы, Стеф? – уточняет, как ни в чем не бывало, один из них. - С чего ты взял? – огрызаюсь. К счастью, в помещение все-таки вбегает Поттер, и я обращаюсь уже к нему, - Не поможешь, Гарри? Избранный пару секунд смотрит на зажатые в моей руке очки, а потом улыбается: - Нет проблем, - легкий взмах волшебной палочки. Я завязываю длинные волосы в хвост и победоносно смотрю на Уизли, хотя совершенно неясно, чему я радуюсь, ведь в глубине души все так же тоскливо, как и пару недель назад. - Идем? – Гарри забирает у меня метлу, и мы направляемся на поле. От погодных условий хочется выть, у нас совершенно ничего не выходит, и, если я хотя бы стараюсь не ошибаться, то Рон совсем не способен сегодня заниматься. Кстати, надо отдать должное Фреду, бладжер даже в таком аду ни разу так и не приближается ко мне за все время нашей тренировки, хотя остальным иногда знатно перепадает. Но это единственный плюс нашей сегодняшней игры, по окончании которой мы, мокрые, злые и уставшие, парами отправляемся на восьмой этаж. Конечно, я иду с Мэри. Встав напротив гобелена с Варнавой Вздрюченным, мы, быстро оглядевшись, думаем о том, что нам сейчас так необходимо, и постепенно начинает проглядываться заветная дверь. Радостно войдя внутрь, мы с подругой осматриваемся. Перед нами гигантский зал, полностью оборудованный под тренировки по защите. На стенах висят несколько зеркал, видимо, чтобы можно было отрабатывать технику заклинаний, в углу стоят несколько манекенов, похожих на Пожирателей Смерти, а потолка, кажется, и вовсе не видно. Вскоре, все наконец-то собираются, и Гарри объявляет нам, что сегодня мы будем отрабатывать обезоруживающее заклинание. Кто-то из толпы возмущается, что оно слишком простое, но Поттер легко парирует: - Оно много раз спасало мне жизнь. Разбивайтесь на пары, если кому-то будет нужна помощь, я подойду. Я ищу взглядом Мэри, но внезапно обнаруживаю, что она уже стоит в паре с одним из близнецов. На мой возмущенный взгляд подруга отвечает лишь виноватым пожатием плеч. Вот же черт. Продолжаю искать свою потенциальную пару. - Похоже, только мы и остались, - приятный голос над моим ухом заставляет вздрогнуть. Да неужели он все это подстроил? - Ни за что. Только не с тобой, - фыркаю и тут же отворачиваюсь. - Может, тебе тогда Малфоя сюда пригласить? – смеется Фред. Я только закатываю глаза. - Гарри! – парень подходит ко мне. – У меня нет пары, не поможешь? Парень растерянно смотрит на нас, переводя взгляд с меня на Уизли: - Как это нет, Стеф? – чуть замявшись, он добавляет, - все нормально, я не против. Ты ведь мне уже все объяснила. В глазах Уизли на секунду что-то меняется, но это лишь на мгновение. Может, мне просто показалось. - Давай лучше я покажу тебе правильное движение. Мы с рыжим становимся напротив, Гарри подходит ко мне сзади и, слегка поддерживая за талию, берет мою руку с палочкой в свою, легко выводя нужные очертания в воздухе. Готова поклясться, Уизли сейчас вспоминает, как делал то же самое год назад. Так даже лучше. - Вот так. Пробуй, Стеф, у тебя все обязательно получится, - и Гарри направляется в другой конец зала, где уже что-то успело случиться с Невиллом. - Ну что, давай, порази меня, - скрещивает на груди руки мой напарник. Я сосредотачиваю всю свою злость, и, наверное, именно это мне и помогает: - Экспелиармус! Палочка Уизли стремительно вылетает из его рук, и я еле как справляюсь с тем, чтобы поймать ее. - Делаешь успехи с наших прошлых занятий, - парень продолжает разговаривать сам с собой, чем очень сильно меня раздражает. Нервно кидаю ему палочку, но рыжий не торопится с заклинанием. Он нарочито подкатывает рукава форменного джемпера с эмблемой Гриффиндора, слегка ослабляет красно-золотой галстук и манерно расстегивает верхнюю пуговицу белоснежной рубашки. Я напряженно наблюдаю за всем этим цирком. Деловито встряхнув палочкой, он интересуется, точно ли я готова. Закатываю глаза. - Экспелиармус! Меня мгновенно словно колет одновременно тысяча маленьких иголок. Такого противного ощущения я точно не ожидала. Сейчас у меня есть время и возможность его полностью прочувствовать, и, надо признать, это ужасно. Когда палочка медленно вылетает из моих рук, от меня будто отделяется какая-то часть, без которой я уже не могу себя представить. Я растерянно и как-то разбито смотрю на Уизли, который легко, двумя пальцами, ловит мою палочку, но совершенно не торопится мне ее возвращать. - Отдай, - тихо прошу я. - Так подойди и возьми, - он улыбается одними глазами. Я знаю эти огоньки в его взгляде. Медленно выполняю его просьбу, но взять палочку не удается – парень задирает руку наверх, докуда мне с моим ростом никогда не достать. - Дай сюда! – требовательно, но, видимо, не достаточно. - Догони сначала, - волшебник вместе с моей палочкой кидается через весь класс подальше от меня. «Клоун», - проносится в моей голове, но я бросаюсь за ним, не подумав даже секунды. Добежав до Уизли, я снова прошу вернуть мою вещь, но парень только поднимает ее над головой. - Так нечестно, - запыхавшись, заявляю я. - А с тобой невозможно играть честно, - Фред наклоняется, обжигая словами мою шею. Я ловко хватаю его галстук, тяну вниз и все-таки забираю свою палочку. - Я убью тебя, Фред Уизли, - такое чувство, что я готова сделать это прямо сейчас. Но тот лишь хмыкает: - Знаешь, думаю, что кто-нибудь когда-нибудь наверняка сделает это, но уж точно не ты, Стефани. Дыхание перехватывает, рука с палочкой безвольно повисает, будто мне и не принадлежит. Отшатываясь от него назад, едва не падаю. Чувствую, как кровь отливает от моего лица, руки холодеют, на ладонях выступают капельки пота. - Стеф, что... – не дослушиваю, разворачиваюсь и стремительно иду к выходу. В ушах слышится стук сердца. Как он мог сказать что-то подобное? Как его воспаленное воображение вообще смогло сконструировать это? Как, в конце концов, он посмел мне такое сказать? Серые коридоры сменяют друг друга с какой-то невероятной скоростью, я даже не осознаю, куда иду. Кто-то грубо дергает меня за руку. Боли я не чувствую. - Стефани, что я такого сказал? Гриффиндорский галстук, расстегнутая верхняя пуговица рубашки. Я впиваюсь взглядом в висящий на ниточках маленький кружок, не желая думать, что в мире существует что-то еще. Только эта чертова пуговица. Только она. - Что, так расстроилась, что не сможешь меня прикончить? Словно обезумев, начинаю колотить руками по широкой груди волшебника. Он на мгновение теряется от внезапности происходящего, после чего сгребает меня в охапку и прижимает к себе, не позволяя пошевелиться. Только сейчас понимаю, что кричу парню что-то невнятное, залив слезами весь его форменный джемпер. Когда успокаиваюсь немного, он слегка ослабляет свою хватку. Тут же вырываюсь и сползаю спиной по стене, присаживаясь на корточки, обхватив голову руками. Под давлением пальцев светлые волосы слегка приподнимаются вверх. Уизли тихо опускается рядом.